От признания до шахты

      Несколько часов маленький дракон почти беспрерывно колотил по одной и той же стене ржавой киркой, пытаясь выбить из неë хоть бы кусок руды, но как он не старался, достигнуть чего-либо, кроме надрыва позвоночника и отëка конечностей, ему не удалось. Тут дело не сколько в пригодности старого инструмента, сколько в физической силе рептилии. Может даже показаться, что он ударом и муху не раздавит.       Всë дело в том, что раньше Спайку редко когда приходилось серьезно напрягаться, и из самого тяжëлого в жизни тащил лишь стопку книг, высотой в чуть больше своего роста. От чего и физическое состояние было соответствующим.       Конечно дракон однажды задумывался заняться спортивной гимнастикой, чтобы хотя бы немного привести себя в форму, и даже решил для этого использовать когда-то подаренную ему гантелю на день рождения. Но не прошло и пару дней, как затея тут же была отложена. А всё потому, что под утро, с просони, Спайк ушиб себе ногу, не трудно догадаться обо что… что валялось на полу и было довольно тяжёлой.       Мысли дракона развеялись, как только по всему помещению пещеры эхом раздался противный звон колокольчика. — Перерыв! — выкрикнул грубым голосом минотавр, неся на плече, придерживая рукой без запястья, корзину. Бросив её на землю, рогатый скрылся в туннеле, из которой недавно и прибыл сюда Спайк.       Грифоны отбросили свои инструменты и спешно начали собираться вокруг оставленной рогатым корзиной, чуть ли не устраивая потасовки между собой, доставая оттуда, судя по тому, как потом «это» клевали, какую-то пищу. Любопытство терзало Спайка, но приближаться к толпе он не решался, так как побаивался этих пернатых шахтëров, что явно могут быть во много раз хуже той вредены, с которой когда-то дружила Рейнбоу Дэш.       Дракон бросил на землю свою кирку и присел, облокотившись спиной к холодной стене, разминая свои отзывающиеся болью конечности. Прошло всего несколько часов, а он так измотался, будто только что покорял самую высокую крутую вершину, которую можно только сыскать. Смысл прихода в эту шахту уже забыт, но Спайк особо по этому поводу не зацикливался, просто радуясь тому, что наконец-то можно немного передохнуть.       Спустя какое-то время кто-то начал приближаться к дракону, однако тот не обращал внимания из-за сильной усталости. Грифон с грязно-серыми перьями и такого же цвета львиным телом, окликнул рептилию хрипловатым голосом: — Эй, малыш!       Спайк обратил взгляд на подошедшего и тут же встрепенулся, заметив как грифон бросил в его сторону багровый кусок чего-то, что явно было взято из корзины. Дракон поймал еë, на вид довольно мягкую, и на ощупь холодную, прижав к груди лапами. Осмотрев внимательнее брошенный ему предмет, и немного обнюхав, заключение тут же пришло — это был кусок какого-то мяса.       Дракон с удивлением уставился на серого грифона, что удобно располагался рядом с ним у той же стены. Удивление вызывало конечно отсутствие какого-либо отвращения от употребления сырой плоти непонятно какого существа. — Не боись, это оленина, — сказал он, приступая к еде.       Спайк неуверенно присел у стены, наблюдая за грифоном, затем перевел взгляд на кусок мяса в своих лапах. Несмотря на то, что подобная пища входила в рацион огнедышащих рептилий, сам розовый дракончик не решался «это» есть. Но голод и странно вызванный аппетит после вдыхания едва уловимого аромата сырой оленины, всë же брало верх над сомнениями.       Поколебавшись, изредка поглядывая на рядом сидящего серого грифона, с аппетитом расправляющийся со своей порцией чужой плоти, дракон всë же решил откусить кусок. Мясо было сырое, а потому грифонам приходилось применять не мало усилий, чтобы отделить часть тянущуюся словно резина, и проглотить еë. Но для Спайка это не было проблемой, ведь он обладал невероятно острыми зубами, которыми с лëгкость перемалывает камни.       На вкус мясо было очень пресным, однако что-то заставляло есть это дальше. Скорее всего это из-за голода, ведь при нëм, даже осознанно, можно съесть всë что угодно, в зависимости от силы желания. Спайк хотел откусить ещë кусок, но тут внезапно его кое-что озарило. Он набрал полные лëгкие воздуха, поднял свой кусок мяса перед мордой и дыхнул на него салатовым пламенем.       Сырая плоть в мгновение покрылась хрустящей корочкой и стала испускать довольно приятный аромат возбуждающий аппетит. После того, как дракон попробовал обжаренное мясо, он тут же стал с удовольствием поглощать его, даже немного побаиваясь, что оно быстро закончится. Рядом сидящий грифон с удивлением следил за смекалистой рептилией, немного завидуя его способности выдыхать пламя. Спайк на секунду оторвался от трапезы, взглянув на грифона, обратив внимание на его сырой кусок. — Позволь? — широко улыбнувшись, спросил он, протянув лапу.       Ещë не отошедший от удивления пернатый медленно протянул свою порцию мяса дракону, а тот, перехватив, повторив ту же самую процедуру, плеснув своим зелëным пламенем, мгновенно обжарил кусок оленятины, затем протянул еë обратно грифону. Тот некоторое время, с нисходящей удивлённой мордой разглядывал приготовленную пищу. Откусив и распробовав, он с таким же удовольствием стал уничтожать свою еду. — Хм… вот это да… — с восхищением произнëс он, поглотив последний кусочек обжаренной вкуснятины. — Не думал, что это так охрененно! Спайк не сразу понял значения последнего слова, но позже ответил: — Я тоже. — Да уж, малыш, а ты молодец. Как зовут? — спросил грифон. — Спайк, — дракон поглотил последний кусок мяса и блаженно вздохнул. — А я Монерон. Ну можешь звать просто Вуди. — Вуди? — удивился Спайк, заметив явное несходство с именем. — Да так прозвали здесь. Типо — дурак, — рассмеялся пернатый. — Уверен и тебе скоро дадут какое-нибудь прозвище, смотря как себя проявишь. Главное не веди себя так… как я. Может и как-нибудь круто прозовут. Хотя мне эта кличка по-душе…       Дракон видел, как Монерон улыбался так, будто не делал этого довольно давно или просто никогда прежде вообще. Возможно всë дело было во вкусной еде, употребить которую предоставил возможность Спайк, дыханием доведя мясо до полной готовности, но разве дело было только лишь в этом? Может и в этом ведь скорее всего, вкалывающие в этой шахте грифоны совсем редко бывают хоть как-то счастливы. Да и как тут, если кругом одно мытарство, да сырое мясо? Даже в Тартаре не так угрюмо как в этих пещерах, чего тут можно ещë сказать?       Однако грифон улыбался, несмотря на всë это. Беззаботно, словно юноша на каком-нибудь празднике. Позабыв о каких-либо проблемах и невзгодах. Быть может именно эта мелочь и стала причиной приподнятого настроения. — Ну ладно. Пора возвращаться к работе. С минуты на минуту упырь телячий вернëтся. Увидимся, Спайк! — попрощался Монерон, удаляясь от дракона.       Спайк кивнул в сторону уходящего грифона, подумав, что тот станет или уже стал его первым другом в этом Селестией забытом месте. Один в поле не воин, а так хоть какая-нибудь поддержка будет, если какая проблема возникнет. Тем более так будет веселее, даже среди всего этого шахтëрского мрака.       Внезапно, из дальнего туннеля раздался грозный крик приближающегося минотавра. Спайк схватил свою кирку и поспешил заняться делом, не желая привлекать внимание злобного смотрителя.

* * *

      Время потеряло свой счëт, известно лишь то, что прошло его довольно много. Дракон продолжал рушить одну и ту же стену, и уже успел получить несколько замечаний со стороны смотрителя, за то, что довëл руду до сыпучего состояния. Спайк не знал, что залежи нужно выбивать прямо с камнем, а не пытаться выковыривать. Теперь ему придëтся вместо кусков руды грузить в тележку пыль, что после уже отправят в плавильню.       К этому времени, дракон вновь почувствовал голод, а вместе с этим быструю утомляемость при каждом взмахе кирки. И если недавно съеденный кусок мяса был довольно сытной пищей, так как до этого сидевшая только на вегетарианском рационе рептилия употребила подобное впервые в жизни, то несколько превышающие полученной силы затраты от физических нагрузок, всë равно вызывали ощущения недоедания. Спайк стал часто оглядываться, надеясь на повторный перерыв, а то желудок начинает пожирать самого себя.       Работающие вокруг грифоны, каждый занятый своими делами, по виду не особо страдали от желания утолить, определённо разбушевавшийся к этому времени, голод. Они быть может и привыкли, явно торчат в этих подземельях не первый год, но Спайк…       Ему ещё никогда прежде не доводилось долго оставаться голодным, разве что кроме одного случая, когда дракончику было всего пять лет. Тогда он самостоятельно приготовить что-либо не мог, так как пока не позволяли, а опекающая его Твайлайт совсем забылась, с головой погрузившись в подготовку к предстоящим экзаменам. Спайк думал, что на обращение ему попросту ответят «Мне некогда», от чего он просидел с урчащим животом до самого вечера. Узнав об этом, Твайлайт сначала пожурила стеснительного, на то время, верного помощника, а потом чуть до смерти не закормила. Тогда она так умилительно смотрела… наблюдая как маленький дракончик поедал пироги и кельсадии. Воспоминания об этом вызывали ностальгию. Из мыслей неожиданно вывел злобный женский голос позади: — Где руда, молокосос?!       Спайк обернулся, взглянув на подошедшую к нему с, на половину полной, телегой серую грифониху. Его немного удивило присутствие существ женского пола среди угрюмых шахтёров. — Где руда, я тебя спрашиваю?! — повторила свой вопрос она, вплотную прильнув к дракону, прожигая взглядом. — Её… нет… пока… — не зная что ещё сказать, дрожащим голосом ответил Спайк, прикрывшись киркой и пятясь назад. — Чего?! — удивилась она. — За целый день ничего?! Да я тебя.! Спайк пригнулся, выронив кирку, и прикрыв лапами голову, когда пернатая замахнулась на него. Но удара не последовало. — Эй, Дюна! Чего так кипятишься, он же сюда только сегодня причалил! — говоря со смешком, к парочке приблизился знакомый дракону грифон. — Какая разница, Монерон?! Если мы не сдадим полную телегу в плавильню, нас всех без зарплат оставят! Ты же знаешь какие тут шишки законы выставили! — Знаю конечно, — не сменяя улыбчивого выражения морды, ответил грифон. — Но это всё равно не означает, что нужно обязательно выплёскивать ярость на всех подряд. Особенно на тех, кто ещё пока не совсем освоился на этом месте. Дюна прорычала глядя на улыбающегося грифона. — Ты видно очень сейчас раздражительна, — продолжил он. — Я знаю… один способ… как можно расслабиться. — Знаешь что, дорогой, — грифонка подняла телегу и стала удаляться. — Вали-ка ты в место под название «задница»! — Ммм… я бы в кое-чью свалил… скорее даже заехал… — с намёком пролепетал Монерон, провожая взглядом Дюну.       Спайк медленно поднял глаза, всë ещë опасаясь отгрести грифоньеми когтями, но заметив улыбающегося Монерона, тут же расслабился. — Не переживай. Дюна хоть и змея, но маленьких не обижает, — сказал грифон, слегка стукнув дракона кулаком по плечу. — Она же меня чуть не ударила! — возразил Спайк, затем осëкся, поняв, что только что прокричал на всю пещеру. К счастью никто даже не оглянулся из окружающих. — Да это она так шугает. Еë очень быстро выводит из себя какие-либо косяки со стороны других шахтëров, от чего страдают потом все, — Монерон опустил голову, взглянув на черноватый порошок под своими лапами. — А это можно и в мешок какой-нибудь сгрести, и в печь отправить. Для слитка хватит полного. Ладно, ещë увидимся, Спайк.       Грифон удалился, но перед этим откуда-то вынул вязанный мешок, объëмом почти с самого дракончика, и бросил его Спайку. Тот поймав брошенную вещь, сразу понял, что делать с ней, а по этому, не секунды думая, стал спешно сгребать порошок железной руды в него. Но к неожиданности, смахнув небольшую кучку, ему попался самый настоящий кусок не огранённого сапфира. И ведь нашёлся же среди железных залежей.       Голод снова дал знать о себе, и Спайк поднял драгоценный камень, намереваясь поглотить его. Но дракон внезапно осёкся. Что-то начало подсказывать внутри, что лучше бы пока оставить этот камень. «И куда спрятать?» — подумал Спайк, оглядевшись. В этот момент раздался звон колокольчика с другой стороны пещеры, а вместе с ним и знакомый крик смотрителя. — На сегодня всё! — минотавр нёс на плече ящик с продуктами и бросил его на землю. — Как поедите, шуруйте в хостель! Завтра подъем в восемь утра. Мелкий! За мной! Даст Даймонд ждëт тебя!       Поняв, что данное обращение было адресовано именно ему, Спайк крепче сжал в лапы найденный сапфир, что был размером чуть больше его кулачка, и неспешно прошагал к минотавру.       Проделав тот же самый путь по тёмным коридорам, смотритель привёл дракона к двери хозяйки шахты, у которой он бывал в начале этого дня, устраиваясь сюда.       Минотавр пропустил рептилию и закрыл за ним дверь. Войдя в кабинет, Спайк обнаружил бежевую пегаску около полки набитой какими-то папками. — А, Спайк… — кобылка прошла к своему столу и расположилась на слегка потрёпанным кресле перед ним. — Должна признать, ты оказался не такой хрупкой неженкой, как я ожидала, хоть и пашешь довольно-таки паршиво. — Я впервые имею дело с подобным… — оправдался дракон. — Однако, не спеши радоваться. Если намереваешься работать здесь дальше, ты должен всё время находиться на чеку. Те грифоны, к которым я тебя отправила, не просто какие-нибудь бродяги как ты. За их плечами кроется довольно тёмное прошлое. Кто-то из них простой ворюга по жизни, а кто-то убийца или насильник, сбежавшие из Эквестрии и обустроившиеся здесь. Радуйся тому, что я не отправила тебя в сектор к минотаврам, а они-то, если кому-нибудь приглянется твоя чешуйчатая задница, могут очень грубо… обидеть тебя. От услышанных слов Спайк нервно взглотнул. — В общем, — продолжила кобылка. — Позвала я тебя сюда по другой причине. Ты только что прошёл испытательный срок, а значит тебя можно смело взять на работу. Предупреждаю сразу, ты не в Эквестрии, а значит надеяться на какой-либо комфорт не следует. Зарплата мешочек двух каратных алмазов в месяц, если конечно не будешь косячить, ибо и такого удовольствия можно лишиться. Теперь можешь идти, Монерон проводит тебя.       Дракон кивнул и прошёл к выходу из кабинета, попутно размышляя над сказанными кобылкой словами. Одного мешочка алмазов в два карата вполне достаточно, чтобы купить неплохой дом в Кантерлоте, но разве это стоит того, чтобы целый месяц с короткими перерывами на обед и сон изматываться в шахте? Однако есть ли другой выход? Придётся смириться с тем, что возложилось на плечи маленького дракона.       Минотавр проводил Спайка к хостелю, где в данный момент отдыхали грифоны после тяжёлого трудового дня. Войдя в помещение, дракон огляделся. Не очень просторная комната оказалась очередной пещерой, а из мебели здесь были только выстроенные в ряд простоватые койки, на которых вместо постельного белья были какие-то грязноватые тряпки, да сено.       Несколько коек были свободными. Здесь их было в количестве больше чем грифонов пахающих в этом секторе. Немного потупив на пороге, Спайк решил занять одну из них. Сидящие на своих спальных местах грифоны тут же обратили взгляд на проходящего дракона, выражая удивление или что-то схожее с этим.       Эти взгляды немного давили, но Спайк старался не обращать на них внимания. Подойдя к приглянувшейся койке, дракон незаметно сунул найденный драгоценный камень под сено, после чего, как ни в чём не бывало, спокойно взобрался на свою постель. Завтра будет новый день, не менее лëгкий чем этот… «Надеюсь протяну до завтрашнего перерыва…» — мысленно проговорил дракон, чувствуя нарастающий голод.