Слабость Бога

Все истории начинаются с какого-то решения. Вы заметили закономерность? Онегин решил переехать в деревню и преобрел новый смысл в жизни и другие принципы; Лаврецкий вернулся в свое имение и нашел такую любовь, какую не встречал никогда; Вильям и Джим пошли на странную ярмарку и чуть не лишились собственного детства. Множество итогов жизни подводятся по вине решений, обдуманных и рискованных, опрометчивых и логически продуманных. Жизнь- это компьютерная отоме-игра, где вариант нашего решения приводит к определённому выводу, нравится он нам или нет - не важно. Ваш выбор - ваш итог. Я, наверное, никогда не умела окончательно и уверенно принимать решения, ведь очень боюсь вывода, который мне может не понравиться, поэтому, когда нашей танцевальной группе предложили ехать в Японию на финал интернационального конкурса, я не была уверена: правильно ли я выбрала? Нужно ли было ехать вообще? Почему не остаться в Москве и продолжить жить обычной жизнью? Эти вопросы до сих пор сидят у меня в голове, я так боюсь пожалеть о своем «да». Конечно, ни один человек никогда не сумеет принять окончательно уверенное решение, но от каждого из нас в жизни это требуется. Лидеры стран, например, обязаны быть твердыми и решительными, а вот мы, обычные люди, можем иногда позволить себе эту слабость. От меня зависило многое: если бы я сказала «нет», то никто бы не смог поехать, в подобного рода занятии мнение каждого- окончательное. Прогнувшись под общей мечтой, я нарушила свой покой, теперь я здесь, в Токио, и мне не нравится, что мы репетируем в этой стране, на этой земле, в этих стенах, среди этих людей. Я хочу домой, к своему хорьку, который теперь, наверняка, скучающе бродит по квартире в сопровождении «няни» и, когда я вернусь, снова сильно похудеет. Мы с Царем очень близки, он( пусть хорек и не пес, и не кот) понимал меня с полуслова. Это умное существо с бусинками -глазками покоряло всех и вся. Я вздохнула, вспомнив, как мы с ним иногда играли, присела на паркет зала, в котором мы тренировались, и стала перелистывать фотки в галерее. Он очень дорог моему сердцу. Выбор - вообще не наша возможность. Если ты - личность отдельная ото всех, то ты еще способен принимать единоличные решения, но, когда ты находишься в обществе, тебе должно быть важно мнение всех, с кем ты будешь контактировать. Тогда твой выбор рассеиваится, становится бессмысленным. Так произошло и с моим. Наверное, когда все это кончится, я покину ребят и уйду работать скромным журналистом в какой-нибудь город на Урале, чтобы меня никогда никто не узнал. Все мои семнадцать лет стали одной большой ошибкой, я поняла это лишь сейчас, когда стала размышлять, а что же значит мой выбор для них? Среди них я терялась в общей массе. Для всех я - знаменитость, личность, но я себя такой не чувствую. А значит люди меня не воспринимают правильно, а такого человека, который знал бы меня достаточно хорошо, просто не существует. Если меня узнают ближе, без маски глуповатости и милой улыбки, я не понравлюсь людям. - Ну, ты чего? По своему мелкому божеству скучаешь?- Рядом со мной аккуратно сел Мирослав, уже отрепетировавший свои движения. Перепрятов был действительно красив, он всегда выделялся своей невероятной очаровательной внешностью, покорявшей всех воспитательниц, что нередко служило нам добрую службу. Признаться честно, вся наша девчатская группа дет.дома восхищалась его зелеными яркими глазами. Но его избаловали женским вниманием, в итоге он стал бабником. Интересно. Значит, не только наше решение влияет на исход нашей судьбы, но и люди вокруг, которые «лепят» твои принципы и жизненный уклад. Получается, если бы не излишнее внимание, то он так и остался бы обычным мальчиком с красивой улыбкой? Из этого я делаю вывод, что жизнь не только отоме-игра, это игра сетевая, где не только ты решаешь, каким тебе быть, но и общество кликает клавишу с ответом. Какое число ответов будет большим, таким ты будешь. - Да, жаль, что все так сложилось. У этого мелкого завтра день рождения, а я даже рядом присутствовать не могу,- я грустно возвела взгляд к потолку и тяжко вздохнула. На самом деле мне не очень хотелось, чтобы Мир трогал меня сейчас. Я нередко вдаюсь в философские суждения, но сейчас момент особенный. Я чувствую, что пришел тот самый час, когда я должна обновить свою систему и все понять. - Ничего,- Мирослав похихикал,- скоро это все завершится, мы вернемся домой, и ты снова его встретишь, радость моя.- Он щелкнул мне по носу, заставив раздраженно его потереть, не дай Бог еще и чихнуть, не люблю совершать такие «интимные ритуалы» на глазах у других людей. - Я думаю, нам нечего бояться,- Зина, вытирая пот со лба полотенцем, подошла к нам и протянула бутылку воды. Мирослав ее забрал, убрал в сумку Зинаиды неподалеку, а Зардеева продолжила о чем-то говорить, но я ее уже не слышала, впала в свои мысли. Она была милой девушкой, помешенной на Японии и аниме, чего я искренне никогда не понимала. Вся её комната, куда бы мы не приехали, сразу же наполнялась фигурками аниме, постерами и кавайной одеждой. Я не имею понятие, куда она все это прячет, когда мы совершаем перелет, но это ее постоянный багаж. Впрочем, ее чудоковатость всегда привлекала парней, да и внешностью она была не дурна. Рыжие бестии никогда не оставались без внимания противоположного пола. - Конечно, только Влад опять натворил кучу ошибок, перепутал движения местами, иногда сбивался с ритма, и вообще его репетиция - полная жопа,- Нюргуяна никогда не стеснялась в выражениях, говорила все прямо и откровенно. Если Сердцевская считает тебя достойным человеком, она скажет: "Достойный человек", а если низшей ступенью эволюции, то: "Ты- низшая степень эволюции, в какой эре ты застрял?". Нюра - якутка, но, видимо, наполовину, так как она имеет и европейские черты лица. Признаюсь, я ее обожаю, она всегда играла роль лидера и была самой сильной и выносливой среди нас, чем вызывала у меня неподдельное восхищение и восторг. Так что это был единственный член команды, которому я доверяла и говорила ей об этом открыто. И мое отношение осталось бы прежним, если бы однажды между нами не выяснилось, что она - лесбиянка и влюблена в меня с девяти лет. А так как я очень категорична в плане ориентации, то мне пришлось отвергнуть ее «ухаживания». После этого наши отношения ни капли не испортились, а напротив - стали более откровенны. В какой-то степени я рада, что все прояснилось. - Я ничего преступного не сделал! Просто задумался. Ты теперь будешь меня тиранить?- Владислав подошёл к нам, как только услышал свое имя. Он знал, что Нюре что-то снова не понравится. А вообще он всегда был слабым звеном в нашей группе. Лоск, напущенный этой его милой мордашкой, можно было бы откинуть в сторону, как только вы узнали бы, что он боится уток и китайских палочек. И я не шучу, он и вправду на километр не подходит к прудам, а в китайском ресторане вообще закатил истерику, когда увидел эти палочки. Но в общем-то он мил и добр, очень похож на ребенка, хоть он и старше нас на год, постоянно мямлит что-то, тушуется, но в нашем кругу он меняется и становится нервозным, хоть и искренним. Я бы ни за что не согласилась с ним встречаться, но, кажется, с Зиной у них что-то на горизонте виднеется. Порой кажется, что они парочка, однако их еще не поймали на этом. Что ж, ждем завершения истории. Иногда мы называли Влада «Белым Пушкиным», потому что Секстин-Копелл так же был кучеряв, но его волосы имели пшеничный оттенок, к тому же он очень хорошо сочинял стихи и писал нам песни. Мы же и клипы снимаем, спасибо нашему продюссеру. Помню тот самый счастливый месяц, когда мы записывали трек и клип с моей любимой группой Слот, вот этот период я не забуду никогда, у меня даже видео и фото с прогулок с ними осталось, я дорожу этими Мбайтами занятой памяти и, когда мне грустно, пересматриваю. Даша стала мне хорошей подругой, в ней я открыла очень доброго и разностороннего человека. А с остальными мы просто братки. Иногда, когда нам и им перепадает шанс встретится в столице, мы обязательно посещаем какую-нибудь кафешку и ведем увлекательные беседы. Такие дни надолго остаются в моей памяти. - Конечно, буду. Ты всегда все портишь. Почему мы, по-твоему, заняли второе место в американских "Танцах"?- Тишина раздалась Нюргуяне в ответ.- Из-за тебя, да, ты же провалился. - Блин, ну спасибо, что выворачиваешь все наружу! Это было, блять, пять лет назад! Их ругань всегда доставляла мне дискомфорт, я ненавижу, когда люди ругаются. Пока все были заняты довыдами и аргументами, я тихо и незаметно поднялась, забрала свой рюкзак и удалилась восвояси. Я быстро оказалась в своей комнате, в которой все было в японском минимализме, единственно я повесила портрет Рэя Брэдбери, да, я нарисовала его сама, он лилеет мне душу. Обожаю его книги, наполненные смыслом и философией. В левом дальнем углу стоял высокий дубовый шкаф, прямо под окном была кровать, аккуратно заправленная мной еще утром, справа от нее расположилась квадратная прикроватная тумба с четырьмя ящичками, а на нем лампа. Я уже неделю читаю под ее тусклый свет. Рядом рабочий стол с кучей канцелярских принадлежностей, которым я молюсь как богам, ибо у меня есть все: начиная от блонотиков и кончая дорогущими линерами прямиком из Германии и Австрии. На столе лежит томик со стихами Лермонтова, рядом с ним я положила свой телефон, включив музыку в плейлисте. Голос Даши затопил комнату своим бархатным звучанием, "Круги на воде" как раз то, что мне нужно. Я тяжело плюхнулась в кровать, закрыв глаза и подпевая ей. Я ничего не стеснялась, здесь есть звукоизоляция. Их песня снова возвращает меня к мыслям о выборе. Неужто у нас его нет? Говорят: выбор есть всегда. Но о каком выборе мы можем говорить, когда перед нами ставят ультиматум или при любом решении результат будет одним и тем же? Многие люди кончают жизнь самоубийством, потому что у них как раз этого выбора нет. Эти люди отчаялись. Да, я не имею ничего против самоубийц, ведь если они идут на такой шаг, то их выносливость достигла отметки "ноль". Почему мы их осуждаем, когда, признайтесь, и нас самих посещает иногда отчаяние, а вместе с тем и мысли о лишении себя жизни? Не лгите себе, найдите эту идею в своей душе, она есть в каждом из нас. Я никогда не пыталась резать вены, пить кучу таблеток, но депрессия и апатия не покидают меня уже три года. Не хочу вспоминать причину, слишком больно.. Резко поднимаюсь с постели, поправляю одеяло, скомкавшееся под моим телом, и, выключив очередную песню Слот, выхожу в общий коридор нашего отеля. Закрыв дверь, отправляюсь к лестнице, чтобы спуститься в столовую и выпить стакан воды, однако, когда я оказываюсь на лестничном пролете своего этажа, чувствую непреодолимую тягу к чему-то выше. А выше этого этажа только крыша. Я не могу объяснить, почему у меня внезапно возникло подобное желание, но я чувствовала, что, если я сейчас соглашусь, это будет частью моей обновленной жизненной системы. Предчувствие чего-то важного пересилило все опасения (ведь на крышу запрещено подниматься), и я с уверенностью забралась по запасной лестнице, отходящей от лестничного пролета вверх, на крышу. Солнце ослепило меня рыжим бликом, ударившим в глаза зайчиком, но потом, протерев глаза кулаками, я смола оглядеться. Это была самая обычная крыша, не отличающаяся от всех других крыш в городе. Мои ожидания немного угасли, но любопытство все еще играло в груди голубым дьявольским огоньком. Смотря себе под ноги, я целенаправленно перешагивала с одной плитки на другую, как в «классиках», а когда наконец добралась до края крыши, оглядела восхищенным взглядом город. Токио, ты совсем не похож на Москву. Наш оригинальный русский способ сочитать огромные высотки и старые дома чуть ли не девятнадцатого века отличался от модернизированной современной Японии, где культура в самих людях сочиталась с развитыми технологиями. Но как бы здесь не было необыкновенно, все равно тянуло домой: к своим любимым вредным продавщицам, гадкой слякоти в конце октября, восхитительным сталинским высоткам и звуку рычащих моторов по ночам. Ну, и конечно, к соседям, вечно делающим ремонт и детей. Мы может и жили небогато, но это все было так дорого сердцу, это было что-то особое. Мало того, что я не сумею отпраздновать день рождения своего Царя, я еще и Ивана Купала пропускаю. Хотелось бы мне вновь очутиться там, в лесу, меж толстых стволов дубов и элегантных фигур берёз, поющих вместе с нами песенки. - У тебя такое грустное лицо..Почему тебе тоскливо? От неожиданности я распахнула глаза и в смятении уставилась на источник вопроса, на парня в странной полосатой кофте и идеально белыми волосами. Он бессовестно смотрел мне прямо в лицо, ожидая ответа. "Простите, уважаемый, Вы охyeли?" - Мне тоскливо, потому что я желаю попасть домой, но это не в моих силах,- естественно, я бы не осмелилась озвучить свои грязные мысли. Он выглядит чистым и невинным мальчиком в теле взрослого человека. А его глаза.. видели ли вы когда-нибудь ребенка, глаза которого не блестели по-детски, а ровно горели пониманием сути? У него был такой же взгляд. Я на секунду даже позавидовала его внутреннему пониманию всего, что есть и было. - Дом? А что для тебя есть дом? - Дом..- Честно, я не ожидала ни вопросов подобного плана, ни вообще его присутствия здесь!- Дом - это там, где тебе хорошо. Где тебя любят и ждут. Ценят и принимают таким, какой ты есть. - А у тебя дома так?- Ни капли хитрости, усмешки и лукавства не промелькнуло на его бледном красивом лице. Он и вправду хотел это знать, на полном серьезе?.. - А зачем тебе это? Я не знаю тебя, а ты уже спрашиваешь о таких личных вещах.- Я была возмущена его наглостью. Как же можно так..?! - Значит, это называется у людей "личные вещи"..- Он прикоснулся указательным пальцем до подбородка и задумчиво оглянулся на зарево. Рассвет уже занимался, радостно играли его лучи, окрашивая лицо незнакомца в цвет апельсинового леденца.- А я думал, у людей можно спрашивать все, что угодно. - В каком смысле, у людей?.. а ты тогда кто, дружок? - Я не совсем человек,- он поднялся на ноги, заглядывая мне в глаза и по-лисьи щурясь и улыбаясь. Его шизофреническая откровенность прошибала меня потом.- Я даже не знаю точно, кто я. - Как же так? Я не понимаю. У каждого человека есть имя, фамилия, родина, прошлое.. - Ты и не можешь понять. Даже у избранного не получилось, я и сам уже давно пытаюсь понять цель моего существования, однако, сколько бы я не пытался, Поларис мне мешает. - П-поларис? - Именно. Вот ты к какой конфессии принадлежишь? - Я-язычница. - Что ж, это трудновато объяснить. Наверное, это как ваша Мать Сыра Земля. Бог. Аллах. Вы, люди, почему-то по-разному его называете, хотя у него есть единое имя. Я здесь уже очень давно,- он сел на служебный стул рядом с выходом и посмотрел на меня внимательно.- Я наблюдаю за вами, людьми, множество тысячелетий, и знаешь, что я понял? Я слегка нахмурила брови и ожидала от него ответа. - Вы интересные существа. Разные, неповторимые, а еще вы неправдивые. Вы говорите с одним человеком о том, какой ваш собеседник хороший, а через пять минут говорите другому, что ваш прошлый друг ужасно одевается или причёску не так уложил. Какие вы сложные.. - Да уж, скучать нам не приходится,- я усмехнулась и подставила рядом с ним второй стульчик, присев на него. - А ты знаешь, избранная, ты ведь чем-то похожа на Ямато. - Кого? Кто такой Ямато? - Не важно, дорогая, расскажи мне лучше о людях.