Книга Жизни Маргарет: Тайна Ночи

Вечером, лежа в своей кровати, я не знала, что и думать. Получается, что я, как бы, избранная. Но, почему-то, это меня совсем не радовало. Я не умела управлять собой и не знала как мне этому научиться. Не было кого-то, кто хоть как-то мог бы мне помочь. С вампирской сущностью своей я немного сживалась, а вот оборотень и маг во мне совсем не умещались. Я даже толком не понимала как это: быть кем-то разным одновременно… Хотя и к волчьим повадкам я попривыкла. А вот что делать с магическими способностями я никак не знала. Я встала и подошла к полке с книгами и уже по привычке достала огромный «блокнот». «Сердце может хранить в себе ненависть, злость, тепло, любовь, отчаяние. Это единственный орган в организме человека, который не отвечает за конкретное чувство и не имеет конкретного предназначения, а отдается всем эмоциям и функциям сразу. Но что если ты не совсем человек? Как быть тогда? Каково твое сердце? Зверь внутри нас в любой момент готов вырваться наружу. И самая главная наша задача — не выпускать его. Если же это не удается, лучшее, что мы можем сделать, удерживать его на коротком поводке. И хуже всего то, что у зверя тоже есть сердце, а у сердца тоже есть чувства. Очень важно, чтобы у каждого был человек, который поддержит в трудную минуту. Тогда и жить становится легче, если знаешь, что кто-то в тебе нуждается. Важно иметь того, ради которого и вечность не строк. А самое главное — не терять самое себя. Что бы ни случилось, кем бы ты ни был, ты, все равно, обязан оставаться человеком. „Populus esse humanum“»  — Populus esse humanum — я повторила, надеясь, что не слишком исковеркаю слова и, не зная, зачем это делаю. Но вдруг дыхание мое остановилось, сердце перестало биться, а в глазах отразилась яркая вспышка света. Это продолжалось всего доли секунд, но после этого мне стало неимоверно легко и приятно на душе. Все то, что тревожило меня до этого, испарилось, будто его и вовсе не было, будто я всегда была человеком. Обычным человеком. Я закрыла глаза и мгновенно уснула. Это была первая ночь, которую я провела совершенно без снов. Проснулась я рано. До школы было еще несколько часов, на улице было еще темно, но спать мне больше не хотелось. Я пошла в душ, привела себя в порядок и взялась за чтение своей книги. «Больше всего нужно остерегаться холодных людей, холодных душой и телом. Они могут сделать холодным тебя. И лучшее, что ты можешь сделать для них — отпустить, пока не поздно. Пока тебя не затянуло в эту бездну. И довериться внутреннему голосу — он никогда не подводит.»  — Маловато как-то сегодня. — Подумала я. Я собрала рюкзак и спустилась вниз, чтобы позавтракать. Мама уже уехала на работу — в больницу. А я приготовила мюсли, налила стакан апельсинового сока, быстренько перекусила, проверила еще раз сумку — все ли взяла — и быстро вышла на улицу. Заперев дом, я направилась к своему Chevrolet, зацепилась за ветвь, которая лежала на траве, и еле удержалась на ногах, чтобы не упасть. Это Не-Падение я восприняла как маленькую победу над своей рассеянностью и решила, что день пройдет удачно. Так по общему счету и было, если не считать неудачи с мистером Лореном, когда он совсем не вовремя задал мне вопрос на своем занятии.  — Мисс Маргарет Липс, скажите, пожалуйста, в каком году Эмилия Бронте написала «Грозовой перевал»? В этот момент я как раз думала о Дэнни, поэтому мне абсолютно все равно было на этот факт, не смотря на то, что я безумно любила этот роман и должна была знать ответ.  — Я не знаю, мистер Лорен. — Почти безразлично ответила я. Он строго посмотрел на меня и лишь покачал головой.  — Может кто-то другой знает? Да, мистер Браун? — Оказывается, что Макс с самого начала вопроса держал руку. Он ответил на поставленный учителем вопрос, но я уже не слушала. Я снова полностью погрузилась в свои иллюзии. Господи, да, конечно же, я знала, что «Грозовой перевал» был написан в 1846—1847 годах. Но если бы вы все знали: насколько мне не до этого… Утром Макс спросил можно ли ему сесть с кем-то другим на один день. Я согласилась, тем более, что для меня это было даже лучше. Я не была настроена на разговоры и хотела немного тишины, даже во время занятий. А Макс бы, как всегда, что-то мне рассказывал. Но я даже подумать не могла, что сядет он с Эшли. С этой задавакой Эшли… Еще больше я была удивлена, когда она обрадовалась его компании. В конце концов, я подумала, что это ангельские штучки всему виной и успокоилась. В этот момент в дверь постучали. Вошла директор Эклз, а следом за ней вошел еще кто-то, но я даже не обратила внимания на то, кто это был. Мне было все равно даже в тот момент, когда директор попросила поприветствовать еще одного новичка. Тем более, что мест свободных в классе достаточно, так что я готова была поспорить, что сядет этот человек с кем-то другим. А если и со мной, то я честно скажу, что это место занято. Поэтому я продолжила наслаждаться видом из окна и мечтать. Наверное, это было впервые за последнюю неделю: я не думала над чем-то, а именно мечтала. И, наверное, это было впервые за все годы, чтоб в первый день после каникул я не была расстроена продолжением учебы. Мне было все равно. Сегодня день шел как никогда отлично. В этот момент мои мысли прервались стуком. Кто-то плюхнулся на кресло возле меня. Я повернулась, чтобы объяснить непрошенному гостью, что здесь занято.  — Простите… — Начала я, но запнулась. Рядом со мной сидел и улыбался широченной наглой улыбкой Дэнни. — Ты что здесь делаешь? Я была, мягко говоря, в шоке.  — Пришел учиться. А ты против? — Его улыбка, которая доводила меня до сумасшествия, так и не сходила с лица. Мистер Лорен посмотрел на нас предупреждающе. В этот момент я так же заметила, что Макс обернулся на нас. Я кивнула ему, мол «все нормально», и начала шептать, чтобы никто кроме Дэнни не мог меня слышать.  — Как тебя пустили в школу, тебе ведь где-то под двадцать? — Он что-то прошептал в ответ, но я, к моему удивлению не расслышала.  — Ааа. Подожди секунду. — Я поняла, что нужно стать вампиром, чтобы его услышать. Я не знала, как это сделать, поэтому просто настроилась на вампира в себе и представила, что это как бы уже произошло. Другими словами: внушила себе, что я вампир. Я поняла, что у меня получилось, когда у меня начала кружиться голова от странного запаха — я чувствовала, как пахнет каждый в аудитории. Ближе всех ко мне сидела наша отличница Сара, и мне ужасно захотелось попробовать какая она на вкус. «Фу. Какая мерзость». — Подумала я, сжала зубы и сглотнула. Не слишком помогло. Потом я вспомнила и мысленно произнесла: «Populus esse humanum». От этого мне действительно полегчало, я задышала полной грудью и посмотрела на Дэнни.  — Так что ты говорил? — Снова шепотом произнесла я.  — Я сумел внушить директору Эклз, что мне всего-то восемнадцать. А на самом-то деле, мне целый двадцать один год. — Так же, почти не произнеся ничего вслух, ответил мне Дэнни и улыбнулся. Потом он внимательно всмотрелся в меня, будто хотел во мне что-то увидеть. — Твои глаза черные… У тебя жажда? Тебе нужно срочно выйти иначе ты кого-то убьешь. — Начал тараторить он.  — Эй. Поспокойней, мужчина. — Я ухмыльнулась.  — В первые дни жизни мы не можем себя контролировать вообще. — Он сделал акцент на последнем слове и пронзительно смерил меня взглядом. Я посмотрела на него и улыбнулась, обнажая свои белоснежные зубы.  — Смотри. — Все так же улыбаясь, сказала я Дэнни. — Сара, ты сделала задание по математике? — Абсолютно спокойно я обратилась к однокласснице, наклонившись ближе. На лице Дэнни читался ужас.  — Да. — Застенчиво ответила девушка, поглядывая на нового красавчика в нашем классе. Я проследила за ее взглядом и незаметно ухмыльнулась. Ну, конечно, он не остался незамеченным девушками нашего класса.  — Дашь потом свериться? — Улыбнулась я слегка. Сара кивнула в ответ и отвернулась. А я с самодовольной улыбкой посмотрела на Дэнни. Он открыл рот от удивления.  — Как у тебя это получилось? Я думал, что ты сейчас же набросишься на нее. — Удивленно промямлил он.  — Кажется, я умею больше, чем ты. — Я снова улыбнулась, демонстрируя свои сильные вампирские зубки.  — Все может быть. — Он так же улыбнулся мне в ответ. Безумно пугающая и вместе с тем притягательная улыбка. После занятий ко мне подошел Макс. Дэнни ушел в администрацию, чтобы уладить кое-какие учебные вопросы.  — Что он здесь делает? — Со злобой и вместе с тем удивленно спросил Макс.  — Теперь он будет учиться с нами. — Я улыбнулась, но потом сразу спрятала эту идиотско-неуместную улыбку. — Я сама удивлена не меньше чем ты. Но так даже лучше. Мне кажется, что мне полезно будет, если он чаще будет находиться рядом. У кого мне еще узнавать о всех вампирских штучках, как не у него? — Я перешла на шепот, когда заговорила о вампирах.  — Может и так. — К моему удивлению, согласился Макс.  — Странно, что ты не побежал к директору, чтобы решать вопрос об его отчислении. — Я широко улыбнулась. Теперь эта улыбка ничем не грозила, потому что я снова выключила свой вампиризм. Я делала так весь день. На уроки включала, чтобы общаться с Дэнни, а на переменах снова становилось обычной старшеклассницей. — Знаешь, я тут еще подумала: может пускай он хотя бы эту неделю посидит со мной? Сам подумай: садить его с кем-то из людей опасно — мы ведь уже не понаслышке знаем о его самообладании. С тобой он явно сидеть не станет, да и ты не захочешь. Остаюсь я. Что ты думаешь? Он подумал несколько секунд.  — Ладно. Но будь с ним осторожной. Он хуже, чем кажется.  — Макс, перестань. — Улыбнулась я, и мой хранитель тоже улыбнулся в ответ. Через мгновение его улыбка немного померкла.  — Макс. — Приветствуя, сказал Дэнни, который мгновенно оказался рядом со мной.  — Ты не слишком быстро двигаешься? Тебя никто не заметил? — Испуганно прошептала я.  — Нет, все в порядке. — Заверил он меня и положил руку на мои лопатки, будто слегка приобняв меня.  — Я, пожалуй, пойду. — Макс настороженно взглянул на Дэнни. — Береги себя. — Сказал он мне, но с яростью посмотрел в этот момент не на меня. Я резко высвободилась из объятий Дэнни, скосив на него раздраженным взглядом, обняла Макса, и он ушел. Когда я повернулась, Дэнни выглядел растеряно и обижено. Через секунду он будто опомнился и сменил выражение лица на привычное ему «мне все нипочем».  — Милый ангелочек. — Хихикнул Дэнни.  — Перестань. — Ткнула я его кулаком в плече.  — Да ладно тебе… Он что шуток не понимает, что ли? — Ухмыльнулся.  — Таких — не понимает.  — Как и все люди…  — Что? — Спросила не потому, что не услышала, а потому, что хотела понять.  — Говорю: он такой, как все люди. Люди не умеют понимать, не умеют любить, не умеют ждать. Люди вообще жить не умеют. Закатила глаза.  — Можно я отвезу тебя домой? — В этот момент Дэнни распрямил спину и сказал это серьезным тоном.  — Спасибо. Я на своей машине. — Передразнила я его голос. Он вздохнул и закатил глаза.  — Тогда я отвезу тебя на твоей машине, а потом вернусь сюда и уеду на своей.  — Шикарная логика. — Я округлила глаза. — Ладно. Как хочешь. Я отдала Дэнни ключи от своей куколки и пошла к пассажирскому сидению. Не успела я подойти, как он уже оказался у дверцы и открыл мне ее.  — Ты можешь быть осторожней? Хорошо, что мы не на центральной части парковки? Я не хочу, чтобы тебя заметили. — Прошипела я, усаживаясь в машину.  — А если и заметят, то что? — Ехидно улыбнулся мне Дэн и завел машину. — Внушу, что им показалось. Как меня раздражала эта его самоуверенность…  — Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. — Я отвернулась и уставилась в окно.  — Ты переживаешь обо мне? — Спиной я чувствовала, что его самодовольная улыбка все никак не исчезает.  — Пф. Еще чего. — Фыркнула я, краснея. Хорошо, что я отвернулась, и он этого не заметил. — Я вообще не понимаю твоих изменений в настроении. То ты используешь меня, то злишься, то отшиваешь, а теперь ты шутишь и кокетничаешь. Я тебя не понимаю, Дэнни.  — Я думал над твоими словами. Ну, теми, которые ты говорила вчера утром. — Я повернулась и увидела, что улыбка его исчезла, глаза потемнели, а лицо задумчиво уставилось на дорогу. — Ты не кукла для меня. Совсем нет. И я не использовал тебя. Там, в клубе, ты мне действительно понравилась. Хотя нет, даже не так. Ты мне намного раньше понравилась. Помнишь, тот случай на дороге, когда ты поскользнулась? Это ведь был я.  — Я узнала тебя сразу. — В этот момент он резко затормозил. Я вытянула руки, опершись на панель перед стеклом, чтобы не удариться. Он вздохнул и обернулся ко мне.  — Так вот, ты была не права. Я действительно хотел дотронуться до твоей кожи, потанцевать с тобой. Это была первая моя слабость по отношению к тебе. Вторая была через пять дней. Прости за это. Я действительно принес много опасности в твою жизнь. Прости, что изменил тебя. Мне очень жаль. — Я взглянула в его глаза — ему действительно было жаль. Он смотрел в этот момент на меня так, будто собирался защитить от всего мира. И я ему поверила. — А потом я старался отдалиться от тебя, думал, что так будет лучше для тебя. Я не понимал, насколько большую ошибку совершаю. Я вообще делаю слишком много ошибок. — Он вздохнул. — Вчера ты словно открыла мне глаза: я должен быть рядом с тобой. Я должен помогать тебе и защищать тебя, во что бы то ни стало. В этот момент мое сердце ушло в пятки. В порыве эмоций он не замечал, как все ближе пододвигался ко мне. Во время последних слов его лицо практически соприкоснулось с моим. Я чувствовала его дыхание, его пьянящий запах, ощущала как его взъерошенные волосы колышутся от слабого ветерка, который доносился из приоткрытого окна, и щекочут мой лоб.  — Прости. — Прошептал Дэнни. В этом слове было все: боль и радость, сожаление и счастье, печаль и смех, дружба и таинственность, ненависть и любовь. Он припал своими губами к моим. Голова закружилась, я обняла его за шею, чтобы не потерять сознание, и ответила на поцелуй. Казалось, что мы не дышали целую вечность. После мы резко отстранились друг от друга, я глубоко вдохнула, и тепло растеклось по моему телу. Я никогда не была так счастлива, как в этот момент. Мы одновременно посмотрели друг на друга, и я увидела, что он улыбается, как и я. Он снова наклонился ко мне и уже более нежно дотронулся до моих губ. Он снова завел мотор и довез меня домой в полном молчании. Но мне это даже нравилось. Это не было обычным тяжелым молчаньем. Нет. Это было молчанье, наполненное любовью и счастьем.  — Я зайду вечером. — Нежно прошептал Дэнни, когда мы стояли на пороге моего дома. Он наклонился, я встала на цыпочки, чтобы дотянуться до него, и мы снова поцеловались. Потом он отодвинулся, заправил прядь моих волос за ухо, нежно погладил рукой меня по щеке и исчез. Я счастливая вошла в дом.