Приключения Невыносимой Всезнайки

Гермиона сидела на кровати в своей спальне и уже, наверное, второй час подряд крутила в руках небольшую коробочку. Что бы она с ней ни делала, какие бы заклинания ни пробовала, а та никак не поддавалась - открыть ее оказалось невыполнимой задачей. Любопытство буквально разрывало ее на части. Однако, у нее не было сомнений в возможностях Снейпа - если он решил, что ее можно открыть лишь через месяц, значит, так оно и есть. С досадой она прекратила свои попытки, тем не менее, продолжая бездумно крутить коробку в руках. Помимо ее содержимого, Гермиону интересовал и срок, указанный профессором. Почему месяц? Что такого случится через месяц, что позволит ей, наконец, узнать эту тайну, которой покрыл ее любимый преподаватель этот небольшой предмет. Что бы это ни было, ей очень хотелось, чтобы это быстрее произошло. Прошло лишь несколько дней с момента начала ее обладания этой вещью; поначалу ей казалось, что она спокойно дождется окончания указанного срока, но любопытство только усиливалось с каждым днем; все попытки расспросить Снейпа оказались бесполезными - в тот вечер, когда он вручил ей зелья и данный сувенир, он, зная отличный способ заставить девушку замолчать, ловко его использовал. Его поцелуи могли заставить Грейнджер забыть обо всем на свете, к тому же, ей не удалось тогда провести с ним много времени - профессор ожидал встречи с директором, поэтому вскоре Гермионе пришлось отправиться в гостиную Гриффиндора, так и не получив ответов. В другие же дни у нее не получалось остаться с ним наедине. В понедельник она задержалась после урока, который вел у них слизеринский декан, но как только все ученики вышли из класса, он, взяв свои бумаги, отправился вслед за ними, лишь одарив девушку коротким поцелуем и буквально сбежав из аудитории, не давая ей возможности задать очередные вопросы, отвечать на которые он в любом случае не собирался. Вечером вторника, сидя на ужине в большом зале и не прекращая ломать голову над новой задачей, она решилась зайти к нему сама. По завершению трапезы она быстро выскочила из зала, пока ее не задержал кто-нибудь из гриффиндорцев. Прождав некоторое время неподалеку от входа в подземелья, чтобы не столкнуться ненароком с кем-нибудь из слизеринцев, которые возвращались в свою гостиную после ужина, она гуляла по коридорам первого этажа около получаса, а затем неспешно направилась в сторону логова змеиного факультета. Как только девушка ступила на лестницу, ведущую вглубь замка, она увидела перед собой Малфоя, который поднимался ей навстречу. Последний, не ожидав увидеть в своих краях это гриффиндорское создание, удивленно спросил: - Грейнджер, что ты тут делаешь? У Гермионы не было ни единой мысли о том, что ему отвечать. Она остановилась и посмотрела на него, приобретая весьма потерянный вид в попытке придумать ответ. Каждая новая мысль казалась ей еще более нелепой, чем предыдущая, поэтому она просто продолжала молчать. Драко, не понимая ее реакции, нахмурился. Ему казалось, что за этот год их взаимоотношения несколько улучшились; он до сих пор помнил улыбку, которой одарила его девушка в момент, когда ему было совсем плохо, а жизнь казалась мрачнее подземелий, в которых они находились в данный момент. Тогда он почувствовал себя лучше, на душе стало не так тоскливо. А сейчас она даже не удостоила его ответом на простой вопрос. О том, что у девушки могут возникнуть секретные дела в его обители, у него не было ни единой мысли. Ведь если бы у нее вдруг появились друзья среди его сокурсников, он бы об этом первый узнал, потому что ничего не могло происходить за спиной слизеринского принца, а к Снейпу она идти точно не могла, так как его не было в школе. Сразу же после ужина крестный отправился в поместье его семьи. Затянувшееся молчание немного задевало Драко, однако, зная, что некоторые его сокурсники скоро двинутся вслед за ним, он захотел увести девушку подальше отсюда, чтобы она не попалась им на глаза. - Ладно, если не хочешь - не отвечай, но позволь увести тебя отсюда, здесь не самое подходящее место, чтобы бродить в одиночестве, - недовольно сказал Малфой, подходя к Грейнджер. Она лишь молча повиновалась, когда он взял ее за руку и повел в обратном направлении. Как только они отошли на безопасное, по его меркам, расстояние, он отпустил ее и, молча развернувшись, ушел прочь, оставляя Гермиону наедине со своим смущением и осознанием явного прокола в наспех придуманном плане. Да и чего она хотела добиться, свалившись, как снег на голову своего профессора. Если он не захотел ей ничего объяснять сразу, не захочет и потом. Грейнджер, поникнув, направилась в родную гостиную, размышляя о том, что эмоции мешают ей мыслить здраво, и, как следствие, ее поступки, лишенные всякой логики, приводят к довольно сомнительным результатам. Также она думала о Драко. Его мотивы были ей непонятны. Казалось, он записался в ее защитники, что было довольно странным, учитывая то, что предыдущие пять лет ей нужны были защитники от него. Конечно, он очень изменился за этот год, но ей все равно до сих пор было непривычно видеть Малфоя в новом образе; тем не менее, она поймала себя на мысли о том, что ей это нравится. Как следствие хорошего отношения к нему, она почувствовала и стыд от того, что не вымолвила ни слова за всё то недолгое время с момента их встречи на лестнице и до того, как он покинул ее. Раздумывая о загадочном поведении слизеринца, девушка даже смогла ненадолго забыть о подарке, который она пока еще не имела возможности оценить. Однако, оказавшись в гостиной своего факультета, она на автомате пошла в спальню, чтобы снова достать странную вещь из своего чемодана только для того, чтобы бесцельно крутить ее в руках. С того момента это действие стало у нее чем-то вроде ритуала. *** Субботнее утро порадовало обитателей замка ярким солнцем, которое уже почти по-летнему согревало землю. Сразу же после завтрака Гарри, Рон, Джинни и Гермиона договорились пойти на прогулку в Хогсмит - им давно не удавалось провести время всем вместе, ни о чем не думая и просто наслаждаясь выходными и хорошей погодой. Идея принадлежала Поттеру, который делал особенный акцент на присутствии Грейнджер, опасаясь, что та снова сбежит от них, ссылаясь на очередные учебные дела. Он вещал о том, что в эти тяжелые времена им как никогда важно держаться вместе, а этот учебный год несколько отдалил их всех друг от друга. На самом же деле, он хотел попытаться сблизить Гермиону с Роном. Не так давно он стал замечать необычный интерес друга к ней. Понаблюдав за ними какое-то время, он решил расспросить Уизли о смене его поведения в присутствии Грейнджер. Прямых ответов он, конечно, не получил, однако, для него все стало вполне очевидным. Ему захотелось попытаться помочь другу, к тому же, ему было бы куда спокойней, если бы девушка почаще находилась в зоне его видимости, так что, идея сблизить этих двоих показалось ему великолепной. Гермиона же подумала, что ей действительно не помешает немного отвлечься от навязчивых мыслей, которые не покидали ее всю неделю. Тем более, что провести время в компании наиболее интересовавшего ее человека не представлялось никакой возможности. Несмотря на непривычно нежное отношение к ней со стороны грозы подземелий, она не могла понять, что между ними происходит. В те редкие минуты, что они оставались наедине, он вел себя так, будто она нужна ему, как воздух, однако, все остальное время у нее создавалось впечатление, что профессор всеми силами старается избегать ее. Девушка решила, что сойдет с ума, если хоть как-то не направит свои мысли в другом направлении, поэтому сразу же поддержала предложение Гарри, к немалой радости последнего, а также Рона, хотя он и попытался не афишировать своих эмоций. Друзья неспешно прогуливались по деревне, радуясь теплу. Через некоторое время они решили зайти в Три Метлы, чтобы выпить по бокалу сливочного пива. Рассевшись за столом, они сделали заказ и стали беззаботно болтать о предстоящих каникулах; неугомонная Джинни уже начала строить планы на лето, и хотя каждый из них понимал, что сейчас явно не лучшее время для увеселительных программ, тем не менее, никому не хотелось нарушать этот беззаботный и радостный настрой хотя бы сегодня. Гермиона действительно смогла отвлечься от угнетающих мыслей, поэтому сейчас она сидела, радостно поддерживая идеи своей подруги, а Рон, сидевший напротив нее, никак не мог оторвать от нее своего взгляда. С того момента, как он окончательно расстался с Лавандой, он все никак не мог перестать думать о Грейнджер. Когда-то, как ему сейчас казалось, очень давно, а именно - минувшей осенью, он был уверен, что Гермиона всегда будет рядом, и, что бы он ни делал, никуда не денется. Однако, сейчас он понял, как сильно тогда ошибался. Эта девушка стала для него чем-то недосягаемым, казалось бы - вот она, сидит прямо перед ним, беззаботно болтает о какой-то ерунде, но он понимал, что завтра она снова отдалится от него. Так происходило уже довольно продолжительное время. Конечно, она все еще оставалась его другом, но, став свободным от утомительных отношений, он захотел от девушки большего, чем просто дружба и, к немалому его разочарованию, вскоре понял, что все не так-то просто. Рон задумывался над тем, что если она найдет себе кого-то так же, как это ранее сделал сам, он просто сойдет с ума от ревности. К счастью, пока что этого не произошло. В какой-то момент сидящая лицом ко входу Грейнджер увидела входящего в помещение Малфоя. Тот, оглянувшись вокруг, а затем заметив их компанию, нахмурился и вышел обратно на улицу. Гермиона, все еще чувствуя себя неловко за свое поведение при их недавней встрече, захотела как-то наладить ситуацию, поэтому, не раздумывая, встала из за стола и, пообещав друзьям вернуться через минуту, выскочила на улицу вслед за слизеринцем. Джинни, сидящая так же, как и ее подруга, лицом к двери, знала, куда направилась Грейнджер, но очень надеялась на то, что ее собеседники останутся в неведении. Зная своего брата достаточно хорошо, она понимала, что вспышки гнева будет не избежать. Гарри и Рон повернули головы, наблюдая за траекторией подруги, когда она выскочила за дверь бара. Через минуту все трое удостоились наблюдать из окна крайне необычную для глаз картину. Точнее, Поттер однажды видел кое-что и похуже, но от этого факта намного легче ему сейчас не становилось. Гермиона стояла рядом со слизеринским принцем и о чем-то спокойно беседовала с ним. Затем Малфой сказал ей что-то, от чего девушка засмеялась, а он улыбнулся ей в ответ. В этот момент лицо Уизли стало приобретать оттенок, схожий с ярким цветом его волос. Гарри выглядел спокойней, однако сомнения, которые совсем недавно покинули его многострадальную голову, снова поселились в ней. Завершающим штрихом данной картины было легкое прикосновение Малфоя к руке Грейнджер, после чего они, наконец, разошлись. Гриффиндорка, оказавшись в помещении и наткнувшись на пристальные взгляды друзей, небезосновательно поняла, что сейчас ей предстоит отвечать на множество гневных вопросов. *** Драко сидел за слизеринским столом в большом зале и тайком наблюдал за гриффиндорцами, в первую очередь - за Уизли. Почему-то, это рыжее недоразумение раздражало его даже больше, чем Поттер, именно поэтому сейчас, если бы Малфой не умел контролировать своих эмоций, он катался бы со смеху по полу от одного вида этого гриффиндорца с багровым лицом, но, взяв себя в руки, старался обходиться лишь ехидной усмешкой. Несомненно, Грейнджер в последнее время так или иначе поднимает ему настроение, если не своей улыбкой, то возможностью разозлить кого-нибудь из ее сокурсников. Сегодня, чуть ранее, он искал одного из своих друзей, которые нередко проводят субботние вечера в одном из баров Хогсмита. В процессе поиска он наткнулся на компанию Золотого Трио. Увидев Грейнджер, он невольно нахмурился, тут же вспоминая ее игру в молчанку. Не то чтобы его это сильно задевало, просто он не понимал причин, а расспрашивать ее, несмотря на некоторое любопытство, было ниже его достоинства. Быстро убедившись, что искомого слизеринца в помещении нет, он вышел на улицу. Прошло лишь несколько секунд, как он услышал голос гриффиндорки, окликнувшей его. С удивлением он обернулся и подошел к ней; оказалось, что девушка решила извиниться за свое странное поведение на днях. Драко даже сам себе не хотел признаваться в том, что в ту минуту почувствовал некоторое облегчение от того, что их взаимоотношения снова можно назвать, по крайней мере, приятельскими, потому что, признавая это, ему пришлось бы найти тому причины в своей голове, чего ему вовсе не хотелось делать. Пока она говорила эти слова, слизеринец заметил через оконное стекло, что Поттер и Уизли пристально следят за ними, даже не пытаясь этого скрыть. Лицо последнего покраснело, что доставило ему массу удовольствия, поэтому он решил добавить масла в огонь. Наклонившись к ней и не дожидаясь ее объяснений, он в шутку произнес: - Да ладно тебе, Грейнджер, я уже догадался, что ты искала там меня, так чего же мне обижаться, - гриффиндорка рассмеялась, а Малфой, играя уже на публику, улыбнулся ей в ответ; затем, картинно дотронувшись до нее напоследок, завершил свой маленький спектакль и удалился. Что может быть приятней, чем разозлить Рона Уизли, причем даже не разговаривая с ним. Разве что иметь возможность теперь наблюдать за ужином результаты своих действий. *** Гермиона, напротив, пребывала не в самом лучшем настроении. Она невероятно сильно злилась на Рона. Как посмел он бросаться в ее сторону такими резкими словами?! Конечно, разумом она прекрасно понимала природу этой его злости. Для нее уже давно не были секретом его чувства к ней, так что в нем говорила исключительно его ревность. Тем не менее, это не давало ему никакого права обвинять ее в том, что она связалась с врагом. Угнетало ее еще и то, что Гарри почти не пытался угомонить друга. Разумеется, он осадил его на самом пике злости, но и сам был не прочь задать вопросы, на которые девушке совсем не хотелось отвечать. Она уже пожалела о минутном порыве заговорить с Драко. По крайней мере, хотя бы он теперь настроен дружелюбно. Если бы не Джинни, которая в какой-то момент не выдержала перепалки и воспроизвела тон голоса, до ужаса напомнивший Рону его мать, когда та бывала в гневе, наверное, Гермиона просто встала бы и ушла, без единого желания когда-либо еще разговаривать со своими лучшими друзьями. Рон опомнился и, наконец, успокоился, напоследок даже выдавив из себя какое-то подобие извинения. Тем не менее, настроение было испорчено, так что ее план отвлечься сегодня удался на славу, но не так, как она рассчитывала. В данный момент ее душу грело лишь присутствие в поле ее зрения Снейпа, и то довольно сомнительно, так как он являлся тем, кто нарушил ее покой, вероятно, на всю оставшуюся жизнь. После ужина Гарри быстро испарился, так как его уже ожидал директор, а Гермиона вместе с Джинни, проигнорировав Рона, отправились вдвоем в башню Гриффиндора. Просидев около часа в спальне Грейнджер, они, наконец, спустились в гостиную, где застали вернувшегося Поттера, который сообщил им о том, что в следующее воскресенье они с директором отправятся на поиски одного из крестражей. В тот момент беспокойство за друга и осознание приближающейся опасности взяли верх, и недавняя ссора была забыта. ***