Приключения Невыносимой Всезнайки

Гермиона Грейнджер вышла из родительского дома, сжимая в руке маленькую бисерную сумочку. Ни один маггл, увидевший ее, не смог бы вообразить, как много всего эта вещь в состоянии вместить в себя, подчиняясь заклятию незримого расширения. Впрочем, девушка не задумывалась об этом - ее мысли были далеки от окружающего мира. Едва сдерживая слезы, настойчиво рвущиеся наружу, она мысленно уговаривала саму себя, что это все временно, что ее родителям будет хорошо в Австралии и им не придется каждую минуту своей жизни переживать за нее. Ну а если она погибнет, они не будут страдать. Все это было правильно и логично, только, почему-то, легче от этого ей не становилось. Грейнджер брела по улице, не особо заботясь и о собственной безопасности - сейчас ей хотелось просто идти среди этих домов, которые окружали ее с детства, вглядываться в привычный пейзаж последние минуты перед тем, как она окажется в суровой действительности. Еще в школе она договорилась с Джинни, что поживет у них после того, как покинет дом; конечно, ее смущала необходимость быть в непосредственной близости от ее брата, но, в конце концов, пора привыкать, ведь вскоре им предстоит проводить все время бок о бок, когда они втроем направятся на поиски крестражей. Она бы с радостью пожила у Гарри, но она не стала бы просить его об этом, зная о его трудностях с попытками общаться с семьей, у которой ему приходилось жить, а уехать оттуда в другое место он пока не мог. Так что, выбора у Гермионы просто не было, но, несмотря на вынужденную близость Рональда, она была рада оказаться в окружении остального семейства Уизли. Оказавшись на месте, она видела удивление и едва скрываемую радость на лице Рона, когда он узнал, что этим летом Гермиона будет жить с ними. Она попросила Джинни предупредить об этом только миссис Уизли, а ему о своих планах не рассказывала. Вопреки ее опасениям, дальше многозначительных взглядов Уизли не зашел, держался спокойно и, казалось, за это недолгое время после окончания учебного года заметно повзрослел. В Норе нередко проходили собрания Ордена Феникса, возглавляемые Грюмом - бывшим мракоборцем. На повестке дня была разработка плана по перемещению Гарри Поттера в безопасное место. Тридцать первого июля ему исполнится семнадцать лет; с той минуты защитные чары жилища Дурслей падут. К радости Рона и Гермионы, их, наконец, допустили до собрания, и не только допустили, но и позволили принимать участие в операции. Грейнджер одновременно и боялась назначенного дня, и ждала его, потому что ей очень хотелось уже поскорее лицезреть в их кругу своего лучшего друга. Наконец, этот день настал; тринадцать человек, включая Рона и Гермиону, отправились на Тисовую улицу. *** Северус Снейп трансгрессировал на небольшую поляну неподалеку от поместья Малфоев. Оглянувшись вокруг, он спешно направился в его сторону. Он знал, что внутри уже собрались все приближенные к Темному Лорду, включая, разумеется, хозяев поместья. Ему не хотелось надолго оставлять Драко рядом с их повелителем, когда его самого нет рядом, но, к сожалению, обстоятельства сложились иным образом. Темный Лорд отныне обитал именно здесь, отчего Люциус и Нарцисса выглядели с каждым днем все хуже и хуже. Глядя на их исхудалые лица, украшенные темными тенями под глазами, казалось, они вовсе перестали спать, а возможно, им временами еще и достается порция заклятия Круциатус. Северус надеялся, что в таком случае хотя бы его подопечного эта участь обходит стороной. Пройдя сквозь кованые ворота, которые на несколько секунд превратились в туман, прошел по саду, вошел в поместье и вскоре оказался в просторной гостиной, посреди которой стоял длинный стол, а за ним в полной тишине уже сидела вся компания, ожидавшая только его. Драко сотрясала мелкая дрожь; увидев крестного, он заметно расслабился, однако, как только раздался негромкий стон, он снова напрягся. Прямо над их головами, высоко под потолком висела в воздухе человеческая фигура. Как выяснилось, фигура принадлежала Чарити Бербидж, бывшей преподавательнице маггловедения в школе Хогвартс. Снейп не успел прийти в ужас, так как в эту же секунду его поприветствовал сам Темный Лорд. Впрочем, ни один мускул даже не дрогнул на его лице при виде этой картины. - Итак? - без предисловий обратился Волан-де-Морт к Северусу, как только тот занял свободное место рядом с ним. - Мой Лорд, Орден Феникса собирается перевести Гарри Поттера вечером ближайшей субботы. - Ближайшая суббота, - задумчиво произнес Темный Лорд после минутного молчания, пристально вглядываясь в Снейпа. Казалось, он не совсем еще доверяет его сведениям, однако, Северус спокойно смотрел ему в глаза. Тем временем со стороны остальных Пожирателей послышался удивленный шепот. Кое-кто решился озвучить свои сомнения вслух, обращаясь к повелителю. - Мой Лорд, я узнал от одного из мракоборцев, что Поттер не двинется с места до вечера тридцатого июля, накануне дня своего рождения. - произнес Яксли. - Это лишь ложные сведения, данные мракоборческому отделу, чтобы запутать нас, - ответил Снейп, - на самом же деле они уже не имеют никакого отношения к перевозке Поттера. Орден полагает, что в министерстве полно наших агентов. - Какая-то его часть очень хотела, чтобы Волан-де-Морт поверил Яксли, а не ему, но было очевидно, что он не принял слова Пожирателя всерьез. - Они собираются использовать в качестве транспорта фестралов и метлы, так как не доверяют более Министерству, которое может отслеживать каминные сети, а также они не станут трансгрессировать. - Продолжил Северус. Дальнейшее обсуждение не продлилось долго. Волан-де-Морт принял решение напасть на Поттера в день, названный Снейпом, к великому сожалению последнего. В процессе их сбора Люциус Малфой лишился своей палочки, отдав ее своему повелителю против воли, но в страхе показать какие-либо сомнения. Эта же палочка вскоре убила несчастную женщину, висевшую над ними и ставшую в итоге обедом огромной змеи, принадлежащей Темному Лорду. Днем ранее Снейп удостоился чести пообщаться с ныне умершим, но все еще имеющим возможность отдавать распоряжения прямо из своей картины профессором Дамблдором. Альбус велел поведать Волан-де-Морту правдивые сведения, потому что очень важно было сохранять пока его доверие. Северус знал, что участвовать в этой затее будет тринадцать человек, среди которых будет и мисс Грейнджер. Он противился тому, чтобы подвергать ее такой опасности, ведь затея заключалась в том, чтобы превратить шестерых из них в Поттера при помощи оборотного зелья, таким образом, в субботнюю ночь в небо поднимутся семь двойников, каждого из которых будет сопровождать по одному защитнику. Мисс Грейнджер никак не могла стать защитником, а посему, существует огромная вероятность, что сам Волан-де-Морт попытается убить ее. К сожалению, он никак не мог повлиять на эту ситуацию, не мог запретить ей участвовать в этом. Данная перспектива сводила его с ума, он пытался доказать портрету, что слишком опасно сообщать Темному Лорду точную дату, так как не мог прямо сказать, что волнуется именно за нее. Возможно, если бы он решился сказать об этом, Альбус смог бы повлиять на Орден Феникса, чтобы те не брали на такое опасное задание детей, которые едва достигли совершеннолетия, но даже несмотря на то, что никакого наказания за свои чувства к школьнице он уже не получит, ведь сейчас это по факту просто портрет убитого человека, а сам он вскоре займет пост директора школы, тем не менее, это оказалось выше его сил. Все, что ему сейчас оставалось, это вызваться участвовать в нападении и попытаться угадать, какой из Поттеров на самом деле мисс Грейнджер, и защищать ее любыми способами. Плевать, что говорит Дамблдор о необходимом доверии. Если у него отберут и ее жизнь, то уже без разницы, кто победит в этой войне, пусть хоть сам дьявол. Северусу важно, чтобы в безопасном мире она была живой, а на кладбище ей было бы все равно, кто возглавляет живых людей, а значит, и ему тоже. В конце концов, он не гриффиндорец, желающий защищать всех и вся, его в свое время воспитал факультет Слизерин. *** Гарри Поттер сидел на кровати в своей комнате, в доме на Тисовой улице, в полной тишине размышляя над миссией, что ждет его в ближайшем будущем. Миссией, порученной ему Альбусом Дамблдором, лицо которого мелькало на странице газеты, выброшенной днем ранее в дальний угол в порыве ярости, направленной на Риту Скитер. Эта женщина не имеет никакого права порочить имя великого человека, тем более после смерти последнего. Он единственный, кто делал что-то действительно ощутимое для борьбы с Волан-де-Мортом, а такие как она умеют лишь врать. До дня рождения Гарри и его совершеннолетия оставалось лишь несколько дней; на данный момент этот дом являлся для него безопасным местом, но вскоре все изменится. Вопреки мнению Министерства Магии, Поттер покинет эти стены уже сегодня под строгим секретом, о котором знают лишь несколько человек, и появятся они здесь с минуты на минуту. Волнение закрадывалось в его душу, но как и всегда, переживал он вовсе не за себя, а за тех, кто явится за ним, чтобы защищать его во время переезда. Все вещи были уже собраны и ждали его внизу, в холле. Дом опустел после того, как Дурсли покинули его в сопровождении одного из представителей Министерства Магии. Счатливы они, конечно, не были, но Гарри был рад, что они, наконец, прислушались к нему и поверили в то, что здесь им оставаться небезопасно. С улыбкой вспоминая последние слова кузена, сказанные ему перед отъездом, а также неожиданное рукопожатие, он, наконец, услышал негромкие голоса людей во дворе около его дома, один из которых, несомненно, принадлежал Гермионе. Вскочив с кровати, он быстро направился вниз. *** Первое упоминание о Северусе Снейпе Гермиона услышала ближе к концу августа; с момента ее встречи с Гарри Поттером в доме Дурслей многое произошло, поэтому времени на то, чтобы страдать по бывшему учителю, у нее просто не было - хватало и других забот, в первую очередь - как им остаться в живых. Сначала на них напали во время подготовленной операции. Они чудом уцелели, правда, ценой жизни их лидера на тот момент, а именно - Грюма. Несколько дней они провели в Норе, практически лишившись возможности оставаться втроем без свидетелей - это, несомненно, было дело рук миссис Уизли, которая, очевидно, полагала, что если разделить этих троих, то они не состовят плана и никуда не денутся из под ее надзора, а так и останутся жить в ее доме, в тепле и безопасности. Предстоящая свадьба Билла Уизли и Флер Делакур оправдывала ее постоянные поручения для Золотого Трио, так что, все дни вплоть до дня рождения Поттера они трудились, не покладая рук, выполняя разнообразные хозяйственные поручения. Тридцать первого июля, когда все собрались за столом в саду, чтобы поздравить Гарри, на их территории возник министр магии собственной персоной. Желая поговорить наедине с Гарри, Роном и Гермионой, он прошел вместе с ними в дом под встревоженные взгляды собравшихся в саду людей. Тогда троица обзавелась предметами, которые им завещал профессор Дамблдор. На следующий день, во время свадьбы Билла и Флер, они внезапно получили послание от Кингсли - одного из мракоборцев, состоящих также в Ордене Феникса. Он отправил им патронуса, который сообщил о падении Министерства Магии и предупредил об опасности. В ту же минуту Золотое трио трансгрессировало на одну из улочек Лондона. Чуть позже, обсуждая Волан-де-Морта с его армией, они были настигнуты Пожирателями смерти в захудалом маггловском кафе. Выиграв эту маленькую битву, они направились в дом номер двенадцать на площади Гриммо, где и находились до сих пор. Какое-то время им пришлось голодать, так как не было ни единой возможности выбраться из дома даже за продуктами - он был уже окружен и круглосуточно патрулировался сторонниками Темного Лорда. Откуда они узнали о местоположении гриффиндорцев, никто так и не смог понять. К счастью, дом был защищен множеством заклинаний, так что хотя бы внутрь они попасть не могли. Тем не менее, если они не выберутся, то умрут от голода, поэтому пришлось что-то придумывать. В конце концов, решили по очереди выбираться на улицу в мантии-невидимке Поттера. Задача была не из легких, но они кое-как справлялись. Помимо еды они таскали и газеты, чтобы хоть что-то знать о том, что происходит снаружи. Однажды, сидя на кухне, они услышали шум, доносящийся из чулана. Молниеносно выхватив свои палочки, они стали медленно подкрадываться к источнику шума, ожидая чего угодно. Оказалось, что за ними подглядывал Кикимер - домовой эльф, принадлежавший семье Блэков, а сейчас перешедший по наследству Гарри от Сириуса. Поначалу он бросался оскорблениями в адрес Грейнджер и даже Уизли, с ужасом воспринимал своего новоиспеченного хозяина, однако, вскоре ему пришлось признать нового повелителя. Жизнь стала заметно проще с ним, особенно когда он сменил гнев на милость. А произошло это в тот же день, когда они его нашли. Дело в том, что единственный крестраж, который имелся у них в наличии, оказался подделкой. Кто-то вспомнил, что еще при жизни Сириуса они выбрасывали старые вещи и наткнулись на некий медальон, который никак не хотел открываться, поэтому он вскоре оказался в числе выброшенных вещей. Кикимер промышлял тем, что таскал к себе в чулан некоторые вещи, которые ему приглянулись. Гарри полагал, что этот медальон также мог быть утащен домовым эльфом. Он заставил последнего рассказать им все, что он знает об этом медальоне. История была длинная, оказалось, что Кикимер побывал в пещере, которую в недавнем времени посетили Поттер и Дамблдор, испытывал на себе все "прелести", ожидавшие любого, кто посмеет сунуться туда. Его хозяин Регулус Блэк тогда сменил сторону, отрекся от Темного Лорда. Он решил выкрасть медальон и подменить его. Умирая в пещере, он отдал крестраж эльфу и приказал уничтожить. Но самым шокирующим известием для них оказалось то, что медальон украден из этого дома. И украл его человек по имени Наземникус Флэтчер. В тот день Гарри отдал эльфу поддельный медальон, как память об умершем хозяине, тем самым сменив его гнев на милость, а также приказал ему отыскать Флэтчера, и через несколько дней Кикимер, наконец, вернулся с добычей. Вор поведал им, что медальон теперь находится у леди из министерства. Услышав описание ее внешности, друзья с ужасом поняли, у кого сейчас настоящий крестраж. Выбора не было - им пришлось планировать нападение на Министерство Магии. С тех пор их вылазки перестали ограничиваться едой и газетами - теперь они дежурили в мантии-невидимке около Министерства, собирая информацию, а затем, сидя вечером на кухне и поедая приготовленную заботливым эльфом еду, составляли детальный план. В один из таких дней, за ужином, Рон Уизли читал газету вслух. Ошеломляющая новость о том, что Северус Снейп занял пост директора школы Хогвартс, выбила Грейнджер из состояния равновесия. Она вскочила со своего места и убежала в одну из комнат дома. Закрыв дверь, она прислонилась спиной к стене и стала медленно сползать по ней на пол. Ей нужно было отдышаться, сердце колотилось как сумасшедшее; воспоминания разом хлынули в ее сознание. Северус. Она ненавидела его за то, как он поступил с ними, с ней. Но забыть его у нее не получилось. А ведь как хорошо жилось, пока было столько опасностей, трудностей и лишений. В то время мысли о нем уходили на второй план, и вроде бы она уже смирилась с тем, что он "по ту сторону". Но сейчас, лишь услышав его имя, она поняла, что это вовсе не так. Он никогда по-настоящему не покидал ее мыслей. И сейчас, несмотря на ненависть к нему, которую она себе внушила, Гермиона почувствовала, как будто он стал ближе. На самом деле, конечно же не стал, но она знает, где он будет вскоре находиться, и это знание не давало ей покоя. Именно это знание давало призрачное ощущение его близости, даже несмотря на то, что она не вернется в школу в этом году. Невольно вспомнился его подарок, который она так и не решилась открыть, но, тем не менее, взяла с собой вместе с необходимыми вещами. Некоторый соблазн подтолкнул ее к мысли о том, чтобы открыть сейчас, но она не знала, чего ей ожидать, а здесь, рядом с друзьями, рисковать не следовало. К тому же, страх перед этой вещью никуда не исчез, а сейчас только возрос. Поколебавшись минуту, она медленно поднялась с пола, убедилась в том, что дыхание приходит в норму, затем тихонько отворила дверь, за которой пряталась. Она боялась, что Гарри и Рон пошли за ней, но оказалось, что они так и остались сидеть на кухне, гневно обсуждая последнюю новость. Гермиона остановилась у двери в коридоре и подняла свой взгляд наверх, боковым зрением заметив шевеление. Оказалось, что это всего лишь портрет. Портрет Финеаса Найджела. Этот человек когда-то давно был директором школы Хогвартс. Мысли снова забегали в ее голове, она стала размышлять; если он был директором, значит его портрет должен висеть в директорском кабинете. Значит, он может переходить отсюда прямиком в Хогвартс. Если директором станет Снейп, вскоре он сможет узнать от портрета о том, что они все находятся в этом доме. Разыгравшиеся несколькими минутами ранее эмоции моментально отошли на второй план, как только она поняла, какую опасность таит в себе данный факт. Соображая минуту, она ринулась к портрету, стащила его со стены и побежала вниз по лестнице вместе с ним. Забегая на кухню, она увидела недоуменные лица друзей, и, коротко бросив им "объясню позже", кинулась к своей бисерной сумочке. Ее целью было затолкать в нее портрет, чтобы его обитатель не видел, где находится. Так безопаснее. Позже, весьма зрелищно справившись с данной задачей, она объяснила все Гарри и Рону, отметив про себя, что благодаря картине ей не пришлось придумывать отговорки, касаемые ее внезапного побега из кухни при упоминании их, уже бывшего, грозного профессора. Той ночью она снова видела его в своем сне.