Приключения Невыносимой Всезнайки

Атмосфера внутри небольшой группы нагнеталась с каждым днем все сильнее. Золотому Трио приходилось несладко в последние месяцы, к тому же, в воздухе уже отчетливо ощущалось неизбежное приближение зимы; по ночам можно было увидеть иней, появляющийся на пока еще зеленой траве. В начале осени, набравшись храбрости, они решились проникнуть в Министерство Магии. Гарри долго тянул с этим, но в какой-то момент ему, все-таки, пришлось принять решение действовать, как лидеру их скромной компании. В тот день Рон Уизли серьезно пострадал в процессе их побега из Министерства, к тому же, им пришлось на какое-то время забыть о тепле и уюте, который, не без участия домового эльфа Кикимера, был создан в доме Сириуса на площади Гриммо. Однако, их операция прошла в целом успешно - они достали то, за чем пришли в одно из самых опасных для них в настоящее время мест. С того дня они скитались по полям, лугам и лесам, подальше от людей, каждый из которых сейчас мог оказаться врагом. Предусмотрительная Гермиона с самого начала их приключений таскала в своей чудо-сумочке палатку, с которой они когда-то давно ездили на чемпионат мира по квиддичу, и в которой они с некоторых пор проживали втроем. Их спасительное убежище обладало теми же свойствами, что и бисерная сумочка Грейнджер - внутри было гораздо просторней, чем могло показаться снаружи. Вокруг палатки друзья накладывали множество заклинаний, чтобы уберечься от незваных гостей. По всей стране на страницах газет, а также на каждой улице волшебной Англии мелькала фотография "Нежелательного лица номер 1"; за него была обещана приличная награда, так что благоразумней было скрываться не только от егерей и Пожирателей смерти, но и от любых людей, желающих поживиться за счет Мальчика-Который-Выжил. К слову, егеря занимались тем, что отлавливали грязнокровок, за которых также можно было получить награду. Несколько раз Гарри, Рон и Гермиона чудом избегали поимки. Друзьям снова приходилось временами оставаться голодными; Гермиона была более-менее стойкая к таким неприятностям, Гарри так вообще провел все детство, никогда не чувствуя полного насыщения, а вот Рон переносил подобные условия крайне тяжело. Он и так уже с трудом сохранял терпение в постоянных скитаниях, жизни в палатке и ежеминутной опасности, а в те нередкие вечера, когда они оставались без ужина, был и вовсе невыносим. Гарри чувствовал себя виноватым за то, что его друзьям приходится терпеть такие трудности, в то время как их миссия не сдвинулась ни на миллиметр с момента их проникновения в Министерство; достав настоящий крестраж, они понятия не имели, как его уничтожить. Временами он замечал, как Рон и Гермиона, обсуждая что-то, резко замолкали, как только он приближался к ним. Он чувствовал, что скоро они оставят его, потому что никто не знал, что делать дальше. Время шло, Волан-де-Морт становился все сильнее, их же положение становилось только хуже. По ночам они дежурили у палатки по очереди. Несмотря на защитные заклинания, необходимо было контролировать ситуацию вокруг - никто из них не был еще достаточно силен для заклинаний, способных уберечь их на сто процентов, и в случае появления поблизости Пожирателей опасность быть схваченными была бы весьма высока. В одну из ночей обязанность дежурить досталась Грейнджер. Она сидела у палатки, сотрясаясь от холода и вздрагивая от любого шороха. Находясь на поляне посреди леса в темноте, даже без риска быть обнаруженными было бы жутковато. Гермиона улавливала любые звуки, будь то шорох опавших листьев от легкого ветерка, или пробегающие неподалеку мелкие животные. Весь ее слух напрягся до предела, когда она уловила едва заметное, почти призрачное шевеление в нескольких метрах от нее, за пределами защитных чар. С ужасом вглядываясь в темноту, девушка боялась даже пошевелиться. Некоторое время ничего не происходило; вокруг была тишина, нарушаемая временами тихим ветром, который слегка шевелил немногочисленные листья на верхушках деревьев. Луна освещала пространство плохо, до полнолуния было еще далеко, и в лучшем случае можно было бы рассмотреть лишь едва различимые силуэты деревьев. Однако, она смогла бы увидеть человека или зверя, если бы он там был. Направив взгляд в одну точку, она просидела несколько минут, не шевелясь. Со времнем страх понемногу уходил; Гермиона решила, что это просто игра ее воображения, вызванная мрачным ночным пейзажем, и на самом деле никакого движения не было. Тем не менее, успокоиться не получалось. Гриффиндорка подумала, что если она подойдет поближе к тому месту и убедится, что там никого нет, то сможет успокоиться. Еще несколько долгих минут она решалась на то, чтобы встать и сдвинуться с места, затем медленно пошла в ту сторону, где недавно заметила что-то. Уже подходя к границе защитных чар, она снова увидела движение. Но это было вовсе не движение человека или представителя лесной фауны, скорее движение воздуха, только если бы он был плотнее. Взяв всю свою волю в кулак, чтобы не закричать от страха, девушка стала судорожно искать хоть что-то, что могло бы создать такой зрительный эффект. Она успокаивала себя тем, что непрерывные стрессы за последние полгода стали понемногу сводить ее с ума. Хотя, утешение довольно сомнительное. Сейчас она не боялась егерей или даже Волан-де-Морта, ее страх был связан с чем-то неосознанным, как если бы она впервые увидела привидение. Но, как представительница Волшебного мира, она повидала за свою недолгую жизнь множество привидений, и они не навевали на нее такой страх, какой она испытывала сейчас. Гермиона стояла на границе, ограждающей ее от опасного внешнего мира, смотрела вперед и внезапно ощутила какое-то знакомое чувство. Пытаясь вспомнить, при каких еще обстоятельствах она испытывала его, Гермиона никак не могла сосредоточиться из-за сковывающего ее страха. Внезапно, она ощутила чью-то руку, опустившуюся на ее плечо, и невольно вскрикнула. - Эй, это я! - испуганно сказал сбитый с толку Гарри, - что случилось? Что ты там увидела? - Оглядываясь по сторонам, Избранный пытался разглядеть в полумраке причину такого испуга подруги. - Гарри... - выдыхая, тихо произнесла Грейнджер, обернувшись к Поттеру, - зачем же так подкрадываться, - сейчас, когда она была здесь не одна, недавний страх показался нелепым. - Извини, я думал, ты слышишь меня, - ответил Гарри, - так что ты там увидела? - повторил он интересующий вопрос. Его палочка была уже наготове, на всякий случай. - Я не знаю, наверное, мне просто показалось, - смущенно ответила гриффиндорка, начиная чувствовать себя полной дурой. Вновь обернувшись в сторону предполагаемой опасности и не увидев там ничего нового, она пришла к выводу, что даже если там что-то и было, врядли это что-то, способное причинить им вред, а значит и не стоит говорить об этом. Однако, руки ее продолжали предательски трястись, выдавая ее испуг. - Гермиона, иди в палатку, я подежурю сам, - тоном, не предусматривающим какие-либо возражения, сказал Поттер. Тем не менее, Грейнджер попыталась возразить другу, но, сдавшись через пару минут, ушла в палатку. Через некоторое время, лежа в своей постели, она прокручивала в голове недавнее маленькое приключение. Сейчас, когда страхи отступили, она снова вспомнила это до боли знакомое чувство и смогла его проанализировать. Что-то, вызывающее страх и странное , нездоровое удовольствие одновременно. Прошло не более пары минут, когда она поняла, при каких обстоятельствах испытывала это на себе. Это был взгляд Северуса Снейпа, направленный на нее, причем не важно, видела она этот взгляд или нет, она всегда чувствовала его. Но ведь не мог же он на самом деле видеть ее. Снейп понятия не имеет, где они прячутся - если бы знал, то армия Волан-де-Морта уже давно схватила бы их. К тому же, никакого Снейпа там не было - она бы увидела его, даже несмотря на то, что его излюбленные черные одеяния неплохо скрывали бы в темноте своего хозяина. Ко всему прочему, они были окружены множеством заклинаний, среди которых были и те, что скрывают их от посторонних глаз. Разумеется, сильный волшебник в состоянии почувствовать присутствие магии и при необходимости разрушить чары. Но до тех пор, пока этого не произойдет, увидеть их было бы невозможно. Думая об этом не меньше часа, Грейнджер решила, что просто приняла желаемое за действительное. Видимо, Снейп никоим образом не желает покидать ее мыслей и, будучи выгнанным из головы в силу всех обстоятельств, временно перешел в ее подсознание. Девушке казалось, что она почти не думает о нем, но вполне очевидно, что она ошибалась. Разум все еще боролся с эмоциями - она абсолютно справедливо полагала, что он опасен для них, как слуга Темного Лорда, однако другая часть ее сущности все еще стремилась к нему, вызывая подобные видения в момент, когда все органы чувств работали в полную силу. Вполне вероятно также, что ее подсознание напоминало девушке о том, что она все еще не сделала кое-что - не открыла небольшую коробочку, содержимое которой манило ее и в то же время пугало. Придя к заключению, что нет никакого смысла больше оттягивать этот момент, Гермиона решила, что откроет ее в следующий раз, когда окажется одна, а произойдет это через пару дней, когда снова придет ее очередь дежурить у палатки. Успокоившись на этом, девушка, наконец, смогла уснуть. *** Северус, ведомый невзрачным кулоном, трансгрессировал в темноту. Предварительно наложив на себя дезиллюминационные чары, не желая быть обнаруженным, он подумал о том, что в такой тьме это было вовсе не обязательно. Правда, уже через полминуты, постепенно привыкая к темноте, он стал различать очертания пейзажа и понял, что оказался в лесу. Оглядевшись вокруг, не смог увидеть ни малейшего намека на присутствие в этих краях хоть кого-то живого, кроме, разве что, ночных птиц, которых можно было услышать где-то вдали. Снейп решил, что все его надежды только что с треском разрушились - кулон не работает. Проклиная умершего старика, который уверял его, что с помощью кулона нужно просто трансгрессировать и найти искомый объект, он вдруг с ужасом подумал о том, что объектом служит в первую очередь книга, а вовсе не человек, владеющий ей. Вероятно, его бывшим студентам пришлось спешно покидать эти края, и по этой причине у них могло быть недостаточно времени на то, чтобы собирать по лесу какие-либо вещи, в числе которых могла оказаться и книга. Ощущая в душе полнейшую безнадежность, в какой-то момент он кожей уловил легкие, едва заметные вибрации. Такие вибрации могла оставлять только магия. Они были настолько слабы, что Снейп не был уверен, правда ли он их почувствовал, или просто хотел верить, что здесь существует что-то еще, кроме унылого осеннего леса. Он стал размышлять о природе магии, присутствовавшей здесь, конечно, если это не плод его воображения, и в конечном итоге пришел к выводу, что дети не настолько глупы, чтобы не окружить себя защитными заклинаниями, а значит, вполне вероятно, что они, все-таки, здесь. Снейп понимал, что физически не в состоянии увидеть их под магическим куполом, но надеялся, что его догадка верна. Решив пройти немного вперед, Северус, наконец, смог ощутить легкое, ненавязчивое сопротивление. Как будто какая-то невидимая сила убеждала его в том, что ему нужно пойти в другую сторону. Не зная о защитных чарах, легко принять это за свой разум, желающий сменить направление, но если задать себе цель отыскать подобное явление, легко догадаться, где именно находится область действия щита. Все еще не веря до конца, что это не просто его фантазии, он, проигнорировав первое сопротивление, пошел дальше, но вскоре понял, что больше не в состоянии продвинуться вперед ни на метр. Теперь отталкивающая сила приобрела физический характер - чем больше он пытался сделать еще хоть один шаг, тем больше ослабевал сам. Обрадовавшись находке, Снейп стоял и вглядывался в нужную ему сторону, разумеется, имея возможность увидеть лишь мрачный лесной пейзаж без малейших признаков жизни. В какой-то момент, через несколько минут, он уловил запах, который он не спутал бы ни с чем - тот самый цветочный аромат, что он ощущал каждый раз, когда поблизости бывала мисс Грейнджер. Сердце его забилось как сумасшедшее, когда он осознал, что это значит. Мисс Грейнджер находилась рядом с ним, возможно, прямо перед ним. Северус стал всматриваться вперед с еще большим рвением, желая увидеть ее, хотя разум шептал, что у него ничего не выйдет. Тем не менее, он не мог заставить себя остановиться. Ощутив аромат сильнее, он понял - она стоит прямо перед ним. Очнувшись от наваждения, он поспешил убедиться в том, что чары, скрывающие его, все еще действуют. Убедившись, стал снова смотреть вперед, абсолютно точно зная, что Она там. Вскоре запах ослабел, но Снейп никак не мог заставить себя уйти. Он узнал главное - она жива и даже в относительной безопасности. И все же, вернуться обратно в замок сейчас было выше его сил. Он так давно не видел ее, не чувствовал запаха ее духов, что было невыносимо отрываться от этого места, где она абсолютно точно сейчас находится. В конце концов, дав себе обещание, что вскоре снова вернется сюда, он взял себя в руки и трансгрессировал прямо в замок - к его счастью, будучи директором, он обладал такой привилегией. Немного позднее, оказавшись в своем кабинете, он мысленно хвалил себя за свою догадливость о том, как тяжело ему будет в случае, если он приблизится к бывшей студентке. Похвалы его сопровождались процессом наполнения стакана успокаивающим нервы огневиски. В ту ночь он практически не спал, а наутро решил, что сегодняшним вечером снова вернется туда. Снейп и сам не знал, зачем ему это нужно, ведь он даже не увидит ее, но по-другому он уже не мог. Северус и так сделал уже слишком многое против своих желаний, так почему бы не позволить себе завести одну маленькую слабость, которая сможет подарить ему хотя бы призрачное ощущение того, что в его жизни могут быть греющие душу моменты. С того дня он навещал гриффиндорцев чуть ли не каждую ночь хотя бы на несколько минут; в течение месяца ничего не происходило, за исключением периодической смены локации. В один холодный ноябрьский вечер, когда он бездумно вглядывался в пустоту перед собой, тишину нарушили торопливые шаги. Обернувшись на шум, Снейп увидел Рональда Уизли собственной персоной, спешно покидающего местность. Вероятно, он выскочил за границу защитных чар, окружавших Золотое Трио. Даже в темноте было заметно, что его недалекий студент невероятно зол. Через несколько мгновений Уизли трансгрессировал с глухим хлопком, раздавшимся по округе. Северус не без иронии задумался о том, что в небольшой компании появился первый дезертир. Что ж, вполне ожидаемо, что среди них первым должен был быть именно этот рыжий оболтус. При данных обстоятельствах защитников у его гриффиндорки стало на одного меньше, а это значит, что теперь нужно еще внимательней за ними присматривать. На следующий день он размышлял над этим в своем кабинете, когда к нему зашел Малфой и озадачил дополнительной проблемой, касаемой нежеланием последнего навестить отчий дом. Определенно, несмотря на унылую картину нового мира под гнетом Темного Лорда, скучать Снейпу не приходилось. *** Гермиона, дождавшись своего дежурства, вышла на улицу, прихватив с собой небольшую вещицу, до той поры лежавшую без дела в бисерной сумочке под грудой разнообразных книг и прочих необходимых вещей. Приняв решение раскрыть подарок Снейпа, девушка ждала своей очереди с возраставшим внутри нее нетерпением. В ночь, когда дежурить должен был Поттер, она попыталась занять его место, сославшись на то, что в прошлый раз он заменил ее, но потерпела в этом неудачу. Наконец, оказавшись в одиночестве, девушка решила подождать, пока все уснут и, через некоторое время услышав мирное сопение из палатки, взяла в руки небольшой предмет. Поколебавшись минуту, она решилась. Когда Грейнджер открыла коробочку, она увидела небольшой листок пергамента, а под ним пузырек с жидкостью. Раскрыв записку, она прочла несколько строк, выведенных ровным почерком своего бывшего учителя. "Я кое-что забрал у Вас, и настало время это вернуть. Вероятнее всего, сейчас Вы ненавидите меня, но знайте, я никогда не причиню Вам зла. Зелье поможет обрести утраченное воспоминание. С.С." Руки Гермионы затряслись от волнения, она несмело потянулась к колбе с жидкостью. Взяв в руки пузырек, она долго смотрела на него, не решаясь выпить. Эмоции заполнили ее голову, смесь страха и радости бушевали в ней. Она верила ему. Верила, что он не причинит ей зла. Какая-то ее часть даже понадеялась, что Снейп не на стороне Волан-де-Морта. И, тем не менее, ей было невероятно страшно выпить зелье. Она гадала, что за воспоминания содержатся в этой маленькой емкости. В голову лезли сотни разнообразных вариантов, но гадать можно было бесконечно, поэтому она, все-таки, откупорила пузырек и, тяжело вздохнув и не давая себе передумать, залпом выпила его содержимое.