Каждый умеет любить

      У каждого богатого человека есть свои собственные причуды и прихоти: кто-то любит ездить за город на рыбалку, кто-то на охоту, у кого-то есть своя собственная вертолетная площадка или конный центр, но сейчас все это уже не кажется такой роскошью, ведь у него — Мина Юнги — человека, который смог из пары сотен долларов сколотить капитал в несколько миллиардов всего за каких-то 10 лет, есть свои особенные фетиши…       Молодые мужские тела — вот то, что всегда поднимало этому ублюдку настроение: в бизнесе он — зверь, не терпящий отказов и отговорок, но, когда дело касается постели, он — ангел, который мог наговорить очень много красивых слов о нежности, любви и долгой счастливой жизни своей жертве, а после просто бросить в лицо купюры и выгнать прочь. Даже в холодную дождливую погоду — этого парня никогда не волновали мальчики, которые, только услышав о чистой и непорочной любви, готовы были на край света пойти за этим искусником, одурманившем и сердце, и разум.       Но, похоже, как и в любой системе, здесь произошел сбой. Кто бы мог подумать, что он — человек, который всегда отрекался от любви, так попадет. Нет, это не миллионы, что было слишком обыденным для человека, который делал всегда слишком большие ставки, а что-то слишком весомое, слишком дорогое, слишком значимое даже для него — ледяного принца с севера. На кону вдруг стало то, чего он никогда бы не поставил — его маленькое, но такое ранимое сердечко, что отныне навсегда останется у этого паренька из провинции, кареглазого демона, рыжей бестии, похитителя его маленького, еще не ограненного алмаза, единственного, кто смог пробудить огонь в таком холодном, но таком чувствительном сердце — Пак Чимина…

**********

 — Вот черт меня дернул поплестись в этот Сеул? — парень сидел в своей, еще пока своей, комнате и думал. Действительно, зачем? Имея всего пять сотен долларов в кармане и ничего более, он решил, что столица Кореи примет его со всем богатством и роскошью, ведь он, некогда лучший ученик на своем потоке, умный, красивый, а, главное, честный Пак Чимин так хотел попробовать вкус большого города и ощутить на себе все его прелести. Но, к сожалению, что-то у него вдруг не срослось…       Лучший друг кинул на деньги, которых и так было не особо много, поэтому парнишке пришлось идти на любую подработку, какую только ему предлагали; вместо роскошного отельного номера он жил в небольшой квартире-студии, которую помог заполучить ему новый знакомый, а о престижной работе, о которой Пак так мечтал, уже найдя вакансию, пришлось позабыть, потому что, из-за, все того же, друга, он опоздал на самолет, соответственно, и на собеседование тоже. Все в его жизни шло под откос; стоило парню только всерьез об этом задуматься — и все сразу же срывалось; как по велению судьбы, мальчишка, что еще даже не видел жизни то толком, терял все, не успев приобрести; все, о чем мечтал, выскальзывало прямо из-под носа; все мечты были разрушены, как карточный домик, сожжены, как куча сухих осенних листьев, затоптаны, как сорняки — уничтожены.       Казалось, ничто больше не могло огорчить или, наоборот, порадовать его, но нет, в жизни нашего героя все же появилось то, что смогло вытащить парня из водоворота, из той пучины, в которую он попал, сам того не понимая. Его новый знакомый — Ким Тэхен — вот тот, кто всегда приходил на помощь, когда она была действительно так сильно нужна; он — единственный, кто не отвернулся от Чимина, который остался совсем один и не имел ничего за душой. Настоящий друг, приятель и товарищ — вот то, чего так не хватало парню, вот то, что тот так усердно и долго искал. Да, в Пусане, откуда Пак был родом, у него были друзья, ну, как друзья, знакомые, но этот парень, которого Чимин повстречал по счастливой случайности, заполнил все то пространство, которое было опустошено последними, не самыми хорошими, событиями жизни нашего героя.       Вначале Тэ помог ему с поиском квартиры, потом одолжил денег, которые, кстати, Пак до сих пор не смог вернуть, договорился с арендатором на счет цены, и тот все-таки ее скинул, помог перевезти вещи, хоть их и не было слишком много. Даже сейчас, если Чимину нужна помощь, Ким никогда не отказывается: день был или ночь, Тэхен всегда готов примчаться к Паку и сделать все, чтобы хоть немного поднять другу настроение. Как, в прочем, и сейчас…  — Тэ, я так больше не могу, приезжай, прошу тебя! — почти срываясь, кричал Чимин в трубку мобильного телефона. Да, он опять расстроен, да, он опять зол, да, его опять выгнали с работы, притом с треском, потому что парень, ну получилось так, пролил чашку с горяченным кофе на одного из постоянных клиентов заведения. Но ведь даже здесь он был не сам виноват: администратор всегда говорил мыть полы только перед и после открытия, но уборщик, которого Пак вчера попытался поставить на место, когда тот приставал к какой-то девчушке в переходе, недалеко от кофейни, где работал и сам Чимин, этого, конечно же, не сделал. Парень мыл полы с таким большим количеством мыльного средства, что, одев даже шипованые кроссовки, ты не мог бы там не поскользнуться. Но Чимин был человеком порядочным, честным до безумия, и не стал сдавать своего, уже врага. Что было не так с этим мальчишкой, не понятно, но он никогда бы не рассказал всей правды, даже если виноват был и не он. Даже сейчас, просто сидит, кричит почти навзрыд в трубку, прося друга, которому уже не один раз жаловался и, что греха таить, портил настроение своими неудачами, приехать и поддержать, выслушать все то, что накипело, дать дельный совет и, при возможности, даже помочь с решением.       И Тэхен не заставляет друга ждать; через 25 минут, как и обещал ранее, он стоит на пороге квартиры-студии, в которой обитал его знакомый.       Это место было единственным, куда Чимину хотелось возвращаться: темный паркет, стены желто-золотого цвета, большие окна, которые давали взглянуть на этот мир по-новому — все это давало отпрянуть от жестокой, порой даже жесткой, действительности. В этом доме Пак мог спрятаться от всего, что беспокоило, от всего, что будоражило его сознание, от всего, что причиняло его сердцу боль и вселяло страх в сознание этого, почти ребенка.       Да, Чимин был именно таким. Добрый, честный, умный, и такой по-детски наивный. Парень, что смотрел на мир глазами гордого и свободного орла, даже когда его втаптывали лицом прямо в грязь. Даже когда это делали самые близкие и нужные ему люди. Парень, который мог вытерпеть все: унижения, предательство, боль, измену — все, что обычному человеку было бы не по силам. Человек, который просыпался каждый день с улыбкой, человек, который радовался пустякам, на которые обычно плюют остальные, человек, который держал все в себе. Все. До определенного момента…       Как же сложно смотреть на того, кого сломали, сломала его собственная жизнь. Смотреть, как он погибает, как хватает ртом, казалось бы, последние глотки воздуха, такого чистого и свежего, но, к сожалению, уже не для него. Смотреть, как, вечно бойкий и твердый, как скала, парень, хватается за бутылку и, прямо с горла, глотает такой противный и, в тоже время, такой дурманящий и целительный нектар, который является последним антидотом, чтобы не сойти с ума.       Нет, он не сумасшедший, нет, он не безвольный, нет, он, ни в коем случае, не слабый, он тот, кто до безумия любит жизнь, любит ее такой, какой бы она не была — сложной, жестокой, несправедливой, порой даже откровенно отвратительной, он настолько любил ее. Любил. Пока его не сломали.  — Скажи, зачем ты приехал сюда? — и вот Тэ уже на месте. Боже, какой же тут бардак… Разбитые бутылки, поломанные стулья, оборванные плакаты, что были так бережно повешаны когда-то, капли алой, как вино, крови и Чимин. Чимин, который просто сидел посреди комнаты и обнимал недопитую бутылку. Казалось, что так могут обнимать только мать, но нет, для него уже не существовало каких-то норм морали или, хотя бы, культуры.  — Я просто хотел доказать, что я чего-то стою… — еле шепчет. Боится. Мой мальчик, не стоило тебе желать попробовать на вкус деликатесы дорогого города: специи иногда могут прийтись совсем не по вкусу.  — Кому? Кому, Чимин, кому? — у Кима не хватает терпения. Он ведь прекрасно знал ответ, но все равно каждый раз переспрашивал снова и снова, будто бы окончательно добивая молодую слабую жертву.  — Я… — знает, конечно, знает, что в очередной раз скажет неправду, но все равно лжет, как и в предыдущий, — Себе, — врет. Какая наглая ложь может находиться в голове у человека, которому больше ничего не остается, как лгать? Лгать родителям, которым, на самом деле, и хотел доказать, что он не глупый и безответственный мальчишка, который ничего не сможет без их помощи, какой бы то ни было. Лгать лучшему, уже лучшему, сразу лучшему другу, который готов был помогать чем угодно, когда угодно и сколько угодно. Да что там, лгать даже самому себе — единственному человеку, с которым ты обязан находиться в гармонии каждый день, и так до конца всей своей жизни.  — Врешь, — раскусил. Парирует такими колкими для затуманенного разума фразами, делая еще больнее, — Опять ты врешь мне, Чимин. Я только не понимаю, зачем? Что ты хочешь скрыть от меня — своего лучшего друга? — срывается с места и впивается в плечи. Больно, но непонятно, где больше. Или на плечах уже начинают проступать красные отметины от слишком сильной хватки, или сердце готово было переломать к чертям все ребра, будто бы осознавая, что мозг снова переоценил свои возможности и в очередной раз проиграл.  — Тэ… — плачет. Впервые за такое, казалось бы, короткое время. Плачет и не может остановиться, стараясь спрятать глаза под, уже отросшей, челкой, только чтобы Тэ не видел. А он видит, видит и прекрасно все понимает.  — Послушай, сколько тебе нужно? — знает. И в этот раз знает, что проблема в такой мелкой, но важной вещи, как деньги, — У меня есть немного, скажи, какая сумма тебе сейчас необходима? — как всегда уверен в себе и непоколебим, но ответ все-таки шокирует.  — 1 700 000 вон, — контрольный выстрел. Обескураженный Тэхен просто падает на стул, благо он стоял совсем рядом.  — Чим… — не знает, как правильно подобрать слова, чтобы не обидеть, но все-таки видит в глазах друга отчаяние и на пару секунд замолкает, — Послушай… У меня есть 700 000 на карточке, я смогу отдать их тебе, но остальные… Я, правда, не знаю, — и тут отчаяние появляется в глазах у второго. Как Пак мог задолжать такую сумму? Он ведь не ходит в казино, а пару бутылок виски не стоят так много. Если это конечно всего пара.  — Тэ, я не знаю, я столько тебе должен, и я не только про деньги, — горячие соленые слезы так и скатывались по белоснежному лицу с фарфоровой кожей, — Мне надоело занимать у тебя, ты же знаешь, я понятия не имею, когда смогу вернуть, — и тут в голове Кима рождается гениальная, но в тоже время странная идея, которая только одной своей формулировкой напугает любого. Но как правильно сказать об этом Чимину? Не решит ли он, что друг шутит? Или просто насмехается? Хотя даже самый отбитый человек вошел бы в ситуацию молодого Пака.  — Слушай, у меня есть идея, — смотрит внимательно, трепетно, боясь напугать или выдать страх, — Помнишь, я как-то рассказывал тебе про свою работу?  — Да. Но, Тэ, какое это имеет дело…  — Если тебе действительно нужны деньги, то я могу помочь. Правда есть одно ма-а-а-аленькое, но довольно значимое «но», — смотрит с вызовом. Кажется рыбка уже близко, осталось только подкинуть приманки, и он окажется на крючке, — Могут быть очень большие деньги, — есть, джекпот, он клюнул.  — Что мне нужно делать? — подрывается с места, резко, дико. Чимин, неужели тебе настолько нужны деньги, что ты готов пойти даже на такое.  — Понравится «работодателю» и клиенту. И все, дальше дело за малым, — знал бы ты, Чимин, на что идешь…  — Работодателю, клиенту? Не понял. Фотосессии что ли? — усмехается, хорошо. Но нет, малыш, все куда хуже.  — Чимин, ты, правда, готов пойти на такое? — что-то в голосе Тэхена выдает, как сильно он взволнован и напряжен, не надо.  — Тэ? Хен, что в этом может быть плохого? — уверен, что Ким говорил про фотосессии, но нет, все в корне отличается от твоих представлений, мальчик.  — Чим… — как бы правильно сказать об этом. Деньги деньгами, но репутация, самочувствие, а, главное, нервы друга куда важнее, — Это не фотосессии, парень.  — А? Что тогда? Я не знаю профессий, где используется сочетание «работодатель-клиент», — задумался. Ты ведь знаешь ответ, Чимми, просто боишься произнести его вслух. Но алкоголь в крови, что уже полностью одурманил разум, дает о себе знать — развязанный язык — вот то, чего так не любит Чимин в этом состоянии, — Если только ты не о… — и замолкает. Осознание того факта, что он попал в яблочко, пришло с коротким запозданием, — Тэ… Прошу тебя, скажи мне, что это не правда, — надеется. Надеется услышать отрицательный ответ, но понимает, что его он не получит.  — Я же говорил тебе, что есть одно ма-а-а-аленькое «но», — невозможно больше было скрывать от друга правды, если он хочет отдать деньги в указанный срок и не попрощаться со своей мечтой жить в Сеуле, то придется заплатить. Возможно, даже больше, чем предполагалось…

**********

 — Если бы мне кто-то сказал, что я действительно когда-нибудь пойду на такое, я бы плюнул этому человеку прямо в лицо! — парень сидел в машине и ждал от водителя этого злосчастного: «Приехали!» так, будто бы его везли не в один из самых дорогих и почетных офисных центров во всем Сеуле, а прямиком на казнь к самому дьяволу. Хотя, если бы Чимину предложили сделать выбор куда: на смерть в преисподнюю или к нему, демону с белоснежными, как снег, волосами, Пак бы однозначно выбрал первый вариант. Все казалось лучше для него в тот злосчастный момент ожидания своей участи: и вечный недостаток денег, и непрекращающиеся конфликты и стычки на любой работе, и люди, что ради себя готовы были подставить, унизить, обидеть и втоптать в грязь, и к черту убитые нервы. К черту. Да, Чимин, сейчас ты направляешься прямо туда, прямо к черту. А вспомни, как легко было принять свою участь и подписать себе смертный приговор…

**********

 — Мистер Чхве, можно? — Тэхен привел своего лучшего друга к себе на работу, если это место конечно можно было так назвать…       Большое и красивое здание, снаружи обделанное в сдержанные пастельные тона, с красивой и видной вывеской, но стоит тебе только перешагнуть порог этой «ловушки», как сразу же оказываешься в мире разврата и непрекращающегося желания. Молодые стройные парнишки, которые так и щеголяют вокруг тебя и тоненькими пошлыми голосками умоляют забрать их с собой на ночь или хотя бы на вечер, на пару часов.       В этом «питомнике» было много зверушек: восемнадцатилетние щенки, которые решили вкусить все оттенки жизни и еще не отошли от дурмана, когда-то наполнявшего помещение, и двадцати-, тридцатилетние кобели, которые, явно не от хорошей жизни, пришли сюда когда-то и просто не смогли отыскать выход на свободу. Хотя немногие хотели.       Это место нельзя было назвать притоном для «несостоявшихся», это было скорее сном, конца которого дожидались не все. Всем здесь было хорошо: ты красив, ты ухожен, ты одет, ты накормлен и всегда при деньгах, от тебя необходимы были лишь согласие и железная выдержка, ведь, согласитесь, на то, что когда-то выбрали для себя все эти мальчики, пойдет не каждый, далеко не каждый. Даже Ким пришел сюда не по своему желанию. Что еще может остаться для парнишки, которому срочно нужны деньги, но не для себя, а для сестры — единственного близкого и родного человека в этом чертовом мире, где одни правят, а другие вынуждены подчиняться, всегда и любыми способами. Да, здесь Тэ тоже играет роль пешки — фигурки, которая стоит всегда в самом начале, открыта для любой атаки, и неизвестно, придется удар на него или кого-нибудь другого. Хотя он был не из тех, кто когда-либо боялся за свою жизнь, иначе бы просто не пришел сюда. Он был спокойным, рассудительным, сдержанным, но таким наивным и простым, простым до безумия, наверное, именно поэтому помог тогда Чимину, ведь он был таким же, как и сам Тэ.       Оба открытые, оба любезные, оба снисходительные, оба привлекательные, горячие и такие желанные, особенно для него…  — Да, Тэ, проходи, пожалуйста, — Мистер Чхве был сегодня в хорошем расположении духа — еще одна кукла вернулась с выставки с призом.  — Извините, что я так поздно, но у меня есть к Вам срочное дело, — нервничает, видно по голосу.  — Тэхен, ты же знаешь, ты всегда желанный гость в моем царстве, так что проходи, не стесняйся, — да, все верно, человек, который принес не один миллион в карман этого беса, не может быть нежеланным гостем, — Что ты хотел, солнышко? — взял бокал; глоток. Все мысли мешаются в одну под действием этого нектара.  — Я хотел… — давай, говори, но умоляю тебя, только скажи все правильно, — Мистер Чхве, у меня есть для Вас новая, — осекся. Нет, этот парень ни за что на свете не назовет Пака игрушкой, — Новая фигура. Молодой, красивый, готовый на все, — молодец, знает, как правильно подбирать слова. Я не говорила, что малыш ТэТэ очень хорошо умеет работать языком?  — Хм, что ж… — думает. Взял бокал; глоток, еще, еще глоток, видимо слова Кима произвели на владельца «райского уголка» явное впечатление, — Но Тэ, нам не нужны новички, ты же знаешь. Я и так подобрал слишком много новых душ в этом месяце, моих демонов на всех не хватит, — ухмыляется, говоря открыто. Да, сравнение, как никогда, точное.  — Но Мистер Чхве, послушайте, — нет, не показывай слабость, сейчас ты нападающий, а он жертва. Давай Тэ, пару фраз и он твой, ты же знаешь, как необходимо действовать, — Этот парень действительно готов на все, ему сейчас очень нужны деньги, — голос грубеет с каждой фразой, каждый словом, брошенным в воздух, молодец, быстро учишься, как всегда блистательно, Ким.  — На все, говоришь… — задумался. Кажется, сейчас от Мистера Чхве будет зависеть судьба молодого Чимина, — Что ж, если этот мальчик действительно готов на все, тогда приведи его сюда, — пауза, — Немедленно.

**********

 — Ну вот, мы приехали. Выходи, — надо же, а водитель оказался очень приветливым. Наверное, и ему надоело видеть вечно недовольную и злую гримасу Мистера Мина каждое утро, — 33-й этаж, 3-я дверь справа. Темный дуб — не ошибешься, — последние указания, которые дает верный пес своего хозяина перед тем, как уехать прочь, лишь мило и как-то понимающе улыбаясь. Видимо даже он знает, на что сейчас согласилась эта бедняжка…       Который раз водитель привозит своему хозяину очередную жертву. Были всякие: темные, светлые, высокие, стройные, иногда даже почти миниатюрные, словно спички, которых Юнги так любил ломать прямо у себя в руках, с явным удовольствием наблюдая за процессом, даже Тэ — у этого демона побывали многие. Сколько душ было получено, сколько денег было заплачено, сколько слов было сказано, сколько тел было удовлетворено — этот парень был мастером своего дела, именно поэтому он тот, кем сейчас и является. А Чимин… А что Чимин, да молодой, да красивый, да чистый, пока, пока еще чистый, но ведь это не принесло ему никакой пользы, разве что он сейчас находится здесь, но кто сказал, что это польза? Тобой просто воспользуются однократно и выкинут, хотя нет, могут и многократно, все зависит от настроения заказчика. А с Мином все было куда сложнее, сложнее и опаснее.       Юнги очень любил ломать.       Еще с раннего детства этот парень точно знал, чего он хочет и как ему это получить, поэтому, повторюсь, он и является тем, кем когда-то захотел стать.       Именно поэтому никто, не один из его прошлых «заказов» не прибывал во второй раз — не выдерживал. Моральная пытка, сильнейший перелом, удары по всем частям тела, которые только попадались под руку, а потом удовольствие и самое желанное чувство, за которым все так рвались к Мину — он делал это, как никто другой.       Никто не мог назвать мужчину лучшего, чем Мин, он, безусловно, был идеальным любовником. Юнги точно знал взгляд, который заставит подойти ближе и отдаться, знал место, которое было самым чувствительным, знал слово, которое могло пробудить даже в самом холодном и черством сердце неповторимое желание — он был эталоном. Идолом на одну ночь. Богом, но далеко не для каждого смертного, готового отдать себя в жертву ради минутного счастья в руках этого зверя, хотя это была далеко не минута. Часы на пролет он унижал, ласкал; заставлял сердце глухо сжиматься и терять ритм биения, но освобождал душу; втаптывал в грязь, а потом превозносил к небесам, словно богиню. Каждый готов был выбрать Мина еще раз, но никому Мин не давал этой возможности.       Да, именно так. Никто не возвращался сюда второй раз потому, что Юнги не позволял. Его логово повидало много жертв, но никого из них не желали видеть после. Сердце этого зверя было каменным, гранитным, возможно, его даже вообще не было. Единственное, что руководило парнем в тот момент — это желание. Да, именно это и выбирало ему новую игрушку. Стоило только взглянуть на фотографию, стопку которых Мистер Чхве сам, лично, каждый день привозил в офис к Мину, и в глазах загорался огонь, внизу живота неприятно тянуло, а в брюках начинало теснеть.       На свою трапезу этот гурман выбирал только изысканные деликатесы, в которых все должно было быть идеальным, начиная от цвета волос и прически, заканчивая тем, как жертва стонала его имя. Сладко, нежно, протяжно — именно так, как любил сам Мин.       Непонятно только, почему он сразу выбрал Чимина? Этого паренька из провинции, который, по его собственным словам, никогда не считал себя красивым, хотя, на самом деле, был именно таким. Стройное подтянутое тело, которому позавидовала бы любая порно-звезда, даже небольшой рост в этот момент можно было принять за его изюминку, что отличала от сотен других, казалось бы таких же. Блестящие, гладкие, слегла вьющиеся рыжие волосы оттенка лилии, отросшая челка, волнами спадающая на глаза цвета молочного шоколада, пухлые мягкие губы и ровные белоснежные зубы, которые оголялись каждый раз, когда Пак улыбался. А его улыбка… Это было что-то невообразимое. Такая чистая, такая милая, до ужаса привлекательная, будто бы ангельская. Как мир мог поступить так с обладателем этого чуда?       Чимин всегда был чистым, открытым, за что с ним так? Парень единственный раз в своей жизни оступился и вынужден теперь терпеть все это. Неужели нужно было все-таки послушать родителей и не ехать навстречу своим мечтам в этот город? «Здесь ты не найдешь ничего, кроме вечного недостатка денег и поломанной психики, Чимин», — эта фраза была последней, которую услышал верный и примерный сын от своего отца, который всегда был против его увлечения. Мужчина никогда не сможет понять, как парень с великолепными вокальными данными, гениальными навыками письма и даром превосходного оратора мог променять все это на единственное дело, которое всегда доставляло парню поистине великое удовольствие — кулинарию. Чимин знал бесчисленное множество рецептов, владел одними из самых сложных техник приготовления любого блюда, любил узнавать и практиковаться и, что самое главное, у него было нестандартное мышление и, конечно же, присутствовало воображения, что должно быть у каждого великого кулинара, уважающего себя. Это было его мечтой, тем, ради чего парень и пошел учиться туда, куда заставил отец, который все жизнь видел сына экономистом. Да, экономистом, только чтобы папа был рад. Пак наплевал на свой талант и стремление, лишь бы отец не разочаровался, но стоило ли оно того? Все старания, все равно ушли коту под хвост, ведь собеседование так и не состоялось, а молодому специалисту без опыта работы никто не даст второго шанса. В этом городе уж точно.       Стоило ли тратить 5 лет своей жизни, своего личного времени на то, чем ты не занимался бы с удовольствием? Безусловно же нет. Но кто спрашивал его? Если так было велено, значит так и будет, другого выбора просто нет, но Чимина такой порядок не устраивал. Он жил мечтой о том, что когда-нибудь увидит себя на большой кухне в окружении различных девайсов и продуктов со всех частей мира, будет работать в каком-нибудь престижном ресторане кулинаром и готовить потрясающие блюда, которые придумает сам. К сожалению, милый Чимин, наши мечты редко когда сбываются, именно поэтому ты сейчас не на кухне, не готовишь очередную порцию кимчи или фунчозы, а посреди длинного коридора в окружении картин и каменных статуэток, привезенных из разных стран самим Мином.       Интересно, что же ты чувствуешь в этот момент? В момент, когда реально понимаешь, что выхода назад уже нет, но ты все равно хочешь сбежать и спрятаться подальше от этого места. «Дерни за веревочку, дверь и откроется» — так, кажется, звучала последняя фраза перед тем, как Красная Шапочка вошла в дом, где обитала ее погибель? Но в той сказке был счастливый конец и два добрых охотника, которые нашли и освободили главную героиню, а тут его точно не будет. Единственное, что ты можешь сделать, это постучать в дверь и ждать, такого отчего-то страшного, «войдите», глотая ртом воздух. Перед смертью не надышишься, да?