Типичное лето, или цветы из «Весны»

Прошла неделя. Я даже не заметил, как пролетело время моей работы в «цветочном рае». С Машей мы стали лучшими друзьями. Я даже стал задумываться предложить ей встречаться. Ей было 18 лет на тот момент. Может, она согласиться быть вместе с таким застенчивым парнишкой, как я? Всё ещё впереди, но не тут-то было… Произошёл переломный момент, который изменил всю мою дальнейшую жизнь в целом. А случилось это в пятницу второй недели моей работы. Как всегда я вбежал окрылённый в магазинчик, где меня встретила Маша со светлой улыбкой и прокричала мне из-за кассы. - Ва-а-а-аня, сегодня приезжает начальник. Он хочет посмотреть, как ты работаешь. Я был обезумлен этой новостью. Вдруг, я не понравлюсь ему? А если я плохо буду справляться? Множество мыслей лезло мне в голову вовремя сказанной этой фразы. Но только я подумал и взвесил все «за» и «против» к магазину подъехала знакомая мне иномарка. Из неё вылез строгий Владимир Сергеевич, как всегда в новеньком деловом костюме. Маша рассказала мне, что она не видела его в одном и том же костюме два раза. Всё время он радовал нас новым нарядом. Он вошёл в магазин. Со спокойным и уверенным взглядом окинул вокруг свой взор и произнёс только одну фразу. - Открывайте, посетители ждут. И скрылся в подсобном помещение. Мы в недоумение с Машей открыли магазинчик и начали свои трудовые будни. Через несколько минуту вышел Владимир Сергеевич. Мы с Машей ахнули! Как он бы хорош! В этом фартучке и кепке с козырьком! Особенно, когда он снял очки. Я увидел его серые глаза, как пепел, растворившийся в небе. В них виднелась тоска и предчувствие чего-то неожиданного. Но при всех этих преимуществах, глаза были сосредоточены на чём-то конкретном и упрямы, как никогда. - Начнём рабочий день, ребятки! – с ехидством произнёс он. - Да, сэр! – чуть ли не прокричав, ответили мы с Машей. И понеслось! На рутинные будни «рая» это не было похоже. Я ещё больше был поражён Владимиром Сергеевичем. К нам зашла старушка, лет шестидесяти. Он с доброй улыбки, весь пропитанный цветами магазинчик, подошёл к ней и произнёс только одно. - Чем вам помочь, мадмуазель? Бабушка с удивлёнными глазами просила преподнести ей мимозы для внучки. Без лишних слов, начальник выбрал самые красивые (на своё усмотрение) и отдал их бабушке. При этом он улыбался, как мальчишка при виде огромного леденца. С такими светлыми и добродушными глазами и жестами он встречал каждого. Будь-то девушка, дедушка, парень, а по-особенному он относился к пожилым бабушкам. Так мы без перерыва проработали весь день! Я даже немного запыхался таскать туда и сюда горшки с цветами, заматывать букеты в красивую недолговечную обёртку. Начальник весь день со мной не разговаривал. Единственные слова, звучащие из его уст, были: «Принеси это. Подай то» и так далее. Я даже был немного огорчён. Напридумывал себе, что мы с ним друзьями будем. Лучше бы не думал. После рабочего дня, когда Маша в подсобном помещение переодевалась, а мы её ждали вместе с Владимиром Сергеевичем в цветочном зале, чтобы закрыть магазинчик, он спросил меня подуставшим голоском: - Не хочешь со мной выпить? Я был судорожно шокирован. Холодный пот потёк с меня ручьями. Я боялся что-либо ответить. - Ну, чего молчишь? Не бойся, не укушу. Давай сходим, а? Улучшим наши отношения. Я еле заметно кивнул головой, а он с усмешкой улыбнулся в ответ. Когда Маша собралась, мы закрыли магазин, проводили её до остановки, и она с милою улыбкой прокричала нам, уже войдя в маршрутку: - До завтра, мои хорошие! Эх, Маша, Маша. Свела ты с ума парнишку 17-летнего. - До бара идти два квартала. Пошли побыстрей, - проговорил начальник после махания рукой в ответ Маше. И мы пошли. По светлым улицам города. Хотя время было около девяти. Лето. Радужная пора. Я всегда его любил. Нет, не из-за каникул. Да, это тоже немаловажно. Больше всего любил за солнце и лёгкий летний ветер, срывающий яблоки в моём саду, сдувающий шляпку моей мамы и поднимающийся подол её сарафана. Я любил проводить с мамой в саду всё своё время. Она так красива. Её шелковистые пряди чёрных волос падали на плечи стройного и подтянутого тела. К её белоснежной кожи хотелось притрагиваться вновь и вновь. Она была Белоснежкой из моих любимых Диснеевских мультфильмов. Будто на самом деле вылезла она из экрана телевизора, протягивая ко мне руки, крепко обняв меня и поцеловав в лобик. Так мы с ней и проводили свои летние каникулы, когда я был маленьким. А ещё читали. Именно она приручила меня читать и излагать свои мысли вслух. Учила грамматике, великое множество правил до сих пор запылились в дальнем ящике моей головы. Надо бы протереть пыль и снова прогнать свои механизмы. Этот вечер я, пока мы шли с ним в бар, вспоминал прошлые лета и удивлялся, какой красивый и сказочный наш город. Но в это время мы входили в бар. Не буду описывать подробностей. Все понимают, что мы там делали. Гуляли, веселились, пили, играли в бильярд и, конечно же, разговаривали по душам. Я не знал, что наш начальник такая «болтушка». Он рассказал мне всё, что можно было и нельзя. Про своё детство в стареньком доме бабушки, как отец держал его в строгости, а мать пыталась дать ему ласку, про юность, про то, как он бегал за девчонками, но оставался джентльменом в любом случае. Как он женился, и развёлся (не сошлись характерами). Как он мечтает создать свою настоящую семью с двумя детьми и красавицей женой. Много чего было, даже не припомнишь. Тут я и заметил, что потихоньку вырубаюсь. Очнулся в машине. Незнакомой. О боже, где я? Оглядел всё вокруг. Увидел начальника за рулём. Стало спокойней. - Что, очнулся? Нельзя тебе много пить, малой! – опять со своим ехидством он произнёс свою фразу. - Ой, голова. А где мы? Что мы здесь делаем? Откуда машина? - Так, не очень много вопрос, Иван. Терпение, малыш. Мы едем к тебе домой. Хорошо, что я запоминаю улицы и дома, где живут мои подопечные. Машина стояла у магазина. Я не хотел брать её в бар. «Ну и хрен! Машину он не хотел брать! А мы топали два квартала!» - подумал я в этот момент. - А как я в машине оказался? - Я донёс тебя. Ты лёгкий, как пушинка, малыш. « Малыш? Да мне 17 лет, дядя! Тьфу! Подождите, он нёс. Он НЁС меня? Через два квартала?» - мысли не давали мне покоя. - Вот, мы приехали. Ты чего притих? Я не знал, что и отвечать. Я только повернул свою голову к нему, как он… ПОЦЕЛОВАЛ МЕНЯ? Да, наши губы слились воедино. Я не заметил этого. О, какие чувства переполняли меня в тот момент! Какие-то мгновения! Он играл во рту с моим языком. То прислоняя его к щеке, то засовывая к себе в рот. И так несколько раз. Он приобнял меня за мой спортивный стан и прижал к себе. Похоже, он отдавал мне всю свою любовь, так скоро скопившееся в нём. С испуганными глазами я вырвался. Я смог. - Вы-вы, обезумели! Я выпрыгнул из машины, захватив с собой сумку. Запыхавшись и протрезвев, я вбежал в дом безумцем. Закрыв дверь, я упал на пол без всяких эмоций. Только мама вбежала, глядя на меня, произнесла. - Господи, что с тобой!? Я тихонько оттолкнул её в сторону, сказал, что «все нормально». Поднял обезумевшие глаза на неё, тогда я не мог сдержать слёз. Вытирал каплю за каплей, проводя рукавом кофты по лицу несколько раз подряд. Тогда я кое-как поднялся и посмотрел в окно. Машины уже не было. Я с облегчением вздохнул, обнял маму и поднялся наверх. - Сынок, тебе ничего не нужно? Я махнул рукой, она поняла моё состояние по жесту. Она у меня понимающая. Я ввалился в комнату, кинул сумку в угол и сел на кровать. Осматривая комнату, я вспоминал его глаза, губы, его прикосновения.… И ревел, как девчонка. Почему, почему это случилось со мной? Почему я не мог его забыть? Уйди, уйди из моей головы! Мне хотелось кричать на всё и сразу. Столько эмоций в моём теле простояло очень долго. Они хотели выплеснуться на волю. Я сдерживался, как мог. И не мог забыть пьяный, никчёмный поцелуй. Я только в тот момент понял, что меня безумно к нему тянуло. Мне хотелось отдаться ему. Я горел. Нет, я пылал от его присутствия. Что за чушь я несу!? Задыхаясь в своих мыслях о нём, я не заметил, как заснул в одежде, даже не расстелив кровать.