Типичное лето, или цветы из «Весны»

Я отказался идти на работу. Проснувшись, я стал искать свой телефон. И вдруг, к моему сожалению, не нашёл его. Как безумный гонщик, я бегал по комнате, выворачивал простыни, кидал на пол все вещи со стола, раскидал одежду по всему полу, но так и не нашёл злосчастный телефон. Вбежав в кухню, я чуть ли не кричал. - Мама, где мой телефон? - Какой телефон? - Мобильный телефон, мама дорогая. - Ты, потерял его!? Ах, ты негодник. Вот я сейчас отцу расскажу… - Мама, не надо. Подожди. Я всё найду. Когда я вышел из кухни, мама ещё что-то кричала мне вслед, а я тем временем звонил на свой сотовый номер с домашнего телефона. Пошли протяжные, заунывные гудки. Вдруг ответил мужчина. - Да, кто вы? - Это бы я хотел спросить у вас, мистер! А, ну, кто нашёл мой телефон? - Так грубо разговаривать с человеком. - Живее, прошу. Я на эмоциях. Кто, где и зачем? – чуть ли не орал я в трубку. - Как же ты так разговариваешь со своим начальником, Ваня. Моё сердце ёкнуло в этот момент. Оно забилось в новом темпе событий. На секунду, я взял дыхание, и вновь заговорил. - Владимир Сергеевич, простите. Я же… Простите меня. - Со всеми бывает, малыш. Твой телефон оказался у меня в машине. Наверное, он выпал из сумки. Хочешь его забрать? - на протяжении всего разговора, я слышал это лёгкое, до боли знакомое ехидство. - Да. Я его забрать хочу, - с каким-то стеснением я говорил фразу за фразой. - Запиши адрес. Второпях, я ударился об угол стола, за что проклял его в трубку начальнику. От чего он так сильно удивился и начал расспрашивать меня, чем я занимаюсь. Но в это время я нашёл листок и ручку, начал записывать адрес с интересом, высунув при этом язык и напридумывая себе, каков его дом, сад и как он за всем этим следит. И все мои игривые мысли улетучились из головы, когда он вновь заговорил. - Во сколько тебя ждать? – с нетерпеливой ноткой голоса он спросил меня. - Ближе к вечеру. Сойдёт? – пытаюсь я как-то с безразличием ответить на его приглашение, но не очень-то всё получается. - Я жду тебя. И он поспешно бросил трубку. В телефоне заслышались знакомые долгие и нудные гудки, и я положил на стол домашний. Собравшись с духом, я начал готовиться к встрече. Как я сказал ранее, на работу я в этот день не поехал, за что Маша, взволнованная наша дамочка, названивала мне весь день и спрашивала, как я себя чувствую. И откуда она только узнала мой домашний номер? Этому я не удивляюсь. Итак, причёсанный и нарядный, обновлённый новыми духами, я попрощался с мамой, объяснив ей всю суть ситуации, направился в путь к беспощадному и суровому Владимиру Сергеевичу. Всю дорогу я то и делал, что ёрзал, сжимал свои джинсы в ладонь, платком протирал холодный пот, текущий с моего лба. Весь взбудораженный, как будто я ехал на собственные похороны. «О, господи. Хоть бы всё обошлось, хоть бы всё было нормально. Последняя остановка. Так, соберись тряпка. Я мальчик, нет, я мужчина. Я еду к мужчине. Что, я еду к мужчине? Спокойнее, Иван, спокойнее. Он всего лишь мой начальник. Начальник целует подчинённых?» В этот момент я начала вспоминать тот самый, благоговейный и дурящий вкус сладострастного поцелуя. Это неимоверное чувства наслаждения, когда ты нужен кому-то. Даже, не принадлежность человеку, а то чувство уверенности в нём. Когда в тебе трепещут фейерверки. Да, целый праздник у тебя на душе! Я, как и любой человек, мечтающий о собственном счастье, а именно, о человеческой любви со всеми её шокирующими факторами до разрыва отношений, или же, до грандиозных и неимоверных впечатлений и появлением чуда на свет. Но, за всеми этими мыслями я понимал, что уже немного достиг этого человеческого счастья в лице нашего сурового и хладнокровного.