Адюльтер

Утром Реджина вернулась домой. У нее было прекрасное настроение, хоть она и не спала всю ночь. Тот бармен из клуба смог дать ей то, что она хотела, и помог забыть ту боль, что принесла ей жена. Эмма тоже не спала всю ночь. После разгрома гостиной она поднялась наверх и на нее напала ностальгия. Она всю ночь просматривала старые видеозаписи, фотографии и заснула только за полчаса до приезда домой жены. Миллс зашла в гостиную и увидела разгром. Настроение сразу упало, но, все же взяв себя в руки, она решила, что потом все уберёт, а сейчас хотела отдохнуть. Брюнетка быстро поднялась наверх и зашла в спальню, обнаруживая там Свон. — Чёрт! — она уже хотела уйти, но решила взять что-то переодеться. Тихо пройдя в гардероб, она достала длинную майку. Ей было все равно, что Свон дома, она не хотела с ней общаться и поэтому быстро хотела выскользнуть из спальни. — Мм, Реджи… любимая… прости… — бубнила сквозь сон Эмма. Она крепко спала и не слышала, что в спальне жена. Реджина остановилась и посмотрела на блондинку. Брюнетка только сейчас увидела, что Эмма лежит в куче их совместных фотографий. Она подошла к кровати и посмотрела на все их прошлое, уместившиеся на большой кровати. — А ведь мы были так счастливы, — от этого стало грустно. Реджина взяла одну фотографию, где они были молоды, Камиле было два года, а Дастин только появился. Прошлое — это единственное, что ее сейчас связывало со Свон. Эмме снился сон разговора с Реджиной. Она бежит за женой, прося прощения, но не может догнать. Между ними словно выросла пропасть, которую не обойти и не перепрыгнуть. И эта пропасть образовалась далеко не вчерашней изменой Эммы. Она начала расти задолго до этого дня. Свон ничего во сне не оставалось, как прыгнуть. Но сил не хватило, Эмма начала падать. В темноту, в мир ошибок. Она не смогла достать до того берега, на котором стояла жена и упала. Это был сон, но он отчетливо характеризовал жизнь. Реджина не хотела погрязать в воспоминаниях, чтобы вновь не начать копаться в себе и этим причинять себе боль. А видя спящую Свон и фотографии, можно было вновь начать винить себя. Она забрала эту фотографию и вышла из спальни. Миллс прилегла в спальне дочери и быстро уснула, хоть и, увидев жену, в душе вновь начало саднить. Эмма проснулась через пару часов. — Реджина? — она стала оглядываться, но завыла, — черт! Вспомнив всё, что вчера произошло, Эмма быстро встала и пошла в гардероб. Она облегченно выдохнула, увидев вещи жены на своих местах. Эмма поняла, что Реджина еще не сбежала, а значит, у нее есть маленький шанс. Она пошла, искать жену, быстро ее, находя в спальне их дочери. — Ох, Реджи… — протянула Эмма и прилегла за её спиной. Свон очень сожалела, что так произошло. Но совершенно не знала, что теперь делать. Миллс вся сжалась. Подсознание Миллс тоже было против Свон. То, что случилось, пробрало каждую клеточку внутри Реджины. — Я хочу быть с тобой. Очень хочу, — Эмма обняла одной рукой жену, прижимаясь к ней сзади. Она нежно поцеловала её в плечико. Реджина расслабилась, но начав поворачиваться, она почувствовала объятия и резко распахнула глаза, видя Эмму. В одну секунду Реджина оттолкнула жену и вскочила с кровати. — Что ты делаешь? — брюнетка яростно смотрела на Свон. — Обнимала свою жену, — Эмма даже испугалась такой резкости и замерла на краю кровати. — У тебя больше нет жены, и даже не смей ко мне больше прикасаться, — Реджину передернуло от этих прикосновений, — выметайся отсюда, я хочу отдохнуть. — У меня есть жена, и я никуда её не отпущу, — Эмма вставала с кровати, — ты моя любимая, Реджина. И эта ошибка не разрушит нашу семью. — Она уже все разрушила. Я больше не хочу быть с тобой, да и видеть у меня нет ни какого желания. Так что собирай вещи и уматывай! — Миллс смотрела в глаза Эмме и была как никогда уверенна. — Я соберу вещи, я уйду. Но, Реджина, любимая, ты же сама не сможешь без меня, как я без тебя. Мы единое целое, — Эмма говорила с той же уверенностью. — Я уже была эту ночь без тебя, и мне было очень хорошо, — Миллс била в ответ. — Ты с кем-то была? — глаза Эммы в момент озарились гневом. — Была! — четко ответила Реджина, — и я тебе вчера все сказала. — Ты не посмела бы! — Свон быстро подошла к жене. — Ты плохо меня знаешь. Я посмела! Я была эту ночь с мужчиной, — Миллс ехидно улыбнулась. — Ты врешь! — Реджина знала, как выглядит Эмма в гневе и именно сейчас она была в ярости. Свон встала вплотную к жене и скрипела зубами, сжимая кулаки от злости, — ты просто мне врешь! — Тебе рассказать, как это было? — Реджина приблизилась к уху жены, — или показать страсть оставшуюся на моем теле? — Прекрати! Реджина, прекрати! Ты не опустилась бы до этого. Я не верю! — Эмма повысила голос. Её разум одолела злость. — Я провела страстную ночь с барменом из клуба. Ему было лет двадцать, и он всю ночь восхищался мной и моим телом, — продолжала Миллс. Она видела эту ярость, но ее боль была сильнее. Эмма подняла руку и замахнулась. Она не собиралась бить жену, она запустила руку в свои волосы. — Реджина, как ты могла? Зачем? Я убью его! Какой клуб?! — Ты идиотка! — Реджина отошла назад, — я сделала только то, что хотела. Ты причинила мне боль, а я хотела об этом забыть и с ним я забыла. — Ну, ты и… — прошипела Эмма и резко пошла на Реджину. Она припечатала женщину к стене своим телом, не давая вырваться. Реджина только на секунду испугалась, но потом расплылась в широчайшей улыбке, — ну и кто я? — Ты… Ты. Моя. Жена! — четко сказала Эмма и ударила по стене возле головы Реджины рукой. А потом также резко отстранилась и быстро пошла из спальни дочери. Свон была безумно зла. — Скоро буду не твоей, я сегодня же звоню юристу, — крикнула вдогонку Свон Реджина. Эмма ушла в спальню. Она оделась и взяла подготовленный Камилой чемодан. Свон думала, что этот чемодан подготовила жена и сейчас не собиралась оставаться в этом доме. Она проходила мимо спальни дочери к лестнице вниз и остановилась. — Ты не получишь развод. Ты ни чем не лучше меня. И теперь даже не посмеешь говорить, что я предательница. Ты поступила гораздо хуже. Мерзко. Я ненавижу тебя за эту твою месть. И уверена, что и ты уже себя ненавидишь. Тебе противно от себя же, я это знаю! — говорила Эмма, смотря в глаза сидящей на кровати жене, и жестикулировала руками. Но закончив свою речь, она пошла из дома. — Мне противно только от тебя! — крикнула вдогонку Реджина и, закрыв руками лицо, заплакала. Она держалась, но ей было больно. Свон слышала, но отвечать не собиралась. Она всё сказала и теперь ей остается только сесть в машину и уехать из собственного дома. Миллс же продолжала плакать в спальне дочери. Она прилегла на кровать и свернулась клубочком. Хотелось исчезнуть, но она знала, что у нее есть дети и это давало смысл жизни. — Как ты думаешь, как у них прошёл разговор? — Дайана везла детей в школу. Дастин сидел на заднем сиденье с наушниками в ушах. — Не знаю. Я смс написала, но ответа не дождалась. Она сначала звонила, но потом молчание, — ответила Камила. — Понятно. Я полночи не спала, за них переживала, — пояснила старшая Свон, — вот Мелкая наворотила, а теперь не знает, как разгребать. — Она не знает, а мучаемся мы, — фыркнула девушка. Дайана не знала, что делать и как помочь сестре, — может, ты с ними поговоришь или… нет, я чушь несу. — Так они меня и послушают, — отмахнулась Камила, — а что или? — Да ничего, бред. — Говори, давай. — Может их закрыть где-нибудь, пусть разберутся в себе и между собой. Или отправить их к семейному психологу? Я просто не знаю, как исправить то, что совершила твоя мама. — То, что это нужно исправлять и ежу понятно. Если моей матери не хватит мозгов сохранить семью, то мы пойдем на всё, чтобы помирить их. И к психологу попинаем и закроем в страшном, холодном подвале, чтобы они обнимались. — А если твоя другая мама этого не захочет?! Ками, не все могут простить измену, — сказала на выдохе Дайана. — А я и не прощаю, — сказала Камила, — но нужно быть умнее. У них всё-таки дети есть. — То есть, ты бы не простила, но если бы были дети, простила?! Ками, я хочу, чтобы они помирились, но сейчас я не понимаю тебя. — Я говорю о том, что нужно попытаться простить, — пояснила Камила, — но я простить её теперь не могу. Может потом. — Я сейчас не про их жизнь, а про твою, — Дайана не понимала, о чем говорит Камила. — А что про мою? Я разочаровалась в матери, этого теперь не изменить, — сказала Камила и посмотрела назад, на Дастина. — Ты чего? — Дастин увидев, что на него смотрят, вытащил наушник. — Посмотрела просто, — фыркнула Камила и села ровно. Парень засунул обратно в ухо наушник. — Я спрашивала про твою личную жизнь. Если бы тебе изменил муж, чтобы ты делала? — Дайана хотела, чтобы Камила понимала всю ситуацию, раз Реджина изначально ей рассказала. — Я не понимаю, вот чего ты спрашиваешь? Откуда я знаю! — Просто, Ками, ты должна сразу понимать, что сейчас ваши жизни изменятся и не факт, что мама простит маму. — А я типа этого не понимаю?! — Надеюсь, что понимаешь, — уверенно сказала тетя. — Все закончили, — отрезала Камила и убрала взгляд в боковое окно. — Хорошо, — сказала Дайана и через несколько минут она довезла детей до школы. — Если хотите, можете и сегодня у меня переночевать. — Я посмотрю по обстановке, — ответила девушка. — Не, я сегодня домой, — Дастин убрал наушники в сумку, — мама Эмма обещала в приставку погонять, да и маму Реджи вчера не видел. — Так ладно. Потом решим, — всё же сказала Камила и чмокнула тетю в щеку, — я позвоню. — Пока, — Дастин тоже чмокнул тетушку и побежал к друзьям. Камила и Дайана тоже попрощались. Младшая Свон пошла на занятия, а старшая уехала. Дайане сегодня было нужно на переговоры, и поэтому она не собиралась на работу. Женщина вернулась домой и услышала музыку из гостиной. — Черт! Дасти, блин, я же сказала, не включай музыку, — она зашла в гостиную и увидела младшую сестру, — Мелкая?! — Она отомстила мне, — Эмма пила джин, сидя на диване. Она даже не посмотрела на сестру. — В смысле?! — Дайана не поняла, про что говорит сестра. Она обошла диван и присела на кресло напротив Эммы, — ты чего пить-то взялась? — Да я немножко. Третий бокал всего, — Эмма допила последний глоток, — она переспала с каким-то барменом. — Кто?! — спросила Дайана, а потом поняла, — Реджина?! — Дай, не тупи, — огрызнулась Эмма, — да, Реджина! — А…, а ты откуда узнала? Эмма, не фырчи, а расскажи нормально. — Она сама сказала. Сегодня ночью уехала и потрахалась с каким-то мужиком! — Свон наливала себе еще джина. — Мелкая, да она лжет! Она не могла. Это же Реджина, ты у нее первая и единственная. Она не могла просто так взять и переспать, — старшая Свон была в шоке. — Но тем не менее. Она была уверенна в своих словах. Ты же знаешь, я на раз распознаю ложь, — Свон осушила бокал. — Но… Мелкая, этого же не может быть. Она же всегда любила тебя и после твоей ошибки она смогла так поступить?! Я не верю, — Дайана налила себе бокал джина, — но если это правда… что будет, Эмма?! — Ничья, — ответила Свон и резко встала с дивана, но покачнулась, так как охмелела. Но, тем не менее, она направилась в кабинет старшей сестры. — Что значит ничья?! — Дайана со своим бокалом пошла за Эммой, — и куда ты? — У тебя где-то были сигары, — Эмма сидела за рабочим столом Дайаны и открывала ящички её стола. Свон не курили обе, но сейчас Эмме очень этого захотелось. — Мы же… — Дайана хотела сказать, что сигар нет, но все же подошла к столу и открыла типа шкатулки, в нижнем отсеке которой лежали сигары, специальные щипцы и зажигалка. — Эмма, ты ее простишь? — Этот вопрос не ко мне, — Эмма достала сигару и щипцы. — Что значит не к тебе? Она изменила тебе, — Дайана переживала в первую очередь за сестру. — Она мне всего лишь отомстила, — Свон отрезала кончик сигары и закурила. Она даже не закашляла, хоть глубоко затянулась, окутывая кабинет смолистым дымом, — ударом на удар. — Эмма, — Дайана выпила залпом свой джин, — что же вы делаете со своей жизнью?! Вы же сами ее рушите. — Ты думаешь, я этого не знаю?! — Эмма опять затянулась. — Вам нужна помощь. Вы не справитесь вдвоём, но по раздельности. У вас дети, вы столько лет были вместе, для меня вы всегда были идеальной парой. — Но это оказалось не так, — Эмма откинулась на спинку кресла. — Мелкая, что с вами обеими стало?! — задалась риторическим вопросом Дайана, — я запишу вас к психологу. Вы должны разобраться в своих проблемах. — К какому к чертям психологу? Я забрала свои вещи. Психолог поможет только тем парам, которые хотят все исправить и быть вместе. — А ты больше этого не хочешь? — Дайана не знала, как теперь быть, но она заботилась о Камиле и Дастине, ведь они не поймут, почему мамы разводятся. — Я хочу. Она не захочет. И её измена мне, четко об этом говорит, — Эмма прикрыла глаза, вновь затягиваясь крепким дымом. — Захочет она или нет, зависит исключительно от тебя. Если ты хочешь ее вернуть, если ты хочешь чтобы она была с тобой, если ты хочешь чтобы она пожалела что переспала с тем мужиком, так сделай для этого все, — говорила Дайана. — Через неделю начну. Дай, мне не плевать, что её трахал какой-то мужик. Но она моя. Слышишь, моя! — Эмма встала с кресла и смотрела на сестру. — Ты сволочь, но сейчас мне больнее за тебя, — старшая Свон смотрела на сестру. Она никогда не лезла в отношения сестры, но сейчас ей хотелось выпороть ее и ее жену, а потом посадить рядом и вправить мозги. Эмма убрала сигару в пепельницу. — Я у тебя пока поживу. Она собрала мои вещи. — Это не она, — старшая Свон выдохнула, — это Камила. — Камила? — Свон нахмурилась, — она рассказала моей дочери?! — Она рассказала вашей дочери и да она рассказала. Камила очень зла на тебя, поэтому и хотела выкинуть твои вещи в окно. — Я просила её не говорить! — прошипела Свон, злясь. — Ну, вот так вышло. Я тоже была недовольна этим, — сказала Дайана, — Камила хоть и злиться, но все равно хочет, чтобы вы сохранили семью. — Она не должна была ей говорить! — повторила Эмма и пошла из кабинета, чтобы взять телефон. — Эмма, она не маленькая уже и так бы все поняла. Единственное, не знала бы про твою измену, — вдогонку крикнула женщина. Но Свон было плевать на это объяснение. Она схватила мобильный и стала звонить жене. — Что тебе нужно? — в трубке прозвучал заспанный голос Реджины. — Ты зачем рассказала дочери? — грозным и грубым тоном говорила Эмма. — Не твое дело, — фыркнула Реджина. — Это мое дело, Реджина. Моё! — Эмма повысила голос и оперлась плечом о стену, так как после выпитого джина и перекуренной сигары её начала колбасить и шатать, — ты не должна была трепаться. Ты не должна была говорить дочери! — Хватит орать! Я тоже умею это делать, — повысила голос Реджина, — сначала я ей сказала только, что мы расстаёмся, но она начала говорить, что это ты меня бросаешь, что я должна была сказать?! — Да всё что угодно! — прошипела Эмма, — а лучше промолчать, твою мать. Никогда не замечала в тебе нехватки мозгов. Ты же умная женщина, жена. Промолчать не пробовала?! — Нет. Я в этом дерме плавать одна не собираюсь. Камила бы и так поняла, что что-то не так, она всегда видела счастливую семью и не знала, что одна из ее матерей трахается в кабинете со шлюхами. — А вторая опустилась до бармена клуба! — тем же тоном сказала Эмма, — ты эгоистка. Какая же ты долбанная эгоистка. Втянула ребенка во всё это. — Я не опускалась, а этого захотела! Этот бармен на эту ночь позволил мне забыть то, что я видела в кабинете, — Миллс начала кричать, — так что мне плевать, что ты сейчас обо мне думаешь. — Тебе стало легче? Ты захотела отомстить, сделать мне больно, кольнуть? У тебя это, мать твою, получилось! Но причем здесь наш ребенок? Зачем она должна знать, что её матери обе еще те твари?! — Это ты первая мне изменила. Это ты предала нашу любовь, а я только занималась сексом, будучи свободной женщиной. Так что не обобщай. — Значит, ты считаешь так? Ты поступила хуже, мерзко! Ты специально пошла в бар, специально раздвинула ноги перед первым встречным барменом. Специально, Реджина! И мы еще женаты. Ты изменила мне. И ты ничем не лучше меня! Миллс было больно слышать эти слова, но она не показала этого жене, — это твое мнение. Мы расстаемся, Свон, поэтому давай ты хотя бы включишь мозги, и мы сохраним уважение друг к другу ради детей. — Я люблю тебя, но за твой поступок никак не уважаю! — Эмма резко выдохнула, — а ради детей нам не расставаться нужно, а попытаться всё это исправить. — Я не хочу. Ты предала меня, — Миллс все же заплакала. — Но и ты меня предала, — тем же била Эмма. — Я никогда не думала об измене, я всегда любила тебя. Я была преданной и хорошей женой, но на это ты ответила ударом в сердце. Наш брак рухнул, и пути назад я не вижу. — Ты не видишь, но я заставлю тебя увидеть. Я покажу тебе этот путь, — уверенно говорила Эмма, — ты заслуживаешь крепкое плечо и это плечо моё. Я не оставлю тебя, Реджина. Даже не думай об обратном! — Свон отключилась — Я… — Реджина уже хотела сказать что, все кончено, и она подает на развод, но Эмма повесила трубку. Миллс откинула телефон и вновь легла на кровать. Она хотела провалиться сквозь землю. Свон кинула телефон на журнальный столик. Она собиралась сходить в душ и поехать в офис. — Ты куда собралась? — спросила Дайана, увидев, как Эмма пошла наверх. — На работу, — ответила сестра — Ты выпила, останься дома. Отдохни. Тебе ещё сегодня с детьми поговорить нужно, Дастин ничего не знает и поэтому говорил что-то про гонки. — Для детей я в командировке. Съезди к ним и предупреди Миллс. А мне на работу пора, — Свон продолжала идти намеченному плану. — Ты хочешь, чтобы я опять с ней разговаривала?! Эмма, вчера я была полностью за нее, а сейчас я и смотреть на нее не могу, хоть и понимаю ее поступок, — честно сказала старшая Свон. — Хорошо. Я позвоню детям и ей. Сделай мне кофе, пожалуйста, покрепче, — Эмма скрылась в ванной, закрывая за собой дверь. Она оперлась на неё спиной и опустила голову, тяжело дыша. Дайана пошла делать так, как попросила сестра. Женщина воспитала свою сестренку и не хотела, чтобы она так страдала. Эмма спустилась минут через двадцать. Она приняла холодный душ, официально оделась на работу и прошла на кухню. Свон молчала. Она просто села за барную стойку и начала пить свой кофе. — Ты только больше глупостей не натвори, — попросила Дайана. Она не хотела читать лекции, ведь ее сестра была уже взрослым человеком. — Я уволила ту секретаршу. Не с кем творить, — без улыбки, спокойным голосом ответила Эмма, попивая кофе — Вот ответь только честно, если ты, конечно, знаешь ответ на этот вопрос, — Дайана выдохнула, — зачем ты на неё полезла? У нее что-то выдающееся есть?! — Захотелось разнообразия, наверное, — Эмма смотрела прямо перед собой, — я не знаю, как это объяснить. — Понятно, ты не знаешь ответа на этот вопрос. А долго ты с ней кувыркалась? — уточнила Дайана. — Что значит долго? — Свон в этот момент посмотрела на сестру. — Ну, по времени, сколько дней, месяцев? — пояснила сестра. — Один раз! — Свон вновь отпила кофе, убирая взгляд. — Обманывать не хорошо, — сказала Дайана и отошла к холодильнику. — Я не обманываю, — Свон встала со стула и отошла к раковине сполоснуть чашку. — То есть ты и в правду занималась сексом не с Миллс только один раз? — точно уточнила Дайана. — Дай, хватит. Это не тема для обсуждений, — Эмма споласкивала чашку. — Значит все же я права, — для себя сказала Дайана и закрыла тему. — У тебя своё мнение, — рыкнула Эмма, тоже подтверждая закрытие темы. Дайана больше ничего не сказала, ведь она увидела время и поняла, что ей тоже пора собираться на переговоры. Эмма попрощалась с сестрой и уехала в офис. Работу никто не отменял, несмотря на личные проблемы.