Импровибрация

– Какая муха его укусила? – перешёптывались работники сцены, шарахаясь от разозлённого Павла Воли. Господин сегодня был не в духе. С таким выражением лица и в его любимом чёрном прикиде он выглядел как типичный злодей из страшной детской сказки. Демон, ему не хватало окровавленных вил и острых рогов. Эфир начался. Стандартная сцена, стандартное приветствие. Антон и Арсений вышли отрабатывать свой гонорар. Сеня был сегодня в ударе, его глаза блестели маниакальным желанием. После короткого французского поцелуя, он опустился на колени, попутно стянув штаны и трусы с Антона. Пальцами Арсений провёл вдоль его члена. Такой гладкий. Он пододвинулся ближе, теперь Сеня мог достать до него языком. Он слегка смочил головку слюной и обхватил её губами, медленно поднимаясь вверх. Антон схватил волосы друга, почувствовав возбуждение, и сжал их, словно приказывая: «Быстрее!» Всё ясно без слов, Арсений ускорился, заглатывая и отпуская заметно увеличившийся член. Антона переполняли чувства. Он отстранил друга, заставив посмотреть ему в глаза. Страсть, похоть, желание, кайф – всё это читалось во взгляде. Шаст сел на стоящую рядом кровать, скинул болтающиеся на щиколотках штаны и трусы, вышвырнув их далеко от себя, Арсений тут же схватил его в объятия, повалив на кровать. Долгий поцелуй, Сеня избавил себя и друга от ненужной одежды. Сбивчиво дыша, он перевернул его на живот, самостоятельно подняв его задницу. Одной рукой Арсений надрачивал его член, а другой массировал анус, шаловливо вводя туда обслюнявленный палец. Шаст охнув, принял в себя друга. Он выгнул белоснежную спину, трясясь в потоке страсти, не забывая издавать рефлекторные стоны. Внезапно над ними навис Господин, своим взглядом на секунду заставив их оцепенеть. Молча он забрался на кровать и спустил с себя штаны, оголив приличного размера член, который был уже на взводе. – Вы же не вздумаете… – еле проговорил Арсений. – Заткнись! – резким хлопком по заднице, ведущий заставил его замолчать. – Продолжай трахать! – скомандовал он. Господин плюнул на ладонь и растёр слюну по всему члену. Он раздвинул ягодицы Сени руками и жёстко проник в него, толкнувшись всей силой. Арсений вскрикнул, всё внутри наполнилось болью. – Не прекращай! – проорал в ухо ведущий. Терпя дискомфорт, Сеня продолжил, но чем быстрее он двигался, чем сильнее он напирал, двигая ягодицами взад и вперёд, тем сильнее получал отдачу в виде скользящего члена ведущего, долбящего его в зад. Антон кончил раньше, издав громкий стон. Арсений замешкался, наполнив друга своей жидкостью, резко отстранившись, попав во власть Господина. Ведущий не унимался, он сжал в объятиях Сеню, продолжив жёстко трахать. Арсений упал на чудом перевернувшегося на спину Шаста, не прекращая всхлипывать. Наконец, всё. Господин отошёл от него, залив всего спермой. Антон обнял друга, пытаясь поддержать. Сеню трахнули жёстко и почти на сухую. Он дрожал, эмоции не отпускали его. Это был не первый и не единственный день их персонального ада. Страсть сменялась болью, а любовь – работой. Сложно было сказать, что их удерживало в этом бизнесе, но уходить из него они не собирались, даже после такого, и даже после того, что ещё суждено было произойти.