Импровибрация

Знакомство с красной комнатой было неожиданным. Не сказать, что это был их первый день работы, но и жизнь к такому их ещё не успела подготовить, а на собеседовании об этом никто не предупреждал. Красный пол, красные стены и красный потолок. От попадания в такое помещению поначалу кружилась голова от яркого цвета, но потом зрение привыкало, и взору открывалась картина намного страшнее. Полки вдоль всех стен были заложены различными «игрушками» и аксессуарами: фаллоимитаторы всех цветов и размеров, плети, кожаные ремни, километры верёвок, кляпы, маски, шокеры, вибраторы... Посреди комнаты стояла крепкая железная кровать, напоминающая те, что два века назад хранили сон заключённых. Жутковатое зрелище: с потолка свисали кожаные ремни и карабины на крепких тросах, в полу имелись разные отверстия, наспех прикрытые заглушками, явно приспособленные для какого-то оборудования, стыдливо перепрятанного в другом месте. – Осмотритесь, вам здесь работать, – приказал один из десятков безымянных работников сцены, отвечающий за инвентарь и его подготовку к действу. Должен же кто-то мыть вибраторы и вставлять в них новые батарейки? Здесь было слишком много всего. Ассортимент нескольких лучших секс-шопов мира. Никакого Китая, всё сертифицировано, а многое, казалось, было сделано на заказ. Задание было простым: использовать как можно больше предметов из комнаты. Арсений был опытен в подобном, а вот Антон испытывал жуткий страх. Съёмка началась, всё помещение утыкано камерами, но в этом персональном аду они вдвоём наедине с работой. Арсений пробежался взглядом по полкам, примечая заранее нужные вещи. Шаст лишь стыдливо поправил плоскую подушку, сливающуюся с комнатой и кроватью. Красный, его здесь слишком много, он раздражал и пугал одновременно. Сеня схватил что-то с полок и кинул на кровать. «Джентльменский» набор: смазка, несколько разных вибраторов и банка с непонятной розовой массой, как оказалось, массажным кремом. Антон разлёгся на кровати, но чувствовалось, что он заметно нервничает. Арсений прильнул к его губам, нежно целуя взасос, помогая другу справиться с одолевавшим его волнением. От губ он скользнул к шее и присосался, словно вампир, слегка прикусывая. Щекотно. Шаст немного успокоился, он слегка отстранил своего друга, чтобы поцеловать. «Их языки сплелись в танце», – как написали бы в любовном романе. Напряжение потихоньку отступало, на передний план выходили страсть и похоть. Сбивчиво дыша, они сдирали одежду друг с друга. Торс Антона, оказавшись без рубашки, тут же был покрыт огромным количеством тёплых поцелуев. Болезненный укус в сосок, он ещё не привык, что от Арсения можно ожидать подобного. Массажный крем оказался на редкость вонючей жижей и тут же полетел на пол. За ним же, от неудачного па ногой, полетел один из вибраторов. – Хорошо эту сцену нам не сыграть, – на выдохе выдал Сеня, стаскивая с Шаста трусы и обнажая его возбуждённый член. Арсений мгновением перевернул его на живот, Антон покорно встал на четвереньки, слегка повиляв задницей. Сеня привычно выдавил лубрикант себе на ладонь и смазал проход, медленно введя в него два пальца. Когда что-то входит в тебя – это странное чувство. Шаст дёрнулся, издав неловкий всхлип. Это лишь начало, Арсений схватил вибратор, чёрный, огромный, из гладкого пластика, и ввёл его в анус своего друга. Антон сжался, «таких» размеров в нём ещё не было. Лёгкая боль и такое большое возбуждение. Кнопка нажата, Шаст не мог сдерживаться, он уже не стонал, а кричал в каждый раз, когда огромное «нечто» проникало в него, окуная простату в океан удовольствий. Арсений выкинул «игрушку», она с грохотом приземлилась на пол, не переставая жужжать. Антон, понимая друга без слов, перевернулся на спину, обхватив ногами его талию. Секунда, теперь Сеня мог себя удовлетворить, наслаждаясь Шастом по полной. В нём так тепло и уютно, а его стоны лишь подогревают аппетит. Они желали друг друга, не переставая двигаться, не переставая целоваться. Вместе они кончили, не прекращая объятий. После, уже после съёмок, Господин их чуть не убьёт за то, что они не смогли выполнить задание, но рейтинги говорили о том, что их стоит оставить. Настоящая популярность и настоящая страсть – теперь это атрибуты прошлого. Но прошлое на то и прошлое, что в нём есть масса того, что невозможно забыть.