Уроки русского языка
30 октября 2016 г., 17:06
Джим Кирк любил все новое: от неисследованных планет до инопланетянок, что ещё не бывали в его постели. И когда дело касалось его досуга, он предпочитал находить то, что ещё не пробовал, и Чехов оказался настоящим сокровищем для Джима. Казалось, этот юный паренек знал совершенно все: от истории России и теории относительности до пасьянсов и разведения моркови в условиях невесомости. Поэтому когда Спок и Боунс были слишком заняты, чтобы составить компанию Джиму в свободное время, он шёл к Чехову, который всегда с неподдельным энтузиазмом рассказывал, а иногда и показывал что-то новенькое.
— Павел, ты не занят? — Джим нашел Чехова на одной из рекреационных палуб, где тот сидя с ногами в кресле и что-то внимательно читал на своем ПАДДе.
— Нет, капитан, — акцент Павла был более заметен, чем обычно, так бывало всегда, когда его отвлекали от дела. — Я тут изучаю влияние русского мата на мировую культуру.
— Что-что изучаешь? — Джим наклонился ниже, стараясь подглядеть в ПАДД, но его ждало разочарование - текст там был на русском. — Слушай, Павел, а на стандарте этой книги нет?
— Нет. Только на русском, — Павел замолчал, задумчиво глядя на капитана, а потом добавил. — А зачем она вам, сэр?
— Изучить интересный мне аспект русской культуры или проще говоря мат, — откровенно признался Кирк. Чехов нахмурился, явно о чем-то размышляя.
— Если вам, капитан, это действительно интересно… — Чехов начал краснеть. — Понимайте, мат для нас, русских, - не просто нецензурная брань, но и способ выразить самые разные эмоции.
— Вот именно этому я и хочу научиться - выражать свои эмоции при помощи русского мата. Поможете мне в этом, Павел Андреевич?
Чехов побледнел, потом покраснел, затем стал цвета молодого салата, и Кирк уже думал позвать Боунса, но Павел опередил его.
— А это точно не будет нарушать Устав Звездного Флота?
— Нет, — уверил его Кирк, хотя сам понятия не имел, так ли это. — Так вы мне поможете?
— Да.
— Когда приступим?
— Когда хотите, можно прямо сейчас.
Кирк опустился в соседнее кресло, поерзал, устраиваясь удобнее, тем самым давая Чехову необходимое время собраться с мыслями.
— Думаю, начать стоит с того, что матерных слов в языке не так уж и много, но почти любые из них могут выражать самые разные эмоции. Вот взять слово “охуеть”: как правило, мы его произносим, когда очень сильно чем-то удивлены.
— Окуить, — старательно попытался воспроизвести слово Джим.
— Не так, сэр. О-ху-еть, — вновь повторил Павел, как можно четче выговаривая каждую букву.
— О-ху-еть, — повторил Кирк. Получилось гораздо лучше, чем в первый раз.
— Почти правильно, капитан. А теперь попытайтесь сказать это так, словно вы увидели что-то очень необычное.
— Охуеть! — крикнул Кирк так, словно увидел только что Спока, танцующего танго. — Я справился?
— Так точно, капитан! — отчитался Чехов. — Ещё у нас есть слово, которое мы зачастую говорим, когда все плохо. Ху-ё-во.
— Ты лучше этому Боунса научи, он оценит, — хмыкнул Джим, но потом все-таки попытался повторить и это. — О-ху-и-во.
— Не так. Там нет вначале буквы “о”, просто ху-ё-во, — Чехов уже не замечал, что в рекреационной зоне они не одни, так увлек его урок капитана.
— Ху-и-во, — сделал очередную попытку Кирку. — Как же похоже эти слова! — возмутился Джим. — Как вы вообще их различаете?
— Капитан, мистер Чехов. Извините, что отвлекаю, но такие разговоры неприемлемы среди офицеров Звездного Флота, и поэтому я вынужден вам сообщить, что вы должны немедленно прекратить. — Спок появился неожиданно, он всегда ходил слишком тихо, и мало кто избежал участи быть застигнутым им врасплох.
— Спок, ты что, пришел сюда с универсальным переводчиком только ради того, чтобы убедиться, ничего ли я не нарушаю?
— Меня заинтересовал ваш разговор, но поскольку я не понял некоторых слов, решил, что воспользоваться переводчиком было бы логично.
— И ради чего? — спросил Кирк, с трудом сдерживая себя, чтобы не начать кричать.
— Чтобы убедиться, что ни вы, ни мистер Чехов не скомпрометируете себя этим разговором, тут слишком много людей, которые могут вас услышать.
— Извините, коммандер, — выпалил Чехов, ставший уже красным от стыда и тут же пулей вылетел в коридор.
— Охуеть! — только и смог вымолвить Джим. — Спок, ты только что прервал один из самых интересных уроков в моей жизни.
— Разрешите не согласиться с вами, капитан. Знание нецензурной лексики не несет в себе никакого практического смысла.
Спорить со Споком Джим не стал, это было бесполезно. Он лишь сделал пометку в уме, что следующий урок возьмет у Чехова в более приватной обстановке, где ни один старший помощник не сможет им помешать.
