Пламя Севера

      Приходила я в себя долго и мучительно: все тело болело и ныло, как после двадцатикилометрового забега. Ноги словно окаменели, я не могла заставить двигаться свои мышцы. Руки онемели. Во рту было сухо, что тоже не влияло благотворно на общее физическое состояние. Сначала я попыталась полностью прийти в себя и сосредоточиться на происходящем. Так... Что же со мной произошло? Я помню, что встретила Уилла на работе, мы решили зайти в местный кабак, чтобы хорошенько отдохнуть. После окончания рабочего дня я зашла в туалет: поправить волосы, немного подкраситься. Затем я села в машину своего босса, и... произошла авария! Громкий визг тормозов. Огромная, просто невыносимая боль. Раздробленные и сломанные кости. Тело, практически превратившееся в кровавое нечто. Собственный, затем чужой крик... Этот момент жизни просто невозможно забыть. Почувствовав слезы на своих щеках, я решила дать им волю. В конце-то концов, они всегда приносят облегчение. Надеюсь. ...       Открыв красные и опухшие глаза, я решила осмотреть окружающее пространство. Как оказалось, я лежала на грязном тюфяке, набитом колючей соломой, от которой пахло не очень приятно. Ничего другого в маленьком подвальном помещении не было. Не сразу, но до меня дошло, что я нахожусь в темнице. Где-то в углу капала вода и слышался мышиный писк. Здесь было очень сыро, чувствовалось, с каким трудом тяжелый воздух проникал в легкие. Голова раскалывалась, а волосы запачканным покрывалом укутали замерзшие плечи.       Где-то в душе поселилась пустота. Появилось осознание того, что я уже, наверное, никогда не вернусь домой. Не увижу радостных лиц своих родителей, не услышу тихого звонкого смеха младшей сестры. Я не знала, выжил ли Уилл.       За этими размышлениями я услышала чьи-то приближающиеся шаги. Через минуту возле решетки появился силуэт мужчины, освещенный масляной лампой. Он искал ключи от моей камеры. Шепелявый голос сказал:       — Идем, грязная паршивка, лорда нельзя заставлять ждать, — и мужчина резко швырнул меня на каменный пол. Я упала на колени. От резкого столкновения с жесткой поверхностью у меня потемнело в глазах. На плиты упало несколько кровавых капель.       — Не смей ко мне прикасаться, животное. Только попробуй, — процедила я, с ненавистью и гневом глядя на темный силуэт. Мой мучитель, услышав ответную реплику, только коротко хохотнул и, легко пнув меня кончиком сапога, вышел из маленькой камеры. Это было больно.       Бормоча себе под нос ругательства, я пыталась встать, цепляясь за стену. Через некоторое время мне все же удалось встать на ноги, и я, слегка пошатываясь, пошла вслед за мужчиной. Мне почему-то казалось, что допрос будет вести сам лорд Эддард. Я пыталась лихорадочно вспомнить хоть какие-то события, происходящие в книгах и сериале.       Лорд Эддард Старк по прозвищу Нед или Тихий Волк — глава дома Старков, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера.       Негусто конечно, но это лучше, чем ничего. Я не знала, что меня здесь ждет, умирать второй раз категорически не хотелось. Мужчина терпеливо ждал меня возле выхода из подземелья, явно наслаждаясь моими ахами и охами. Вскоре мы вошли в теплое помещение с круглым столом, вокруг которого стояло два простых стула. Комната была ничем не украшена. На фоне голой стены выделялся лишь небольшой камин, внутри которого горело несколько дров.       — Сядь, дрянь, — неожиданно сказал стражник и силой усадил меня на один из стульев, предварительно приковав мои ноги к ножкам стула холодными цепями. Страх цепкими лапами сковал мое сердце и заставил несколько раз попрощаться со своей жизнью.       — Хватит, Джон, ты можешь идти, — сказал лорд Эддард, стоя в дверном проеме и внимательно разглядывая меня с ног до головы. Невольно по всему телу пробежались мурашки.       — Как прикажете, милорд, — ответил стражник и с поклоном вышел из комнаты, прикрыв за собой деревянную дверь. Старк подошел к столу и сел напротив меня. Руки его скрепились в "замок", ясный взгляд холодных глаз смотрел вперед. Он явно ожидал какой-то реакции с моей стороны. Я молчала.       Казалось, что мы целую вечность провели в тишине, но, на самом деле, прошло всего лишь несколько минут. Эддард все так же внимательно всматривался в мое лицо, пытаясь найти ответы на свои вопросы.       — Как тебя зовут? — неожиданно спросил Хранитель Севера.       — Адель Корнуэлл, милорд, — последовал неуверенный ответ. Я решила говорить правду, но не всю. Врать не было смысла, так как мужчина мог легко раскусить любую ложь, и тогда меня казнят без всяких разговоров.       — Очень необычное имя для девушки, живущей за стеной. Кто тебя прислал и зачем? — продолжал задавать вопросы мужчина, при этом смотря на огонь и думая о чем-то своем.       — Я... я не одичалая, лорд Старк. Прошу, поверьте мне. Для своих близких и друзей я умерла, — прошептала я сквозь слезы, чувствуя, как сердце разрывается на части. Неожиданно эмоции захлестнули меня.       — Почему я должен верить тебе?       — Мне нет смысла врать, я хочу жить и сделаю всё для этого, — сказала я, внимательно смотря мужчине прямо в глаза.       — Хорошо, я поверю тебе при одном условии: если ты поклянешься Старым Богам в Богороще, — твердо ответил лорд Винтерфелла.       Твою мать, вот только богов мне не хватало для полного счастья. А для того, чтобы выжить, нужно было выполнить условие лорда. Что ж... Мне просто не оставили выбора.       Старые Боги — безымянные и безликие духи природы, которым на Севере поклоняются северяне.       — Хорошо, я сделаю, как вы прикажете. Если я поклянусь, то вы оставите меня в живых? — с надеждой спросила я у Лорда. Мне очень хотелось жить, пускай даже в этом мире, пускай даже так.       — Да, даю слово лорда Винтерфелла. Освободите ее и отведите в Богорощу.       Я шла босыми ногами по колючему снегу, который неприятно впивался в нежную кожу ног. У меня не было выбора, не было надежды на счастливое будущее здесь. Но я твердо решила бороться за себя и свою судьбу, я поклялась, что больше никто и никогда не увидит мои слезы.       Войдя в Богорощу, я увидела Чардрево с вырезанным на нем человеческим лицом — так называемое сердце-древо. Сердце-дерево, росшее в Богороще Винтерфелла, лорд Эддард Старк считал сердцем Винтерфелла.       — Я, Адель Корнуэлл, клянусь Старым Богам, что у меня нет помыслов навредить лорду Старку и его семье. Клянусь, что я не из дикого народа и пришла не из-за стены. Я прошептала эти слова дереву, но все окружающие меня люди всё хорошо расслышали и поняли.       В ответ на мои слова листья на деревьях в Богороще стали нежно и тихо шелестеть, как будто понимая и принимая мою клятву. И тут, неожиданно, в своей голове я услышала чей-то голос: «Ты в игре, девочка».       Я повернулась к лорду Старку и спросила: — Теперь вы меня освободите?       — Да, я дал слово лорда. Освободите девушку, — сказал он стражникам. Они подошли ко мне и сняли кандалы. Я потерла запястья, на коже были следы укусов блох и синяки от не слишком нежного обращения.       — У меня к тебе еще один вопрос: что ты теперь намерена делать?       — Я… — и тут я поняла, что не имею понятия о том, как жить дальше и что делать. — Не знаю, милорд, не знаю, — ответила я, глядя себе под ноги.       — Если хочешь, я могу устроить тебя служанкой к моей старшей дочери — Сансе. Будешь прислуживать ей, горячая еда и теплая постель тебе будут обеспечены, — предложил Нед Старк. С его стороны это было очень щедрое предложение и отказываться от него я не собиралась.       — Спасибо, милорд, я с удовольствием приму ваше предложение, — я присела в реверансе перед Хранителем Севера. Он, молча кивнув, дал знак стражникам, и они вместе покинули Богорощу.       Впервые за все время я осталась одна. Осмысливая всё, что произошло, мне казалось, что моя крыша уехала куда-то в Париж.       — Значит, отец освободил тебя, — неожиданно произнес голос за спиной. Я резко повернулась и чуть не врезалась в Джона Сноу.       — Да, ваш отец очень благородный человек, я теперь буду служить леди Сансе, — пожимая плечами, я продолжала всматриваться в лицо юноши. Хм, а он красавчик, конечно немного смазлив, но красив. Несмотря на незаконное происхождение, Джон очень похож на своих предков; подобно Эддарду, у Джона очень развитое чувство чести. Этого у него не отнимешь. Я пока не знала, могу ли доверять ему.       — Благородство у него не отнять, в этом ты права. А теперь извини, у меня есть дела, — и с этими словами он резко повернулся, покинув меня.       А я осталась смотреть ему вслед и думать, что же меня ждет дальше.