Сдаться — значит, проиграть

*** POV Инди - Ты жалеешь, что он мертв? - услышала я, позади себя несколько уставший голос Феликса. - Уже не знаю, о чем мне жалеть, - отозвалась я, не переставая смотреть на ужасную картину перед собой. Смотря, как персонал упаковывает Виктора в специальный полиэтиленовый пакет, смотря, как они снимают образцы яда из бутылки с алкоголем, которой вообще не должно было быть здесь, я не чувствовала абсолютно ничего. Любой человек видя своего врага мертвым, был бы счастлив, но не я. Наверное единственное что я действительно сейчас чувствовала, так это презрение и разочарование... - Инди, - подошёл ко мне мрачный Феликс. - Он скорее всего просто заплатил кому ни будь, чтобы ему принесли алкоголь... - С чего все взяли, что это самоубийство? - спросила я, не капли не боясь наблюдать за лежащим передо мной трупом. - Дело в том, что также нашли открытый пузырек очень сильного снотворного, остатки которого и нашли в бокале, - ответил он, немного сморщившись от суеты вокруг. - Также нашли записку вместе с этим... С удивлением, я увидела у него небольшой блокнот с красной обложкой и маленький клочок бумаги, на котором было всего несколько слов. Презрительная гримаса на моем лице стала сильнее, когда я прочитала написанное: "Тайное ощущение собственной вины мы всегда предусмотрительно прикрываем ненавистью, которая облегчает приписывание вины другому. Георг Зиммель". Феликс удивлённо посмотрел на меня, а я только закатила глаза. - Поехали обратно, - сказала я. - Больше здесь я находится не в силах... Мертвые глаза моего давнего врага, навсегда отпечатались в моей памяти... *** - Неужели нет никакого оружия против этих чёртовых журналистов? - ворчала я, заходя в дом. - Одна курица мне едва волосы не вырвала! - Такова жизнь знаменитого человека, - развел руками вошедший следом за мной Феликс. - Так что смирись! - Кажется, что я теперь очень хорошо понимаю, почему ты ненавидишь жёлтую прессу, Майкл, - сказала я, подошедшему ко мне королю. - Не понимаю, как ты это всю жизнь терпишь! - А у меня разве есть выбор? - вздохнул он, после чего обнял меня за талию. - Он и вправду мертв? - Да, - ответила я, чувствуя как сердце предательски пропустило удар. - Он поступил как трус... Я отвернула своё лицо, ведь не хотела чтобы они рассмотрели мои настоящие чувства. Глаза защипало, а губы слегка дрожали от сдерживаемых слез. Миранда обеспокоенно посмотрела на меня, видимо заметив мое состояние. Сама не понимаю, что со мной такое. Единственное, что мне сейчас хотелось, так это отдохнуть и отвлечься от удушающих душу мыслей. Мой король прекрасно понял мои чувства, как и всегда, поэтому повел меня в нашу спальню. Мне нужно было расслабиться, а кроме моего любимого короля в этом мне никто не поможет. Когда мы зашли в спальню, он молча посадил меня на кровать, после чего пошёл в спальню набирать ванную. Голова кружилась от нескончаемых мыслей. Перед глазами картина мертвого Виктора. И почему-то я уже не уверена, что он так и оставался моим врагом... - Вот так, малышка, - сказал король, подхватив меня на руки и отнеся в ванную. Он сам снял с меня одежду, а потом помог забраться в ванную. Я делала все будто на автомате, почти не на что не реагируя. Даже когда оказалась в горячей воде, я мало получила желаемого расслабления. Лишь когда король присоединился ко мне, я более не менее смогла прийти в себя. Нежное касание любимых рук, вызвало приятную дрожь по всему телу, но мрачные мысли не желали покидать голову... - Тебе больно от его смерти? - спросил король, мягко массажируя мои плечи. - Я не знаю... - вздохнула я, наклонив голову, чтобы ему было удобнее. - Сама не понимаю, что вызвало во мне такую реакцию. Я... - Как он умер? - спросил Майкл. - Не понятно, было ли это действительно самоубийство, - ответила я, млея от его ласк. - В алкоголе нашли сильно действующее снотворное, что и привело к смерти. Однако была оставлена предсмертная записка... Услышав содержание записки, он казалось не был удивлен. Однако, когда услышал про блокнот, как-то странно вздрогнул. Интересно, что его так впечатлило? На мой вопросительный взгляд, он просто попросил не обращать внимания. - Что в этом блокноте написано? - снова задал вопрос он, плавно переходя с плеч на шею. - Не знаю, - ответила я едва сдерживая стон удовольствия от его движений. - Я его ещё не смотрела... - Малышка, что ты сейчас чувствуешь? - осторожно спросил он, заглядывая мне в глаза. - Ты жалеешь что он мертв? - Нет, - отозвалась я, оторвав взгляд. - Он заслужил смерть, как никто другой, но... - Но... - повторил он, желая чтобы я продолжила. - Почти вся моя жизнь, была зависима от него, - начала объяснять я. - Он играл со мной, как палач со своей жертвой. Вымещая свою злость на мне, получал огромное удовольствие. Вся наша семья была гнила изнутри. Понимаю, почему он всех ненавидел, но это не отменяет того факта, что он поступал как последний мерзавец. Он просто избавлялся от проблемы, поступал как трус. Однако, у меня есть и за что поблагодарить его... Услышав мои последние слова, он ошарашенно уставился на меня. Да, именно такой реакции я и ожидала. Я постаралась объяснить ему, что заставило меня так думать: - Он показал мне этот мир таким, каким он есть на самом деле. Заставил увидеть, что люди не разделяются на хороших и плохих. Показал, что в каждом человеке есть темная и светлая сторона. И лишь от нас зависит, какую сторону мы выберем... Раньше я была совершенно другим человеком. Знай ты меня прежнюю, то не узнал бы. Я сильно изменилась. Стала сильнее... беспощаднее... жёстче... Будь я такой как раньше, ты бы меня не выбрал... В этом мире нельзя быть иначе. Именно за это я ему благодарна. Он научил меня жить в этом мире. А также показал мне самое главное правило этой жизни... - Какое? - еле вымолвил король, не в силах прийти в себя от шока. Обернувшись к нему, я ответила: - Сдаться, значит проиграть... Больше ему нечего было спрашивать... *** - Рада вас видеть, Элизабет, - королева кино не успела и слово сказать, как я заключила её в радостные объятья. - Привет, детка, - рассмеялась она. - Как ты? - Все хорошо, - ответила я, улыбнувшись, после чего отпустила бедную женщину. - Если не учитывать того, что мое состояние сейчас мало похоже на устойчивое. - Об этом я и хотела с тобой поговорить, милая, - ответила она, присаживаясь со мной на диван. - Ты не должна сейчас себя изводить, иначе это плохо отразится на ребёнке. - Знаю, но моя жизнь сейчас в таком шатком состоянии, что от меня мало что зависит. - Понимаю, но все равно нужно себя беречь, - отозвалась она, ласково поглаживая мою руку. - Теперь ты не только за себя отвечаешь... - Сказать по правде, - начала я. - Иногда я до сих пор не могу свыкнуться с мыслью, что я должна стать мамой... - Не можешь поверить, что черная полоса в твоей жизни закончилась? - Да, - вздохнула я. - Кажется, что это всего лишь сладкий сон, который в любой момент закончится и снова начнется кошмар. - Счастье нужно завоевать, - ответила она, а я терялась от силы её взгляда. - И ты своё завоевала. Твой кошмар закончился, Инди. Сейчас в твоей жизни наступила светлая полоса и тебе нужно в это поверить! - Верно, но это слишком трудно, - на мой усталый взгляд, она понимающе улыбнулась. - Ещё с самого начала, я свыклась с мыслью, что моя жизнь будет полна только боли и разочарований. Однако, судьба решила по-другому... - Инди, - голос Элизабет, звучал несколько обеспокоено. - Наверняка мне не стоит об этом спрашивать об этом, но ответь пожалуйста. Как ты относишься к тому, что Виктор твой отец? - Сама мысль об этом вызывает во мне рвотный порыв, - поморщилась я, а королева виновато поджала губы. - Расслабьтесь, я уже смирилась с мыслью, что именно этот ублюдок мой папаша. Однако, для меня это вообще никакой роли не играет. - Понимаю, но ты вряд ли бы хотела, чтобы все для него закончилось самоубийством... - Возможно, но раз он оказался на самом деле таким слабаком, то ему самое место в могиле, - скривилась я, мысленно дав себе подзатыльник. - О, хорошо что вы мне напомнили... Договорить, о чем именно вспомнила, я не успела. В гостиную уставшим шагом вошёл Майкл, вместе с Биллом. Король почти не бывает дома, ведь у него этой осенью и зимой большой тур, поэтому он постоянно готовится и репетирует. Он такое грандиозное шоу решил устроить, что для этого ему приходиться выкладываться с утра до ночи. Я же в это время почти постоянно мотаюсь на допросы и по судам. Ещё и кампания, которая требует моей явки в Испании. Уже завтра я улечу разбираться со всем этим семейным бизнесом, с которым я так и не решила как поступить! - Здравствуй, Элизабет, - поздоровался с королевой кино Майкл, обнимая и поцеловав её в щеку. - Привет, малыш, - ласково улыбнулась она, отвечая на объятья. - Здравствуй, Билл. - Рад вас видеть, Элизабет, - отозвался старый друг семьи, а я улыбаясь помахала ему рукой. - И тебя тоже, Инди. Все хорошо? - Да, я в порядке, - улыбнулась в ответ я, но увидев вблизи лицо обнимающего меня короля, добавила. - В отличии от вас. Ты когда в последний раз нормально спал? - Не помню, - ответил он, после чего поцеловал меня в губы. - Именно это я сейчас и собираюсь сделать. - Но сначала ты хорошенько поешь, - нахмурилась я. - И это не обсуждается! - Слушаю и повинуюсь, - усмехнулся он, после чего вновь поцеловал меня. - Ох уж эта молодежь, - наигранно строго проворчала Элизабет, но в её его голосе ясно была слышна насмешка. - Их теперь за уши не оттащить друг от друга! - Да мы только начали, - оторвавшись от Майкла, рассмеялась я. - Инди, а о чем я тебе напомнила? - спросила Элизабет. - Ты сказала перед их возвращением. - Точно, - кивнула я, стараясь не выдать того, как я дрожу от мягких поглаживаний короля по моей пояснице. - Я же так и не посмотрела, что в том блокноте написано, который нашли у Виктора. На слове "блокноте" король вздрогнул, а я больше не собиралась делать вид, что ничего не произошло. Видя мой настойчивый взгляд, он виновато отвёл глаза. Так, и что это значит? Нехорошее предчувствие, как никогда сильно подобралось в сердце. - Инди, - выдохнул король, стараясь не смотреть на меня. - Тебе не стоит его читать... - Что там такое? - удивилась его словам я. - Ты его уже прочитал? - Это дневник твоей матери, - ответил он, а у меня отвисла челюсть. - Её личный дневник, который она завела после знакомства с Виктором и... Который кончается за несколько месяцев до её смерти. - Мама вела дневник? - ошарашенно уставилась на него я. - Какого чёрта? Откуда он вообще взялся? Я и понятия не имела, что она имела эту детскую привычку. - Детскую привычку? - переспросил Билл, но я так на него посмотрела, что он тут замолчал от греха подальше. Майкл с едва прикрытым страхом посмотрел на Билла, на что получил твёрдый взгляд и легкий кивок головой. Что это всё значит? Элизабет переводила настороженный взгляд с одного на другого. Будто готовясь к своей скорой смерти, Майкл ответил: - Это я отдал блокнот Виктору. - Откуда дневник у тебя вообще взялся? - мой голос наверное звучал, как никогда, ошарашенно. - И зачем ты отдал дневник Виктору? Король беспомощно посмотрел на своего верного охранника, на что тот только невозмутимо пожал плечами и сказал: - Сам кашу заварил, сам и расхлёбывай. Майкл себе под нос пробурчал, что он это ему ещё припомнит, после чего вновь посмотрел на меня. Я с едва прикрытой злостью, скрестила руки на груди и выжидающе посмотрела на него. Вдруг, Майкл сам почему-то разозлился, после чего отошёл от меня к камину, сжимая кулаки. Казалось, что он сам от чего-то сдерживается. Билл тоже был чем-то напряжён и понятно было, что он обо всём знает. - Хватит тянуть резину, - недовольно проворчала Элизабет. - Что ты опять натворил, Майкл? - Я сделал только то, что должен был! - я вздрогнула от осознания того, что король наверное впервые повысил на неё голос. - Неужели вы наивно думали, что я просто так оставлю разбираться с Гонсалесом, правительству? От голоса короля веяло таким холодом, что у меня даже мурашки по телу прошли. Ещё не разу я не видела его таким. Он никогда со мной так не говорил. Что с ним такое? Получается, что он всё это время меня обманывал, а я даже не о чём, не догадывалась. Не знаю, что мне сейчас делать: плакать или смеяться. Он отплатил мне той же монетой... - Что ты сделал? - выдохнула я, пытаясь себя контролировать. - Единственный способ избавиться от Гонсалеса - смерть, - сказано жёстким, таким не привычным тоном для него. - Этот дневник я нашел в твоём доме. Сначала я хотел отдать его тебе, но посчитал что там будет то, что новь тебя ранит. И оказался прав... Тебе не стоит читать его, если не хочешь вновь испытать боль, которая не сравнится с тем, что ты уже испытала... - Все настолько ужасно? - убито прошептала я, на что получила сочувственную улыбку. - Что ж... Король молча вернулся ко мне и обнял. Я даже не знала, как мне сейчас реагировать. Тепло любимого тела заставляло расслабиться. Я знала, что король просто пытался отгородить меня от новой порции боли, но легче от этого мало стало. Сейчас я, наверное, как никогда ничего не понимала... - Инди, - начал говорить король, обхватив меня за талию одной рукой, а другой поглаживая по шее. - Милая, неужели ты думала, что я могу просто так оставить то, что с тобой произошло? Виктор не мог уйти безнаказанным... - Майкл, я же проси... - хотела сказать я, но он не дал. - Послушай же меня, - перебил меня он. - Прочитав тот дневник, я понял одну очень важную вещь. Твоя мать сыграла в жизни Виктора ключевую роль. Он был зависим от этой женщины, понимаешь? Виктора все презирали за его образ жизни, но не она. Твоя мать была единственным человеком, которому он был нужен. С ним была только она... Краем глаза я заметила, как Билл негодующе нахмурился, но меня сейчас это мало волновало. Он уже явно это слышал, но ему что-то не понравилось. Однако я сейчас старалась от шока не свалиться в обморок.... - Читая из дневника об их отношениях, я понял, что с Виктором было что-то не так, - продолжил говорить король, старательно подбирая слова. - Он как-то странно вел себя вместе с ней. Он был будто бы... Как бы это точно описать... Хм, помешанным на ней... Зацикленным только на этой женщине. Он никого кроме неё не видел... Мне удалось навести кое-какие справки, которые все пояснили. У Виктора было психологическое расстройство, что его даже хотели положить в больницу, но Томас не позволил.   - Так и знала, что он психически ненормальный! - пробурчала Элизабет, скривив губы. - На такое нормальный человек не способен!   - Для каждого человека, существует своё понятие нормальный, - вздохнул Билл.  - В том то и проблема, что об болезни знал только Рафаэль Гонсалес и Томас, - сказал Майкл, переместив вторую руку на талию. - Рафаэль скрыл это от общественности, только потому что его об этом просил Томас. Почему Томас так хотел спасти брата, не понятно...  - А что же Элизабет? - подала голос я. - Моя мать знала об этом?   - Твоя мать стала для него катализатором, - ответил Майкл. - Он был морально зависим от неё. Знала ли она о том, что Виктор психически ненормальный, неизвестно. Но если судить по тому, что написано в дневнике, то нет...   - Что ещё? - пыталась я, заставить его перейти к самому главному.  - Инди, умоляю не заставляй меня рассказывать тебе все сейчас, - взмолился Майкл. - Ты беременна! Для тебя это может плохо обернуться.   - Рассказывай! - настойчиво сказала я, на что он тяжело вздохнул. - Я беременная, а не больная.   - Хорошо, - смиренно ответил он, понимая, что упертостью я могу превзойти даже его. - Если Виктор и вправду был психически больным, то я понимал, что его мания причинять тебе боль не пройдет. Я уверен, что после смерти Элизабет именно ты стала тем, что держит его на плаву. Его ненависть к тебе была слишком сильна. То что он позволил полиции себя поймать, лишь временное помутнение рассудка. Он бы не успокоился, пока не добил бы тебя до конца...  Было видно, что говорить Майклу это было тяжело, но старался сдерживать свои эмоции, впрочем, как и я.   - Ты прекрасно знаешь, что у нас в США в отличии от других стран,  смертную казнь назначают даже за убийство всего нескольких человек, в то время как в других нужно совершить преступление против всего человечества, - переход темы сбил меня с толку. - Я дал Гонсалесу выбор, как поступить со своей жизнью.   - Какой выбор? - опередила меня с вопросом Элизабет, а я кажется догадывалась, что сделал Майкл.   - Я нашел информацию, которая заставило бы правительство назначить Виктору смертную казнь, - невозмутимо продолжил он, а я в шоке уставилась на него. - У него был выбор, либо он спокойно садится в тюрьму и оставляет нас в покое, либо же он отправится на смертную казнь...   - Майкл! - шокировано сказала я, не узнавая его. - Ты сам то себя слышишь?! Это вообще ты?  - А ты думаешь что я позволил бы ему уйти от правосудия? - теперь уже и король разозлился, наградив меня хмурым взглядом. - Наивно было думать, что он просто так сядет в тюрьму. Ему бы ничего не составило просто заплатить и выйти. И он бы не оставил тебя в покое, понимаешь?! Я был уверен, что он освободиться, поэтому нашел на него столько грязи, что у правительства не останется никакой возможности заработать. Однако, я все же видел, что Виктор способен был ещё чувствовать. И он почувствовал всё в тот момент, когда узнал о том, что ты его дочь... - И что дальше? - спросила Элизабет. - Я дал ему прочитать дневник, - ответил Майкл, отойдя от меня. - Ведь знал, что прочитанное его сломает. Однако я никак не ожидал, что он сам на себя наложит руки! Я думал, что он просто не будет сопротивляться, но эта правда видимо стала для него настоящим убийством! - Почему прочитанное его сломало? - вновь спросила Элизабет, в то время как я не могла вымолвить хоть слово, продолжая ошарашенно смотреть на короля. - Потому что когда он прочитал его, - выдохнул Майкл, после чего посмотрел на меня. - Виктор узнал, что все что он сотворил, было зря... - Все ответы в дневнике, - посмотрела на меня Элизабет. - Инди, ты же знаешь, что я просто хочу отгородить тебя от боли, - вздохнул король, а холод в глазах сменился столь родным теплом. - Если ты веришь мне, то прошу тебя! Не читай дневник... Все ещё не отходя от шока, я молча подошла к бару и налила себе крепкого бурбона. Если я сейчас не выпью, то взорвусь от переполняющих меня эмоций. - Инди, ты же беременна! - упрекнула меня Элизабет, а до меня только дошло что я собиралась сделать. С сожалением посмотрев на желанную жидкость, я отложила бокал в сторону. Я чувствую на себе напряжённые взгляды, которые следят за каждым моим движением, но не могла обернуться. Не могла даже осмыслить услышанное.... - Принеси блокнот... - тихо выдавила из себя я, но меня прекрасно услышали. - Инди, - начал говорить король. - Прошу, отдай мне этот чёртов дневник, - уже не сдерживаясь, закричала я. Элизабет аж подскочила от моего крика, видимо это было слишком сильно. Майкл беспомощно, но с плохо прикрытой болью посмотрел на меня. Я старалась держаться и вновь не поддаваться эмоциям. Мне до сих пор не удавалось сложить всё услышанное в голове. Майкл, подойдя к тумбочке возле камина, молча достал из ящика блокнот в красной обложке, после чего подошёл ко мне и положил дневник на бар возле бутылки вина. При этом он почти не смотрел на меня, даже не прикоснулся. Интересно, кто ещё должен на кого обижаться? Когда я посмотрела на этот блокнот, я боялась открыть его. Если король так просит меня не читать его, значит, что правда написанная там действительно ужасна. Огромный страх узнать всё, едва не душил изнутри. Если прочитаю, то получу новую порцию боли. И я задаюсь вопросом, а нужно ли мне знать правду? Готова ли я к новому удару, который опять принесет за собой сплошное разочарование. То что там написано, сломало даже Виктора. Выдержу ли я ещё раз? Я не хочу знать больше ничего о женщине, которая породила меня на свет. Я понимаю, что я больше не выдержу грязи о своей семье. О людях, с кем связана одной кровью. Сейчас я сама стану матерью, поэтому постараюсь сделать все возможное для того, чтобы мои дети не познали темной стороны окружающего мира. Возможно, кто-то посчитает мой поступок трусостью, но я тоже не железная. Всему есть предел и мой уже наступил. Может когда-то пожалею о своём решении, но не сейчас. Взглянув на короля, который не сводил с меня глаз, я взяв с собой дневник, подошла к камину. Не слово не кому не сказав, я легко закинула блокнот в горящий камин... - Инди! - закричала Элизабет, подскакивая с дивана и смотря шокированными глазами в камин. - Детка, что ты наделала?! Король широко раскрытыми глазами наблюдал за этой сценой, но я не обращала внимания. Единственное что меня сейчас волновало, так это горящий в пламени дневник женщины, которая дала мне жизнь. Мне казалось, что обжигающие языки пламени уничтожали не только тонкие листы бумаги, но и то последнее, что осталось от моего неизведанного прошлого. С каждым горящим куском бумаги, страх прекращал опутывать сердце. На душе становилось легче, а боль перестала так жечь. Обернувшись к своему любимому мужчине, я увидела, что он продолжает смотреть на меня, как на восьмое чудо света. - Теперь ты видишь, - сказала я, рукой указав на жалкие остатки пепла от сгоревшего в камине блокнота. - Как сильно я тебе верю, мой король... *** - Голубки, - насмешливо фыркнул Феликс. - Нам вас отрывать друг от друга что ли? Я только показала ему неприличный жест рукой, не переставая целовать любимого короля. Большой брат только рассмеялся на такое пожелание отвалить. Шум ветра на посадочной полосе едва позволял нам слышать друг друга. Мне придется почти все лето пробыть вдали от Майкла, поэтому хотела насладиться нашей близостью хоть немного напоследок. Ох, сколько скандала было из-за моего отъезда. Король совершенно не хотел меня отпускать на корм акулам кампании, но я настояла на своём. Мне нужно было разобраться с кампанией и правительством, которое собиралась взять под суд почти всех, кто имеет к ней какое-либо отношение. Пока я ещё на маленьком сроке, мне можно будет окунуться в работу. По этому поводу, король ворчал больше всего, но я все же его убедила в том, что со мной и с ребёнком все будет в порядке. Чтобы окончательно его успокоить, я сказала, что за мной присмотрит Феликс. Король наотрез отказался отправлять меня без него, так ему будет спокойнее, а я не возражала. Мне и самой будет легче, если со мной будет проверенный человек, да и просто мой хороший друг. - Может, ты всё же передумаешь? - с надеждой сказал король, обнимая меня за талию. - Ты хоть представляешь, что ты оставляешь меня одного на такой долгий срок? Не боишься, что я опять что ни будь натворю, а? - Думаешь, что мне вдали от тебя будет легко? - нахмурилась я, уткнувшись носом ему в шею. - Одна мысль о том, что я буду просыпаться без тебя, уже невыносима! Но у меня нет выбора, я должна уже наконец-то покончить с этой дичью вокруг кампании... - Понимаю, но мое волнение от этого мало убывает, - скептически отозвался он, зарываясь пальцами правой руки в мои волосы. - Вообще не представляю, что я могу сделать для этой кампании, - пробурчала я, недовольно сморщив нос. - Я врач, а не чёртов дипломат! - Глупости, - поцеловал он меня в макушку. - Ты со всем справишься, ведь ты у меня сильная девочка. Тем более тебе будет помогать Фернандо, а уж на него можно положиться. - Да, только я его скорее в могилу сведу, чем чему-то научусь, - фыркнула я, а король только рассмеялся. - Ладно, шутки в сторону. Учтите ваше величество, что я требую отчёт от вас каждый день по телефону! И только попробуйте пропустить хоть один! - Слушаюсь, моя госпожа, - усмехнулся он. - Вас это тоже касается, будьте любезны. Вдруг, он положил мне руку на живот, а я мгновенно расслабилась от желанного тепла. Я понимала, что нормально поговорить у нас ещё не скоро получится, поэтому решилась сказать ему то, что я думаю о вчерашнем вечере, когда он рассказал мне об этом проклятом дневнике... - Майкл, - оторвавшись от его груди, я серьёзно посмотрела на него, на что он сразу нахмурился. - Я правда пыталась об этом не думать, но это сильнее меня. То что ты вчера рассказал... - Понятное дело, что тебя это гложет, - понимающе улыбнулся он, но я не была бы так оптимистично настроена. - Когда Виктора доставят в Испанию для похорон? - Уже завтра он будет там, - начала хрипло говорить я, а хватка на моей талии стала крепче, а взгляд глаз цвета шоколада, настороженным. - Знаешь, я совсем не злюсь на то, что ты все скрыл от меня. У меня просто нет на это права, ведь я сама не так давно поступила ещё хуже. Нет, меня волнует другое. Плевать, что написано в дневнике. Я больше ничего не хочу знать о своей поганой семейке. С меня хватит этого ужаса, всему есть предел. Но я не могу смотреть на то, как ты сам себя рушишь! Мои последние слова привели его в сильное замешательство, но не успел он и рта раскрыть, как я продолжила: - Я не спорю, что Виктор тот ещё кусок дерьма, которому дорога только в ад. Не спорю, что мне хотелось самой его туда отправить. Однако, представь себе, что я чувствовала, когда услышала вчера от тебя то ужасное признание? Я не могла поверить, что ты это сделал, Майкл! - А разве у меня был другой выход? - было видно, что он задет такими словами. - По твоему я должен был просто смотреть на это? - Майкл, послушай меня, пожалуйста, - сказала я, после чего взяла его за руки. - Знаешь, почему люди так к тебе тянутся, как к никому другому? Почему так много людей в тебя верит и ни капли не сомневается? Почему толпы людей кричат твоё имя, будто ты для них как божество? Потому что они видят, что именно ты сможешь вытащить людей из этой темноты, в которую они сами себя вогнали. Ты способен видеть красоту в других людях, когда человек сам в себе этого не видел. Ты даёшь веру тем, кто всю жизнь в себе не уверен. Они видят то, что вижу я - человека, который не смотря на окружающий нас кошмар, сохранил в себе столько света, что способен поделится им с другими. Они видят, что ты действительно человек, такой, каким мечтает быть каждый. Я видела, что с каждым моим словом на глазах короля наворачиваются слёзы, впрочем мне было не лучше, чем ему. - Твоя песня "They don't care about us", яркий пример твоей человечности, - продолжила я, пытаясь донести до него свои мысли. - Ты говорил, что каждый из нас заслуживает второй шанс. Убежден, что даже осуждённые заслуживают второй шанс. Так скажи мне, почему я до сих пор не в тюрьме? Чем я отличаюсь от них? Я тоже нарушала закон, убивая людей. Кто я такая, чтобы лишать их жизни? И никто не знает кроме меня, что это было только чтобы спасти себя. Но почему они в тюрьме, а я нет? Все очень просто. Мне дали второй шанс, мой король. Вы все дали мне второй шанс, хоть я его и не заслуживаю. Я не жалею о том, что Виктор мёртв, нет... Но я не могу понять, почему ты не дал Виктору второй шанс, хотя всех убеждал в обратном. Ты сам предал то, во что верил. Ты просто подписал ему приговор. Зная, что правда в дневнике его разрушит, ты все равно отдал его ему. Может ты хотел, чтобы ему было так же больно, как и мне. Однако, тебя не остановило то, что он был психически нездоровый человек. Я прекрасно знаю, как ты мыслишь, Майкл. Ты ничего не делаешь, пока не просчитаешь на несколько шагов вперёд, а значит ты мог ожидать от него всё что угодно. Знаешь, что ты сделал? Уподобился тем людям, которых ты ненавидишь. От моих последних слов, он вздрогнул как от удара. Я видела, что ему больно меня слушать, но если я хочу предотвратить такое снова, он должен сейчас меня услышать. - Мои руки тоже в крови, поэтому не было бы страшно если бы его убила я. Мне уже нечего было терять. Моя душа очернена, в отличии от твоей. И ты едва не запятнал свою. Я понимаю, что ты сделал это только ради меня. Что просто хотел защитить меня и я ценю это, правда... Я очень благодарна тебе за всё, но это слишком высокая цена. Ты едва не стал таким же убийцей, как и я. Ты едва не потерял свою человечность. Именно этого я и боялась, что происходящее тебя изменит и это произошло. Малыш, умоляю тебя, не делай так больше никогда. Я не смогла себя сдерживать и слёзы потекли по щекам, обжигая кожу. Он тут же прижал меня к себе, стирая мокрые дорожки. - Ты не такой как мы, понимаешь?! - всхлипнула я. - Ты сильнее нас, выше всего этого дерьма! Не смей нам уподобляться, ведь ты не такой как другие, понимаешь? Ты намного лучше всех нас... Плевать на Виктора, но прошу не позволяй себе сломаться и стать подобным нам. Не позволяй... Вот, что меня волнует, Майкл. Я боюсь за тебя... Плевать, что Виктор мёртв, но я не позволю тебе очернить свою душу... Не позволю...