Тринадцать пунктов.

От Автора: далась мне эта глава трудно. Вы, наверное, это и сами поняли. Начало повествования идет уже через практически два месяца, после конца прошлой главы. Можно понять, что эти два месяца были для ГГ переломными, потому что, кто не просек, она поняла, что испытывает что-то к своему мужу. А вы, как представительницы прекрасного пола, должны понять, что такое эти два месяца для безответно влюбленной женской души, находится под одной крышей с объектом «воздыхания», грубо говоря. Ну, это было небольшим отступлением, чтобы объяснить сюжет в танке сидящим :3 Да начнется веселье. Начало весны ты встретила не слишком радужно. Зима для тебя прошла быстро, ты даже оглянуться не успела, как немногочисленный снег на улицах Сеула стал таять. Серые будни сменили солнечные дни. Несмотря на то, что тебя рвали на части фанаты твоего мужа и новообретенные твои, ты радовалась погоде, чувствуя себя как после долгой спячки. Ты словно обрела крылья, как только призналась самой себе в чувствах, которые ты испытывала с самого начала вашего с мужем знакомства. Да, именно с начала, потому что поняла, какой упертой ты была в тот день сухого и холодного: «Привет, с этого дня я твой муж», ведь ты видела, какой мужчина сидел перед тобой, ведь подсознательно уже знала, что он идеал… но дать волю чувствам не давала по-детски обиженная на родителей гордость. А сейчас, уже как два месяца назад засунутая к черту в задницу эта самая гордость, тихо помалкивала, пока сердце и мозг уже не видели преграды, чтобы не любить и не хотеть. Жить, однозначно, стало легче. Так же, стоит заметить, что даже если в этой стране кто-то не знал такого парня как T.O.P из Big Bang, то теперь сто процентов населения на худой конец слышали не только о нем, но и о его простушке-жене. Как только весть о проведенном на четырнадцатое февраля свидании появилась в интернет-ресурсах, новая волна под названием «Новоявленная семья T.O.P» охватила большую половину населения республики. О вас не говорили только слепоглухонемые. Ваша семейная пара была на виду, вы все чаще стали появляться на титульных страницах газет, вас все чаще стали приглашать на разные развлекательные теле-шоу и сказочные фотосессии, тебе даже предложили стать ведущей детской развивающей программы! Сынхен дал добро, потому ты не стала упускать такой шанс и согласилась на такое заманчивое предложение. Но, даже в такой, казалось бы, идиллии, все чаще среди ваших фанатов стал назревать вопрос о том, а в состоянии ли молодая супруга родить сына кумиру миллионов? Вот теперь приходилось изворачиваться, чтобы в лишний раз подобных вопросов на интервью не возникало. А как же объяснить этим миллионам, что вы еще не так уж и близки, чтобы заводить детей? Быть может, вы их никогда и не заведете, кто знает? Но, благодаря неусидчивым и любопытным фанатам, все тайное, конечно же, становится явным. Это случилось на очередном интервью. Сынхен, по договоренности, держал тебя за руку, отчего ты тихо млела, и своим тихим и размеренным голосом отвечал интервьюверу, пока ты, потеряв всякую бдительность, воровато поглядывала на профиль мужа. Сегодня он выглядел еще красивее в своем облегающем накачанную грудь пуловере, и синем пиджаке. Ох, этот мужчина… - Ну… как вы знаете, наша программа основывается на вопросах наших зрителей, - говорила будничным тоном ведущая, удобно расположившаяся в кресле напротив, - и, когда мы объявили, что в следующем выпуске у нас в гостях будет семья Чхве, наш сайт буквально взорвался от количества вопросов, которые нам отправляли доселе незарегистрированные пользователи. И, как бы вы могли догадаться, большинство вопросов были о довольно распространенной теме, связанной с вами. Сынхен нахмурился, заметно напрягся, что не ускользнуло от тебя, и кивнул. Ты тоже сжалась, внимательно взглянув на ведущую. - Вы женаты уже полгода, ребята, и мы прекрасно видим, как ваши отношения только укрепляются в супружеской жизни, - поглядывая на альбомный лист в своей папке, говорила девушка, будто бы готовя вас к самому главному вопросу. – И многие ваши фанаты… Боже! Да что тут мелочиться, вся Корея хочет знать, когда же у Топа появится ребенок?! Этого ждет чуть ли не каждый третий в этой стране! От такой прыти со стороны ведущей ты невольно сжала руку Сынхена. Чхве все понял, и, как всегда, весь удар принял на себя. Смущенно засмеявшись, он взглянул на тебя ласково, и вновь повернулся к камере. - Я думаю, каждый недавно женившийся молодой парень в этой стране поймет меня, чисто как мужчину, - хитро улыбаясь, заговорил Сынхен, - я ведь только недавно женился, и полгода – это совсем ничего… Сынхен снова повернул голову в твою сторону и странно улыбнулся. Ты знала эту улыбку. Даже очень хорошо знала. Она не обещала ничего хорошего твоей уже истоптанной фантазией мужа репутации. - Мы хотим еще немного… совсем чуть-чуть, - Чхве даже пальцами показал размеры своего желания, - пожить для самих себя. Вы же, надеюсь, понимаете, о чем я? Понимание того, что сейчас вас смотрят тысячи, заставило тебя залиться краской. Боже, ну Чхве просто сказочный идиот. Сначала сделал из тебя непроходимую дуру, которая где попало лижет столбы лютой зимой, потом мерзкой мужланкой, которая пердит не в самые удачные моменты, а теперь еще является неутомимой секс-машиной, что тут сказать. Спасибо, Чхве Сынхен! - Ох, - вдруг смутившаяся тоже ведущая неоднозначно улыбнулась тебе. – Ну, я, конечно, понимаю… ох, как неловко вышло, Сынхен-ши! Она нервно расхохоталась, махнув рукой. Боже, вокруг тебя одни идиоты! Ты готова была расплакаться от досады. Вас же, блин, смотрит вся твоя семья! Закатив глаза, ты покачала головой. И что вы скажете через пять лет? Что до сих пор не пожили для себя? ДА СКОЛЬКО УЖЕ МОЖНО БУДЕТ «ЖИТЬ» ДЛЯ СЕБЯ?! Пять, десять, пятнадцать лет? Брак обречен. Так же как и твоя жизнь, которая, пусть и будет полна жизни и красок шоу-бизнеса, но точно не детского смеха и радости материнства. Хотя, думать об этом, было крайне глупо в данный момент, но ты уже жалела. Сынхен никогда не захочет детей. Во всяком случае, от тебя. Короче говоря, жизнь твоя продолжала быть такой, какой и должна быть у жены знаменитости. Единственное, что изменилось, так это твоя работа, от которой ты вскоре отказалась, ибо то и дело проваливала съемки из-за своих вечных мыслей о том, а все ли сделано по дому. Все же, ты была женой человека, который тебе нравился… В кои-то веки ты начала ухаживать за собой, пытаясь выглядеть при Чхве привлекательно и сексуально, пыталась готовить так, чтобы у твоего мужа не было повода к чему-либо придраться, украшать дом так, чтобы в нем было максимально уютно, но, увы, Сынхен этого не оценил. То ли он не видел ничего, кроме своей работы, то ли он специально игнорировал такие кардинальные изменения в твоем отношении к нему, но его мнение о тебе явно не изменилось. Быть может, он все давно понял, только вот твоя симпатия к нему висит на нем тяжелым грузом, и он не хочет ее от тебя. Ты знала, он хочет ее только от Ери, от той, от которой отказался именно из-за тебя. В такие моменты, конечно, было до боли грустно; видеть красивые глаза такими печальными каждый раз, как Сынхен возвращается домой – было выше тебя. В душе так скребло, а в голове билась лишь одна, практически помешанная мысль: «я смогу добиться твоей любви». А на самом же деле, ты совсем не чувствовала никакого прогресса в отношениях. Ты будто закапывала чрезвычайным к нему вниманием свою любовь. Чем больше ты тянулась к Сынхену, тем больше он отдалялся от тебя. Как магниты, которые никогда бы не соприкоснулись, если бы не сильные руки печально сложившейся судьбы. Сынхен был таким добрым, хорошим, заботливым и нежным мужем только на камеру, при людях, в выходах в свет, но отнюдь не дома. Нет, он, конечно, перестал свои ужасные выходки, которые тебя доводили чуть ли не до истерик в самом начале вашего с ним сожительства, но его явное равнодушие к тебе сочилось даже сквозь его идеальную маску добродетели. Ты не могла не заметить, как он изменился после схода лавины, и ты даже могла быть уверена, что он порвал с Ери только из-за своей развитой в невероятных размерах совести. Похоже, она хорошенько его теребила теми зимними ночами, пока ты медленно, но верно влюблялась в него. Но это уже не важно, ибо именно сейчас ты не чувствовала абсолютно никакой вины, что разлучила мужа с его возлюбленной, ведь Сынхен изначально выбрал свою судьбу, связав ее с тобой. Теперь же, ему никуда от тебя не деться, пусть хоть вешается от несчастной любви к своей Хан Ери, ты его никуда не отпустишь, даже если для этого придется отказаться от счастья стать матерью. Ты сумеешь влюбить его в себя. Именно с такими надеждами ты смотрела в будущее, пока на горизонте не замаячила русая американская макушка. Стив выглядел как только что вернувшийся с отдыха на гавайских островах миллиардер. Такой весь надушенный, модный, свежий, - он будто вот-вот сошел с обложки глянцевого журнала, когда сидел за столиком в уютном кафетерии за углом Сеульского университета. Ты была приятно удивлена, ведь твой иностранец-друг не только приехал в Корею, но и нашел тебя! Радость распирала тебя, и ты даже не знала как вести себя при встрече с ним. А тебе казалось, что он забыл тебя. Увидев тебя, лицо парня озарилось лучезарной белоснежной улыбкой. Он подпрыгнул от возбуждения, схватив тебя за плечи. - Привет, моя спасительница! – он громко произнес это на ломанном корейском, чему ты приятно удивилась. Крепко обняв тебя, прямо как старого друга, он поспешил познакомить тебя с парнем, стоящим рядом с ним. Это был местный кореец-студент. Звали его Хван Дон, и он был милым малым, учитывая то, как он чуть в штаны не наложил от радости, узнав в своей новой знакомой жену T.O.Pа из BIGBANG! В ходе знакомства стало понятно, что с Доном Стив познакомился в интернете, и теперь, когда твой друг-американец здесь, студент за небольшую плату является его личным гидом и переводчиком. Неплохой заработок, учитывая и возможности самого Дона завести друга иностранца, да еще и познакомиться с селебрити отечественного шоу-биза. - Он говорит, что счастлив Вас видеть, - очень нервничая, перевел Дон, не отрывая от тебя глаз. - Я тоже! Очень! – взяв друга за руку, ты взглянула тому прямо в его серебряные глаза. Страх того, что вас могут застать фанаты и анти-фанаты с фотоаппаратами, не сильно тебя волновал в тот момент, потому что видеть парня, с которым ты чуть ли не породнилась за те долгие часы под тонной снега, стоило всех рисков оказаться высмеянной. - Где ты был все это время? Мне даже не сказали, в какую больницу тебя увезли. Подождав немного, пока Стив что-то быстро ответит, ты выжидающе взглянула на Дона. Тот старательно все перевел, порой заикаясь и забывая слова, но перевел. По его словам, Стив Росс, сразу после спасения, был направлен на вертолете в ближайшую больницу Химос. Пролежав там неделю, его перенаправили в больницу в его родном штате Калифорния, где он и живет в данное время. Как только его выписали, он пролежал еще несколько недель в больнице под строгим наблюдением врачей, после чего тут же сорвался в Корею, как видно, чтобы отблагодарить. Американец выглядел чрезвычайно счастливым. Он совсем не прикоснулся к своему кофе, и только и делал, что смотрел на тебя, не отрываясь, как, пожалуй, и ты. Вы были знакомы всего день, а ты чувствовала себя так, будто встретила после многолетней разлуки друга детства. Было очень приятно, а завести друга было для тебя крайне редким явлением. Вот ты и радовалась как дура тому, что у тебя в друзьях красивый мальчик-иностранец. - Стив все время хотел Вам рассказать кое-что из своей жизни, - обратился к тебе Дон после долгого, двухчасового глупого общения, состроив серьезное выражение лица. – Он рассказал мне это еще при нашей с ним первой встрече, когда мы искали Вас. Он взглянул на Стива. Тот согласно кивнул. - Я был удивлен тому, что он мне рассказал, так как слышал вашу историю только по новостям и по слухам. Мне было приятно познакомиться с человеком, которого спасла жена одного из наших отечественных звезд, но, Стив говорил, что Вы ничего не знаете о нем, так как было совсем не до разговоров. Ты кивнула, поглядывая на улыбающегося Росса. - Так вот, он Вам ведь рассказывал, что матери у него нет? Она умерла через год после его рождения в автокатастрофе. Стив рос под опекой слишком занятого отца, который только-только открыл свой бизнес и все силы и время вкладывал в свои планы на безбедное будущее. Даже семейные праздники они справляли вместе крайне редко. Стив рос с няней и ее внуками, пока его отец умножал свое богатство и укреплялся в мире бизнеса. Совершенно не случайно, что Вы тогда встретили его на склоне одного, беспомощного. Вы, наверное, также заметили, что он не пытался звать на помощь. Ты неуверенно кивнула. И действительно, тогда Стив как-то неохотно даже тебя просил помочь. - Когда он мне это рассказывал, слова его сочились болью, - немного расстроено продолжал Дон, опечалено глядя на тебя. – Сейчас его отец крупнейший предприниматель, владелец огромной корпорации, единственным наследником которой является он, Стив. Но этот мужчина, долго и упорно работая, заработал осложнения от болезней, которые в свое время не лечил, сейчас он слег и уже готовится передать компанию в руки сына… - Дон замолчал, глотнул кофе, и продолжил: - И в то Рождество, когда Вы с ним встретились, его отец хотел провести этот праздник вместе с сыном… впервые за пять лет. Ты сглотнула, сожалеюще взглянув на Стива, который перестал улыбаться, как только на твоем лице проявилась тень грусти. - Но Стив, ничего не сказав, улетел с друзьями в Финляндию. Я его понимаю, он был обижен на отца, но сейчас я точно знаю, что его гложет совесть за свой поступок. У его отца случился приступ, как только он узнал о сошедшей лавине. Теперь мистер Росс вообще с кровати встать не может, хотя и старается еще управлять компанией. Но, к чему я веду, миссис Чхве, тогда, на склоне, Стив нарушил правила и спустился к той поляне, споткнулся, неудачно упал и сломал ногу. По его словам, он тогда подумал, что, может, ему так и надо, и решил не звать на помощь, а просто ждать. Если кто-нибудь появится в том месте, на что шансы были практически нулевые, значит, он прощен, если же нет, он бы там умер от голода или переохлаждения. Но, к счастью, появились Вы. Я понятия не имею, что вы тогда делали на запрещенной зоне, но Вы спасли моему другу жизнь! Если бы не Вы, Стива бы не было. Не было бы наследника корпорации, на которой держится четверть экономики США. Он очень счастлив встретить Вас, потому что именно благодаря Вам, он смог улучшить отношения со своим отцом, хотя и наследство до сих пор его тяготит. Он проделал сюда весь этот путь, чтобы сказать Вам: «спасибо». Дон улыбнулся, глядя в твое умильное личико, которое вот-вот испортится в гримасе рыданий. - К-как? – только и смогла выговорить ты на английском, глядя на Стива через пелену застеливших глаз слез. – Мне так жаль… так жаль… Ты расплакалась, пытаясь не показывать окружающим своих слез. Выражение лица Стива с пугающей скоростью переменилось на паникующее. Он испуганно соскочил со стула, злобно уставившись на друга. - Что ты ей сказал, идиот?! – шикнул он на корейца, выглядя при этом очень устрашающе. – Почему она плачет?! - Она… рада, - только и смог сказать Дон, выставив вперед руки в знак невиновности своей личности. Ты поспешила подтвердить его слова жестами, ибо сказать что-либо ты не могла, даже если бы очень хотела. Слова студента настолько тебя тронули, так в точку задели струны твоей измученной проблемами души, что ты просто не могла воли не дать слезам. Они скатывались по твоим горящим от стыда щекам, и ты чувствовала невероятное облегчение оттого, что все плохое, что так долго копилось в тебе, стало выходить наружу. Теперь ты плакала не только из-за слезливой истории своего нового друга, но и от воспоминаний такого холодного Сынхена, чье лицо совсем некстати, но очень четко проявилось в твоей голове. Было чертовски обидно за себя. Ты начинала чувствовать, что лицо любимца Кореи ассоциируется у тебя только с глубокими обидами и слезами, которые ты упорно, но тщетно пыталась держать в себе. Его безразличие так тебя задевало, что ты порой просто закрывалась в ванной, чтобы позволить себе пустить слезу, а после вновь с сияющей улыбкой выйти. Тебе казалось, что ты ни разу в своей жизни не испытывала столько боли, сколько испытала за последние полгода замужества. Будущее больше не казалось тебе счастливым и светлым, ты видела только настоящее, в котором дела обстояли с каждым днем все хуже. - Тебе не кажется, что она плачет слишком много? – немного неуверенно спросил Стив, держа тебя за руку, которая лежала на столике и подергивалась от всхлипов. - Женщины, - пожал плечами Дон, явно чувствуя себя неловко. Ты была готова голову на отсечение дать, что у этого парня ужасно чесались руки взять свой смартфон и нащелкать пару фотографий плачущей жены Топа. Ему бы неплохо заплатили за это, но, к твоему счастью, студент оказался воспитанным, терпеливо потирая о коленки вспотевшие ладони. - Don’t cry, - тихо попросил Стив, видимо, устав и перегнувшись через весь стол, дыша тебе в макушку. – Look at me, please. Ты качнула головой. - Nooo, - жалостливо протянула ты, жуя сопли. Готова поспорить, ты выглядела сейчас как ядовитый мухомор от красных, осыпавших все твое лицо пятен. - Please, I want to see you cry. Стив обхватил ладонью твое мокрое лицо и очень упорно пытался поднять его к себе, но ты стойко не поддавалась. - Please, my angel. От последних слов друга тебе стало ужасно не по себе и очень стыдно перед Доном. Ведь он все, мать его, понимает. Какого черта этот Росс называет тебя своим ангелом?! Это у них в Америке принято замужних женщин так называть?! От полного недоумения и стыда тебя спас зазвонивший телефон. Обрадовавшись такому повороту событий, ты тут же принялась шарить в сумке в поисках мобильного, Стив же отстранился, выжидающе глядя на тебя. Стерев с щек слезы, и обрадовавшись, что тебе звонил не муж, ты подняла трубку. - Сынхен-а! – весело протянула ты, лучезарно улыбнувшись. – Я так рада тебя слы… - Ты дура?! – взревел голос в динамиках, что ты испуганно скривилась. - Что? – тихо переспросила ты. – Сынхен? - Ты идиотина! – вновь крикнул Ри, явно разъяренно плюясь в динамики. – Ты думаешь, что ты сейчас делаешь?! Ты что, до сих пор понять не можешь, как шатко твое положение? - О чем ты? – недоумевала ты, испуганно бегая глазками по полу. - Я говорю о тебе и о твоих обжимашках с каким-то европейским мудаком! – заорал пуще прежнего Сынхен. И тут ты подскочила, пытаясь рассмотреть в посетителях предателя, что узнал тебя и выставил твое фото в интернет, и, наверняка там уже Третья мировая разворачивается, в которой, как всегда, ты против целого мира фанатов твоего обожаемого муженька. - Как ты понял? – шептала ты в трубку, пытаясь показать жестами взволнованным новым друзьям, что все в порядке. - Я сижу в автобусе напротив кафетерия, где ты сидишь, грешница. Осторожно повернув голову к огромному окну, ты криво улыбнулась злобно стреляющему на тебя взглядом Сынхену. - Привет, Сынхен-а… Ты была удручена. Стив был удивлен. Сынхен был крайне зол. Единственный, кого радовало все, что разворачивалось на его глазах, был Дон. Так и живем. - Здра-здра-здравствуйте, - Дон действительно заикался от волнения, пытаясь сглотнуть слюну, которая скопилась у него во рту, при взгляде на одетого с иголочки Сынри из Биг Бенг. Конечно, тот пытался маскироваться, но не заметить фигуру звезды было невозможно. - Сынхен-а… - виновато прошептала ты, тыча пальцем ему в руку. – Только Сынхену не говори. Ты подняла заплаканные глазки на хмурого друга, и добавила жалобно: - Пожалуйста. - Я с тобой позже поговорю, - процедил сквозь зубы он, взглядом указав тебе сидеть тихо. – Меня зовут Ли Сынхен, а вы, кто? – обратился он к Стиву. Тот недоуменно переглянулся с Доном, который тут же вступился: - Его зовут Стив Росс. А я Хван Дон, друг Стива, мне очень приятно с вами познакомиться, Сынхен, - он очень бережно пожал вытянутую для приветствия со Стивом руку Ли, и блестящими глазками уставился на него. - Стив Росс..? – удивленно приподняв брови, уточнил Ри. – Что-то знакомое… - Он был со мной в тот день, когда сошла лавина, - напомнила ты, в надежде, что Сынхен станет немножко добрее, поняв, что вы со Стивом лишь хорошие знакомые, и ничего не расскажет второму Сынхену. - Ааа, мистер Росс, - произнес он с английским акцентом, вдруг озарившись, - я знаю вас. И Сынхен упорно начал говорить что-то на английском. Даже ты с трудом понимала его коверканье слов, но ты была рада, что тот смягчился. - Давайте присядем, - предложил он, жестом приглашая Стива сесть на свое место. – Стив, вы были с женой моего лучшего друга в тот день, я вам благодарен, что составили ей компанию. Несмотря на то, что Сынхен ужасно коверкал слова, его словарный запас и уровень приятно удивили тебя, ты даже восхищенно уставилась на него. Стив выглядел крайне заинтересованно, изредка поглядывая на тебя, будто пытаясь разглядеть в твоем выражении лица подтверждение слов Сынхена. В этом диалоге вы с Доном оказались лишними, и, чтобы не скучать, ты стала задавать вопросы этому милому студенту. Он с охотой отвечал, а когда речь пошла о том, надолго ли Стив прилетел в Корею, ответ: «на время учебы» выбил из твоих легких воздух. - Он решил поступить в университет Сеула, - ответил Дон буднично, пожав плечами. - Что?! – вскрикнула ты слишком громко, чтобы на вас обратили внимание поглощенные разговором Сынхен и Стив. Дон тоже испугался, посмотрев по сторонам. - Как? Зачем?! – удивленно выпалила ты, уставившись на Стива. - Как понять зачем? Учиться! – вместо своего друга тут же ответил студент, и осекся, вдруг вспомнив, с кем разговаривает. – Простите… Стив хочет здесь учиться. - Зачем тебе здесь учиться? – вопрошала ты на английском, приоткрыв рот. - Мне здесь нравится, - просто ответил Стив, пожав плечами. – А еще тут живет моя милая спасительница. Сказал он это и как ребенок улыбнулся, мило сощурив глазки. Краска залила твое лицо и ты, замерев, не знала, как себя вести, да еще и на глазах Дона с Сынхеном, последний который покраснел от ярости. Пытаясь сдержать улыбку, ты скривилась, попросив Стива больше так не шутить, а под столом вцепилась в накачанную ляжку Сынхена, чтобы не рыпался. - Он что, не знает, что ты замужем? По-моему, я ему явно дал понять, что у тебя есть муж! – громко и злобно заявил Сынхен, когда вы ехали по направлению к твоему дому. – Милая спасительница… Ну и ну! Этот жалкий америкашка хочет отбить тебя у моего хена?! Как ты можешь вот так спокойно слушать это?! Он еще и рядом с тобой жить собирается! - Не говори ерунды, Сынхен-а! - толкнув того в бок, пыталась оправдаться ты. – Ты же слышал, он приехал сюда учиться. - Как же! Слушай, сестренка, нормальный человек просто так не прилетит учиться в страну с неизвестными ему культурой и языком, понимаешь? Сто пудово, он даже о нашей стране не слышал! - Мы не настолько отсталые, чтобы о нас не знали, - надулась ты. - Ну и что тогда, думаешь, он реально учиться сюда приехал? Все наоборот в Америку летят, а ему, видите ли, захотелось учиться тут. Какая же ты наивная! - Сынхен! Неужели ты не веришь мне?! – кажется, ты немного переиграла, но отступать было некуда. - Тебе кажется, что я смогу изменить своему мужу? Чхве Сынхену? Ты даже не представляешь, как я его люблю! – последнее слово тебе далось с таким трудом, что сердце сжалось. – Я ведь замужем за знаменитостью, за мечтой миллионов, за самым горячим мужчиной Кореи, и изменять ТАКОМУ мужчине, я точно не собираюсь. Сынхен замолчал, обиженно глядя на тебя. Ты старательно строила милые глазки, моргая так, что готова была улететь от взмахов ресниц. - Честно? – как обиженный ребенок спросил Сынхен младший, сжав губы в полосочку. - Честно, - расплылась ты в улыбке, и полезла обнимать такого заботливого друга. – Ты такой ревнивый, оппа. Но я не из таких женщин, знай… Хотя, Стив ничего из себя такой, да? - Сестренка! – смущенно выпалил он, злобно взглянув на тебя. - Да шучу я, шучу, - расхохоталась ты в ответ. Но ты не шутила. В великой тайне от двух Сынхенов ты встречалась и созванивалась со Стивом, который втирался тебе в доверие все больше и больше. Вы учили друг друга языкам, и, вскоре, вам вовсе не понадобились услуги Дона, который все так же продолжал быть хорошим другом Стива. Стив был приятным парнем, совсем не напоминавшим никого из твоих бывших знакомых. Наверное, именно разность культур сказалось на этом. Вы часто ходили гулять, он звал тебя на вечера танцев, приглашал ужинать в дорогих ресторанах, звал в кино. Жизнь с его появлением стала такой насыщенной и яркой, что ты почувствовала большой контраст между «яркой жизнью шоу биза» и действительно яркой жизнью простого человека, когда ты дышишь полной грудью и делаешь то, что хочешь, не на камеру, не понарошку, а действительно и от всей души. Но даже так, когда, казалось бы, Стив должен был уже занять все твои мысли, все твое время, ты постоянно думала лишь о том, во сколько вернется с работы Сынхен, и как скоро ты сможешь увидеть его, почувствовать запах его парфюма, невзначай прикоснуться к нему, забирая из его рук портфель, или папку. Все это тебя так сводило с ума, что ты, после прогулок, скорее бежала домой, чтобы приготовить все, для этого знаменательного, будничного события. Ты чувствовала себя извращенцем, но ты дорожила этими моментами, как чем-то столь важным, что могло бы приблизить тебя к Сынхену настолько близко, насколько это вообще возможно. Но тот был все так же далек и загадочен, как и в первые дни вашего знакомства. В последнее время, ты не могла не заметить, как тот изменился: перестал язвить, перестал возмущаться и жил так, словно ты была не больше, чем просто часть интерьера. Бывало даже так, что он не отвечал на твои четко и громко поставленные вопросы, но ты не переспрашивала, лишь тихо и покорно поджимая губы от обиды. Чхве менялся и медленно чах, как императорский соловей, заточенный в золотую клетку. - Как твои дела на работе? – пытаясь разрушить молчание, которое угнетало тебя, поинтересовалась у Сынхена ты. - Нормально, - ответил он, глядя в тарелку. - Ммм, видел сегодня Сынхена? - Нет, он уехал к матери. - Да? А мне даже не сказал… - задумчиво протянула ты. Сынхен промолчал. Выглядел он уставшим… как и всегда. Подхватив где-то заразу, он сидел с приоткрытым ртом, пытаясь дышать, потому что покрасневший нос его был забит. Ломая пальцы, кусая губы, ты смотрела на его сгорбившуюся фигуру и не знала, что сказать. Неловкость сочилась из всех дыр. Ты чувствовала себя последней дурой, которая пытается пригласить самого красивого мальчика школы на выпускной. - Сынхен, а может, сходим в ресторан? – решившись, наконец, предложила ты ему идею, которая давно не давала тебе покоя. Мысленно ты скрестила пальцы, хоть и выглядела лицом невозмутимо. По крайней мере, ты пыталась. - Зачем? – последовал безэмоциональный ответ. - Ну, в рестораны, наверное, ходят, чтобы кушать? – немного удивленно ответила ты. - Зачем ходить в места, где можно просто покушать, если с таким же успехом это можно сделать и дома? Ты прекрасно готовишь, - совсем сухо сказал Сынхен, ковырнув вилкой в пасте. Последняя брошенная им фраза, которая, вроде бы, должна была показаться тебе комплиментом, совсем не обрадовала тебя. -А… - выдохнула ты, не зная, что ответить. Опустив глаза, ты прикусила губу, чтобы заставить себя не принимать это близко к сердцу. - Ты, наверное, прав, - через силу улыбнулась ты, пытаясь расслабить лицо, которое готово было исказиться в гримасе боли. – Можно покушать и дома. Главное, покорность. Только спокойствие. Громко вздохнув через нос, ты зажмурилась. - Звонила мама, кстати, хочет прийти к нам завтра в гости, - вспомнив утренний звонок матери, сообщила ты. Чхве поднял тяжелый взгляд на тебя. - Завтра у меня выходной, - сказал он. - Да, мы знаем. Потому мама и хотела приехать. - Нет. - Что? Почему?! – недоумевала ты. – Мама с прошлого года у нас не была! - Ты подписывала договор, в котором говорилось о гостях. Ты знаешь, как я не люблю их. - Но это моя мама! – удивленно выпалила ты. - Мне все равно. Пусть приходит, когда меня не будет, - был последний ответ. - Да что с тобой такое? – вскинув руками, выдохнула ты. – Такой убитый, вечно угрюмый. У тебя проблемы? Давай проветримся, сходим куда-нибудь, ну? Ну давай, - улыбаясь так ярко, чтобы точно убедить мужа, умоляла ты. – Ну давай, Сынхен-а. Ты вытянулась, пытаясь расслышать ответ. - Ну же, сходим в парк развлечений? Покатаемся на тех клевых аттракционах, на которых дух захватывает! – воодушевленно говорила ты. – Ага?! Ага? Ага? Да-да-да?! Сынхен поднял лицо. Твоя широкая улыбка потускнела, когда ты поняла, что ни единая эмоция не отразилась в глазах Чхве. Стало плохо. Выдавив из себя смех, глядя в безразличное лицо Сынхена, ты вдруг почувствовала обрушившийся на тебя груз отчаяния и боли. Волна печали накрыла тебя с головой, что неприятные мурашки прошлись по твоему телу, задев еще незажившие раны души. Эти глаза, такие родные, такие понимающие, такие любимые, взглядом били прямо в сердце, которое, и без того, обливалось кровью, глядя на человека, который так близко, но дотронуться до которого нельзя... Кто бы мог подумать, что за этот почти год, Сынхен станет для тебя целым миром. И пусть ты не была этим миром для него, но ты уже не могла без этого вечного ворчания, без этих мелких ежедневных ссор, без этого недовольного, но такого красивого лица Чхве. Ты это поняла, почему-то, только сейчас, глядя в эти бездонные карие глаза, в которых уже ничего не отражалось. Не было той искры, что смогла бы вновь зажечь в нем жизнь. Чхве стал куклой, которая целыми днями только и делает, что спит, ест, слушает музыку и бесцельно ездит по ночному Сеулу. Прошло два месяца с тех пор, как он порвал с Хан Ери. Если начало февраля он еще как-то держался, и был похож на здорового человека, то уже к началу весны он стал терять интерес к жизни. Лицо его побледнело и осунулось, под глазами стали ярко вырисовываться тяжелые мешки, он много спал, но не высыпался. Работа над альбомом группы шла медленно. Сынхен, по словам Сынри, постоянно проваливал записи песен, отчего президент злился, но терпел. Тур группы поджимал, все были на нервах, но главного виновника старались не упрекать. Кто-то, может, уже все понял, но молчал. Сынхен перестал кушать столько, сколько ел раньше. Его здоровый аппетит куда-то пропал, он теперь просто ковырялся ложкой в тарелке. Его тело будто одолела страшная болезнь, с которой он один тягаться не в состоянии, или же просто, не хочет. К своему ужасу, ты этого не понимала до данного момента. Ты настолько все запустила со своей слепой любовью к Сынхену и свиданиями с Россом, что теперь вряд ли сможешь вытянуть мужа обратно. Сердце изнывало, болело, а еще, ужасно хотело кинуться к нему в объятия, но страх, что он с омерзением оттолкнет, было больше простого желания. Было так больно от осознания того, что ты совсем никто ему. Совсем ни за чем присутствуешь в его жизни. Он откровенно тебя ненавидел, ведь ты все разрушила. Ты. Но ему хватило такта не попрекать тебя этим. Грусть так заполнила твое нутро, что ты медленно закрыла глаза. Ты больше не могла так эгоистично держать его, надеясь на ответные чувства. Ты поняла, он никогда не увидит в тебе свою настоящую избранницу, ту, к которой хочется возвращаться после тяжелого дня, ту, от которой хочется и хочется детей. Его безразличие к жизни так тебя убивало, что ты согласилась отказаться от своих желаний, лишь бы ему было хорошо. А хорошо ему, явно, в мире, где не было, нет, и не будет тебя. Никогда. - Прости, - тихо произнесла ты. – Я не хотела, чтобы ты страдал. Сынхен на мгновение перестал жевать, потом, промолчав, продолжил. - Я все понимаю, - взяв себя в руки, продолжила ты, - я совсем тебе не нравлюсь. Я не знаю… может, я страшная? – ты горько усмехнулась, пытаясь сдержать накатывающие рыдания. – Или надоедливая..? Я очень старалась понравиться тебе, потому что ведь думала, что теперь навсегда мы будем вместе. И пути обратно нет… - ты ломала пальцы, пытаясь не срывать голос, - но ты не думай так. Я не хочу, чтобы твоя жизнь из-за меня превращалась в ад. Да и получиться у нас ничего не сможет, зря надеялась. Ты улыбнулась, видя перед собой лишь застелившую глаза пленку из слез. - Я вижу, как тебя угнетает мое существование. Если бы не я, то ничего бы такого не произошло в твоей жизни, так ведь? Сынхен, ты мне действительно нравишься, но на чувстве лишь одного лодка для двоих далеко не уплывет, я этого не понимала... прости. Нос защипел, ты еле успевала утирать сопли. - Пожалуйста, не убивайся так, - закрыв глаза тыльными сторонами ладоней, прошептала ты. – Мне очень больно… смотреть на тебя. Мы можем закончить все… я не возражаю. Только не умирай. Не умирай, пожалуйста… Слезы ручьем покатились по твоим щекам, вниз по подбородку, скрываясь в вороте футболки. Ты была уже не в силах сдержать себя. Все повторялось так же, как и при встрече со Стивом. Только теперь ты плакала от своей глупости. Надо же было так глупо влюбиться. Все ведь неправда. Ты действительно, как и сказал Сынри, такая наивная. Скрип отодвигающегося стула о паркет резануло по сердцу. Сынхен уходит. Ему плевать на тебя. Пора уже привыкнуть к этому. Какая же ты дура. - Прости, - слышишь ты тихое в ответ, а потом большие, шершавые руки раскрывают твое покрасневшее лицо. Ты боишься открыть глаза, потому что знаешь, что больше никогда не увидишь его. Он отблагодарит за понимание, и уйдет. Навсегда. К Хан Ери. Это конец. Счастливый конец. - Но мы ничего не закончим, - четко произнес Сынхен, когда ты почувствовала на губах горячие, мягкие губы.