Тринадцать пунктов.

От Автора: вы думаете, эта глава будет менее шокирующая, чем предыдущая? вы думаете, что автор не сможет свети главных героев? :D короче, тут ваще че попало творится, но все по плану, пчелки мои ;D Наслаждайтесь. БГГГГГГГГ! <- данные слова я писала шесть месяцев назад. Спасибо одной личности, которая больше недели достает меня с продой. Не будь ее, не было бы проды. Тебе всегда казалось, что ждать мужа до раннего утра – самая глупая вещь, которую когда-либо могла совершить в своей жизни уважающая себя женщина. Отчаявшиеся, но стремящиеся сохранить остатки разваливающегося брака жёны, как лягушки, упавшие в кувшин с молоком, взбивают лапками масло, чтобы выбраться к свободе, (в данном случае к нормальным отношениям с мужем), которая, казалось бы, совсем близко, но, вопреки известной притче, утопают в океане собственных страхов и недостатков, так и не дождавшись твердого основания под ногами. «Никогда не позволю такого мужу». Как же. «Не позволю». Муж пьет, гуляет черти где, а жена покорно ждет, - это был худший сценарий из всех, которые ты себе могла представить еще до замужества, во времена школьной жизни, а теперь ты сама стала актрисой главной роли. Печально это признавать, но ты действительно сидела и верно ждала своего мужа, который был сейчас хрен пойми где и занимался хрен пойми чем. На самом же деле злости в тебе не было совсем. Ты больше боялась за то, чтобы с Сынхеном ничего не случилось за это время, ты молилась за то, чтобы ему хватило мозгов не покончить с жизнью. По словам Сынхена младшего, Чхве уехал до того, как остальные участники подъехали к больнице, где скончалась Ери. По словам озадаченных медсестер, он выбежал тут же, как только врач констатировал остановку сердца. Сказать честно, ты не хотела ее смерти. Те слова вырвались совершенно случайно, но почему-то Боженька решил выполнить именно это нечаянно сорвавшееся с твоих губ пожелание. «Хватит уже доставлять страдания этой бедной девочке, а выполню-ка я ее желание!» - решил Он. Звучит так иронично… Ты жалела. Действительно жалела, что сказала это. Наверняка Сынхен не раз вспоминал твои слова, когда ему сообщили о смерти. Наверняка, не жалея себя, прокручивал каждое слово этих пожеланий, бессердечно выплюнутых тобой ему прямо в лицо. Думать об этом не хотелось, но мысли то и дело возвращались к этому событию, серьезно ударившему по твоей совести. Наверное, Сынхен никогда тебя не простит за те слова… но ты была единственным человеком, кто мог бы помочь ему… по крайней мере ты думала так. Было полпятого утра, когда сквозь беспокойную дрему ты услышала глухой стук о входную железную дверь. Вскочив на ноги, ты бросилась в коридор, в надежде, что это Сынхен. Сон как рукой сняло, а сердце билось так бешено, что ты слышала его стук в ушах. Какое-то будоражащее волнение разлилось в груди, охлаждая твои конечности, которые ты в страхе мяла. Кто-то по ту сторону двери пытался ее открыть, а ты почему-то боялась помочь неизвестному и просто стояла как вкопанная, дыша так глубоко и часто, что в глазах помутнело. А что, если это не Сынхен? А что, если Сынхен, но полуживой? Что, если Сынхен, полуживой от выпивки и сжимающий нож в руке? Он же мог убить… Ты даже не поразилась своим мыслям, как ураган пронесшимся в твоей голове. Все эти доводы были почти реальными и вполне обоснованными. Дверь пикнула и, наконец, открылась. Сердце твое пропустило удар. - Твою ж… - недовольно пробурчал знакомый голос, и ты еле заметно судорожно выдохнула. Сынхен. - Какого черта..? – промямлил он заплетающимся языком и ввалился в квартиру, едва успев опереться о стену, чтобы не упасть. Дверь с грохотом ударилась о стену в холле. - Сынхен… - тихо произнесла ты и, сдерживая обуревающую тебя радость, поспешила к мужу. Облегчение было такое, что не описать словами. Ты готова была плакать, обнимать и целовать это раскрасневшееся, пьяное, вонючее, но такое родное лицо. Наконец-то этот дурак вернулся… Боже. Пусть и пьяный как последняя свинья, но живой и полностью здоровый. - Сынхен, где же ты был? Я так волновалась..! Ты скорее закрыла за мужем дверь, чтобы соседи, не дай Бог, не увидели весь этот кошмар, и сквозь слезы взглянула на Сынхена. Тот выглядел потрепанным, немного заплаканным, но, в принципе, вполне спокойным. Ты ожидала гнева, слез, печали, но ни того, ни другого и ни третьего в поведении Чхве не наблюдалось. Даже странно... Выдавив улыбку и решив, что это только на пользу общему состоянию, ты потянулась обнять мужа, когда тот вдруг совсем ясными глазами уставился на тебя, перехватив твои руки. - Женушка, - каким-то серьезным тоном произнес он и нахмурился. Он как будто впервые увидел тебя, настолько его взгляд был сконцентрированным, точно пытался понять, кто перед ним. Потом, сглотнув, он устало прикрыл веки, будто вспомнил тебя и разочаровался. - Сколько время? - задал он вопрос, устало прислонившись к стене. - Уже утро... - прошептала ты. - Ты пропал на всю ночь. - Ты рада? - спросил он тихо. Не понимая, к чему был вопрос, ты лишь радостно кивнула. Ты вновь попыталась обвить руками его шею, но Чхве все еще удерживал тебя. - Да, я очень рада, Сынхен, - кивая в подтверждение своих слов, ответила ты. - Мы все так волновались! Как хорошо, что ты вернулся... - Нет, - Сынхен медленно разлепил веки, и ты только тогда заметила его покрасневшие от слез глаза. - Ты рада, что убила ее? Уголки губ твоих дернулись. Улыбка вмиг сошла с твоего лица, и ты невольно попыталась высвободить свои руки. Твое тело вдруг обмякло под пристальным тяжелым взглядом его карих глаз, и ты осела, раскрыв рот в немом стоне отчаяния. - Нет... - простонала ты. Глаза твои вновь наполнились слезами. Как же так... ты же была уже уверенна, что он забылся... - Сынхен... Густые брови Сынхена сошлись на переносице, ноздри его раздулись, верхняя губа чуть дрожала. Ты начинала паниковать. Ты не хотела этого разговора, не хотела этого обвиняющего взгляда. - Сынхен. Я не хотела этого, - чувствуя себя пленным, молящим о пощаде, бормотала ты. - Те слова были ошибкой, я не хотела этого. Я, правда, не хотела! Ты начала нервничать, пытаясь все же вырваться из железного захвата пьяного мужа. Тот же выглядел невероятно злым, и даже аура исходила от него такая темная и холодная, что ты испуганно зажмурилась, стараясь, чтобы тот не смотрел тебе в глаза. В этот момент Чхве отпустил твою руку, которую ты тут же прижала к груди, в попытке защитить себя. Испугавшись за свое здоровье, ты задержала дыхание и сжалась, готовясь к пощечине, которая, как тебе казалось, обязательно сейчас последует. Точно окаменев, ты ожидала свою участь, однако ни пощечины, ни еще каких-либо ударов от Сынхена не было. Ты лишь кожей чувствовала его горячее дыхание на своем лице, а потом твердую руку, которая грубо перехватила твой подбородок, высоко подняв его. - Ты меня боишься? - его бархатный голос прогремел в гробовой тишине квартиры слишком громко, испугав тебя до чертиков. Приоткрыв глаза, точно жмурясь от яркого солнечного света, ты неуверенно взглянула на мужа. - Ты приносишь мне одни неприятности, - с явным омерзением разглядывая твое лицо, проговорил Чхве. - Каждый проклятый день этого чертового брака. От него воняло алкоголем и сигаретами. От одного только запаха тебя воротило, и ты даже почувствовала, как голова закружилась. Именно из-за этого ты так и не смогла сконцентрироваться на словах мужа, которые бы обязательно жалили тебя в самое сердце, но не сейчас, когда ты больше беспокоилась о сохранности содержимого своего желудка. Запах отбивал всякое желание находиться рядом с этим человеком, тем более слушать так близко. Казалось, Чхве облился всей этой дрянью и теперь благоухал как сапожник. - Не было ни одного момента, когда бы ты принесла мне счастье, женушка, - тем временем продолжал Сынхен тоном, каким мать объясняет ребенку, почему небо голубое. - Я бы сказал, что ненавижу тебя, но я звезда... Я должен любить публику в ответ, понимаешь? А публика любит меня всегда... Сынхен замолчал, чему ты была безмерно рада. Искоса взглянув на вдруг затихшего мужа, ты мысленно сжалась. Лицо Чхве расслабилось, напряженный лоб разгладился, глаза вдруг подобрели. - Ты же любишь меня, миссис Чхве? Сказать, что ты была удивлена – ничего не сказать. На пару секунд ты даже потеряла дар речи, после чего бессвязно что-то промычала, полными смущения глазами глядя на то, как красное лицо Сынхена оказалось в паре миллиметров от твоего. - Стой… - пискнула ты, прежде чем его губы коснулись твоих. Это было всего на пару мгновений, но по твоему телу словно прошел заряд тока. Ты дернулась, как от удара хлыста, и тут же отвернулась от него, покраснев до кончиков волос на голове. Ты не понимала, что творила эта взбесившаяся от жира звезда. Его точно подменили. Разве убитый горем любовник может утешаться подобным способом? - Ты разве не говорила, что любишь меня, дорогая? - чуть заплетающимся языком, произнес Сынхен, обхватив своей огромной ладонью твой затылок, поворачивая твое искаженное в отвращении лицо к себе. - Вот он, я! Твоя любовь! Почему же ты отворачиваешься от меня? Его рука, которая все это время удерживала твою, теперь оказалась на твоей талии, крепко прижимая твое туловище к своему горячему телу. Ты запротестовала, попытавшись оттолкнуть мужчину, но тот даже в пьяном виде был сильнее тебя. - Никогда не замечал, что в этой шелковой ночнушке ты выглядишь как… женщина. Его оценивающий взгляд прошелся вниз по твоему напряженному телу, отчего ты чертыхнулась. Ты не могла поверить, что все это происходило наяву. Как только этому идиоту пришло в голову сказать подобную мерзкую чушь?! Это был не Сынхен. Голос у этого Сынхена был тихим, бархатным, каким он был всегда, а еще приторно-заигрывающим. Таким тоном, ты была уверена, он снимал себе дешевых шлюх на дороге. Это точно был не Сынхен. Этот мужлан напротив тебя выглядел как животное, а не как твой законный, любимый муж! - Ты, оказывается, у меня такая соблазнительная… - заботливо заправив прядь упавших на твое испуганное лицо волос за ухо, ласково продолжал Чхве. - Думаю, ты была права: мне стоило раньше обратить на тебя внимание. Сегодня же исправлю это недоразумение. И вновь мокрые губы Сынхена накрыли твой открывшийся в панике рот. Скользкий, толстый язык тут же залез тебе чуть ли не по самую глотку, вызвав у тебя стон возмущения. Долго не думая, ты с силой сомкнула челюсть. Сынхен буквально взвыл от боли, отлетев от тебя так, словно ты билась током. На языке ты чувствовала металлический вкус его крови, и представляла, насколько сейчас больно мужу, который, закрыв рот сжатой в кулаке рукой, отчаянно выл. - Прости… - прикрыв рот рукой, взмолилась ты. – Тебе больно..? Глупый вопрос. И даже Чхве в его пьяном состоянии это понял, уставившись на тебя как на последнюю дуру. В его взгляде ты видела жажду мести, причем такую отчетливую, что у тебя сердце удар от страха пропустило. А когда тот, шепелява, рявкнул: - Иди сюда! ты поняла: пора бежать. Больше не церемонясь с разозленным мужчиной, ты кинулась в сторону комнаты, однако пьяный в стельку Сынхен оказался ловчее, схватив тебя за взметнувшуюся в воздухе руку. Он потянул тебя на себя с такой силой, что голова закружилась, и с силой припечатал твою тушу к стене, выбив весь воздух из легких. - Куда собралась?! – обдав своим зловонным дыханием твое скорчившееся от боли лицо, прорычал Чхве. – Надо расплачиваться за свои проступки. Теперь не уйдешь от меня… ты за все расплатишься… Не понимая значения слов мужа, ты испуганно уставилась в его широко раскрытые глаза и ужаснулась. В почерневшем взгляде ты видела плескающуюся злобу, такую, какую никогда себе не представляла в исполнении Сынхена. Вечно равнодушный к тебе, он не проявлял почти никаких эмоций, а теперь, чувствуя эту поглощающую энергетику Чхве на себе, ты могла только поражаться, сколько всего ты не знала о своем муже. Это была не игра. От осознания этой истины, у тебя подкосились коленки. - Сынхен… - прошептала ты, не смея отвести взгляд. Ты сжалась, словно Чхве вот-вот ударит тебя. - Я не… - попыталась объясниться ты, но не успела договорить. Сынхен грубо обхватил твое тело, больно сжимая твои ребра, и приподнял, прижав к стене. Его губы тут же припали к твоим губам, жадно сминая их, засасывая. Сжав рот, ты сию же минуту отвернулась. Чхве, не сильно расстроившись, опустился к оголенным ключицам, грубо целуя нежную и чувствительную кожу. Это было настолько неожиданно, что у тебя с губ сорвался чуть слышный звук, более напоминающий стон. Прикусив губу, ты запротестовала, попытавшись оттолкнуть его. Чхве не поддался, и лишь грубее хватал губами твою кожу, опускаясь ниже к ложбинке между грудями. В этот момент ты подумала, что всегда мечтала о подобной близости с Сынхеном, даже, иногда, чего греха таить, представляла это ночами, но чтобы эта близость стала такой грубой, почти животной, ты и предположить не могла. Чтобы безэмоциональный Сынхен так хватал и мял, совсем не тогда, когда ты морально была к этому готова, да еще и в пьяном состоянии, – это был кошмар, который, к сожалению, происходил сейчас именно с тобой. Когда его дыхание обожгло чувствительное место, ты ахнула, тут же обхватив обеими руками его голову. Попытка отстранить его вновь оказалась провальной. - Стой, - на грани прошептала ты, во всю мощь своих слабых рук толкая пьяное лицо от своей груди. – Хватит. Остановись. Казалось, твои просьбы были услышаны, но Сынхен поднял свое лицо лишь для того, чтобы поцеловать, как тебе казалось… но сомкнувшаяся челюсть на твоей губе четко дала тебе понять, что укушенный язык был отомщен. Стало невыносимо больно, слезы брызнули из твоих глаз, и ты закричала, дав смачную пощечину мужу. Тот тут же отпрянул, и, резко подхватив тебя на руки, пока ты приходила в себя, быстрым, шатающимся шагом направился вглубь квартиры. Тебе было уже плевать, что там с тобой делал этот пьяница, ты лишь чувствовала пульсирующую, просто адскую боль. Губа словно вот-вот взорвется. Подумав об этом, ты болезненно замычала, пытаясь сдержать стоны. На секунду тебе даже показалось, что из губы течет кровь, но на пальце, которым тут же провела по ней, ничего не было. - Псих! – крикнула ты на Сынхена, наконец, взглянув в его лицо. Он не смотрел на тебя, но его губы расплылись в злорадной ухмылке, ему точно нравилось причинять тебе боль, и ты сдержала в себе порыв избить это наглое лицо. - Отпусти меня, ублюдок! Куда ты меня несешь? Ответа ждать долго не пришлось. Сынхен буквально с пинка открыл дверь в свою комнату. Ручка двери жалобно звякнула, ударившись о стену. - Это… Твои глаза округлились. Пальцы впились в рубашку мужа, не желая отпускать, вот теперь ты начала паниковать. - Зачем мы здесь? – царапнув кожу шеи Сынхена, затравленно спросила ты. - А ты не догадываешься, моя дорогая? Чхве улыбнулся. Зло и страшно. Ты это видела даже в темноте, к которой глаза еще не привыкли. Ты сильнее вцепилась в плечи мужа. - Нет, не догадываюсь, - процедила ты сквозь зубы, когда вы остановились. Ты знала, что на этом месте находится кровать. Огромная, мягкая кровать, которая должна была стать вашей. И сейчас вы стояли прямо перед ней. - Значит, догадаешься, - был тебе задорный ответ. Руки Сынхена разомкнулись, и ты мертвым грузом упала на пружинистый матрац. P.S. не читала, не редактировала, кинула так, как писала, ибо вы голодаете хд знаю, будете много судить по поводу такой резкой смены отношения сх, но все так задумано... или просто мне было лень описывать все его чувства...