Часть 9 — Заключительная
4 января 2017 г., 20:49
Примечания:
Охх сложно, очень сложно (в эмоциональном плане) далась мне эта глава. Но наконец я завершила задуманное.
Не представляю реакцию читателей, но не ругайтесь... Это должно было произойти...
Включайте «Superhuman — 1982» ...
«Когда у тебя есть вечность, ты можешь просмотреть каждую соломинку в стоге сена, одну за другой, пока не найдешь иголку».* * * * *
В белоснежную палату через прикрытые занавески пробивался солнечный свет. На подоконнике и на прикроватной тумбочке красовались свежие цветы в маленьких горшочках. Новейшие, дорогие приборы, поддерживающие жизнь, тихо и ритмично попискивали в комнате. Медсестры тихонько покинули палату, сменив постельное бельё на чистое и хрустящее. Врач, проведя обследование, поправил на носу очки и, углубившись в свои записи, тоже вышел из палаты. Выйдя, он по привычке огляделся и увидел того, кого искал — постоянного посетителя, дежурившего у окна в палату. — Что ж, прогноз весьма неутешительный. Мы делаем всё, что в наших силах и за эти две недели добились определённых успехов: все кости сростаются благополучно, повреждённых органов, как таковых нет, наблюдается отличная сердечная и дыхательная активность. Но... — Говорите, как есть. — Сильное сотрясение и повреждения черепа привели к постепенной атрофии костной ткани. Вряд ли всё ограничится комой... — Вы думаете она умрёт? — холодный, напряжённый взгляд стройного мужчины следил через стекло за хрупкой и такой спокойной девушкой. Сегодня вокруг неё было гораздо меньше проводов, но это не значит, что пациентке стало лучше. Иногда совсем наоборот... — Сложно сказать. Сам факт того, что хрупкая девушка выжила после такого страшного столкновения, поражает. Обычно после такого рода ударов, люди погибают на месте либо по дороге в скорой. А она не умерла... Хотя, то состояние, в котором она сейчас находится вполне можно сравнить со смертью, — врач, глубоко вздохнув, снял очки и быстрым движением положил их в карман. — Томас, вы нашли её родственников? Взгляд мужчины на мгновение растерянно заметался, на виске выступила вена. Но уже через секунду, Том Хиддлстон повернулся к врачу. Его взгляд не выражал практически ничего... Быть может, только грусть... А может, нет. — Да, мне удалось связаться с её родителями... — Вы ведь сообщили им о случившемся? Так? — Нет, — Томас устало опустил взгляд и осел на скамью возле палаты. Теперь он не выглядел спокойным или хоть немного отстранённым. — Я не смог... Врач осторожно присел на скамью к Хиддлстону и положил дощечку с записями радом с собой. Возле него сидел 35-летний, жизнерадостный, полный сил и энергии мужчина. Вот только в данный момент он выглядел невероятно опустошённым, подавленным и растерянным. — Знаете, у неё ведь на днях умер брат. Двоюродный, но всё же... Её мама сказала: "Кэти так любила мальчика, я бы даже сказала, что он был ей ближе, чем я. В хорошем смысле, конечно. Как же она будет расстроена... " Томас закрыл глаза и слегка прикрыл ладонями лицо. — На фоне этих событий, мать мальчика сошла с ума. Видимо у неё уже были проблемы... Но это не моё дело... Мать Кати, так зовут вашу пациентку, рыдала взахлёб. И когда она по интересовалась, как же там её дочь, мне пришлось попросить переводчика соврать, что нам не до конца понятна формулировка вопроса... Но мне кажется, женщина поняла, что что-то не так. Она бросила трубку... На протяжении этих слов, мужчина усиленно тёр виски, даже не замечая этого. Когда же он замолчал, руки невольно застыли, а затем опустились на колени, сцепившись в замок. — Томас, как долго вы были с ней знакомы? — Я совсем не знаком с ней... — растерянно проговорил Том. — Но разве это важно? Прошу Вас, сделайте для неё всё возможное и... Невозможное тоже, а я... Должен позвонить... — Вы ведь знаете, что это можем сделать мы? Вы и так много сделали для этой, совершенно не знакомой Вам, девушки. — Я всего лишь заплатил. Всё делали вы. Но позвонить должен я... Томас встал и ещё раз взглянул на Екатерину. Кто же знал, что одно утро, так изменит его жизнь. Возможно, при других обстоятельствах он бы даже не взглянул на эту неприметную девушку и прошёл бы мимо... Внутри появилось странное ощущение. Дежавю... Томас зажмурил глаза и досчитал до трёх. Прошло. Быть может он должен был встретить её. Именно так, в такой ситуации. Но тогда для чего? Кому нужна смерть молодой девушки? Постаравшись хоть немного расслабиться, Томас вышел в приёмную. Он должен был позвонить Катиным родителям. Или сейчас, или уже никогда.***
—Том... Мне кажется что-то происходит... Девушка в нежно-персиковом платье поднялась с травы и повернулась к мужчине. — О чём ты? — Я-я не знаю, но что-то меняется... — Это, наверное, снег весь тает. Ты ведь такое устроила! — Томас залился звонким, добродушным хохотом. — Да нет, это совсем не то... Что-то другое... — Может это твоё выздоровление, прилив сил? Ты всё-таки была очень ослаблена. — Нет же, — девушка растерянно огляделась по сторонам в поисках возможной причины. — Ты не замечаешь? — Я чувствую тепло солнца, чувствую ветер, играющий в волосах и на коже, чувствую твой запах... — Томас... Екатерина прервала мужчину и взглянула ему в глаза. В них проскользнула отчуждённость и... разочарование? — Всё в порядке, Том? — У меня, да. А у тебя? — холодные нотки проскользнули в голосе, но на лице расплылась улыбка. — Ты ведь знаешь, о чём я говорю... Так? Что происходит, Том? — До этого момента, кажется, всё было замечательно. Попробуй описать мне, что ты чувствуешь? Катя на доли секунды растерянно замерла, но затем пришла в себя: — Странное ощущение, что что-то происходит, но без моего участия. Я будто всё больше ухожу в сторону. И-и внутри, будто пустота разрастается, с каждым вдохом, становясь всё больше... Жуткое ощущение... И-и... — Будто всё вокруг - ложь? — Ты чувствуешь тоже самое?! — воскликнула Катя. — И да, и нет... Екатерина... — взгляд Томаса слегка смягчился, и он нежно взял девушку за руку. — Пообещай мне, что после услышанного, ты хорошо подумаешь, а лишь потом будешь действовать. Катя не произнесла ни слова, а лишь утвердительно махнула головой. — Я покажу тебе кое-что, но ты не пугайся и-и, прошу тебя, не впадай в панику... Мужчина протянул к лицу девушки ладонь и нежно прикрыл ей глаза. Через секунду он отнял руку — атмосфера сменилась, теперь не было слышно шума ветра или щебетания птиц, лишь тихое попискивание доносилось откуда-то сбоку. Екатерина настороженно приоткрыла один глаз, затем второй, и непонимающе заморгала. Она оказалась в белоснежной палате, около высокого, светлого окна. Страшная догадка пронзила мозг. Девушка резко обернулась, и на глаза навернулись слёзы. Перед Катей, в белых простынях, лежала точная её копия. Единственным отличием копии от стоящей Кати была невероятно бледная кожа и несколько швов на лице. А также несколько трубочек и шнуров, извивающихся по телу девушки и теряющихся в покрывале. Екатерина протянула руку и, не коснувшись тела, сжала дрожащую ладонь в кулак: — Объясни... — Это ты, Екатерина. Ты - в реальном мире. А там за стеклом ходит Томас Хиддлстон, реальный Томас... — Так ты значит не реальный?! — на повышенных тонах воскликнула девушка. Её начала бить крупная дрожь. — Нет. Я - это твоё подсознание, твоя выдумка, плод твоего воображения. Катя открыла было рот, чтобы ответить, но тут же сжала зубы. Губы превратились в тонкую полоску. Девушка присела на кровать рядом с собой и повернула голову в сторону лица. — Я умерла? — Нет. Ты в коме. — Но зачем было то представление? — Борьба. На грани жизни и смерти перед каждым встаёт свой выбор. Кто-то заранее знает, какой даст ответ, а кто-то длительное время истязает себя в поисках верного решения. Вот и перед тобой встал выбор, а происходящее в твоём подсознании лишь дало определённый толчок. К какому выбору? Не знаю. Но знаешь ты. По щекам Екатерины потекли слёзы. Она провела рукой по своей полумёртвой кисти, затем предплечью, задержала пальцы на трубке, подающей телу лекарственные средства, коснулась плеча и резко отдёрнув руку, обняла себя. — Мои родители? — Будут переживать. Но позже у них родится дочь, похожая на тебя. И они справятся. — М-мой брат?.. — Встретит тебя... Вместе с твоей сестрой... Девушка резко вскинула голову и замерла, пытаясь вникнуть в услышанное. — О, Господи, мой брат! Глаза расширились от ужаса, а пальцы впились в собственную кожу. Через мгновение лицо девушки расслабилось, глаза посветлели. — Лиза... На лице Кати заиграла лёгкая улыбка, точнее её тень. Руки устало опустились на край кровати, плечи поникли. — Мне нужна минута... Копия Томаса кивнула и понимающе сделала шаг назад.***
По коридору заметались медсёстры и врачи, выкрикивая друг другу указания. В груди Томаса возникло странное предчувствие. На ватных ногах мужчина двинулся из приёмной, но сделал лишь пару шагов. Личный врач Кати "летел" по коридору на встречу Тому. Его лицо выражало крайнюю обеспокоенность и участие. — Томас, подойдите в палату. Врач удалился также быстро, как и появился. Не помня, как и куда он шёл, с бешено колотящимся сердцем, Том оказался около Катиной палаты. В самой палате стояла тревожная тишина... Или не совсем тишина. По экрану возле кровати бежала ровная линия, при этом аппарат издавал противный, протяжный звук. — Кислород совершенно перестал поступать в головной мозг, резкое падение температуры тела и кровяного давления. Сердце остановилось. От реанимации нет смысла… Томас медленно подошёл к девушке и замер. На губах Кати играла счастливая полуулыбка, невероятное спокойствие и умиротворение легли на лицо девушки. — Екатерина? Боль пронзила всё тело, в глазах потемнело. Томас пошатнулся и схватился рукой за спинку кровати. Врач с тревогой посмотрел на мужчину, но тот взглядом дал понять, что всё хорошо. Легко коснувшись мягких волос девушки, Томас произнёс: — Катя, ты скоро поедешь домой... На губах сама собой растянулась нежная улыбка, создавая небольшие ямочки и озорные морщинки у глаз. И только слеза предательски побежала по щеке, выдавая всю боль, рвущуюся наружу.
