Мёртвый Лес

Темно-багровые тучи медленно заканчивали свой видимый вечерний обход по горизонту, пуская последние солнечные лучи на озябшую от вечерней прохлады землю. А в лагере шиноби Конохи шла привычная и уже застрявшая у всех в печенках повседневная военная жизнь — прохаживались редкие патрули, что-то жарилось на костре, и кипел один котелок, распространяя вокруг тонкий аромат чая. Что, скорее всего, был очередной выжимкой из старых остатков, заваренных не в первый раз. Но что поделать, если достать чай в лагере было действительно проблемой? Довоенные запасы не были резиновыми, а поставки с горных склонов страны Чая были осложнены войной, разбушевавшимися бандитами и сотней подобных для военного времени причин. Мадара ленивым взглядом обвела привычную картину, после чего, вздохнув, отвернула закрывающую вход в палатку зеленую ткань и пролезла внутрь. Наваки здорово постарался, вспоминая то, чему учила его Мито, поэтому стены изнутри были расписаны странными завитушками, а кое-где виднелись заплатки (заплатки ли?) из желтых бумажных печатей, совсем непохожих на такие привычные взрыв-печати. И действительно, результат, как и внешний вид, тоже был другим: из-за одной — вода спокойной обтекала палатку, совершенно не заставляя ту мокнуть; из-за другой — то, что происходило в палатке, оставалось неслышным снаружи, А где-то печать имела совсем уже дивные функции: ну вот скажите, зачем кому-либо печать, которая при определенных условиях стреляет острыми кусками металла внутри палатки? А Наваки ответит просто — прекрасная защита от воров! Ну и от прочих соглядатаев, если они, конечно, тут есть. Но на все это, давно ставшим привычным и обыденным, буквально серым в ее жизни, Мадара не обратила ни капельки внимания. Ее ум был занят ожиданием кое-чего другого. Тоже рукотворного, но весьма и весьма приятного. — Что, уже? — поднял глаза Наваки от какого-то свитка, перекинув на нее рассеянный взгляд. «Совсем не тут», — поставила диагноз Мадара. Впрочем, уже привыкшая к некоторой эксцентричности ее… Парня? Любовника? Жениха? Определить наиболее точный вариант было сложно. Да что там, она давно смирилась с невозможностью выяснить этот вариант, однако, не переставая радовать тому, как сложилась ее судьба. Она все-таки встретила того, кому смогла не только отдать свое сердце, но и открыть свой разум… Того, кто в ответ приоткрыл ей свой, такой же необычный внутренний мир, как и у нее. — Ммм… — вырвалось у нее из губ, когда рука Наваки заскользила по ее ноге, снизу вверх, поднимаясь после пояса к животику. Он не потрудился встать, лишь отодвинул небольшую табуретку от стола, после чего с силой дернул ее за пояс, усаживая себе на колени. Ловкие и опытные (за такое-то время!) руки сошлись на ее талии, а сухие губы начали мягко целовать ее оголенное плечо, постепенно поднимаясь по шее, приближаясь к щеке… И в конце концов они двое слились в одном поцелуе, погружаясь в танец языков. Мадара знала, что Наваки любит клубнику, и чего ей только стоило достать тут подходящую помаду, но поцелуи и вправду получались волшебными, как в довоенной дрянной рекламе на плакатах. Хотя в такие моменты она была готова простить всех и вся, ибо голова совершенно не думала о таком… Парой движений Мадара скинула мешающий жилет, и теперь теплые ладони Сенджу проникли под легкую маечку на ней. Свои руки Мадара запустила в волосы блондина. Она знала, что так будет, и не надела бюстгальтер сегодня, поэтому работа Наваки была максимально упрощена. Впрочем, какой смысл в излишней доступности? Поэтому Учиха имела свое мнение на тему окончания этого вечера… Вернее, подходу к этому самому окончанию. Сильные мужские пальцы впились в податливую мягкую плоть, под которой перекатывались упругие мышцы. Двигаясь по коже, играясь с ней, холодные пальцы оставляли после себя белые следы. Надрывистый вздох, и руки сжимают небольшую, но такую приятную и притягивающую грудь Мадары. — Не так сильно, — хрипло простонала она, впрочем, прижимаясь еще сильнее к своему любовнику. Наваки что-то хрипло хмыкнул ей в шею, проходясь языком по бледной плоти со следами засосов. Наконец, оторвавшись от шеи своей милой и ласковой куноичи, Наваки мягко подтолкнул ее к кровати: -Ложись. Пора бы начать массаж. Предвкушая удовольствие, Мадара скинула последние оставшиеся предметы одежды, проследив лукавым взглядом за улетевшими куда-то в угол трусиками, после чего, изящно выгнувшись, вытянулась на кровати, призывно махнув одной ножкой. Наваки хмыкнул, глядя на притягательную плоть Учиха. А затем, смахнув со столика небольшой флакончик с маслом, растер им руки, заодно разогревая холодные пальцы. — Ну, ты долго? — поинтересовалась Мадара, виляя попкой. Не теряя самообладание, Наваки навис над ней, касаясь пальцами слегка напряженных плеч. Легонько надавливая пальцами на ключицы и сжимая аккуратно мягкую кожу, Наваки чувствовал, как постепенно расслабляется девушка под ним. Вместе с тем, постепенно тяжелеющее дыхание Мадары на какое-то мгновение перехватило, когда руки Сенджу опустились к ягодицам по спине, сжав такую притягательную часть тела. — Котик… Не забывай о массаже-е! — руки под вскрик Учиха продолжили свое грязное дельце. А тем временем Наваки улыбнулся, глядя на выгнувшуюся девушку. В палатке ощутимо поднялась температура, и сейчас два разгоряченных тела потели, отчего кожа блестела в свете пары свечей. Вот дававшая яркий отблеск капелька пота опустилась с шейки на спину, после чего по позвонкам скатилась к пояснице… — Д-да! — дразнящий язык Наваки прошелся по спинке Мадары, ощутимо давя на позвоночник. Поднявшись чуть выше, Наваки чуть прикусил ушко своей любовницы. — Чтоб тебя, — чуть хрипло ругнулась она, — Может, перейдем к?.. — Пока еще нет… Переворачивайся! Непривычно послушная Мадара перевернулась. Не самая большая, но красивая грудь заиграла под собственным весом. Руки Наваки моментально схватили два притягательных полушария, ощущая ладонью напряженные соски. Чуть поиграв пальцами, Наваки приблизил свое лицо к ним и… — Ммм! — Мадара, даже зная о звукоизоляции, чуть прикусила фалангу пальца, чтобы не стонать слишком громко. Он знал, что Мадара иногда испытывает зависть и некоторую ревность к обладательницам большей груди, чем ее. Это было заметно, например, когда она старалась незаметно кинуть взгляд на его сестру. Поэтому Наваки что есть сил доказывал ей, что его более чем устраивает ее грудь… И он совсем не оправдывал этим собственный извращенные мыслишки и желания! Как вы могли такое подумать? Но даже такая ситуация не могла длиться вечно, поэтому Наваки отвлекся от груди и, оставляя дорожку поцелуев, стал опускаться ниже. — Н-Наваки… — натурально хмыкнула Мадара, когда ее ноги неожиданно быстро обняли торс опустившегося Сенджу и сомкнулись замком. — Чего? Девушка ничего не ответила, лишь ее ноги сжались сильнее. Приняв это за нечто большее, чем просто слова, Наваки принялся за игру с бедрами своей девушки. — О-ох!.. — буквально через пару минут Мадара громко застонала, мышцы ощутимо напряглись, а Наваки на секунду почувствовал себя задушенным — так сильно сжались ее ноги. — Ах ты какая! — с небольшой ухмылкой Наваки без особого труда поднял на руки расслабившуюся Учиха, после чего подмял ее под себя, оказываясь на уровне ее лица. — Мммм… Спать хочу… — Нет, так не пойдет! — парой движений и всплеском чакры Сенджу вернул девушке живительный заряд бодрости, насладившись ее вскриком, после чего перехватил взметнувшиеся руки и придавил девушку к кровати. — Отпусти! — Отпусти-м-м! — горячий поцелуй заткнул девушке рот. Вместе с тем и она медленно прекратила пытаться ударить Наваки… Это перешло в куда более интересную борьбу, которую Наваки всецело поддерживал, а главное, в которой он побеждал… Ну, почти всегда. Вот и сейчас он одержал победу, подхватывая разведенные ноги своей девушки под коленями. Казалось, лицо Учиха было совсем близко к нему, а глаза горели любовью и похотью. — Я люблю тебя, — прошептал Наваки на ушко Мадаре, проникая в нее. — М-мне тоже очень хорошо-о… — простонала она в ответ. — Кажется, мы говорим о разных вещах, — хмыкнул Наваки, — Впрочем, ты уже не говоришь, а стонешь… — В-во всем в-виноват только ты-ыы! Ох! — Покажи мне, в чем я не виноват… Мадара не ответила, лишь только руками чуть опустила голову Наваки ниже. — Такой ответ, в принципе, тоже неплох, — согласился он, прильнув к груди. В конце концов, это была именно ее просьба. Через десяток минут Наваки сменил позицию, просто и нагло развернув Мадару на четвереньки, совершенно не слушая ее возмущенного стона и игнорируя острые ноготки, оставившие на спине пару царапин. — Помаши мне тут еще своими когтями, кошка! — Мряу! — поддержала игру Учиха, показательно завиляв бедрами. — Наглую кошечку… Нужно наказать… — Мряу? — повернув голову, Мадара увидела, как ладошка с небольшой силой шлепнула ее по попке, — Мря-ах! — Кошечке что, понравилось? — Н-нет! — Тогда почему ты вся сжалась? — Тебе пок-казалось! — Да? Шлеп! — Да нет, не показалось! Чуть ускорившись, Наваки сжал пальцами чуть покрасневшую плоть девушки, добиваясь усиления стонов. — А-ах… Наваки… Я… — Да, скоро… — буквально вдавливая Учиха толчками в постель, ответил Наваки. — Я-я люблю тебя Наваки! — вскрикнула Мадара, вздрагивая всем телом. Ее любовник ответил ей поцелуем и сам излился в нее, хрипло застонав. — Ммм… — разделив поцелуй, любовники обнялись, устраиваясь поудобнее на кровати. — Завтра рано вставать… — Напомнила Учиха. — Да и плевать… Следующий раунд!