День, который всё изменил

Всех участников битвы хоронили на окраине Запретного Леса. Проводить в путь погибших собралась, наверное, вся магическая Англия. Черные мантии буквально заполонили территорию разрушенного Хогвартса и тонкими струйками тянулись туда, где чернели вырытые могилы. Почему я не пошла вместе со всеми? Не знаю. Гарри очень удивился и даже попробовал возражать, но стоило ему заглянуть мне в глаза – и он все понял. Понял, кивнул, сжал мою руку и отошел, силой уводя сопротивляющегося Рона. Мои любимые мальчишки... Мы прошли вместе через столько, что я уже и не представляю своей жизни без вас. Война сильно всех изменила. Только вчера вы были совсем еще детьми, веселыми и беззаботными. А сегодня – уже мужчины с многочисленными ссадинами и шрамами, перенесшие потерю близких и родных людей, пережившие все ужасы и лишения этой кровопролитной бойни... Я уже тоже далеко не та маленькая девчонка, которая ночами зубрила учебники и влипала с вами во все сомнительные истории. Я повзрослела. Но не в этом году, скитаясь с вами по лесам. Это случилось задолго до нашего побега из школы. Точнее – на пятом курсе. Господи, как я могла совершить самую большую ошибку в своей жизни в семнадцать лет?! Поверила ему, ушла, а он... Врал мне, врал! Отослал, заставил забыть, возненавидеть! А я, дура, поверила, возненавидела и забыла! Сердце предательски сжалось. Действительно, кого я обманываю? Не забыла... Солнце уже скрылось за Запретным лесом, а я все стояла на крыльце, обхватив плечи руками и глядя прямо перед собой. Толпа начала рассасываться еще часа два назад. И теперь на опушке виднелся ряд новых крестов. И ни одной живой души. Куда все делись? И почему я не заметила? Мотнув головой, я нетвердым шагом двинулась к лесу. Холодный ветер обдувал мое лицо и настойчиво толкал в грудь, пытаясь остановить и заставить вернуться назад. Живым не место на кладбище. Но мне туда нужно. Наклоняю вперед голову и упрямо иду вперед. Голая и безжизненная земля шуршит под ногами, камни, некогда бывшие стенами Хогвартса, словно специально лежат на дороге, мешая пройти. Мне все равно. Я пройду. Мне нужно туда, нужно... "Не нужно..." – доносится с очередным порывом ветра, и я вздрагиваю. Затем сжимаю челюсти, сую руки в карманы куртки и пускаюсь вперед бегом. Рваное дыхание вырывается из моей груди, колики в боку заставляют согнуться чуть ли не пополам, ветер смахивает с глаз слезы и моментально высушивает мокрые дорожки. Но я бегу, ни на секунду не останавливаясь, огибая кресты и надгробия с высеченными на них именами. Спотыкаюсь, лечу на землю, выставив вперед руки, падаю, больно ударяясь и до крови царапая колени. Очередной вихрь поднимает в воздух желтые листья и начинает кружить их у меня над головой. Закусываю губу и поднимаю глаза. Вздрагиваю. Пришла. Вот она... Наверное, эта могила – самая скромная из всех. Небольшая каменная плита и всего два слова на ней – "Северус Снейп". Среди всех этих богато украшенных и вычурных крестов и надгробий твоя выглядит бедной и совершенно неприметной. Но ты ведь хотел, чтобы было именно так, да, Северус? Излишнее внимание к своей персоне ты бы не потерпел... Я встаю на колени и придвигаюсь ближе. Протягиваю руку и очерчиваю пальцем ровные буквы. Северус... Эмоции захлестывают меня с головой, стремясь засосать в губительный омут воспоминаний. Хочу ли я противиться им? Нет, не хочу. Но ты будешь меня осуждать, я знаю. Ты хотел, чтобы я была сильной девочкой. Твоей девочкой... Крупные слезы текут по моим щекам. Видишь, как все просто, Северус? Выгнал вон и умер героем... А ведь я целых два года тебя ненавидела. Любила и ненавидела. И как только я с ума не сошла? До сих пор себе удивляюсь... Наверное, я просто так до конца и не поверила в твою вину. Украдкой наблюдала за тобой, и сердце замирало каждый раз, когда твой взгляд вскользь пробегал по моему лицу. А ты ведь пытался нас защитить! Делал все, что было в твоих силах. Все, что не могло вызвать подозрения. А Гарри готов был тебя голыми руками задушить, особенно после смерти Дамблдора... Пока не нашел тебя в Визжащей Хижине. Этот день изменил всю его жизнь. Перевернул с ног на голову. А заодно и мою. Уж не знаю, специально ли ты отдал ему воспоминания О НАС или случайно, но Гарри все узнал. И достойно принял это. Без истерик и скандалов. Конечно, обсуждать это с ним было бы глупо. Но зато он умел просто сидеть рядом и молчать, сжимать мою руку и успокаивающе поглаживать по спине. Чего не скажешь о Роне. Уж он-то хорошенько прошелся по всем твоим поступкам, начиная с самого первого курса! Не упустил ничего. Он и сейчас винит только тебя во всех бедах. И не хочет верить в то, что мы с Гарри пытаемся ему рассказать. Глупый, глупый Рон! Он искренне меня любит и готов защищать до последнего... Как думаешь, Сев, у нас с ним может что-нибудь получиться? Поднимаю руку к лицу и размазываю слезы по щекам. Я даже знаю, как бы ты ответил... Слово в слово... "Ты в своем уме?! Хочешь, чтобы он затянул тебя вслед за собой в это болото? Разве ты будешь счастлива с человеком, который не интересуется ничем, кроме еды и квиддича? Ты даже поговорить с ним ни о чем не сможешь! В итоге – полное непонимание, неудовлетворенность жизнью и тоска по былым временам... Тебе не нужен такой слабак! Тебе нужен сильный мужчина, рядом с которым ты будешь чувствовать себя уверенно... Например, я..." Улыбаюсь так же, как в тот день. Помнишь? Мы сидели на полу у камина в твоей комнате. Я – между твоих ног, прижавшись спиной к твоей груди. Наши пальцы сплелись сами собой и, казалось, жили отдельной жизнью. Я завела разговор о Роне, а ты непонятно почему разозлился и в два счета нарисовал мне картину "счастливого" будущего с ним. И как бы невзначай предложил на роль моего спутника жизни себя... Знал бы ты, как бешено забилось мое сердце! Я боялась, что сплю, и этот разговор мне только снится. Но ты был совершенно серьезен, не так ли? Какие мысли посещали твою голову? Представлял ли ты нашу семейную жизнь? Мечтал ли? Я никогда об этом не узнала, к сожалению... На следующий день ты начал меня игнорировать, а еще через неделю... Все, хватит! Я не за этим пришла! Осторожно засовываю руку в карман и достаю небольшой прозрачный шарик, внутри которого полыхает самое настоящее пламя. Красные язычки лижут стены импровизированной камеры, но выбраться не могут. Теплый шар удобно лежит в руке и, кажется, согревает не только тело, но и душу. Это твой подарок на День святого Валентина. Кто бы мог подумать, что грозный декан Слизерина так трепетно относится к этой дате? Я специально не заводила об этом разговор, чтобы лишний раз тебя не злить. А ты подарил мне самый восхитительный вечер в моей жизни... и этот шар. Ты еще сказал мне: "Пока в нем горит огонь – я буду рядом с тобой". Криво улыбаюсь. Так что, Северус? Огонь горит. Но тебя почему-то нет... Протягиваю руку и осторожно кладу шар на свежую землю. Забери его обратно. Теперь он мне не нужен. Раньше я смотрела на него и знала, что с тобой все хорошо. И даже немножко надеялась, что однажды ты вернешься. Но теперь... Зачем мне эта лживая штуковина?! Ведь тебя нет! Ты умер, умер, умер! Я закрываю лицо руками и позволяю рыданиям вырваться из груди. Боль затапливает меня изнутри, терзая не только душу, но и сердце. Зачем я пришла сюда? Просто попрощаться? Мерлин, Гермиона, не обманывай хотя бы себя! Ты пришла убедиться, что его нет! Убедиться, что его не вернуть! Ты видела его тело. Ты видела его лицо. И оно было прекрасней, чем при жизни. Оно было настоящим, без всяких масок. И на нем читалось такое спокойствие, что не возникало сомнений: он счастлив, он обрел свободу... Ты счастлив, да. Кто спорит? А я? Что мне теперь делать? Никакой надежды, никакой веры, никакого будущего! Меня нет без тебя, понимаешь ты это или нет? Если надеялся вернуться ко мне после войны, то почему не позаботился о том, чтобы я не стояла на коленях у твоей могилы?! Сукин ты сын, Снейп! Сзади слышится какой-то шорох, и я вздрагиваю, резко оборачиваясь. Никого... А сердце готово выпрыгнуть из груди. Черт, Гермиона! Ты ведь не думала, что это?.. О Гермиона! Слезы все текут и текут. А я-то думала, что уже выплакала их... Взгляд задерживается на шаре. Пламя трепыхается в нем не с той спокойной уверенностью и силой, что раньше. Теперь оно панически дрожит, судорожно бросаясь то в одну сторону, то в другую. Прищуриваюсь и резко хватаю шар, прижимаю его к груди. Ладони тут же теплеют, а по телу расползается спокойствие и уверенность. В чем же твоя сила, а? Ты ведь не просто безделушка из лавки в Хогсмиде... Вздыхаю, качаю головой и прячу шар обратно в карман. Затем снова перевожу взгляд на надгробие. Знаешь, Северус, мне в пору люто ненавидеть тебя за все, что ты сделал со мной... Но, черт возьми, я люблю тебя, люблю! И сейчас даже больше, чем раньше! Я просто в замешательстве... Не знаю, что мне делать... Рон вчера сделал мне предложение. Я обещала подумать, а он жутко расстроился. Мне его так жаль, Сев! И... кажется, я даже испытываю к нему какие-то чувства... Ну, ты понимаешь... Чувствую, как щеки начинают гореть, и улыбаюсь. Ты умер, а я стыжусь признаться тебе, что мне нравится другой... мужчина. А тебе, должно быть, сейчас все равно. Сев, отпусти меня, а? Пожалуйста! Или дай какой-нибудь знак! Я запуталась, понимаешь?! Я готова хранить тебе верность до самой смерти, готова! Но ты этого никогда не хотел. Главное для тебя – чтобы я была счастлива. И ради тебя я буду стараться быть счастливой. Но только если ты дашь мне на это разрешение... Затаила дыхание и жду. Чего? Вот дура! Резко поднимаюсь и отворачиваюсь, чтобы уйти. Делаю несколько шагов прочь и останавливаюсь. Какая-то неведомая сила заставляет меня обернуться и посмотреть на твою могилу. Я вздрагиваю. Затем неуверенно подхожу ближе и приседаю. Прямо на твоей могиле из свежей черной земли медленно поднимается молодой зеленый росток. Холодный ветер отчаянно пытается вырвать его или хотя бы склонить к земле. Но он сильный и упрямый, прямо как ты. Я пересаживаюсь, заслоняя его от ледяных потоков воздуха. Сижу и смотрю, как из прожженной и безжизненной земли рождается прекрасный цветок, и плачу. – Спасибо, Сев... спасибо... – шепчут мои губы. Ты отпустил меня... отпустил и дал добро на мое счастье... Знаю, как тяжело тебе далось это решение. Поэтому благодарю тебя от всей души. – Я все равно буду любить тебя до конца моих дней, – произношу я перед тем, как встать и покинуть кладбище. Возвращаюсь с легким сердцем. Ветер дует в спину, подталкивая вперед, и создается ощущение, будто я лечу. На крыльце стоят Гарри и Рон, обеспокоенные и взволнованные. Я улыбаюсь им издалека, а потом подхожу к Рону и легко касаюсь его губ своими. – Я согласна, – шепчу я, и мальчишки радостно переглядываются. Рон обнимает меня своими сильными руками, прижимает к мощной груди, и я слышу, как бьется его сердце. Я постараюсь быть счастливой, Сев. Очень постараюсь. Только, пожалуйста, будь всегда со мной. Незаметно сую руку в карман, сжимаю теплый шар и улыбаюсь...