Мармеладный ад 2. Противостояние.

Год спустя.

С последних событий время пролетело незаметно. Все прошлое оставалось позади, теперь это только воспоминания. Жизнь кипела, как горячая вода в котле. Все менялось, но что-то всегда оставалось неизменным, словно таким секретным. Крепко держа руль, девушка слабо улыбнулась брюнетке. Арджент смотрела куда-то вперед и страшно волновалась. Рыжеволосая протянула руку и похлопала подругу по плечу, периодически отрывая взгляд от дороги. — Все хорошо? Девушка закрыла глаза и сделала пару глубоких вздохов. — Волнуюсь и переживаю. — Это….эм, — пробормотала Мартин, пытаясь подобрать правильные и подбадривающие слова, — и правда волнительно, но ты же Эллисон, черт возьми. Брюнетка поджала губы, пытаясь натянуть улыбку. Она была счастливой, но в тоже время предстоящая свадьба отбирала все силы. Она никогда не думала, что выйдет замуж так рано, что её мужем станет никто-то, а сам Скотт МакКолл. Также Эллисон ужасно волновалась из-за общения своего жениха с бывшей девушкой. Кира осталась для него хорошим другом, хотя около месяца не была готова даже смотреть в его сторону. Ох, тогда Мартин исчерпала все свои силы, чтобы помочь разобраться в чувствах Скотта, Эллисон и Киры. Это было и правда замечательное и смешное время. Она стала для друзей кем-то вроде личного неопытного психолога. — Вы всего-лишь едите заказывать меню, — уточнила рыжеволосая, добавляя газу. — Не стоит паниковать, малышка. Арджент рассмеялась, тяжело глотая воздух. — Я просто схожу с ума. Девушка закрыла лицо руками. Её пальцы стали массировать подвижное веко, чтобы избавиться от напряжения, которое сковало её тело. Ладони Арджент скользнули вверх и пальцы зарылись в темных распущенных волосах. — Мы на месте. — Лидия остановилась напротив ресторана, где уже расположился темно-синий мотоцикл Скотта. — Поторопись, если не хочешь опоздать. Эллисон кивнула. — Спасибо, что ты рядом. Мартин послала подруге воздушный поцелуй. — Вечером позвоню. — Машина тронулась с места и скрылась за ближайшим поворотом.

***

Лидия двигалась прямо по дороге в поиске недорого кафе, где можно было бы перекусить вкусным и легким салатом. Когда светофор отчетливо отображал красный цвет, девушка затормозила и откинулась на сиденье. Она осматривалась по сторонам: многолюдно и шумно. Нью-Йорк живой город, иначе быть не может. Когда загорелся желтый свет, рыжеволосая приготовилась тронуться, как случайно обернулась вправо и заметила автобус на котором во всю длину был расклеен постер фильма «Первая любовь». Естественно, сразу вспоминается не кто-то, а он. Её первая любовь, которая навсегда сохранилась внутри тела, рядом с сердцем. «Первая любовь…она разве может быть последней? Это единое чувство, которое нас объединяет не может быть навсегда, потому что ничто в жизни не вечно. Растоптала всю идиллию прекрасных отношений… Что же такое любовь? Может это что-то вроде успеха в жизни, или это подобие сладкой ваты, которая сначала находится в твоих крепких руках, а вскоре постепенно исчезает и остается лишь неприятное чувство на пальцах. Хотя, уже не важно. Любить всегда прекрасно, главное уметь беречь это чувство внутри и не сломаться под напором типичных проблем.» Телефон Мартин в четвертый раз издавал этот протяжный звук, поэтому девушке пришлось занять первое попавшееся и свободное место, чтобы ненадолго припарковаться. Девушка достала из сумочки мобильник.

«Джордан» — 4 пропущенных вызова. «Джордан» — 9 сообщений.

Лидия тяжело вздохнула и стала быстро набирать ответное смс. Она знала, что должна сегодня дать точный ответ, готова ли она стать его девушкой, поэтому юноша так упорно названивал ей. Пэрриш и правда был хорошим, но настолько ли он хороший и нужный мужчина, чтобы сделать Мартин счастливой? Они встретились пару месяцев назад и рыжеволосая сразу приглянулась молодому парню. Но ведь всегда найдется одно «но»….Мартин не была уверена, что её судьба и есть Джордан Пэрриш, поэтому и не торопила события. А может все из-за того, что где-то глубоко внутри грезила мечтами, вспоминая первую любовь? Девушка отправила сообщение и закинула телефон обратно в сумочку, при этом убавив звук почти до конца. Лидия подняла взгляд, чтобы подкрасить губы и как можно скорее уехать отсюда, но она замерла. Она ахнула, и её рот открылся от удивления. Парень наклонил голову, дочитывая газету, а потом сжал и выбросил в рядом стоящую мусорку. Его волосы все еще находились в полном беспорядке, тело стало немного подкаченным, а губы казались такими нетронутыми. Стайлз был прежнем, но все же что-то изменилось. Сглотнув, Мартин медленно открыла дверь машины. Её ладони мгновенно вспотели, а в горле наступила засуха. Когда она вышла из своего автомобиля, теплый воздух встретил её, раздувая распущенные рыжие локоны. Вдохнув глубоко, она прошла немного вперед. Каждый шаг давался ей с трудом и болью, потому что это было невозможно. Они не виделись целый год, и Лидия была уверена, что больше никогда не взглянет в эти карие глаза. Мир в одночасье перевернулся, когда Стилински потирая лоб, поднял свой взгляд. Теплая слеза быстро скатилась по лицу Мартин. — Л-лидия, — едва мог вымолвить юноша. У него самого скатилось пара слезинок, но шатен быстро поспешил избавиться от них, вытерев тыльной стороной ладони. Девушка улыбнулась и потрясла головой. — Привет. «Сегодня твой счастливый день, — объявила она себе мысленно» Стайлз сделал шаг вперед, становясь ближе к своей бывшей девушки. Мартин продолжала молча разглядывать его лицо, словно вновь запоминая каждую деталь. Она заметила, что у него появилась легкая щетина, отчего юноша казался более взрослым. Но все остальное было прежним, все тот же смущенный взгляд, все те же родные родинки. Каждой частичкой своего тела Лидия чувствовала жар, а потом холод, а потом все повторялось по кругу. Они решили зайти в ближайшее кафе, чтобы обменяться пару фраз. Но Мартин знала, что это будут не просто пару слов, а нечто большее. «Может все еще тот кретин, который когда-то наделал слишком много ошибок? Но…он великолепный кретин» — Так, значит ты продолжила заниматься танцами? — Уточнил Стайлз в попытке удержать правильный ход событий. — Технически… — Лидия пожала плечами и сделала пару глотков кофе, — у меня есть своя группа, куда входят дети от семи до двенадцати лет. И знаешь, они оказывается такие одаренные. Парень улыбнулся, опуская взгляд. — А как твоя жизнь? Я целый год ничего о тебе не слышала… — Моя жизнь прежняя, разбавленная новыми познаниями. Я побывал в разных местах, изучая культуры и просто наслаждаясь свободой. Это был нужный год…для меня, чтобы многое осознать, простить отца и свыкнуться с мыслью, что потерял… — он на секунду запнулся, пытаясь прокашлялся. — Потерял тебя. Несколько слезинок скатились по щеке Лидии, прежде чем она заметила это. Нет, она не хочет снова плакать, хотя остановить эмоции невозможно. Нужно крепче сжимать кулаки и выдерживать столь внезапные порывы. — А как твоя жизнь? — Юноша стал перебирать свои пальцы, — личная жизнь. Ему нужно знать это. Для чего он пытается разузнать? Чтобы порадоваться за неё или окончательно признать свое поражение. — Ты правда хочешь знать только это? Стайлз молча кивнул. — Есть один парень и он… — Ладно, — его ладони опустились вниз, — наверное, я не хочу знать это. Если ты счастлива, то счастлив и я. Мартин опустила голову, пытаясь подавить слезы. — Я лучше пойду, Лидс. — Шатен встал со стула, положив в меню пару купюр за два кофе, — Я думаю, что мы увидимся на свадьбе Скотта. — Ага. Стилински последний раз бросил взгляд на рыжеволосую и закусил нижнюю губу. Все напряженное. Все неправильно. Больно, но в то же время приятно увидеть его вновь. Мы сами рушим и создаем, сами возводим замки, впуская внутрь только нужных людей. Мы сами. Лидия дернулась и соскочила со стула, направляясь за уходящим парнем. — Стайлз! Юноша обернулся, когда они вышли на улицу. Он проглотил застрявший комок в горле, потирая влажные ладони о джинсы. Лидия медленно подошла к нему, молясь о том, чтобы не упасть на землю от переполняющих эмоций. Девушка провела пальцами по его руке, а сама привстала на цыпочки, чтобы носом дотянуться до его влажных губ. Он волновался, а она краснела как шестнадцатилетняя девчонка. Она едва коснулась кончиком носа губ, как мурашки накрыли её с головой, а пульс только участился. Воздух сразу стал другим, слишком знакомым и легким. Это словно лекарство, которое мгновенно подействовало на неё. — Ты больше не отпускай меня, хорошо? Никогда не отпускай моей руки. — Мартин переплела их пальцы, крепко цепляясь. Надежда. Есть. Если судьбой предназначено быть рядом, то вселенная тоже улыбнется. — Никогда больше не отпущу, — юноша поддался вперед и коснулся своими губами её губ. И мир снова оживился, и бабочки запорхали в животе. Холодная кожа резко стала теплой, горячей. Все стало как раньше, как и должно быть.