Время смерти 10:41

Сэм уже час не мог уснуть, хотя чувствовал, что вымотался изрядно. На соседней кровати самозабвенно дрых Дин, высунув из-под одеяла одну ногу и пуская слюни на подушку. «Наверняка даже во сне видит стриптиз или порно», — горько усмехнулся охотник и потер лицо руками. Он и сам бы сейчас не отказался от такого сна, настолько ему хотелось наконец утонуть в царстве Морфея, но эта девчонка, черт бы ее побрал, с раскосыми кошачьими глазами и умопомрачительной шевелюрой упорно не покидает его голову и не дает уснуть. «Интересно, как она там?» Она, наверное, настолько устала, что не видит снов вообще. Он и не собирался ничего такого делать. Что плохого в том, чтобы уложить спящего человека на кровать? « Просто небольшой акт доброты», — убеждал себя охотник. Нет, ему лучше не думать о ней, как бы сильно ни хотелось. Да и почему к нему в голову лезет эта дамочка, которая готова была прострелить ему ребра, еще и врезала пару раз? Сэм поражался собственной логике все больше и больше. Огромными усилиями воли младший Винчестер все-таки заставил себя уснуть. Через несколько часов братья уже спешно раскидали вещи по сумкам. Сэм так и не выспался, зато Дин был бодрячком. Послеобеденное солнце сияло уже вовсю. Благо, сейчас не лето, иначе бы им пришлось здорово жариться в стареньком мотельном номере. За дверью послышался легкий стук и после того, как братья дружно ответили: «Открыто», в номер вошла Рут. — Привет, крошка, — простодушно поздоровался с ней Дин, закидывая в сумку пистолет. — Так и будешь стоять на пороге? — Привет, — немного смущенно поздоровалась Рут, прикрывая за собой двери. Сэм был сам не свой, но все же тоже натянуто поздоровался, когда поймал её словно извиняющийся взгляд. — Уже собираетесь? — Да, пора домой. Там дел невпроворот, — ответил Дин, слегка улыбнувшись и складывая в чехол костюм, дабы тот в дороге не помялся. — А ты куда теперь? — Да я вообще попрощаться зашла, и заодно поблагодарить за помощь. Если бы не вы, я никогда бы правду о родителях и не узнала и вконец сошла бы с ума. Она немного замялась, словно хотела что-то еще сказать, но думала: стоит ли? — И еще я хотела извиниться, — она оперлась о дверной косяк и виновато поджала губы, глядя исподлобья на растерявшихся братьев, — ну за то, что стволы пускала в ход. Вы, наверное, подумали, что я ненормальная… — Да ладно тебе, нас так приветствуют не впервые, — отмахнулся Дин и, дружески хлопнув ее по плечу, сел на кровать. — Ты сама говорила, что у твоего отца была опасная работа и нужно было перестраховаться. Я бы на твоем месте тоже обделался, увидев парней с фальшивыми значками. — Да не обделалась я, — фыркнула девушка, но все же благодарно улыбнулась ему. — Мы видели вещи намного хуже маленькой напуганной девчонки с пистолетами, — добавил Сэм, подходя к ней ближе, и по-доброму улыбнулся, — хотя, скрывать не буду, ты нас удивила. Рут улыбнулась уже во все тридцать два, испытав немалое облегчение, ей даже захотелось поддаться внутреннему порыву обнять Сэма, который сейчас был так близко и так улыбался. На душе наконец-то потеплело, но она все же решила пока не отпускать свои эмоции окончательно. — Не поймите меня неправильно, парни, — обратилась она уже к обоим братьям, — я всю свою сознательную жизнь всегда понимала, что происходит, что нужно делать и как это делать. За последние лет восемь я никогда не испытывала чувство растерянности или беспомощности, о которых так часто слышу от людей, — Винчестеры многозначительно переглянулись, это было занятно, — а тут я понятия не имела с чем столкнулась и как с этим быть, вот и готова была подозревать любого, кто попадется мне под руку. — И тебе попались мы, — с от чего-то довольной ухмылкой на губах заключил Дин. Она виновато потупила взгляд. «И где эта злющая вредная дамочка, готовая в любой момент устроить перестрелку?» — мысленно посмеивался Сэм. — Все нормально, — улыбнулся младший Винчестер и уже протянул руку к её плечу, но сразу же остановил себя, — напуганным людям свойственно делать странные вещи и поспешные выводы. Куда ты теперь? Дин от чего-то почувствовал себя в собственном номере третьим лишним. И он бы однозначно попытался незаметно смыться, если бы ему нечего было сказать, но в его голове прочно сидела одна мысль, которую он должен был озвучить. — Пока не знаю, — она задумчиво посмотрела в добрые глаза Сэма, не замечая пристально взгляда старшего. — Я думала по большим городам поездить, затеряться в мегаполисах. Это здорово помогает при… — она запнулась, подбирая слова, — в разных обстоятельствах. Может, если получится, доберусь до Нью-Йорка. Но тут ей вспомнился Ник, который тоже поехал в столицу и её лицо приобрело отрешенную и пугающую задумчивость. — Хотя нет. Туда я, пожалуй, не сунусь, — тихо сказала она словно самой себе. — Я бы на твоем месте так не спешил, — выдал наконец свою мысль Дин, встретив два непонимающих взгляда. — Что ты хочешь сказать? — брови у девушки немного сошлись к переносице, а взгляд стал сосредоточенным. — Я считаю, что тебе нужно на некоторое время остаться под нашим с Сэмом присмотром, — прямо ответил Винчестер. — Хотите засадить меня под домашний арест? Зачем? — она одарила Дина непонимающим и совершенно недовольным взглядом. — Вроде того. Ты же сама слышала, что говорил черноглазый. «Выдающийся эксперимент», «мать демонов». Он, конечно, мог и наврать, но, если нет? А когда он одним пальцем отшвырнул меня и Сэма, ты даже с места не сдвинулась, хотя мы явно больше в габаритах. — Откуда мне знать почему меня не отбросило и что имел ввиду этот засранец? — с нескрываемым раздражением спросила она, уже нависая над сидящим на кровати Дином. Охотник даже с места не сдвинулся. Для того, чтобы поменять сложившееся положение, мужчине достаточно было просто встать, и он будет почти на пол-головы выше Рут. Но у него не было необходимости ничего доказывать, так как он знал, что прав. — Вот именно, ты ничего об этом не знаешь, — спокойно продолжал Дин. — Зато мы знаем, что в подобных тебе ребятах всегда дремлет темная сила. — В подобных мне? — переспросила девушка уже спокойней. — Есть и другие. Не копия тебя, но вы похожи. Вундеркинды, созданные посредством вмешательства демонов. И в какой-то момент в вас пробуждается сверхъестественная сила: видения, управление демонами, чтение мыслей — это может быть что угодно. Мы уже встречались с чем-то похожим и не всем под силу такое контролировать. Есть те, которые не выживают, мучаются от головных болей и кошмаров, или просто становятся злобными психами. — Хочешь сказать, что мне тоже такое светит? — Пока не знаю. — Но зачем все это? — растерянно спросила Рут и перевела взгляд на Сэма, в поисках поддержки, — Зачем им создавать таких людей? — Если бы мы знали, — тяжело выдохнул Сэм, впервые подав голос. Для него этот план был неожиданностью, но он понимал, что брат прав. — Первоначально, — продолжил Дин, — таких вундеркиндов создали для управления армией демонов, которые рвались из ада на землю, но мы тогда разобрались с этим. Может быть ты у них была запасным планом, я пока не знаю. — Рут, мы не хотим тебя принуждать к этому, но тебе действительно лучше будет остаться с нами хотя бы на некоторое время, — мягко попросил Сэм, и она уже была практически согласна. Но. Некоторое природное упрямство и привычка все взвешивать, все знать и задавать вопросы делала свое. — И чем мне может помочь ваш надзор? — осипшим голосом спросила она, так как в глотке от чего-то пересохло. — Понимаешь, — начал старший, — если демон не наврал, и ты им действительно нужна для каких-то гнусных целей, то рано или поздно они тебя найдут, и ты вряд ли сможешь долго отбиваться в одиночку, а то и вовсе перейдешь на темную сторону. — Чего? — от такого варианта она опешила. — Того. Демоны — искусные льстецы и виртуозные обманщики. Они умело наобещают с три короба и им верят. Люди переходят на сторону зла не потому, что сами злые, а потому, что их обманули. Умело и качественно обвели вокруг пальца. — И, если в тебе все же проснется какая-то темная сила, — продолжил за брата Сэм, — то мы могли бы научить тебя справляться с ней или хотя бы сдерживать. От такого обилия малознакомой информации она часто заморгала, пытаясь уложить в голове всю эту канитель. — К тому же, — Дин встал с кровати и подошел к Рут, губы растянулись в хитрющей улыбке, — ты же наверняка собралась путешествовать на сбережения своих родителей. Я не знаю, насколько они велики, но они ведь не резиновые, рано или поздно деньги закончатся, — на это девушка только пожала плечами. — Сэм мог бы научить тебя создавать фальшивые кредитки. От такого заявления и Сэм, и Рут нервно усмехнулись. Все-таки Дин неисправим. Как бы душа Викерман не сопротивлялась, мозг твердил о том, что Винчестеры правы по всем фронтам, и она все-таки согласилась. Идти ей так или иначе некуда и не к кому, а путешествие и бомжевание могут подождать. Девушка уже приготовила себя к тому, что жить ей придется в дешевых мотелях, в тесноте с братьями, под их вечным надзором и в страхе за свою жизнь, но, когда Дин рассказал ей о самом безопасном месте на земле, куда не пройдет ни одно сверхъестественное существо, то от сердца прилично отлегло. А уж когда Сэм в ответ на кучу ее вопросов добавил, что это место похоже на огромную библиотеку, и пространства там хватит на целый армейский взвод, то Рут уже просто сгорала от нетерпения и любопытства. Добрались довольно быстро. Три часа в машине для охотников — сущий пустяк, а вот Руфь нередко переносила дорогу довольно скверно, но в этот раз ей более чем понравилось. Машина ехала быстро и мерно покачивалась. Лучи солнца, не церемонясь, заглядывали в салон Импалы, нагревая черные кожаные сидения вместе с пассажирами. Пейзажи менялись один за другим, но одно оставалось неизменным — безграничный горизонт и ясное небо над головой. Звучала станция с какой-то легкой подвижной музыкой, которую Дин первоначально хотел выключить, но, увидев с каким удовольствием Рут кивала головой в такт, чуть пританцовывая, и как впервые за последние годы его Сэмми улыбался во все тридцать два, когда смотрел на нее, решил все-таки потерпеть, а потом и вовсе вошел во вкус и стал легонько постукивать пальцами по баранке руля. Ветер, врываясь в открытые окна, устроил из длинных волос девушки целое представление, братья вечно подшучивали друг над другом и про неё не забывали. Рут поначалу дулась на шуточки старшего Винчестера и мысленно благодарила Сэма, когда тот ее выгораживал, но училась она от природы быстро, так что вскоре уже сама умело отбивала колкости Дина. — Дин, ты машину свою называешь деткой, меня — крошкой. Сэм, он со всеми так? — широко улыбаясь, поинтересовалась Рут. — Ты удивишься, но нет, — хохотнул младший Винчестер. — Ты просто такая же красивая, как Детка, — ответил ей Дин и тут же уточнил: — Ну почти. — Что значит «почти»? — она со смехом ткнула ему кулаком в плечо. — Эй, я за рулем между прочим! — прикрикнул на нее старший Винчестер и любовно погладил баранку. — Не обращай внимания, Детка, ты в моем рейтинге всегда на первом месте. Они даже устроили мини-войну, швыряясь какими-то смятыми бумажками, и это было так чертовски здорово, хотя девушка еще не до конца осознавала это. Викерман подобных ощущений никогда не испытывала. Она даже позволила себе маленькую детскую шалость и, усевшись на двери, высунулась в окно, как голдэн ретривер: только язык высуни, и ловила рукой чуть-ли не свистящий встречный ветер. Это было так похоже на то, о чем она не редко читала в книгах Джека Керуака, которые не очень-то жаловал её отец, подсовывая дочери «Уголовное право» и «Криминалистику». Свобода… Это была определенно она, или что-то сродни ей. Свобода в ее собственном, личном понимании. Почему она не чувствовала ничего подобного раньше, с родителями, с друзьями, с Ником? Возможно потому, что все от неё чего-то хотели, чего-то ждали, указывали, как лучше и как надо, и она даже не подозревала о том, что бесконечно устала от всего этого. А Винчестеры просто хотят вытащить из лап демонов ее задницу, везут неизвестно куда, и им ничего от неё не надо. Сэм, правда, немного испугался, когда увидел ее сидящей своей пятой точкой на дверях машины, летящей по автобану на огромной скорости, тогда, как Дин лишь рассмеялся. — Давай, крошка, полетели! — крикнул он, плавно прибавляя скорость и улыбаясь во все лицо. — Полегче, старик, сбавь, — взволновано одернул его брат, но тут же услышал радостный вопль Рут откуда-то сверху за стеклом. — Умница, дочка, — довольно протянул Дин, все еще шаловливо улыбаясь, и подмигнул Сэму. Когда они подъехали к месту, вид снаружи немало шокировал девушку, так как она приняла жуткого вида электростанцию, под которой был построен бункер, за свое новое жилье, и мотели уже не казались таким скверным вариантом. От глаз Сэма её разочарование не укрылось, но мужчина только мысленно усмехнулся и легонько подтолкнул её ко входу, не забыв на этот раз помочь даме с тяжелой дорожной сумкой. Радости Викерман не было предела, когда она увидела, как выглядит её новый, пусть и временный, дом изнутри. Вот и вправду говорят — «Любите душу, а не то, что снаружи», а душа у этого места была и еще какая, Рут её буквально нутром чувствовала. Интерьер бункера в американском производственном стиле вперемешку с ар-деко влюбили в себя девушку сразу же. Ей никогда не нравилась вычурность, но она очень ценила уют, а здесь им буквально пахло. «Запах бумаг, старых книг, пыли и кофе — как это знакомо» — думала Рут, спускаясь по лестнице вслед за Дином. Старший сразу спихнул на младшего роль экскурсовода, а сам направился в библиотеку. «Опять Амара» — с грустью сообразил Сэм, а на немой вопрос девушки, мол «Что случилось?» просто махнул рукой в сторону брата и устало покачал головой, тем самым говоря: «Не обращай внимания». — Ладно, обустраивайся. Не буду мешать. — сказал Сэм, открывая перед ней дверь в её комнату и отдавая сумку. — Если что, мы всегда в холле. Моя комната напротив, Дина — в другом конце коридора. — Я смотрю, он ценитель личного пространства, — немало удивилась девушка. Она-то думала, что они братья не разлей вода. — Зришь в корень, Викерман, — усмешкой ответил Сэм. — Даже когда у нас бывали гости, он просил селиться от него подальше. — И почему же, если не секрет? — она зашла в комнату, попутно её разглядывая и бросив сумку на кровать. Одобрительно улыбнувшись, она перевела взгляд на Сэма, упирающегося плечом о дверной косяк, и села напротив него на край постели. — Не обессудь, — с, казалось бы, врожденной усталостью произнес мужчина, — но мы с братом почти с рождения в этой жизни. — В охоте? — уточнила Рут. Он кивнул. — До тех пор, пока мы не нашли этот бункер пару лет назад, мы все время жили в мотелях, все время вдвоем, личных комнат у нас никогда не было. Так что я понимаю и поддерживаю желание Дина. Оно небольшое и для меня этот вопрос не принципиален. — А ты разве сам не хочешь, чтобы за дверью и стенами никого не было? — Между мной и Дином достаточно комнат, и я бы не сильно возражал, если бы ты жила в одной из них, а не прямо у меня под носом, — саркастично усмехнулся охотник, — но в одной из них иногда ночует наш друг, его зовут Кастиил, и ему… тоже иногда нужно личное пространство. — Что ж, ясно все с вами, господа недотроги, — на лице Рут заиграла легкая насмешка, хотя на деле было ни черта не ясно. — С новосельем, — ухмыльнулся Сэм, решив не оставаться в долгу и уже ожидая, что она в него чем-нибудь да запустит. — Иди ты, Винчестер, — только и выдала она с улыбкой. — Захочешь есть — кухня направо по коридору, душ — через двери от тебя. Поздний вечер того же дня. Полицейская частота молчит, никаких странных смертей и случаев ни в газетах, ни в интернете. Братья уже который час сидят в холле библиотеки на своих привычных рабочих местах и читают предания, в надежде найти хоть что-нибудь про Амару. В бункере гробовая тишина, слышно только перелистывание страниц да стук пальцев по клавиатуре ноутбука. Совершенно неожиданно, но мягко, братьям в носы прокрался аппетитный запах свежей выпечки и каких-то пряностей. Еще легкий, но такой манящий, что моментально отвлек их от работы, а рты непроизвольно наполнились слюной. Дин и Сэм непонимающе переглянулись и оба думали, уж не мерещится ли им. Откуда бы в холостяцком жилище были столь вкусные ароматы? Когда запах значительно усилился, Винчестеры уже готовы были подняться с насиженных мест, дабы узнать, что же это за восьмое чудо света приключилось и так потрясающе пахнет, но в дверях появилась Рут с небольшим подносом в руках. — Я, конечно, извиняюсь, но запасы вашей кухни скудные и прескверные, — с шутливой претензией обратилась она к мужчинам и, подойдя к каждому, оставила на столе небольшую тарелку с чесночными булочками с сыром и чашку ароматного кофе. — Матерь божья, выходи за меня замуж! — с вожделением глядя с начала на скромное блюдо, затем на девушку, произнес Дин. Выглядело и пахло все это так, что мужчина готов был чуть ли не слюни пустить. Сэм на это заявленьице немного нервно рассмеялся. — Спасибо, — тихо поблагодарил её младший, когда она поставила перед ним его ужин, на что Рут тепло улыбнулась и перевела задорный взгляд на старшего. — Пожалуй, откажусь, — хохотнула Рут в ответ на предложение Дина и плюхнулась в кресло позади рабочих мест Винчестеров, отпивая кофе из своей чашки. — А ты разве не голодна? — удивился Сэм, когда увидел, что себе она ничего не приготовила. — Не ем по вечерам, — добродушно ответила она и взяла в руки огромную книгу, пристраивая у себя на коленях. — Совсем? — удивился младший Винчестер, на что она отрицательно покачала головой и углубилась в чтение, давая понять, что разговор окончен. — Ммм, это лучфе, чем тыфячи гамбулгелоф, — выдал с набитым ртом Дин, уплетая уже вторую булочку. На это Сэм и Руфь только посмеялись, уж больно комично он сейчас выглядел. Очень напоминал белку или хомяка. «Чем страдает мужик в 36», — беззлобно хмыкнул младший и тоже принялся за еду. Позднее, когда Рут пошла спать, братья наконец оторвались от книг, сладко потягиваясь и разминая затекшие мышцы. — Ну, что скажешь? — спросил у старшего Сэм, легким кивком головы указывая на коридор со спальнями, где час назад скрылась девушка. — Ну что сказать? — выдохнул Дин и водрузил ноги на стол. — Пока это абсолютно адекватный и добродушный ребенок, никакого намека на сатанизм и темные силы. Будем наблюдать дальше. — О господи, — нервно хохотнул Сэм. — Что? — не понял его брат. — Не называй её ребенком, — попросил младший все с теми же нервными нотками в голосе. — Что, Сэмми, борешься с внутренним педофилом? — старший расплылся в похотливой улыбке и завел руки за голову. — Не смешно, — буркнул Сэм, уже погружаясь в свои мысли и положив подбородок на сцепленные в замок пальцы. — Ты о том, что все твои дамы умирали? — Дин призадумался, выдав улыбку наоборот, — Ну Амелия вроде жива-здорова, уже имеем исключение. Бекки тоже. — Ты сдурел что-ли? — вылупил глаза младший, а старший уже ржал вовсю. Вспоминать одурманенного приворотным зельем брата было для Дина вроде отдушины в их нелегкой работе, хотя поначалу он дико злился. О да, Бекки Розен — невеста Сэма Винчестера, вот потеха! Будущая миссис Винчестер и продолжительница рода просвещенных охотников! Цирк, да и только. Страшно даже представить насколько «просвещенными» бы получились эти карапузы. — Да ладно тебе, она же считай твоя бывшая жена, у вас есть общее прошлое, — не унимался и хохотал Дин, а бедный Сэм готов был в него чуть ли не тарелкой запустить, лишь бы тот заткнулся. — Никакая она мне не жена, брак в силу вступить не успел, — оправдывался младший, сам не зная почему. — И откуда мне было знать, что эта… — он даже слов подобрать не мог, — подлила мне какую-то отупляющую дрянь? — Отупляющую дальше некуда, — смеялся Дин, но вдруг посерьезнел, сел по-людски и пристально посмотрел на брата. — Мне просто интересно, сколько ты будешь не в состоянии даже посмотреть на неё? — Я в состоянии, ты преувеличиваешь, — буркнул Сэм, сразу сообразив о ком ведет речь его брат. — Да, но смотришь на неё так, словно она вот-вот умрет или растает в воздухе, — допытывался Дин. — Очень поэтично. С учетом того, сколько людей рядом со мной погибло и не малое количество по моей вине, да, мне не по себе, — резко ответил младший, — И не ты ли говорил мне о том, что мы не должны создавать себе ахиллесову пяту? — Можешь расслабиться, она уже твоя ахиллесова пята, — совершенно спокойно ответил Дин. — У вас все может быть до тошноты платонически, но в нужный момент ты все равно закроешь ее собой от пуль. От такой перспективы Сэму стало совсем не по себе. Вообще ему казалось, что Рут не испытывает к нему даже чего-то отдаленно напоминающего симпатию, но этими мыслями делиться с братом он не стал, дабы не раскисать, как пьяная девчонка с подружкой за коктейлем. — Ладно, Сэмми, как знаешь. Я спать, — Дин поднялся со стула и пошел в направлении комнат, но уже возле выхода обернулся к брату, нахально ухмыльнувшись. — И ставлю пять сотен на то, что в конце концов вы займетесь любовью. Сэм одарил его таким взглядом, который, казалось, может весь бункер сравнять с землей, но Дин уже удрал в спальню. Не успел Сэм повторно погрузиться в свои мысли, как это чудо конопатое снова высунуло голову из коридора. — А секс с ней наверняка будет просто фантастическим, — прошептал Дин, но относительно громко, так, чтобы брат услышал. Сэм резко поднялся из-за стола, в предвестии недоброго, но старший опять слинял со скоростью света. Вот никогда он, в отличии от самого Дина, не лупил брата по морде, но сейчас готов был как минимум нос сломать! Кто его вообще просил тащить девчонку за собой? Сидела бы она сейчас в каком-нибудь автобусе или машине на своей довольно привлекательной заднице, ехала бы до какой-нибудь там Калифорнии и жизни радовалась. А что они могут ей предложить, кроме жизни под замком в вечном страхе и жуткого фаст-фуда вместо нормальной еды? Защиту? И то не факт. Да и от чего? Защищать ее пока что нужно разве что от него самого, от Сэма, вокруг него люди мрут, как мухи. От его рук погиб даже обитатель бункера — Кевин. По крайней мере Сэм так думал. Значит не такое уж это безопасное место. Со своими невеселыми мыслями он отправился к себе в комнату. Уже взявшись за ручку, мужчина заметил, что дверь напротив чуть приоткрыта и из нее сочится слабый свет. Сэм еще какое-то время думал, стоит ли ему совать туда свой нос, ведь если он снова застанет её в слезах, то просто не вынесет этого зрелища. Но все равно, стоит на всякий случай проверить: все ли в порядке, и он тихо без стука вошел. Рут не плакала. Она спала. Но спала как-то странно, словно в диком напряжении, лежа пластом на спине, совершенно неподвижно и полностью скинув одеяло, между бровями залегла морщина, скулы сильно сжаты. Сэм подошел к ней с той лишь целью, чтобы укрыть пледом и выключить ночник, но стоило ткани коснуться кожи девушки, как она резко вдохнула ртом воздух и распахнула глаза. Он шарахнулся от неожиданности и попятился назад. — Прости-прости! Я не хотел тебя будить, — начал он вдруг извиняться и выставил руки вперед, словно она готова была вот-вот на него наброситься. — Сэм? — на деле же она только через мгновение его заметила и, кое-как сообразив в чем дело, приподнялась на локтях, потирая сонные глаза. — Не бери в голову, мне все равно кошмар снился, — равнодушно махнула она рукой. Внутри черепа что-то побаливало, отдавая в виски, перед глазами все плыло, и немного хотелось пить. Высокая фигура Винчестера поначалу была смазана, но постепенно мозг привыкал работать в режиме реальности, и все становилось более отчетливым, головная боль отступала. Она уже привыкла к подобным ощущениям, ей после нехороших снов всегда было в первую минуту хреново. Но он-то что здесь делает, если сам сказал, пусть и в шутку, что был бы не прочь избавиться от мухи перед носом? — Кошмар? — удивился Сэм, — По тебе и не скажешь. — Это нормальные люди кричат и вертятся, а я боюсь незаметно, — устало ответила она. — Везет же вам, вас разбудить можно. — И об этом никто не знает? — уже тише заговорил Сэм и присел рядом с ней на кровать. Она вновь положила голову на подушку и отрицательно покачала головой, вяло моргая глазами и готовая в любой момент вновь уснуть. «Вот уж действительно невезение», — думал Сэм. Грех жаловаться на кошмары, когда есть кому вырвать тебя из них. Но если этого никто не видит? Сэм видел, что ей хочется спать, но по своему опыту знал, что после кошмаров уснуть не получается еще как минимум полчаса, поэтому решил все-таки задать вопрос, подтверждающий его догадку. — Можно спросить, что же происходит, когда тебе снится что-то хорошее? Она от чего-то смутилась, опустив глаза и ткнувшись носом в подушку. Сэм видел её улыбку до ушей, лучики морщинок в уголках зажмуренных глаз, и от чего сам растянул рот на все тридцать два. — Да ладно, чего такого-то? — он уже готов был рассмеяться. — Я обнимаю подушку, — выпалила она и поджала губы, ожидая реакции, — Ну или одеяло. Не важно, обнимаю то, что будет под рукой. Иногда даже слюни пускаю. Винчестер не выдержал и все-таки рассмеялся, как мог негромко. Так вот почему она обняла его, когда он нес ее спящую из машины в номер: он попался ей под руку вместо подушки. Она же сначала надула губы, как обиженный ребенок, но потом подхватила его смех своим, схватившись за живот. Подобного ей никому не приходилось рассказывать, да никто особо и не спрашивал, но звучало это довольно комично, а уж выглядело как Рут даже представлять не хотела. — А кошмары часто снятся? — улыбка у него стала грустной, а в горле от чего-то застрял ком. Она лежала рядом с ним так близко, заспанная и немного лохматая, с разметавшимися по подушке волосами. Выглядело чертовски соблазнительно. Сэму сейчас жутко хотелось ощутить эту кожу под своими ладонями, провести большим пальцем по красивым губам, по деликатным скулам, опустить руку на изящную шею. Но он сдерживал свои порывы, несмотря на то, что она тут, совсем рядом, лежит в своем дерзко-обтягивающем фигуру зефирном топе и домашних черных штанах, босая, и грудь постоянно взымается от каждого вдоха. Это дико заводило. Но он старательно гнал эти мысли прочь, как только они зарождались. — Ну бывает, — буднично ответила она, позабыв о сне, и словно не замечала его состояния. — На новом месте особенно, после переезда я всегда плохо сплю. — Что-то мы с Дином не подумали заехать сегодня в магазин. Теплое молоко, вроде как, помогает от бессонницы, — виновато произнес Винчестер. — Вот уж не подумала бы, что вы такое практикуете, — улыбнулась Рут и перевернулась на бок, подогнув ноги и сунув руку под подушку. От этой нехитрой смены положения Сэм почувствовал себя совсем на краю. Он понял, что еще немного — и просто сорвется. Хотелось набросится на неё, стиснуть в объятиях, придавить всем весом к кровати и до одурения хотелось целовать, долго, вкусно, самозабвенно. А попутно стянуть все эти тряпки. Винчестер почувствовал, как у него тяжелеет в штанах от каждой мысли о том, как она будет выгибаться и стонать под ним, прикрыв глаза от удовольствия, зарывшись пальцами в его волосы и обхватив идеальными ногами торс. — Мы не практикуем, — осипшим голосом ответил Сэм, изо всех сил стараясь его выровнять и прогнать наваждение. — Мне Дин рассказывал, что ему мама такое делала, когда он плохо спал, — в горле была настоящая Сахара, он с силой потер переносицу, стараясь не смотреть на Рут вообще. Ему казалось, что она вот-вот все поймет. — Сэм, извини, что спрашиваю, когда умерла ваша мама? Если не секрет, конечно, — в процессе она к облегчению Винчестера прикрылась одеялом. Кажется, все-таки догадалась. Тогда зачем продолжать разговор, если видишь в отношении себя «опасность» со стороны матерого мужика? Пошли его куда подальше и дело с концом. Если только она сама не чувствует того же самого. Или он это все себе только что придумал? Мысли роились в голове Сэма, меняясь со скоростью света одна на другую. «Уймись. Тут холодно, она укрылась. Все. Тебе же легче.» — мысленно остепенил себя мужчина. — Давно, — устало ответил он, — Дину было четыре, мне полгода. Она сгорела в пожаре, который устроил демон. После этого наш отец стал охотником и нас всю жизнь учил.   Сэм решил вкратце рассказать все, дабы избежать дальнейших вопросов о семье. Очень уж эта тема была для него личной — Знаешь, мне вроде как положено сочувствовать, — с легкой улыбкой произнесла Рут, — но я почему-то сейчас представила, как твой папа неумело меняет тебе подгузники, — она широко улыбнулась, легонько закусив нижнюю губу. Да уж, слышал он, конечно, разное, но такого точно не ожидал и, все же, тихонько посмеялся. А ведь и вправду забавное зрелище: он все-таки был еще младенцем, когда остался на попечении отца, а Дину было всего четыре, он бы точно с подобным не справился. Как же управлялся с грудным ребенком суровый Джон Винчестер? Она устало потерла рукой лицо и сладко зевнула. Кажется, ему и впрямь пора, наговорили они прилично. — Ладно, Рут, пора на боковую. И тебе и мне, — он встал с ее кровати и уже хотел направиться к выходу. — Ну давай. Я спать все равно не буду. А тебе спокойной ночи, — она сонно улыбнулась. Спать ей хотелось дико, но, зная свои особенности, она понимала, что ни черта у нее сегодня не выйдет. Если только… Она с подозрительным прищуром покосилась на Винчестера. — Я могу тебе помочь? — он сам похоже прочитал ее мысли, — Может принести что-нибудь? — но не совсем верно. — Возможно. Вот думаю, согласишься ли, — она с неким любопытством посмотрела на него. — Соглашусь, — тихо ответил он. Её одолевали смутные сомнения, но после недолгой паузы она отодвинулась на другой конец и без того не очень широкой кровати и еле заметным движением головы указала на свободное пространство. — Ты… ляг со мной рядом, — тихо попросила Рут. Что? Он правильно ее понял? Она просит его остаться с ним на ночь? Довольно рискованно, учитывая то, что он совсем недавно подавил в себе дикое желание отлюбить ее по полной программе. Да какое там «рискованно» — самоубийственно! И странно. Девчонка, которая не задумываясь палит из дробовика по человеку, пусть и одержимого демоном, и наверняка способная хладнокровно убить, просит остаться с ней на ночь, как... Как с ребенком. — Хорошо, — только и ответил Сэм, снова подходя к кровати и уже хотел выключить ночник, но обратил внимание на одну деталь, которая может им во сне ой как мешать. — Только боюсь, что к утру я из твоих волос не выпутаюсь. — Ты будешь смеяться, но я совершенно ничего не умею с ними делать, — улыбнулась она и лениво села на кровати, — даже в хвост банально завязать — уже проблема, так что придется как-то потерпеть. — Повернись ко мне спиной, пожалуйста, — от чего-то хрипло попросил Сэм, вновь усаживаясь рядом с ней. Она молча выполнила его просьбу. Сэм наконец сделал то, о чем грезил с самого мотеля — провел рукой по шелковистой шевелюре, так напоминающей по цвету черный шоколад и отливающей здоровым блеском. Сначала ладонью, потом костяшками пальцев, потом снова ладонью, несколько раз пропустил всю копну сквозь пальцы, от висков и почти до кончиков, словно расчесывая. Рут всю затрясло от этих прикосновений, она даже глаза прикрыла, настолько это было умопомрачительно приятно. Ее волосы на ощупь были гладкие и мягкие — непривычно для грубых рук охотника, в большей степени повидавших оружие и рукопашный. Винчестер и сам не до конца понял каким образом под его пальцами из этих волос стало складываться что-то смутно напоминающее косу. Наконец покончив со своим талантом парикмахера, он лег рядом с ней на бок, стараясь не коснуться ее и пальцем, хотя на такой кровати это было очень сложно. — Спасибо, — сонно прошептала Рут прямо ему в губы уже с закрытыми глазами, от чего у Сэма внутри все связалось тугим морским узлом. — Спокойной ночи, — услышала она ласковый баритон где-то в районе переносицы и благодарно улыбнулась.