I Don't Fucking Care

      Диппер всегда вливался в рутину жизни, абсолютно сбиваясь со счёта дней. Билл писал практически каждый день. И это были всякие простые смс-ки:       «Утречка», «Однажды я проснулся на кладбище в каком-то склепе», «Мне нужно пособие для бессмертных», «＼(￣▽￣)／» — и всё в таком стиле.       Некоторые сообщения Пайнс просто читал (хотя потом получал тонну «ты меня игнорируешь?»), а на некоторые пытался отвечать также остроумно.       Они знакомы чуть больше недели, наверное, но ни разу не виделись. Билл даже звонил, но просто так, пообщаться перед сном и рассказать о людях, которые ещё не готовы быть совершенными.       — А ты готов? — невзначай спрашивает омега, протяжно зевнув. Он уже давно лежит в кровати; мозг отключён, а глаза слипаются, но разговор завершать почему-то не хочется.       — Ни я, ни ты, никто, — кажется, Сайфер смеётся. Так по-детски, искренне. Диппер приметил — у Билла красивый голос, он наверняка бы мог стать солистом в популярной группе и зарабатывать миллионы после каждого концерта. Но омега боится об этом сказать… Вдруг дружба перерастёт в нечто большее. Диппер боится этого, но никому не говорит: его пугают слишком хорошие отношения.       — Знаешь, Сосна, не многие выдерживают разговоры со мной. Они сбрасывают, больше не берут трубку, не выходят на связь и перестают существовать для меня… пуф, и всё. Мы никогда не были знакомы.       «Сосна»? Ох, Господи, что за ребячество, думает Диппер.       — Может, потому, что у тебя привычка писать и звонить на ночь глядя? — усмехается омега, — многие хотят выспаться перед трудным днём и, может, настроения нет.       Билл мог ответить, что ночью всё тайное становится явью и говорить как-то легче, меньше лжи, маски давно висят на стенах и ждут утра, и с тобой говорит настоящий человек. Но он издаёт тихий смешок и отвечает:       — Я знаю самый лучший способ поднятия настроения: закажи пиццу!       — Господи, Билл, ты говоришь, как моя сестра.       — Ха-ха, так, всё же, почему ты не сбрасываешь и отвечаешь на звонки и смс?       Омега долго молчал, разглядывая потолок. В соседней комнате спал его любимый сын и видел яркие картинки, наверное, ему снились добрые сказки, которые они с Диппером читали перед сном с пелёнок.       — Я… Спокойной ночи, Билл, — выдохнул Пайнс и, услышав «Доброй ночи», завершил вызов.       Он знал, что Сайфер не отстанет от него. Затихнет, не будет напоминать, но через несколько дней снова повторит свой вопрос. А Диппер снова не сможет ответить.       И сейчас его щёки почему-то горят, он вновь ощущает себя омегой-старшеклассником. Сердце бьётся сильно-сильно, что отдаётся гулом в ушах. Дипперу кажется, что он чувствует страх.

***

      Прошло ещё несколько дней. Тот разговор больше не повторялся, забылся, чему Диппер не мог не радоваться.       Но в последнее время начало твориться что-то странное. Пайнс будто предчувствовал, что случиться нечто ужасное.       «Знаешь, Диппер, я тут подумал: нам нужно встретиться».       Беда пришла, откуда её совсем не ждали. Пайнс чуть не выронил тарелку с едой, когда хотел покормить Тайрона. Нет-нет-нет! Они не могут встретиться. Просто не могут. Омега боялся, что их хорошей дружбе по переписке может настать конец, а идеальных отношений не существует. Шатен в них не верил, потому что один раз уже попался на такой крючок. Поэтому лучше оставить всё как есть.       «Я не могу. Слишком занят на работе. Позже спишемся, пока».       Пайнс не любил врать; а обманывать Билла не хотелось вовсе, но по-другому он просто не мог.       Так продолжалось чуть ли не всю неделю. Сайфер звонил, писал, пытался уговорить на встречу и просто дружескую прогулку. Диппер же постоянно увиливал с одним ответом: занят. Либо соглашался, но в последний момент всё отменял.       Бывали такие моменты, когда блондин заранее приходил на место встречи, ждал, бродил туда-сюда, проверял по несколько раз время, а после получал смс-ку об отмене. В такие моменты Билл чувствовал себя идиотом.       «Прости, нужно подменить сестру».       «Автобус сломался, сегодня не выйдет».       «Начальник поставил ещё одну смену. Извини».       И другие отговорки. Как школьник, который постоянно говорил, что его домашнее задание съела соседская собака.       «Сложилось такое впечатление, что ты меня обманываешь, Диппер».       Омега нервно сглотнул, увидев сообщение. Напрягся, но попытался это скрыть, чтобы Тай, сидевший рядом, не волновался насчёт любимого папочки.       «Нет, что ты. Я бы никогда…»       Одна ложь заменяла другую, превращалась в нескончаемую цепочку, в снежный ком, который однажды придавит Пайнса своим весом.       — Пап, а пиццу скоро привезут? — Тайрон прижался к шатену, смотря детскую передачу по телеку.       — Скоро, малыш, очень скоро.       Они просто решили провести этот день вдвоём. Так случается нечасто, поэтому Диппер целиком и полностью отдался своему сыну. Омега вновь обманул Сайфера по поводу занятости, но у этой неправды есть своё оправдание — маленький омега, что мило улыбался и смеялся, увидев в телевизоре детскую шутку.       В дверь позвонили, и Пайнс без особой тревоги направился к ней, захватив парочку купюр.       — Вау, как быстро, — улыбнулся шатен, открывая дверь. Человек, стоящий перед ним, усмехнулся, сверкнув голубыми глазами.       — Я стараюсь выполнять свою работу качественно.       Этот голос он узнает из тысячи.       — Билл? — мурашки пробежались по телу, а огромный ком застрял прямо в глотке. Кажется, омега забыл как дышать.       — Здравствуй, Диппер, — Сайфер говорил серьёзно, не показывая свою злость, хотя уже давно просверлил в Пайнсе дырку взглядом.       — Кто там, папочка? — выглянул Тай, прижимаясь к шатену.       Кажется, парень оказался в самой неловкой ситуации на свете.