Фантастика vs Фентези.

Как мы с моим новым приятелем добрались до его кровати, помню весьма смутно. Какие-то просторные, но плохо освещенные и пустынные коридоры. Признаться, тогда меня больше волновал мой спутник, на поцелуи с которым я отвлекался буквально каждые пару метров. Парень не возражал, напротив, был исключительно «за» всеми частями своего восхитительного тела. Именно по причине таких остановок путь занял немало времени, но приятно, согласитесь. И когда, наконец, добрались, оба были доведены до нужной кондиции, примерно такой, когда уже не до предварительных ласк. Ввалились в комнату, сплетенные, как два чертовых моллюска, но поскольку в комнате было темно, а руки у хозяина комнаты так и не дошли до выключателя (если, конечно, он не пытался нащупать его у меня между ног), едва там же, на пороге, и не упали. А парень оказался на удивление темпераментным. Кто бы мог подумать, что за той надменной мордой, которую он демонстрировал в общем зале, прячется такой зверь? Но такое открытие было скорее из раздела приятных. Разве что губы уже саднили от поцелуев - товарищ попался из кусачих. Оторвался он лишь для того, чтобы, схватив меня в охапку, дотащить до кровати и завалить. Хорошо, что не надорвался в процессе. Я на крошку или пушинку точно не тяну, слишком мускулистый, да и ростом не вышел. - Стой, - удалось произнести мне в перерыве между очередным поцелуем. - Скажи хоть как тебя зовут! - Раньше это тебя мало заботило. - Я скорее почувствовал, чем увидел усмешку. - Зачем тебе мое имя? Ну не признаваться же ему, что я веду списочек и в один прекрасный момент планирую написать книгу в духе Казановы! - Чтобы знать, что выкрикивать в экстазе. Такое объяснение парня более чем удовлетворило. Настолько удовлетворило, что он с рыком вовлек меня в еще один поцелуй. Мои губы были этому не рады, так как этот энтузиаст прокусил их в нескольких местах, отчего во рту ощущался стойкий привкус крови. Возможно, мне просто показалось, но зубы стали намного острее. - Меня зовут Эдион. - Эд? - переспросил я, подозревая, что ослышался. Ну не могло у представителя инопланетного вида быть такое совершенно земное имя. - Нет. Эдион,- он еще раз проговорил свое имя в перерыве между тем, что безуспешно пытался снять с меня симбиот. - Мой покровитель Остролист(*1). Связь с растениями при их внешнем виде и месте проживания была совсем неудивительна. А вот то, что прозвучало название земного растения, которым чистокровные украшают свои дома на Рождество, скорее всего, заслуга переводчика. А может и действительно здесь есть какое-то растение с острыми листьями, и это обычное совпадение. - Проклятие, да как же это снимается?! - не вытерпел Эдион. Я лишь тихо похихикал над его мучениями, но сжалившись, свернул симбиот в тонкую полоску, прикрывающую лишь отверстие шунта, расположенное между пятым и шестым шейным позвонком. К счастью, как я это сделал, несильно озаботило крылатого. Он тут же принялся осваивать открывшийся простор губами и чуть грубыми ладонями. - Тут слишком темно, - пробормотал я, облизнув соленые от подсохшей крови губы. Их тут же защипало, но это оказалось не так уж существенно по сравнению с тем, как приятно было остальному телу. - Сейчас. Я совсем забыл, что ты полукровка. Слово «полукровка» я припомнил на будущее. Вот, значит, кем меня считают эти любители растений. Эдион оторвался от выцеловывания моего живота и как-то по-особенному свистнул. Тут же зажглась пара светильников, напоминающих уменьшенные копии тех коконов, что висели в зале. Светильники разгоняли тьму всего на метр вокруг себя, так что из интерьера в поле моего зрения попала лишь кровать. Ложе, иначе это назвать сложно, представляло собой переплетение мягких стеблей неизвестного мне растения. Они сплетались так плотно и были такими мелкими, что напоминали ткань. Я еще раз удовлетворенно рассмотрел своего любовника. «Хорош, черт кусачий!» Свет он включил весьма вовремя, как раз начал снимать с себя лиственную броню. Само телосложение у него было тоньше, чем у меня, но мышцы развиты на ура. Мои руки чесались все это литое великолепие потрогать и огладить, начиная с шеи и изящных ключиц, плотно покрытых черным узором листьев, и заканчивая этими потрясными крыльями. Эдион, встретившись со мной взглядом, широко улыбнулся, и я смог подтвердить свои догадки насчет изменившихся зубов. Все как один треугольные и острые, разве что боковые резцы и клыки чуть длиннее. Это, конечно, выглядит очень пикантно, но что если это хищный вид, и он меня прямо сейчас сожрет и скажет, что не было никакого полукровки? Обладая хорошим воображением, сцену в стиле трэш-хоррор представил чересчур ярко. Даже энтузиазм начал падать. Но потом я здраво решил действовать по ситуации. Если парень решит мной полакомиться, можно эффективно остудить его пыл одним из болевых захватов. Но весь кайф обломала не попытка моего любовника меня сожрать, а как это часто бывает, женщина. Она ворвалась в комнату, тут же врубив свет на полную мощность. Возможно, светильники просто переклинило от ее переходящего на высокие частоты визга, но светло стало как в операционной. Эта особа обладала неземной красотой, белые волосы, заплетенные в тонкие косы, мягко обрамляли очаровательное личико. Тонкая и хрупкая, как ледяная статуэтка. Но мерзкий голос портил все впечатление. И у нее не было таких красивых крыльев, как у Эдиона. Разумеется, крылатый сразу сполз с меня и, прикрыв стояк штанами, начал втолковывать прелестнице что-то на незнакомом языке. Переводчик подстроился быстро, кажется, этот язык он скопировал вместе с тем, на котором изначально разговаривал Эдион. - Что вы себе позволяете?! Да это же скандал! Стража! - едва не на ультразвуке верещала дама. - Тише, это не то, о чем вы подумали, Уисми, - пытался успокоить ее парень, но ему банально не хватало мощностей, чтобы переорать эту ненормальную. Я поднялся с кровати, не удосужившись прикрыться. Внутри все кипело от глухого раздражения. Никто не смеет обламывать мне секс. Никто! - А в чем, собственно, проблема, дорогая? Мы взрослые мужчины, - пошел я в наступление, намереваясь осадить зарвавшуюся девку. - Не тебе, полукровка, так разговаривать с нимфой! - с новой силой завопила она, при этом уставившись мне между ног. Никакого приличия! В глаза надо смотреть, когда с человеком разговариваешь. «Нимфа? Это которые секс любят? Ну да, точно, нимфоманки! Так она вопит потому, что трахаться хочет?» Цепочка мыслей на тот момент показалась мне весьма стройной и логичной. В мгновение подобрев, я простил девушке и крики, и прерванный секс. Подошел к ней и доверительно приобнял за плечи ее и стоявшего рядом Эдиона. - Зачем ссориться, давайте втроем! Об этом я потом пожалел. Особенно, когда меня ни за что ни про что заперли в тесной камере два метра на два метра, отделенной от остального помещения переплетением веток. Ветки были прочными, а за попытку их сломать мне обидно ударили по пальцам палкой. Охраняли меня и еще нескольких ребят, сидящих в соседних камерах-клетках, двое бравых парней, знакомых мне еще по общему залу. Собственно, они и приволокли меня сюда. Поверьте, я сражался не хуже штурмовика под препаратами, но эта чертова нимфоманка бросила мне в лицо какой-то сыпучей дрянью, от которой онемело все тело. Поэтому мне ничего не оставалось, как яростно вращать глазами и сопеть, пока меня волокли в камеру. К счастью, парализатор быстро отпустил. - Товарищи! А что я, собственно, такого сделал? Ну предложил той нимфоманке тройничок. Так я думал, ей только на пользу будет – орать перестанет. Над моими словами, наполненными искренним негодованием, откровенно поржали, причем не только охрана, но и другие заключенные. Только вот смех был каким-то невеселым. - Ты что, действительно, не понял, что натворил, полукровка? - давясь недобрым хохотом, поинтересовался один из охранников, подходя вплотную к клетке. - Да ты посмотри на него, совсем не местный ведь. Его Элейн с ребятами утром притащил. Говорят, в заводь наяд вломился, а там наши как раз баланс восстанавливали, вот и подобрали. Если смог нас найти, значит, кровная связь привела. Я живо внимал диалогу охранников, постепенно восстанавливая картину событий. Стало быть, я по незнанию вломился на территорию неких наяд, где и столкнулся с охраной на отдыхе. Интересно, как малявки дотащили меня до этого места? И не они ли вытащили, когда я начал тонуть? Возможно, они обладают способностью менять свой размер. Конечно, это звучало невероятно с точки зрения физики, закон сохранения массы никто не отменял, но лучшего объяснения у меня пока не было. - Ладно. Полукровка, сейчас я тебе все объясню. Ты перешел дорогу не той нимфе. Уисми принадлежит роду ореад с Карнагских гор, более того, она старшая дочь их королевы. А ты увел у нее прямо из-под носа жениха. - Упс, - только и смог выдать я, ощущая некоторую неловкость. Неудачно получилось. - Нет, капитан, конечно, тоже хорош. Поддался на твою красоту и похотливость, - сказал все тот же охранник, а второй (более дружелюбный) согласно покивал. – Но и винить его сложно. Ореады - такие холодные штучки, что бабы, что мужики, - раздалось мнение знатока из соседней клетки. И вновь согласное поддакивание. - Ладно, что было, то было. А вот чем мне это грозит, ну, помимо заключения в камеру? - Моя судьба сейчас интересовала меня больше всего. Обидно попасть в плен к отстающей в техническом развитии расе, когда только что предпринял гениальный побег от кайзарцев. Кажется, попадание в плен становится моим хобби или чем-то вроде того. Какая-то хреновая тенденция выходит! И самое печальное, что мое оружие и вещи остались на берегу того злополучного озера. С одним симбиотом много не навоюешь. - Что, наконец-то осознал свое незавидное положение? - с деланым сочувствием спросил охранник. - Не будь таким злым, парень ведь и правда не в курсе. Будет честно хотя бы рассказать о том, какие варианты у него есть. Будь хорошим феем. «Феи? Что-то я такое слышал в прошлом… - сделал я еще одну заметку. – Надо будет покопаться в библиотеке шунта». - Ты такой правильный, аж тошно, - скривился фей, но сдался, вняв своему коллеге. - Ну слушай, - он прислонился почти вплотную к решетке. – Будет суд. Там оценят тяжесть твоего проступка и назначат наказание. Но будь уверен, что это смертный приговор. Я внутренне похолодел, оценивая безрадостность перспективы. Умирать неохота, особенно из-за такой пустяковой причины. - Ну и чего это ты сразу приуныл? - издевательски протянул крылатый засранец. - Такое происходит, когда в деле замешана политика. Конечно, Эдион мог бы разделить вину с тобой, сказав, что измена произошла по обоюдному согласию, и тогда наказание не было бы столь суровым. Но он ни за что не пойдет на это, полукровка. Если он пройдет по обвинению, то свадьбу отменят и мирный договор фей с ориадами будет расторгнут. А нам это невыгодно, цены на металл и так заоблачные. И это при обострении конфликта за береговые территории. Это я попал. Когда в суд вмешивается политика, никакого шанса у подсудимого на правосудие не остается. Это я еще на Терре уяснил. Да и нельзя мне терять время зря. Надо Алекса вытаскивать! Надеюсь, он не попал в такую же засаду, как я? Хотя такое с ним вряд ли могло произойти. Он, в отличие от меня, всегда мог держать свой член в штанах. - Значит, шансов у меня нет? - Нет, милый, никаких, - продолжал злорадствовать этот инопланетянин. «Да что я этому говнюку сделал, что он на мне так срывается?! Или у них тоже действует схема хороший полицейский/плохой полицейский. Только я, вроде как, не на допросе». - Один самодовольный вид этого мудака выбешивал. - Но почему меня сразу не остановили, как только я подкатил к вашему капитану?! - в сердцах выкрикнул я. Оба стражника замялись, но один все же ответил на мой вопрос. - Да мы капитану только добра желали. Невеста у него… Ну, в общем, нежность и ласку вряд ли ему удастся еще испытать, да и уезжает он скоро. Думали, развлечется в последний раз, да к тому же с таким полукровкой не грех. У тебя великолепные глаза и волосы, а еще печати! Никогда таких не видел, – искренне восторгался мной «хороший коп». Мне даже стало слегка неловко. – Кто твой растительный покровитель, что дал тебе такой узор? - Не знаю, - честно ответил я. Притворяться своим больше не имело смысла. - Идти на смертный суд, даже не зная своего заступника?! - Сердобольный охранник подскочил к решетке и даже снял с головы шлем, судорожно прижимая его к груди. – Нельзя так, хоть ты лишь наполовину фея, но даже тебе нужен тот, кто примет тебя после смерти. Я состроил такую кислую рожу, что у заботливого охранника едва слезы не навернулись - Подожди, я сейчас проведу ритуал! Эгипер Солнцежег(*2), не смей препятствовать, - обратился он к своему напарнику, которого я про себя окрестил Говнюком. - Каждый из нашего племени должен быть защищен, – засуетился он. Начертив углем прямо на деревянном полу рядом с моей клеткой какие-то непонятные символы, а возможно, просто рисунки, он указал место, куда мне надо положить ладонь. Я с трудом просунул руку сквозь сплетение ветвей и коснулся узора, предварительно освободив ладонь от защиты симбиота, как посоветовал охранник. Я не ожидал ничего особенного. В конце концов, это ведь просто какой-то местный обычай, и не более того. Ну, пробормочет парень что-нибудь непонятное, посмотрит умным взглядом на символы и выдаст некий результат. Но я никак не ожидал, что угольные знаки вдруг поползут прямиком по моей руке, причиняя не самые приятные в моей жизни ощущения. Кожу жгло просто нестерпимо. Я убрал симбиот с торса и рук и, матерясь на родном терранском, наблюдал, как черное кольцо поднимается все выше и выше по руке. - Тише! Не волнуйся, печать просто ждет, когда откликнется твой покровитель. Скоро все закончится, - пытался успокоить меня добрый охранник. Дойдя до моих татуировок, уголь, как бы подумав, обогнул их и растекся по границе, не перекрывая прежнего рисунка. Надо отметить, что было значительно больнее, чем когда мне делали настоящую татуировку. Я терпел, сцепив зубы, сил на маты уже не осталось, желая лишь, чтобы эта пытка быстрее закончилась. Через неопределенный промежуток времени, который мне показался бесконечно длинным, боль резко исчезла, оставив после себя отупляющую слабость. Я был мокрым от пота и беспомощным как новорожденный. - Все хорошо. - Почувствовал, как меня уверенно поднимают с пола и сажают, прислонив спиной к решетке. – Ну посмотрим, как тебя зовут, красавец-полукровка. Я разлепил залитые потом глаза, проморгался, прогоняя мельтешащие перед глазами черные точки. Тот охранник, который не Говнюк, прошел ко мне в камеру, и сейчас внимательно разглядывал и ощупывал новый тонкий узор, который появился как бы в продолжение моей старой татуировки. На мой неопытный взгляд это были цветочки. Охранник рассматривал орнамент то так, то этак, разве что не нюхал и на зуб не пробовал. И когда я уже начал подозревать, что он меня банально лапает под благородным предлогом, наконец дал ответ. - Теперь твое имя среди нашего народа Эстер, - слегка неуверенно произнес охранник. – Я Эвистер Сладкоцвет(*3), рад, что мне довелось увидеть семя звезды. Ничего себе заявка, что за растение мне такое досталось? - Что? Да ты совсем ослеп! Дай взглянуть. - Говнюк протиснулся в клетку, где и так было тесно. - Не дыши, - едва слышно прошептал Эвистер, склонившись к моему уху. Взгляд его однотонных лиловых глаз из-под криво обстриженной блекло-зеленой челки был предельно сосредоточенным и серьезным. Я поступил, как он сказал, глубоко вдохнул и задержал дыхание. Резко развернувшись на триста шестьдесят градусов, Эвистер раскинул руки и с его ладоней начал мощной волной распространятся густой белесый туман. Нос защекотал удушливо сладкий запах, от которого мутилось сознание. Симбиот, повинуясь моей команде, затянул нижнюю часть лица, и я наконец смог вздохнуть полной грудью, но мерзкая сладость будто осела в носу, продолжая вонять. Остальным повезло меньше, другие заключенные валялись в глубокой отключке, как и попавший в эпицентр Говнюк. - Тебе надо бежать, Эстер Звездноцвет(*4), иначе тебя ждет только смерть. Нельзя убивать отмеченных звездными цветами. Старейшины это знают, королева это знает, но им слишком нужен союз с горными нимфами, а значит, они пожертвуют тобой, - быстро тараторил крылатый, помогая мне встать. На ногах я держался неуверенно, спину будто что-то тянуло. Я обернулся и увидел две пары прозрачных вытянутых крыльев. Это открытие было шокирующим, но я усилием воли отложил это для дальнейшего осмысления в более благоприятных условиях. Мои баллы в тестах на стрессоустойчивость были высокими, как и необходимо для работы стрелком на боевом корабле. Вся нервная система была настроена на бой, и пусть мое тело слабо, но разум оставался кристально ясен. У меня есть цель: сбежать во что бы то ни стало. Остальное, даже изменения собственного тела, могут подождать до того, как эта миссия будет завершена. - Мне нужны те вещи, что были со мной, когда меня забрали с озера, - прохрипел я, нетвердо бредя за своим спасителем. - Они должны быть в хранилище. - Эвистер резко остановился и побежал в другую строну, петляя по коридорам. К огромной удаче, по дороге никого не попалось. После очередной развилки фей втолкнул меня в глубокую нишу в стене и велел ждать. Бег дался мне тяжело, ноги тряслись как у старика, и я с радостью сел, скрытый в темноте ниши, и попытался отдышаться. Слабость раздражала, и я решил потратить запас энергии в аккумуляторах симбиота на восстановление тонуса. Неведомый ритуал, который частично превратил меня в представителя инопланетной расы, нет, не думать об этом, выпил из меня все силы. Я чувствовал себя, как после первых силовых тренировок в учебке – чуть лучше трупа. Симбиот покрыл всю поверхность тела и вонзил мельчайшие иглы, впрыскивая синтезированный стимулятор, который приятным теплом растекся по телу. С этой дрянью нельзя перебарщивать – вызывает привыкание и чистить организм от продуктов распада соединения неприятно. Но в тот момент я нуждался в хорошей форме больше, чем в будущем здоровье. «С минуты на минуту побег обнаружат и придется еще побегать и быстро», - мысленно убедил я себя в необходимости стимулятора. Не знаю, что бы мне сказал Алекс в тот момент. Учитывая мои прошлые серьезные проблемы со стимуляторами, он был бы зол. Побил бы меня, возможно, а затем насильно устроил чистку. Заботливый, зараза. Желание увидеть любимого друга стало невыносимым. Мучительная слабость тела, усугубленная бегом, все-таки сделала меня податливым эмоциям и мягким. Подумать только, я едва не плакал! Обхватив плечи, я ждал, когда вернется Эвистер и когда подействует стимулятор, глотая подступавшие позорные слезы и вздрагивая от бившего озноба. Смесь химических препаратов, что влилась в мою кровь, подействовала как надо. Через пару минут я вновь стал собой: сильным, уверенным через край и наглым. Я вскочил на ноги, каждая клетка тела пылала энергией, и я жаждал действовать. Почувствовав вибрацию позади себя, резко обернулся и понял, что это всего лишь мои новоприобретенные крылья подали признаки жизни. Они мелко трепетали, отражая мой боевой настрой. К тому времени подошел Эвистер. Если он и был удивлен тому, как я быстро оправился, то виду не подал. - Вот, это твое. Пришлось соврать, что вещи понадобились на досмотр. Надеюсь, эти штуки тебе действительно так необходимы. - Фей вручил мне мою сумку с питательными инъекциями и прочими полезными в дороге штуками, а главное, репульсорные винтовки. С двумя «Серенити» в руках я окончательно почувствовал себя королем положения. Теперь повоюем! Точнее, побегаем. Приладил оружие на сформированные симбиотом крепления, чтобы в беге не мешались. Вообще Эвистер заслуживал моего полного уважения. У него явно стальные, а то и алмазные яйца. Он охранник, помогает бежать преступнику, что даже на мой незнакомый с их законами взгляд является предательством. И при этом этот фей спокоен и собран. Кремень мужик. А ведь изначально слишком уж заботливым и мягким мне показался. Впрочем, хорошо, что он на моей стороне, будь иначе, сидеть мне в клетке и дожидаться нечестного суда. Удача до того момента была с нами и на пути не попалось ни одного фея в броне, а гражданские не спешили поднимать тревогу, хотя и смотрели пристально. - Где вся охрана? Не то что мне хотелось нарваться на бравых ребят, но их отсутствие было подозрительным. - Большая часть сопровождает королеву и делегацию ореад на обходе владений. А оставшиеся патрули несложно обойти. Я отведу тебя к выходу. Мы продолжали двигаться по глухим, кажущимися бесконечным коридорам. - А что будет с тобой? Они ведь легко догадаются, кто помог мне сбежать. Эвистер с удивлением посмотрел на меня, кажется, его искренне поразило, что я мог обеспокоиться его судьбой. - Не беспокойся обо мне, Эстер. Я тоже здесь не останусь. Отчего-то я ему не поверил, что все будет так легко. То ли дело было в излишне бодром голосе, то ли нервной улыбке, искривившей зеленоватые губы. Выход, к которому меня вел Эвистер, представлял собой огромные резные створки, сейчас гостеприимно распахнутые. Вот только охраняли их четверо стражников. - Надо будет прорываться, - вздохнул фей, цепко следя за своими сослуживцами. На его лице отразилась внутренняя борьба. Не знаю, смог бы я так, пойти против своих товарищей, следуя убеждениям, которые считаю правильными. - Может, и не придется. Подойди ближе и не паникуй. У меня есть весомое преимущество в виде моего высокотехнологичного костюма. Чистой воды читерство, если бы это все было игрой. Я притянул фея ближе, почти впечатав в себя, и приказал симбиоту накрыть и его тоже, будто он часть моего тела. Убедившись, что мы полностью закрыты, я включил режим Стелс. Костюм не дает полной невидимости, лишь особым образом отражает свет, и если всматриваться, то можно обнаружить некоторое неправильное преломление под определенными углами обзора. Я очень надеялся, что мне удастся обмануть сразу четверых. В конечном итоге обнаружили нас не зрением. Арку накрывало какое-то силовое поле, и как только мы невидимыми прошли через контур, охрана немедленно среагировала. За аркой находилась ровная площадка, подбежав к краю которой, я увидел землю в сотнях метрах под собой. Похоже на то, что все это время я находился внутри какого-то нереально огромного дерева, а сейчас выбрался у самой верхушки его кроны. От вида раскинувшегося внизу зеленого моря захватывало дух. Оценив, сколько падать до земли, я пришел к неутешительному выводу, что даже с симбиотом мне не выжить. Эвистер задергался и мне пришлось его выпустить из-под защиты симбиота. Он был покрасневшим, то есть позеленевшим, и встрепанным. То ли внутри костюма было душно, то ли прижимание к моему голому телу не пошло ему на пользу, особенно в такой экстремальной ситуации. Но тряхнув зеленой челкой, он быстро пришел в себя и, мгновенно оценив ситуацию, подобрался. - Чего ты стоишь?! Полетели! - Фей, не дожидаясь, пока нас окончательно оттеснила охрана, которую мене удавалось сдержать предупредительными выстрелами на малой мощности, самостоятельно прыгнул с площадки вниз. Я же не был столь уверен в отростках за своей спиной. Это не машина, не космический корабль и даже не гравибайк! Как этим, мать вашу, управлять?! Я обернулся на охранников, а затем на пропасть за собой. - Да пошли вы все наху-у-у-у-у! - Окончание фразы потонуло в моем вопле. Все-таки прыгать с такого обрыва страшно. Крылья все так же висели сзади и никак не могли остановить мое падение. К моему счастью, Эвистер не улетел далеко и поймал меня. Но удерживать высоту с дополнительным грузом ему было трудно. Крылья не были рассчитаны на такой вес, и мы начали стремительно снижаться. Конечно, не такими темпами, как при отвесном падении, но все равно опасно. Я осмотрелся по сторонам, борясь с паникой. Чуть левее, в десяти метрах под нами, была толстая, как магистраль, ветка. - Эвистер, закинь меня туда! – с трудом перекричал свист ветра в ушах и стрекот крыльев, жестом указывая на точку приземления. – Я крепкий – не расшибусь! - Уверен? – натужно произнес фей, все еще судорожно сжимая меня. Дождавшись моего согласия, он все-таки разжал руки, позволив мне рухнуть вниз. Приземлился я не без приключений. Пару ребер точно сломал, судя по тому, как больно стало дышать, но симбиот с этим справился. Огрубевший материал жестко стянулся, фиксируя поврежденную ударом грудную клетку, и запустил регенерацию. Достав из сумки питательную инъекцию, вколол себе дозу, чтобы костюму хватило энергии на затратный процесс лечения. - Фух, хорошо, что с тобой все в порядке, Звездноцвет. - Фей мягко приземлился рядом, восстанавливая сбитое дыхание. – А теперь нам придется разделиться. Двигайся на восток и возвращайся к людям. Среди фей тебе жизни не будет ближайшую пару десятков лет. Возможно, потом твое преступление забудется и ты сможешь вернуться. Но я плохо слышал, что он сказал. Меня накрыло внезапное понимание. Будто что-то щелкнуло в голове и картинка сложилась. Это не деревья высокие, как небоскребы Нью-Парадиза, это я крошечный! Дошла эта невероятная истина до меня только сейчас. Я был ошарашен и опустошен этим открытием. Ноги сами собой подкосились, и я осел на кору древесной дороги. - Эй, да что с тобой?! – меня встряхнули за плечи. - Я, - голос был будто не моим, – я крохотный! Как чертова девчачья кукла! Залилипутили! Мою надвигающуюся истерику остановила столь необходимая отрезвляющая пощечина. – Не время рассиживаться! Они уже вылетели, - закричал на меня фей. И он был чертовски прав. С Эвистером пришлось разделиться. В конце концов, он, вытащив меня из тюрьмы, и так уже достаточно рисковал, чтобы умолять его и дальше защищать мою задницу. Напоследок я к радости своей узнал, что эффект уменьшения пройдет, как только я покину территорию леса. Чем дальше от «Королевского Древа», тем ближе к своему нормальному росту я стану. И вот мы вернулись к началу, где я с двумя винтовками наперевес, с бесполезными крыльями и погоней за спиной убегаю, не разбирая дороги, каждую секунду рискуя сверзиться с ужасной высоты.