Белый ворон в черной маске

Под звуки медленного вальса девушка уверенно вышагивает рядом с кавалером, слегка склоняя голову в бок и обнимая тонкими пальчиками его ладонь. Из-под белой маски ярко горели его небесно-голубые очи, с восторгом наблюдавшие за Сильваной, отчего уверенность в собственной неотразимости становилась все больше. Однако, во время очередного круга хорошее и благоприятное настроение испортила пара следящих за ними людей. Близнецы, стоящие около танцующих пар, неотрывно следили за Тони и его партнершей. Поначалу девушка решила не паниковать и осмотреться: возможно, нечто другое так сильно влечет этих людей, а не они. К сожалению, краткий обзор не дал результатов. Все было как обычно: платья, костюмы, бриллианты, рубины, вежливость, манеры, шик. Обыкновенный светский вечер. Только вот охранник как-то подозрительно озирается. «Ох… Охранник?! — от ужаса у девушки вмиг вспотели ладони. — Не может быть! Как?» Немедля она дергает Антонио за рукав и намеками заставляет обратить внимание на надвигающуюся проблему. Тот все понимает удивительно быстро и, не дожидаясь окончания вальса, выводит её из чёткого ряда гостей. Пройти мимо толпы людей в карнавальных костюмах — дело сложное, а сделать это незаметно — невозможно. Вот и недалекий дядечка охранник, увидев знакомую черную треуголку доктора, побледнел, покраснел и бросился вслед, на ходу выкрикивая другим работникам отеля, чтобы неугодных задержали. Официанты спохватились быстро. Забыв о подносах с шампанским и закусками, они разом побежали в сторону двери. Гостям же, глядя на такое резкое изменение в поведении прислуги, оставалось только удивленно хлопать глазами. Вот сидели они тихо-мирно, попивали безумно дорогой напиток из не менее дорогих бокалов, рядом стоял собственный мальчик на побегушках в белой выглаженной форме — и тут… Он резко отворачивается и бежит куда-то. Да не только твой, ещё и соседний, и их друг, и вообще все они разом побежали. Ужас мгновенно охватил донельзя впечатлительных барышень и те разом, как по команде, завизжали. Джентльмены, в свою очередь, оказались чуть более серьезными и либо ничего не предпринимали, либо пытались успокоить пплачущх компаньонок. Поднявшаяся суматоха только на руку сыграла нашим героям. Спрятавшись, так сказать, на самом видном месте, среди господ, они смогли незаметно добраться до выхода и прошмыгнуть в коридор. По сравнению с большим и шумным залом, здесь оказалось как-то тихо, безлюдно. Чувствовалось, как вдоль стен прохаживался ветерок, а небольшие ночники через каждые метра два никак не избавляли от страха. «Что теперь?» — взволнованно спросила девушка. Голос её дрожал, как и тело, из-за огромного количества адреналина в крови. Сильвана чувствовала, как тот судорогой разливается по её венам, заставляя её тело томиться в предвкушении погони. Антонио сильнее сжал её ладонь, посмотрев прямо в глаза: «Не волнуйся. Представь, что мы играем в кошки-мышки. Нам просто нужно спрятаться». Она нервно усмехнулась. «Ты так просто обо всем говоришь, — её голос прозвучал на удивление спокойно, в какой-то мере поучительно, как говорит учитель нашкодившему ученику. — Неужто не боишься?» Холодная кожаная перчатка коснулась щеки девушки. «Мне тоже страшно, поверь. Но не потому, что нас поймают, а потому, что ты сейчас мне не доверишься и не позволишь помочь», — успокаивающе произнес он. Сильвана задрожала от его слов и медленно растаяла, подобно леденцу. Какой там охранник, обезьянник, тюрьма и общественные работы, когда рядом стоит такое чудо! К черту все, сегодня её день! «Я согласна», — как в тумане ответила она. Тони улыбнулся в ответ и потянул девушку за собой. Шли они в спешке, периодически подгоняемые криками людей за спиной. Один проём сменялся другим, шикарные, длинные, украшенные многочисленными картинами в огромных рамах коридоры чередовались с узкими лестницами для персонала. Уже который раз, поднимаясь наверх и вновь спускаясь вниз, она задавалась вопросом, зачем они петляют, вместо того, чтобы направиться к выходу и поскорее покинуть эту гостиницу. Наверное, просто не замечала того, как из-за угла показывается человек в форме, и им приходилось тут же разворачиваться и прятаться, не видела тех камер видионаблюдения, что висели на каждом углу, не слышала нескончаемого топота за спиной. Сильвана просто шла и улыбалась подобно дурочке, ведь её принц все ещё крепко сжимал её руку. Шум-гам и орущий перед самым носом охранник заставили её одуматься и вновь стать прежней. «Что я делаю? — надрывался внутренний голос Сильваны. — Это же полный абсурд! Я бы никогда так не поступила, я бы никогда не пробралась на закрытую вечеринку и никогда бы не влюбилась в первого встречного». Тем временем добрый дядечка в черной форме дрожащим голосом попросил их не двигаться, наводя на удивленные лица беглецов дуло пистолета. «О Господи…» — подумала она, когда холодный металл блеснул где-то на уровне её глаз и в глубине дула она заметила кончик патрона. События становились все серьезней и серьезней. — Тише, спокойней, — удивительно ровным тоном сказал Тони. — Не с места, — охранник изо всех сил пытался не выронить из потных ладоней оружие. — Поднимите руки вверх и не шевелитесь. — Хорошо, — блондин уверенно повторил приказ. — Видишь, мы безоружны. — От… отлично. — Похоже, его начало нехило потряхивать. — Стойте так, я сейчас в… вызову под… подмогу. Убрав одну пальцы с рукоятки, охранник потянулся к рации, что висела на его нагрудном кармане. Слегка наклонив голову вбок, чтобы дотянутся губами до колонки, он попытался нажать на кнопку вызова. В этот момент Тони как-то коварно улыбнулся, и, стоило непутевому работнику опустить взгляд, как парень схватил свою трость и ловким движением ударил тяжелой рукоятью мужчину в висок. Охранник свалился с ног, ударившись головой об пол и потеряв сознание. — Что… что ты наделал! — к бедной девушке начала подступать истерика. Она почувствовала, как глаза защипало, голос надорвался, предвещая дикий плачь. — Он… мертв? — спросила Сильвана, изо всех сил стараясь себя сдерживать. — Нет, что ты, — Антонио тут же подскочил к ней, бережно приобняв за плечи. — Не волнуйся, он жив. Просто без сознания. И, будто в подтверждение его слов, охранник зашевелился, протяжно застонав. — Вот видишь. В ответ она лишь шмыгнула носом, сильнее прижимаясь к докотору. — Что я делаю? Что я делаю? — плача, причитала она. — Сили… Сильвана, — он приподнял её лицо, отчего их взгляды встретились. — Скажи, ты мне веришь? Небывалая уверенность в его голосе заставила девушку растеряться: в то время, как она тут рыдает, он ведет себя так спокойно, будто проделывает подобное каждые выходные. Сильвана не знала, что происходит с ней, она не понимала ход собственных мыслей, она боялась, но, тем немее, вложила свою ладонь в его и утвердительно кивнула на его вопрос. — Тогда не сомневайся во мне. *** Пошарив в карманах, Антонио вынул позолоченную карточку, на лицевой стороне которой отчетливо виднелось название отеля. Подойдя к двери гостевого номера, он легким движением провел этим «ключом» у электронного замка. Раздался легкий щелчок, дверь отворилась, и он поспешно завел туда девушку. Потянув руку, он нажал на выключатель, и нежно-желтый свет освятил небольшой коридорчик. — Это президентский номер, — как в тумане произнесла она. — Откуда у тебя ключ? — Это так важно? — улыбаясь как дурак, он прошел вовнутрь номера. Девушка потеряла дар речи. Это уже не лезло ни в какие рамки обычного, среднестатистического приключенья, не говоря уже о нормальном знакомстве. Реальность казалось сном, иллюзией её взволнованного от перевозбуждения организма. «Невероятно», — сказала она, проходя мимо удивительной красоты зеркала, сама не понимая, к чему это «невероятно» относилось: то ли к красоте увиденного, то ли к событиям сегодняшнего вечера. Ей все ещё не верилось, что Тони украл ту карту, и сейчас она незаконно находится в чьем-то номере, словно последняя преступница. Комнаты, действительно были необычайно красивыми и на вид дорогими. Здесь и дышалось совсем иначе. И всякий раз, подходя к особенно красивой безделушке, даже смотреть на неё становилось страшно: а вдруг рассыпется. — Здесь здорово, правда? — сказала Антонио, развалившись на небольшом диванчике. — Лично мне здесь страшно, — сказала Сильвана, отходя от небольшой стеклянной статуэтки. — И чего же ты боишься? — парень поправил шляпу на голове и прикрыл глаза. — В отличие от тебя, я боюсь, что нас поймают. Как мы вообще выбираться отсюда будем? Это четвертый этаж, с балкона не спрыгнуть, а в коридоре ходят охранники, которые в любой момент могут нас поймать! — возмущалась девушка, не замечая очередных перепадов в настроении. Парень внимательно её выслушал и, понаблюдав за ней, произнёс: — Сильвана, Сильвана. — Он встал на ноги, попутно снимая с себя плащ и бросая его на спинку близ стоящего кресла, шляпа пристроилась на голове какой-то статуи в виде древнегреческой богини, а перчатки теперь спокойно лежали на журнальном столике. — Не стоит так волноваться. С тобой ничего не случится. — Если это шутка, то она не удачна, — девушка обняла себя за плечи. — Я просто в ужасе! — О, поверь, здесь они искать не станут. — От этого мне не легче, — она зарылась пальцами в волосы. — Вдруг сюда зайдет владелец? Или же ты так сильно уверен в том, что этого не случится? — Да, уверен, — будничным тоном сказал он, — ведь это мой номер. От услышанного у неё тут же замерло сердце, расширились глаза, и, не веря собственным ушам, она уставилась на него. — Твой номер? — осипшим голосом переспросила она. — Да, так что тебе не о чем беспокоиться. Как только охранники устанут бегать по отелю, я выведу тебя через парадную дверь, никто из персонала и словечка не скажет. — А как же это… — она попыталась подобрать точное описание тому, что случилось там, в бальном зале, — представленье? — Это была шутка, — он подошел к девушке. — Розыгрыш. Боюсь, я не смогу объяснить тебе значение это гениального плана, но, раз уж так получилось, что ты здесь, то я хочу тебе кое-что показать. — Показать? — в этом простом слове отразилось все её состояние, от дикой грусти до необузданного гнева. — Надеюсь, ты не обидешься, если я скажу, что не поверила ни единому твоему слову. Очередной перепад настроения, только на этот раз в её разуме победила холодная, уверенная и расчетливая сторона личности. Именно такой и была девушка в повседневной жизни. Лишь однажды она решилась ненадолго изменить своим принципам и теперь корила себя за доверчивость. Что за невезение. — Не верить мне — твое право, — он взял за руку. — Но в моих силах попытаться тебя переубедить. Позволь это сделать. И что прикажите ответить этому человеку? Отказать и заведомо предотвратить самую безумную игру в своей жизни? С одной стороны, это разумно. Просто отвернутся, гордо подняв подбородок, и уйти, навсегда забыв и Тони, и это недоразумение. Он поступил с ней не самым лучшим образом, можно сказать насмехался над доверчивой девушкой. А с другой стороны, этот доктор ничего ей не обещал, да и не обязан был этого делать. Они знакомы всего ничего. Он одним своим присутствием преобразил её обыденно серые будни, от которых уже выть хочется. Скольких же усилий ей стоило признать то, что спокойная жизнь просто достала. Она уже была согласна на что угодно, лишь бы добавить хоть каких-то красок. И вот он, стоит и ждет одного только согласия, чтобы зажечь зелёный свет для новых ощущений. Одетый во все черное, с удивительным цветом глаз, сияющий золотом благородства и огнем живой души. Глядя на него, её жалкое сердце так и трепещет, заставляя щеки в который раз заливаться румянцем. Всего одна его фраза — и вот, что происходит. Это неправильно, это опасно, возможно, даже смертельно, однако Сильвана уже все решила. Прошу, не вините бедную девушку за это, не судите её, ведь она влюблена. И никакие ваши доводы, убеждения, рассуждения тут не помогут. Это — безнадежный случай. — Хорошо, — шепчет девушка. — Я доверюсь тебе ещё один раз. — Больше мне и не надо, — он манит её подобно самому сладкому греху. И она идет, выбирая мгновение радости вместо бесконечно длинной печали.