Daughter Of Lilith/Дочь Лилит

Восемнадцать лет назад       Плач. Детский плач. Он слышен во всём доме и даже за его пределами. Крики ребёнка всегда пугают и раздражают родителей, но не когда малыш плачет впервые, не когда он рождается. Это счастье для семьи - слышать голос нового члена семьи. Для родителей - слышать своё дитя, своё творение.       Это было начало марта. Было 3 марта. Начало жизни. Начало нового этапа жизни. В Аликанте всегда тепло и солнечно. Только сегодня весь день шёл дождь, что было странно. Но в семьях Моргенштернов и Фэйрчалдов некогда было замечать эти странности. Именно сегодня днём у Джослин начались схватки, что означало долгожданное пополнение. Этого ждали все. Бабушки и дедушка хотели на старость понянчить внуков и внучек, ведь это редкость для нефилимов видеть другие поколения. Особенно этого момента ждала сама пара. Первого ребёнка родители ждут дольше всего. Дольше всех это ждал Валентин.       И вот с обеда до позднего вечера были слышны женские крики и стоны из поместья Фэйрчалдов, пока на смену им не приходит детский плач. Старшие Моргенштерны и Фэйрчалды забирают кроху, чтобы успокоить и укутать его. Валентин же успокаивает жену после тяжёлых родов. Адель Фэйрчалд отдаёт зятю маленькое тельцо в руки, чтобы "представить" ребёнка родителям. Валентин аккуратно взял малышку, которая сразу же перестаёт кричать.       -Девочка.-прошептала Серафина Моргенштерн.       -Наша Кларисса Адель Моргенштерн. - заявил всем отец девочки, отдав её своей жене. Джослин взяла малышку на руки. Мать и отец девочки переглянулись друг другу, радуясь новорожденной дочери. Но как только Джослин устроила Клариссу поудобнее, встретившись с ней взглядом, улыбка охотницы упала. Бывшая Фэйрчалд стала разглядывать лицо новорожденной, с каждой секундой хмурясь сильнее.       -Это не она, - прошептала Джослин, - это не моя дочь.       -Что ты говоришь, Джосси, - сказал непонимающий Валентин.- это наша крошка.       -Нет! Нет! Убери её от меня! Убери это нечто! - громко умоляла мать девочки, протягивая полотенце с ребёнком мужу. Услышав громкий голос, а может даже почувствовав злобу от матери, до этого спокойная малютка громко заплакала и закричала. Валентин сразу взял дочь на руки, чтобы успокоить и убаюкать её.       Родители и свекровь попытались вернуть в себя мать новорожденной внучки, но Джослин так и билась в истерике. Валентин же решил позже поговорить с женой, оставив её старикам. Сам охотник шёл в другую комнату, которую сделали специально для нового члена семьи. Пока Моргенштерн нес дочку в комнату, она успокоилась и стала наблюдать за отцом. Валентин же внимательно рассматривал Клариссу.      Девочка была прекрасна. Маленькие ушки и носик, чуть-чуть пухленькие щёчки, красненькие губки, рыжие волосы на голове, но глаза... Моргенштерн был уверен, что именно глаза напугали его жену. Большие темно-зеленые глаза смотрели на нефилима. Но они были не просто тёмные, в них виднелось скрытое маленькое зло. Что-то тёмное было в очах Клариссы.       Родители молодой пары решили, что приступ Джослин произошёл из-за тяжелых родов, сама же бывшая Фэйрчалд целую ночь пыталась объяснить своё поведение.       Только Валентин Моргенштерн всё понимал. Понимал истерику жены и "темноту" в глазах своего дитя. Это означало лишь одно. Означало, что его эксперимент удался.       И через два года он узнает цену этого опыта.