Looking for an angel

      Стая снова собралась в лофте дядюшки Дерека. Скотт и Дерек столкнулись лбами над картой, Лидия с царственным видом сидела в кресле, Малия устроилась на подлокотнике, а Айзек стоял у окна. В этот раз Стайлз тихо стоит в стороне. Сегодня он просто наблюдает, сегодня у него нет настроения. Стайлз ловит взгляд Питера. Хейл смеется. Он не отводит глаза, когда Стилински ловит его на "горячем". Никогда. Последнее время везде, где бы Стайлз не находился, он чувствует присутствие зомби-дядюшки. Для этого неугомонный Стилински делает всё. Он провоцирует: облизывает губы, поднимает бровь. Питер отвечает усмешкой, зеркально поднятой бровью. «Чертов дракон», — Стайлз застывает, осозновая сравнение. Потому что это значит, что он сам — долбанная Рапунцель. Ноздри Питера расширяются, он не может понять смятения подростка. — Стайлз, — Скотт внимательно смотрит на друга. — Что? Что, я здесь, я слушаю, — Лидия закатывает глаза, а Стайлз почесывает щёку. — Похоже, пора заканчивать, — Дерек выдернул из-под рук Скотта карту. — Кто за то, чтобы пойти в Макдоналдс? — Малия подскакивает с места и первой оказывается у двери. Она терпеть не может оставаться с отцом наедине. — Я пасс, — Стайлз поднимает руки, — я только посадил отца на диету. Запаха гамбургеров он мне не простит. — Я за, — Айзек подходит к Тейт. — Лидия, Скотт, Дерек? — Стайлз? — МакКол виновато улыбается. — Да ладно, чувак, я ещё хотел забежать к отцу, — Стилински машет рукой, отпуская друга. — Только один клубничный коктейль! — Мартин цокает мимо каблуками, подхватывая кожаную куртку. Вечно хмурый Дерек сдаётся, надеясь продолжить спор со Скоттом в кафе. Когда входная дверь хлопает, а на улице слышится отдаляющийся звук моторов, Стилински усмехается. — Эй, дракон, все ушли. Можешь не сверкать глазами из-за лестницы, — Стайлз до жути жизнерадостен. Он сам идёт к Питеру — подбирается. Хейл лениво откидывается на ступеньки, сканирует взглядом полуприкрытых мерцающих глаз нескладного, нервного, неуклюжего, и от этого милого подростка. Своего. «Ближе», — шепчет затягивающая синь. Ледяной дракон. У Стайлза кружится от азарта голова. Эта игра опасна для него, но не он её начал. — Ты что-то хотел? — голос Питера завораживает, Стилински невольно шагает ближе. Стайлз залипает на ключицы. Облизывается, выдаёт себя с головой, сглатывает. Они здесь, вдвоем, каждый знает, чем это заканчивается. Не важно, где они встретятся — конец одинаковый. — Стайлз, — вдруг шепчет в его губы Хейл. — Ты следишь за мной, — Стилински почти касается его губ, сдерживается, дразнит. Руки ложатся на талию, почти не держат, но сердце Стайлза бьётся чаще, Питер слышит, чувствует возбуждение. — Ты назвал меня драконом. Сбивает тему! В ответ Стайлз притирается своими бедрами к оборотню. Жадно целует, напрашивается, урчит от удовольствия, когда Питер заставляет его сесть к себе на колени. — Итак... — оборотень скалится, отталкивает прильнувшего вплотную подростка и быстро расстегивает нелепую рубашку, просто растягивая края в стороны. — Ну-у-у, — Стаилз закатил глаза, — разве не слышал ту прилипчивую песенку? Мой дракон следит за моими мыслями, — он снова прильнул к спокойному с виду мужчине. — И я повторяю все его слова...* — Глупость какая, — строго ответил Хейл, потянувшись к ремню, стягивающему джинсы подростка. Оборотню, прекрасно чувствующему возбуждение любовника, было всё сложнее держать себя в руках, но пока он справлялся. Надо играть по правилам. Сам же их установил. — Правда? — Стайлз невинно хлопает ресницами, забирается узкими ладонями под кашемировый свитер, гладит стальной пресс, сжимает напряженные соски. Стон и тихий смех разносятся по квартире. Хорошо, что все уехали, Стайлз не переносит, когда оборотни в доме — нельзя быть громким. Он быстро расстегивает брюки Хейла и сползает на металлические ступени, устраиваясь между разведенных ног. Облизывается, ухмыляется, меняя роли местами. Сейчас добыча явно не он. — Ста-а-айлз! — Питер вцепляется в ступени, когда подросток плавно заглатывает напряжённый член до основания. Ему привычно — Питер же и научил. Подросток качнулся назад, с влажным причмокиванием почти выпуская пенис изо рта, оставляя лишь головку, которую медленно, глядя в потемневшие глаза любовника, облизывает и посасывает. Хейл рычит, сдаётся, откидывается на ступени, чтобы не видеть смеха в карих глазах. Сам виноват. Питер почти готов кончить, но Стайлз останавливается, обводит головку члена языком и выпускает его изо рта, поднимается на ноги. Оборотень бессильно рычит, скалится. Стилински равнодушно смотрит на полуголого Хейла, звякает пряжкой собственного ремня, скидывает кеды, стягивает джинсы вместе с трусами и носками, его член напряжен, но Стайлз будто не обращает на это внимания, разворачивается, отшвыривает в сторону футболку и идёт к дивану. Как на поводке, Питер следует за ним и срывается: хватает за плечо, вжимает в стену и страстно целует. Стайлз отвечает укусом, скользит языком по губам. — Плохой дракон, — выдыхает подросток, когда снова может дышать. Он толкает Питера в стену, меняется с ним местами, сжимает крупный член в кулаке и издевательски медлено надрачивает стонущему в голос мужчине. — Я сейчас... — Стайлз понимает его с полуслова и пережимает плоть у основания, не давая кончить. Отступает, вызывающе смотрит в глаза, доходит до дивана. Ведёт пальцами по мягким подушкам, лениво скидывает их на пол. Забирается на диван и, вцепившись в спинку руками, широко разводит ноги и выставляет зад. Питер срывается. Он низко рычит, клыки царапают губы. Глаза зажигаются огнями, но лицо не трансформируется. Стайлз хмыкает, он привык к такой реакции любовника. Смазанной тенью оборотень пересекает расстояние до дивана. Пристраевается сзади, скользя пальцами вдоль позвоночника. Натыкается на пластик игрушки в анусе и хрипло смеётся. В этом весь Стайлз. Стилински подкатывает глаза и вертит задом, ожидая дальнейших действий партнёра. Конечно же он знал не хуже ясновидящего, что у него сегодня будет секс. Питер целует его в плечо, покрытое родинками, медленно расшатывает пробку, тянет на себя. Стайлз выгибается, стонет, и Хейл думает, что он неплохо бы смотрелся с леденцом на палочке во рту. — Ты уснул, Хейл? — Стилински оборачивается, надменно вздёргивает брови. Из него вышел бы отличный оборотень, надменный, сильный, властный. Питер бы смог сделать его таким, но до этой стадии они ещё не дошли. Чтобы немного проучить зазнавшегося парня, он хватает его за бёдра и резко вставляет член до упора в блестящее от смазки отверстие. Жёстко двигается, а Стайлз подаётся навстречу, сильнее вцепляется в спинку дивана, выстанывает имя Питера. Ещё пара фрикций, и Стилински содрогается, вжимается спиной в грудь Хейла и сжимает член в себе, доводит его до оргазма. Спустя пару минут Стайлз застёгивает последние пуговицы на рубашке. Он даже не смотрит в сторону Питера, как будто ничего не было. Хлопает дверь, Хейл остаётся в лофте один.

🐲🐲🐲

Они собираются в отстроенном доме для тренировки. Дерек снова сцепляется со Скоттом, выясняя план эффективности занятий. Айзек с Малией носятся друг за другом во дворе, пытаясь схватить хвост противника. Лидия, изящно держа стакан, пьёт яркий фрэш. По своему обыкновению, Питер сидит в кресле гостиной, спрятавшись за книгу. Стайлз опаздывает. Хейл надевает наушники, включает на повтор плеер, потому что МакКол как всегда повышает голос. За окном слышится шорох шин джипа. Он, успокаивающе действует на нервы Питера, начинавшего нервничать. Стилински залетает в дом, мурлыча под нос хитовую песню. Он выгоняет с кухни Дерека и Скотта, расставляет на столе купленные продукты. Лидия быстро допивает фрэш, моет стакан и уводит всех на тренировку. Питер смотрит на плитку шоколада, масло, разрыхлитель, муку и понимает, что сегодня Стайлз расщедрился на печенье. А ещё шоколад прекрасно скрывает запах секса. Питер аккуратно закрывает книгу, тянется, неспешно идёт на кухню. Стая ушла далеко, значит можно. Он подкрадывается к "добыче", тихо напевая: — Мой дракон следит за моими мыслями, и я всегда повторяю то, что он говорит... Стайлз усмехается, оборачивается, упираясь поясницей в стол и обвивая руками шею Питера, шепчушего ему в губы: — Привет, дракон.