Aperto libro

Часть 1 Красота этого мира заключена в каждом из нас. Любому человеку присуща какая-либо из особенностей этой планеты, которая была отдана ему при рождении. Это как маленькое наследство от умирающей родственницы. Как коллекция бабочек, полученная при вскрытии завещания хорошо обеспеченной наследницей. Та имеет всё и ей ни к чему эта бесполезная коллекция, но наследница продолжает её хранить, сама не понимая зачем. В качестве памяти, наверное. Планета продолжает рождать человечество, но так же не перестает гибнуть сама, по частичкам раздавая все свои особенности людям. А многие ведь этого даже не замечают и не используют по назначению. На дворе стояло начало осени, которое выдалось довольно холодным в этом году. Вторая неделя сентября, а люди уже ходили в пальто, укутавшись шарфами. Уже потихоньку доставались из шкафов осенние сапоги, а люди поговаривали о приближении заморозков. В один особенно холодный день, за все две недели осени, одним не особо важным для мира человеком в одном маленьком городишке, отдаленным от областного центра широкой полосой лесов и небольшим озером, совсем не ощущалось холода. Этот человек словно бросил вызов силам природы и разгуливал по берегу реки в одной фланелевой рубашке в крупную клетку и, потускневших от старости и почти развалившихся, но очень любимых, кедах. Нельзя сказать, что это был очень умный человек, мы это поняли по выбору его одежды. Нельзя сказать, что это был очень смелый человек, хоть он и отважился бросать вызов природе, он не имел данной черты в своем характере. Он не обладал какими-либо особенностями. Это был самый обычный человек. Единственный на всей планете человек, которого обошла участь получения той самой особенности, которой награждается каждый, осмелившийся поселиться в нашем мире. Наверное, в этом и была его особенность. — Стайлз! — над поляной пронесся звонкий голос, принадлежавший молодой особе с рыжими кудрями и озорно вздернутым носиком. Девушка запыхалась и остановилась, чтобы перевести дыхание, согнувшись пополам и схватившись руками за колени. Но молодей человек, что стоял спиной к ней, а лицом к озеру, даже не повернулся на ее зов. Он усердно всматривался в горизонт, будто пытался разглядеть что-то важное, то, что постоянно ускользало от его глаз. Бывает же, когда вроде бы картинка собрана, ее образ стоит перед глазами, а самой важной детали нет. Самой сущности этой картинки не обнаруживалось. То же самое и творилось с молодым человеком — он усердно всматривался в даль, но ничего не находил, кроме монотонно стелившейся вдоль горизонта лесной полосы. — Стайлз, ну куда ты опять убежал? Здесь же опасно, — отдышавшись, произнесла девушка, приблизилась к парню и начала рассматривать то, что так привлекло его внимание в дали. — Лидия, ты видела когда-нибудь, как падают звезды? Привыкшая к подобным вопросам девушка, в этот раз растерялась и вопрошающе посмотрела на Стайлза. — Лидия, — прошептал он, — я верю, что падающая звезда — это душа человека, которая вновь хочет попасть в наш мир. Я хочу увидеть её. — Поэтому ты так далеко забрался в этот раз? — Нет. То есть да, но…. Понимаешь, меня что-то влекло сюда. Я чувствую, что мне надо быть именно здесь, именно этой ночью. — Давай сейчас поедем домой, а потом обязательно вернемся сюда, но уже с теплым пледом и горячим кофе? — Ты мне обещаешь? — Конечно, дурашка, — она накинула на его плечи теплую куртку и прижала к себе. Эти двое с самого детства были неразлучны. Эти двое были как брат и сестра друг другу. Они росли вместе, вместе взрослели, вместе переживали смерть Клаудии, которая приходилась Стайлзу матерью, а Лидии её заменяла. Они справлялись со всеми трудностями вместе — контрольные, переходный возраст, что определял сферу общества, к которой ты будешь принадлежать. Потеря близких людей, выбор своей пары. Они смогли пережить вместе все, но последнее стало для их дружбы большим ударом, который дал трещину в жизни Стайлза. Привыкший к тому, что в его жизни всегда была Лидия, он не смог смириться с тем, что её забрали. Её нагло выкрали из его мира, не удостоив даже запиской. Самое драгоценное, то, чем он так дорожил всю свою жизнь, растворилось прямо на глазах у Стилински. Стайлз остался один, а Лидия с Джексоном уехали в Аризону и лишь пару раз в год, в день его рождения и в день смерти Клаудии, она навещала его. В остальные же дни Лидия была занята семьей, детьми, любимым мужем -омегой, который без конца вынашивал новое потомство в своей утробе и очень категорично относился к встречам его Альфы с каким-то там другом детства. Стайлза потихоньку забывали, а он угасал на глазах, так же, как и в памяти когда-то дорогих ему людей. Сегодня был именно тот день, день, когда умерла его мама, а вместе с тем и часть его души. День, когда он решил для себя, что остался на этой планете лишь один человек, ради которого он будет жить. Человек, который никогда его не предаст и не оставит. Человек, в котором он не мог ошибиться. Но даже здесь вышла оплошность. Он хотел бы ошибиться с колледжем, хотел бы ошибиться с выбором профессии, но никогда не ошибаться в ней. В этом лучике солнышка, что дарил ему всегда надежду и веру в лучшее. В тот день, когда Джексон забрал её в Аризону, стержень, который помогала собирать Лидия, вновь треснул и разлетелся на кусочки, засев в самом сердце Стайлза. Прошло больше пяти лет, а он все ещё не может завести семью, детей. Не может больше никому доверять. Потеря доверия — это больше, чем неумение прощать. Стайлз перестал быть кому-то нужным и Стайлзу перестал быть кто-то нужен. Он просто существовал. Ходил на работу, писал отчеты, а внутри была ужасная ноющая дыра, которая каждый день напоминала о своем существовании. Наверное, если бы планета не отвлеклась и не забыла бы одарить его какой-либо особенностью, он бы давно уже смирился и завел себе семью, детей. Но этого не случилось, как и не случилось счастливой жизни молодого человека.