Иллюзия обмана

Мариз сидит в своем кабинете. Она крутит в руках флешку, которую передала ей Джослин. Там не очень-то и много информации, но все же есть некоторые документы, которых не было у Лайтвудов. Она только что разговаривала с Изабель и Максом. Те сообщили, что собираются возвращаться домой. — Как ты думаешь, что скажет Магнус? Что именно он выберет? Из раздумий её вырывает голос мужа. Мариз поднимает на него глаза и нежно улыбается. — Я не знаю, Роберт. Он наш сын, но и Асмодей все же его отец. И Магнус кто угодно, но не убийца. Так что, я понятия не имею, что именно он скажет. Роберт садится рядом с ней на диван. — Ты уверена, что уже время, чтобы дети вернулись? — Да, я думаю, пришло время. Мы все должны быть вместе. Когда правда о прошлом Асмодея и Валентина всплывет, мы должны поддержать друг друга. — Асмодей еще попытается сделать что-то такое, что… — Я знаю. Сейчас, мы должны защитить Магнуса. Он — главная цель Асмодея. То, что они сбежали, ничего не меняет. Роберт смотрит в мокрые от слез глаза жены. — Ты боишься? — Я боюсь только того, что мы можем потерять Магнуса. Я боюсь, что он может подумать, что больше нам не нужен. Я боюсь потерять своего сына, Роберт. Тогда, пятнадцать лет назад, он был просто мальчиком, который просто должен был нам помочь. Сейчас он мой сын, он мой мальчик, и я боюсь потерять его. Роберт вытирает соленые дорожки со щек жены и обнимает ее. Гладит успокаивающее по спине. И сам себя успокаивает, что Магнуса они не потеряют. Что Магнус их сын, что он не оставит их.

***

— Спасибо, — шепчет Алек, смотря ему в глаза. — За что? — так же шепотом спрашивает Магнус. — Ты спас мою жизнь, дважды. В детстве и несколько дней назад. Магнус улыбается уголками губ. — Всегда к твоим услугам. Он хочет снова лечь на спину, но сильные руки Алека обнимают его и притягивают к себе ближе. Магнус не успевает возмущаться, Алек накрывает его губы своими. И, кажется, весь мир перестает существовать. Все боли, печали исчезают, оставляя после себя только светлые и нежные чувства. Алек на секунду отстраняется, чтобы посмотреть в глаза Магнуса, а затем снова целует. На этот раз более настойчиво. Вторгается языком в жаркий плен чужого рта. Стонет в поцелуй, закатывает глаза от удовольствия, потому что так долго этого хотел, так давно об этом мечтал. Магнус зарывается пальцами в его волосы и притягивает к себе еще ближе. Целует яростно, кусает пухлые губы, своими действиями вырывая тихие стоны. В комнате становится невыносимо жарко, стоны становятся громче, а воздух накаляется до предела. Легкие горят от нехватки воздуха, но никто из парней не спешит отстраниться. Наоборот, они тянут друг друга еще ближе, как будто хотят соединиться, не только телами, но и душами. Алек переворачивает Магнуса на спину и нависает сверху. Он целует каждый миллиметр такого родного лица. Нежно, бережно. Будто боится причинить боль. Поцелуями спускается к подбородку и целует маленькие, незажившие шрамы. Магнус прикрывает глаза от наслаждения и полностью отдается ощущениям. Алек мокрыми поцелуями спускается к его ключицам. Медленно поднимает тонкую футболку, и Магнус приподнимается, помогая ему снять её с себя. Алек сглатывает комок невыносимой боли, которая застывает в горле. Он смотрит в глаза Магнуса, а затем начинает покрывать его тело нежными поцелуями. Каждый шрам, каждый синяк. У него кружится голова от запаха Бейна, от того, как он тихо стонет, как выгибается ему навстречу. Язык сменяет губы, а тихие стоны становятся все громче и громче. У Алека сносит крышу, он стаскивает с себя футболку и снова поднимается к губам Магнуса. Целует жадно, как будто хочет утолить свою жажду. Магнус царапает его спину короткими ногтями, толкается своими бедрами вверх, от чего Алек полностью теряется в ощущениях. Он снова начинает покрывать поцелуями израненное тело Магнуса. Спускается к кромке спортивных штанов, облизывает кожу, поднимает голову и смотрит в глаза Магнусу. — Можно? Тихий шепот отдается в ушах, как крик. — Алек, я не… не думаю, что у нас получится нормально… Голос дрожит, почти так же, как тело. Алек понимает, что имеет в виду Магнус. — Не беспокойся, просто получай удовольствие. Магнус задыхается от слов парня и только быстро кивает, не доверяя своему голосу. Алек хищно улыбается, он развязывает шнурок на штанах и тянет их вниз. Магнус приподнимается, помогая ему снять с себя ненужную вещь. Он облизывается жадно, пошло и сразу же накрывает губами возбужденную плоть парня. Магнус задыхается, будто из легких выкачали весь воздух. Он кусает запястье, чтобы заглушить стоны, закрывает глаза и откидывает голову на подушки. Движения Алека выбивают почву из-под ног. Магнус расплывается, как железо в огне. Он всеми силами старается не толкаться навстречу, но, когда Алек начинает пошло стонать, у Магнуса срывает тормоза. Он стонет громко, тянет Алека за волосы, причиняя этим сладкую боль. — Черт, Алек…сандр, — слова застревают где-то в горле, Магнус просто тянет Алека к себе, он нуждается в его губах, ему нужен поцелуй, как глоток воздуха. Алек прокладывает дорожку поцелуев от паха до губ. Магнус толкается своим языком в горячий рот, собирает собственный вкус и окончательно теряет голову. Он растегивает штаны брюнета и спускает их. Алек сжимает оба члена в ладони и, стиснув зубы, начинает двигать ладонью. Обводит большим пальцем головки и размазывает естественную смазку по гладкой коже. Кажется, Магнус окончательно задыхается, он закатывает глаза и с громким стоном кончает, Алек следует за ним. Все мышцы в теле расслабляются. Они продолжают лениво целоваться, пока Алек не тянется за собственной футболкой и вытирает их. Магнус благодарно улыбается и переворачивается к нему спиной. Алек обнимает его поперек груди и утыкается носом в изгиб шеи парня. Так легко, так хорошо рядом с ним. Так правильно. Кажется, проходит целая вечность, или может быть всего пять минут, прежде чем Алек задает вопрос. — Почему ты соврал насчет сыворотки? Магнус напрягается в его объятиях, но не делает попытки отстраниться, что однозначно радует Алека. — Мариз и Роберт рассказали мне все. Магнус, пожалуйста, скажи мне. Я готов услышать все. Магнус разворачивается к нему лицом и, коротко поцеловав в губы, встает с постели. Он надевает штаны, потом тянется к футболке. Беспомощно смотрит на нее, а затем бросает обратно на пол. Идет к шкафу и достает оттуда толстовку. — Одевайся, поговорим на улице. Алек быстро натягивает брюки и, одолжив у Магнуса чистый свитер, выходит за ним на улицу. Прохладный ветер окутывает тела парней, охлаждая разгоряченную кожу. Магнус садится на ступеньку, Алек устраивается позади него, чтобы снова обнять, не дать замерзнуть. Они молчат некоторое время, а затем Магнус начинает говорить. — Я тоже не помню свое детство, — голос тихий, Алеку приходится напрячь слух, чтобы услышать его. — Я не помню ничего, из того, что происходило со мной в первые восемь лет. Вернее, не помнил до встречи с Асмодеем. Я помню, как он меня избивал, как кричал на мать, как вместе с Валентином издевался над ней. Но тогда, когда мы сбежали от них, я вспомнил кое-что. Вспомнил веселый момент. Я был четырехлетним ребенком, может больше, не знаю. Мы с мамой играли, а потом к нам присоединился Асмодей, он был веселым, улыбался, целовал маму. Я не знаю, что это было, но это определенно из моего детства. Это был я, моя мать и мой отец. Когда-то мы были настоящей семьей. Магнус делает паузу, он долгое время тяжело дышит, а затем продолжает: — Я сделал это с тобой, потому что Себастьян меня просил. Ты ему очень сильно понравился. И к тому же, тебя должен был купить какой-то мужик. Он, кажется, был сутенером. Мы боялись, что ты станешь одним из его шлюх. Я не знаю, почему, но я не хотел, чтобы он тебя забрал. И когда мне попался шанс, я сразу же зашел к тебе. Ты разговаривал во сне, звал Иззи. А я разговаривал с тобой. Просто сидел и говорил, что ты должен забыть обо всем, что так будет лучше. Я говорил, что Иззи — это твой сон. Что все, что с тобой было до этого, все это всего лишь сон. На следующий день, я зашел к тебе вместе с Себастьяном. Он плакал и говорил Валентину, что не хочет тебя терять. Что хочет тебя к себе. Кажется, Валентин действительно любил сына. Он сказал, что оставит тебя, не продаст. Ты был таким маленьким, хрупким, постоянно спал или же плакал. Через пару недель, Валентин забрал тебя домой. Тогда ты уже ничего не помнил, и они были уверены, что это все действия стресса и лекарств. — Где мы тогда были? — Во Флориде. Твои родители тогда еще не были так богаты и властны, они обратились в полицию, но те ничего не сделали. Алек тяжело сглатывает, перед его глазами возникает картина детства. — Не хочу овсянку, она не вкусная. — Изабель хмуро смотрит на родителей, когда тем временем, Алек уплетает свою кашу за обе щеки. — Если ты не съешь кашу, то вы сегодня не поиграете, — строго говорит Мариз, и Иззи, театрально вздохнув, тянется за кашей. — Александр? — Я вспоминаю. Сейчас в моей голове хаос, но я начинаю вспоминать. Магнус смотрит на него с улыбкой в глазах. — Как ты узнал меня тогда, год назад? — Я просто почувствовал. Знаешь, шестое чувство. Алек хмыкает, в этом весь Магнус. — Я серьезно. — Я тоже, Александр. Я просто увидел тебя, и вдруг осознал, что знаю тебя. Алек молчит долгое время. Он одной рукой обнимает Магнуса, а другой перебирает его волосы, вызывая этим табун мурашек по спине Бейна и тихие стоны удовольствия. Он улыбается и думает, как хорошо, что они теперь дома, в безопасности. Магнус поворачивает голову к нему и ухмыляется. Алек поцелуями стирает эту нахальную ухмылку. Магнус начинает тихо смеяться.  — Так ты действительно иллюзионист? — Конечно. У меня даже свое шоу было. Иззи и Джейс часто помогали мне. Алек снова молчит, он хочет задать следующий вопрос. Но страхи, что Магнус снова закроется или же перестанет вообще отвечать на его вопросы, не дают покоя. — Александр, ты можешь спросить все, что хочешь. Я отвечу, обещаю. Алек дергается и, тяжело вздохнув, все же спрашивает: — Кто научил тебя всему этому? — Асмодей. Алек, я многое не помню. Но то, как он учил меня, как показывал, что надо делать, все это я помню. Мне кажется, Асмодей просто захотел оставить у меня только плохие воспоминания и сделал это со мной, — Магнус делает глубокий вдох и откидывает голову на плечо Алека. — В первый раз это произошло, когда я увидел, что какой-то мальчик обижает другого. Я подошел к ним, и просто смотрел обидчику в глаза и говорил. А через минуту он спал, свернувшись калачиком на полу. Это было странно. А потом я действительно привык. Как и ко многим странностям в моей жизни. Алек чувствует, как напрягаются мышцы Магнуса под его руками. Так что, он решает, что на сегодня хватит рассказов и откровений. — Расскажи мне про Иззи и Макса, пожалуйста. Магнус улыбается. Нежно, искренно. Он сосредотачивает свой взгляд в небо. — Иззи прекрасна. Она иногда бывает королевой драмы, но она великолепная сестра. Любящая, готовая сражаться за своих близких ценой своей жизни. Она абсолютно не умеет готовить, и однажды, когда мы еще об этом не знали, она приготовила нам яичницу с беконом. Мы с Джейсом тогда лежали в больнице пару дней. Отравление. — Магнус тихо смеется. — Представляешь? После этого мы её не подпускаем к плите. Сами научились готовить, — он делает небольшую паузу, а затем продолжает: — Она самая лучшая сестра на планете, и самая сумасшедшая. — Вы сильно привязаны друг к другу? — О, да. Мы все четверо готовы пожертвовать всем друг ради друга. Алек знает, что это правда. Он не знаком ни с кем кроме Магнуса и Джейса, но он точно знает, что они действительно готовы на все друг для друга. — Макс — он у нас чудик. Не называй его никогда так, он это терпеть не может. — Магнус снова коротко смеется. — Он обожает комиксы. Читает их постоянно. Обожает Джейса и Саймона. И постоянно ругается со мной и Иззи. Мы его бесим, как он говорит. Но все равно, каждую ночь, когда ему снится кошмар или же ему холодно, он приходит именно ко мне. Устраивается под боком и спит до самого утра, без кошмаров и в тепле. Он наше все. — А Джейс? Какой он? — Ну, ты уже, наверное, знаешь, что и Джейса тоже усыновили. — Алек отрицательно мотает головой. — Оу, ладно. Джейса усыновили, когда тебе было четыре года, кажется. Его родители умерли и Роберт усыновил его, они с отцом Джейса хорошо дружили. Джейс — тот человек, который не то что умрет, а убьет за близких. Он часто бывает засранцем, эгоистом, но он всегда готов помочь. Я помню, когда Иззи познакомила нас с Саймоном, Джейс чуть ли не задушил парня голыми руками. Бедный Саймон заикался целых два дня. — Почему Джейс хотел задушить его? — Потому что он — придурок, который думал, что Саймон обижает нашу сестру. Это было смешно и неловко. Магнус мотает головой и поворачивается к Алеку всем корпусом, освобождаясь из его объятий. Он улыбается и накрывает губы Алека своими. — Пошли домой, мне уже холодно, — шепчет он в самые губы, от чего Алек вздрагивает всем телом. — Ты позволишь остаться с тобой? Магнус улыбается и только кивает. Ночь спокойна. Алек никогда раньше так спокойно не спал. Ему даже сны не снятся. Он обнимает Магнуса со спины и дышит ему в затылок. Магнус доверчиво прижимается к его груди и так же спокойно засыпает.

***

— Вы уверены? Парень стоит, опустив голову. Асмодей зло шипит на него. — Если бы я не был уверен, то не давал бы приказов. — Но почему он? — Так надо. Просто пристрелите его. Пусть парень, наконец, встретит свою мамочку. Охранник только кивает и выходит из кабинета. Асмодей откидывается на спинку кресла и закрывает глаза. — Если ты так хочешь заработать денег, то многому должен научиться. И в первую очередь, тебе надо избавиться от жены и, если понадобится, даже сына. Асмодей в ужасе смотрит на Валентина. Он только сегодня познакомился с этим человеком, а уже начинает бояться его. — Не бойся меня, со временем привыкнешь ко всему этому. Со временем, мы избавимся от них. Из мыслей его отвлекает телефонный звонок. Валентин Моргенштерн, кто бы сомневался. — Что тебе нужно? — Я хочу объединиться с тобой. Я хочу сохранить свою семью. Я… Смех Асмодея не дает ему закончить фразу. — Ты такой жалкий, Валентин. Когда-то, я так же просил тебя, чтобы ты дал мне шанс сохранить семью, но ты был такой мразью, что поставил меня перед выбором. Теперь, иди к черту. Ты будешь гнить в тюрьме. А я буду смотреть на это и смеяться, как ты тогда. — Асмодей! — Встретимся завтра. Тебе будет, что мне сказать. Он сбрасывает вызов, и еле держится, чтобы снова не швырнуть телефон в стену. — Папочка, я тебя люблю. Магнус садится на колени к отцу и протягивает ему кусочек хлеба, который не успел доесть. — Кушай, чтобы быть сильным, и чтобы ты мог возить меня на спине и дальше. Асмодей тепло улыбается сыну и жене. — Папочка, ты грустный. Давайте поиграем в прятки, тогда ты точно больше не будешь грустить. Он целует отца в щеку и подходит к матери. — Мамочка, скажи папочке, что ты его любишь, чтобы он больше не грустил. — Магнус, — женщина садится перед сыном на корточки. — Иди, поиграй, сынок. С папой все будет хорошо. — Обещаешь? — Обещаю.

***

— Магнус! Детский голос заставляет парня подпрыгнуть на месте. Он лежит в своей кровати, все еще одетый. Алек, кажется, уже ушел. — Хватит дрыхнуть, Магнус. Я вернулся, не хочешь поцеловать меня? — Макс? Маленький ты засранец! Магнус хватает его за плечи и крепко обнимает. Потом опрокидывает спиной на кровать и начинает щекотать. Макс заливисто смеется и брыкается в его руках, в попытках освободиться. — Маа…агн…ус… пере…стань… — Эй, хватит баловаться, мальчики. Магнус поворачивается на голос и тепло улыбается сестре. — Не хочешь и меня тоже обнять? Я соскучилась. Она мило надувает губы, от чего Магнус начинает смеяться. Он подходит к Иззи и крепко сжимает её в своих объятиях. — Я тоже скучал, — шепчет он куда-то в макушку. А потом чувствует, как плечи Иззи вздрагивают, и она начинает шмыгать носом. — Сестричка, ну ты чего? Все хорошо. — Ага, у тебя всегда все хорошо. Тебе никогда не больно, и ты ничего никогда не чувствуешь. Конечно, все просто превосходно! Ну и что, что он пытался тебя убить. Ничего, все в порядке! Магнус обнимает её как можно крепче, а потом чувствует слабые объятия на своей талии. Он смотрит вниз и видит плачущего Макса, который прижался к ним. — Видишь? Теперь еще и Макс плачет. Магнус смотрит на нее укоризненно, но все же целует в макушку и тепло улыбается. — Без вас дом был пустым. — Конечно, так и должно было быть. Магнус показывает язык младшему брату. Они не успевают устроиться на кровати, когда в комнату заходят Джейс и Саймон, о чем-то громко споря. — Как ты, дружище? Саймон обнимает Магнуса и легко хлопает его по плечу, от чего тот шипит на него. — Льюис, ты делаешь мне больно. — Прости, виноват. Джейс дает ему ощутимый подзатыльник и садится между Магнусом и Максом. — Ну, рассказывайте. Они выходят из комнаты только спустя три часа. Все с улыбками на лицах. Магнус чувствует себя хорошо. С ними он чувствует себя в безопасности. Иззи долго смотрит на Алека изучающим взглядом, прежде чем подходит к нему. — Можно тебя обнять? Алек улыбается и заключает её в своих объятиях. Макс бросается к ним, требуя к себе внимания. — Ты будешь таким как Джейс? Или как Магнус? Алек смотрит на него непонимающее. — Ну, будешь занудой или нет? — А кто из них зануда? — Магнус, — Макс закатывает глаза и поворачивается к старшему брату. — Зануда. Магнус лишь фыркает и пожимает плечами. — Ну, зато он теплый, — продолжает Макс, подходя к Магнусу. — И рассказывает мне хорошие сказки. И еще он умный, разгадывает все мои головоломки. Он еще добрый. — А я значит злой, да? Джейс обиженно надувает губы. Макс снова закатывает глаза. — Ну, зато ты не зануда. Все начинают дружно смеяться. Без них дом действительно словно пустовал. Завтрак, который, кажется, плавно перешел в обед, проходит очень весело. Все с удовольствием слушают рассказы Макса и Иззи про Лос-Анджелес. Алек постоянно бросает взгляды на Магнуса, а тот нарочно игнорирует их. Маленькая месть за утренний побег.

***

— Ты не смотришь на меня. Алек не спрашивает, он констатирует факт. Магнус сидит у себя в комнате. Родители заняты последними штрихами плана. Иззи и Джейс тренируются с Себастьяном и Клэри, а Макс, как всегда, читает свои комиксы. — Ты сбежал утром. — Что? Я не сбегал. Я просто подумал, что будет не очень удобно когда все увидят, что утром я выхожу из твоей комнаты. Алек садится рядом с ним на кровать и, склонив голову на бок, пристально смотрит на него. — Что? — Ты просто очень красивый. — О, Боже, Александр. Только ты можешь быть таким. — Каким таким? — Горячим, прямолинейным и сладким одновременно. Алек не успевает возмутиться. Магнус целует его. Сладко, горячо. Парни не успевают насладиться поцелуем. Дверь с грохотом открывается и в комнату заходит Макс. Он смотрит на них сначала ошарашено, а потом с хитрой улыбкой. — Я никому ничего не скажу, — он закрывает ладонью рот и быстро-быстро мотает головой. — Просто мама позвала Алека, а с тобой хочет поговорить Себастьян. Он ждет тебя на балконе. Парни выходят из комнаты. Алек вместе с Максом спускаются на первый этаж, а Магнус выходит на балкон. Себастьян стоит спиной к нему. Магнус замечает, как он напряжен. Он подходит к другу. — Что с тобой? — Я не знаю, такое ощущение, что что-то произойдет. Себастьян поднимает на него взгляд и грустно улыбается. — У тебя тоже есть шестое чувство, да? Магнус отшучивается, но он и сам чувствует, что произойдет непоправимое. — Я же твой друг. Может, заразился. — Что тебя беспокоит, Себастьян? — Наши отцы. Мои чувства к Алеку, и его чувства к тебе, — Себастьян тяжело сглатывает и смотрит на Магнуса. — Прости. — За что? Себастьян не успевает ответить ничего. Перед домом останавливается черная тонированная машина и слышится звук выстрелов. Глаза у Магнуса расширяются, а улыбка на лице Себастьяна становится шире.

***

— Все сделано. — Он мертв? — Уверен, что да. Он бы не смог выжить после пары выстрелов в шею и в грудь. Асмодей улыбается безумной улыбкой. Ну, вот и все, одним меньше. — Папочка, мама приготовила нам спагетти, они такие вкусные! Магнус смотрит на отца, тот выглядит странно. Он зло смотрит то на жену, то на сына. — Папочка, ты в порядке? Магнус маленькой ручкой касается его руки и тут же чувствует удар, который выбивает весь воздух из легких. Асмодей мотает головой и тянется к бутылке виски.