Княгиня по неволе

      Звонок с урока прозвенел неожиданно. Странно, но этот звук становится прекрасным, когда звучит в последний раз. Ученики торопливо покидали вещи в рюкзаки и чуть ли не бегом двинулись на улицу. Я последовала их примеру. На деревьях листья постепенно окрашивались в желтые тона, но не теряли своей шикарной кроны. Небо слепило ярко-голубой раскраской, свежий прохладный воздух наполнял легкие, а пение птиц радовало слух. Красота. — Ева!       С детской площадки ко мне шла девушка. Сине-зеленые волосы подпрыгивали в так шагам, а челка полностью закрывала правый глаз. Брелки на рюкзаке мелодично позвякивали. Белый развязанный шнурок от кед волочился по земле. — Я, кажется, просила не выкрикивать мое имя на всю улицу. — А я просила выкинуть эту глупую просьбу из головы. — Катя… — Ева.       Я тяжело вздохнула, пытаясь мысленно посчитать до десяти. Послышалось очередное позвякивание брелков. Школьница, переминающаяся с ноги на ногу, была моей давней подругой. Переспорить ее практически невозможно. Если только не начать угрожать пистолетом или другим автоматическим оружием. Недаром Овен ее звездный покровитель, чтоб он был не ладен… — Евочка обидки? — спросила она. — Прекрати умышленно коверкать слова. Тебе не пять лет. — Посему? — Потому что. — Посему потюмушто? — Я сейчас уйду.       Катя громко рассмеялась. Несколько учеников обернулось посмотреть на объект веселья. Я, человек скрытый, как пещерная мышь, поплотнее закуталась в кофту. — Извини. Все время забываю, какая ты тихоня, — сказала Катя. Ее челка немного растрепалась и закрывала глаза почти полностью, но убирать непослушные прядки никто не спешил. — Так как мы будем праздновать день рождения?       Мы медленным шагом вышли со школьного двора. Погода просто поражала своей красотой. Хотелось немного прогуляться, развеяться. Шесть уроков все-таки сильно давит на мозг. Особенно подросткам. — Мы? — Ева, — Катя закатила глаза, показывая высшую степень раздражения. — Неужели ты хочешь отпраздновать свое шестнадцатилетние одна? Сидя в пустой комнате в растянутой пижаме и играя в глупые игры, как законченный задрот? — Не совсем. Мама купит торт и бутылку яблочного сока. Может, какую-нибудь книгу закажу в подарок. А так да, все верно. — Ева! — Кать, давай проясним раз и навсегда, — попыталась я достучаться до подруги. Если не поговорить сейчас, то потом поезд уедет. Проснусь утром, а над головой десяток шаров и туча незнакомых людей. — Я. Не. Люблю. Праздники. И большие скопления народа. Не хочу гулять с тремя слоями макияжа вечером и ломать ноги из-за высоких шпилек. Никаких фоток, шариков, подарков. Просто оставьте меня в покое. Всего на один день. Потом можешь делать все, что захочешь. Хоть топлес меня снимай. Слова не скажу.       Подруга смотрела на меня обиженно. Будто у нее завтра день рождения, а я отказываюсь на него идти. Наконец она берет себя в руки и со вздохом отвечает: — Это и есть твой подарок?       Утвердительный кивок. Девушка на мгновенье задумалась, но потом привычная улыбка украсила ее лицо. Хитрый огонек в глазах засветился еще ярче. — Заметано. Пожелание с днем рождения и день тишины в подарок! Все как ты хотела.       Перед глазами нарисовалась девятиэтажка, построенная много десятилетий назад из серого кирпича. Во дворе бесились мелкие дети, а на лавочках сидели их мамы и бабушки. Множество машин как бы загораживало площадку от посторонних глаз. — Что-то мы быстро дошли до дома. — Ты не поверишь, но обычно мы приходим к тебе быстрее. — Да? — Конечно! Не успевает прозвенеть звонок, а твои кеды уже мелькают где-то у входа. — Вот видишь как я люблю покой. — Да уж. Ты совсем не похожа на героиню своих книжек. — Так! Книги попрошу не трогать. — Ладно-ладно.       Дверь подъезда открылась с привычным пиликанием. Из нее вышел сосед, держащий в руках пакет с чем-то там. Я автоматически поздоровалась с ним, попрощалась с Катей и заскочила в открывшийся проход. Причем умудрилась все это сделать одновременно. В подъезде долго находится, изнывая от скуки, не пришлось. Лифт приехал быстро и отвез на нужный этаж без заминки. — О, привет.       Мама как раз выходила из квартиры. Судя по холщовой сумки в руках (пакеты мы не признаем) она направилась в ближайший супермаркет. — Привет, доча. Ты как раз вовремя. Пропылесось квартиру, а то вечером бабушка твоя с дедом придет. Неудобно при них по такому грязному полу ходить.       Слово «грязный» у мамы ассоциируется со всем, что не чистили больше суток. Коврик перед дверью лежал белый, а тряпка для мытья полов всегда была поглажена. Вот такая у нас она чистюля. Клятвенно пообещав родительнице все сделать к вечеру, я зашла домой и, со стоном удовольствия, скинула кеды. С кухни выбежал жирная кошка Ляля и с диким ором попытался расцарапать дверь в прихожей. — Лялечка, что с тобой?       Попытка разговорить котейку не увенчалась успехом. Может загуляла? А что, время подходящее. Тогда надо дать ей немного кошачьи препаратов для «этого» дела. Не хватало обзавестись десятком пищащих котят. Кажется мама убирала таблетки в мою комнату на шкаф.       Дверь комнаты оказалась чуть приоткрытой. Она иногда открывалась сама по себе, потому как замок едва держался на хлюпеньких болтах. Я толкнула скрипучую паршивку и… застыла на месте. Вам когда-нибудь приходилось видеть анал? А в сто раз больше обычного? Нет? Хотите посмотреть? Тоже нет? Жаль. Мне сейчас просто необходимо поделиться впечатлениями.       Гигантская воронка темно-красного цвета, так похожая на задний проход, возникла прямо из стены. Я от удивления не успела испугаться. В комнате стояла гробовая тишина. Конечно, за исключением тиканья часов и бешеного ора кота. — М-ма-ма… — слова отказывались нормально звучать. Получалось только коровье «мыканье» и ничего другого. Даже мата из себя не выдавить. А так хотелось.       Анал зашевелился и, кажется, стал в разы больше (хотя куда уж там). Потом произошло и вовсе нечто из разряда «необъяснимо, но факт» и эта штука «поплыла» по воздуху ко мне. Руки и ноги отказывались двигаться. Горло сдавили спазмы. Лишь когда необъятная штука подплыла в плотную, начала «засасывать» хрупкое человеческое тело в себя, при этом вытворяя такое коварство под почти человеческий крик кота, в голове пронеслась странная, но вполне понятная мысль:       «Вот ты себе, Ева, и нашла приключения на свое анальное отверстие. Точнее оно нашло тебя»