Арка II. Экстра №1.
10 декабря 2016 г., 07:57
Празднование победы над Варией затянулось – это Тсунаеши понял, когда относил пятый из девяти стаканов с таблетками аспирина, уже четвертый день подряд. И когда он сказал это на утреннем собрании, помятые Хранители и шайка Кокуе даже не пискнули против – слишком сильно болели головы после пьянки.
Решение прекратить праздник было правильным.
За последующие две недели ребята неплохо потрудились, разбирая бумаги, скопившиеся еще при Девятом, и сверяя их со свежими данными от «полевых разведчиков» в лице Кена и Чикусы. Продуктивная, быстрая работа радовала босса так же сильно, как истощала подчиненных.
И, в итоге, все пришло к тому, что они начали искать причины устроить праздник.
До Нового года было далеко, а дней рождений не намечалось, но тут-то и проявилась смекалка – любящего отдохнуть – Мукуро.
— Подожди-подожди-подожди! — излишне экспрессивно воскликнул он. — Хочешь сказать, из-за тренировок и нашего побега мы пропустили твой день рождения, не отпраздновав?
Савада лишь хмуро пожал плечами:
— Я не особо люблю этот день. Это неважно.
Но иллюзиониста уже нельзя было переубедить.
Поставив семью перед фактом, что босс и его соулмейт «исчезают» на двое суток из зоны доступа, Рокудо затащил – не особо сопротивляющегося – Тсунаеши в одну из их чрезмерно богато-выглядящих машин.
Он выглядел воодушевленным, поэтому другой даже слово боялся вставить, видя такую редкую эмоцию на дорогом лице.
Странно, как быстро он привык к этому «преступнику мирового масштаба».
У них было так мало времени, чтобы общаться на обычные темы, слишком много постоянных проблем, и они совсем пропустили тот период, когда должны были просто лежать и разглядывать друг друга, закрепляя мысль, что человек напротив – родственная душа, соулмейт.
Поэтому, несмотря на горы незаконченных дел, Савада сам хотел, чтобы его «похитили». Просто для того, чтобы побыть нормальным подростком, встретившим соулмейта.
У Мукуро, кажется, были абсолютно аналогичные мысли на этот счет.
Он гнал быстро, пока они не пересекли черту Рима. Там пришлось замедлиться из-за правил дорожного движения и кучи народа, наслаждающегося теплым выходным. Они носили эту нелепую цветастую одежду, вслух напевали песни и ни за что не прятались от солнца.
Они выглядели глупо.
И, стоило Тсунаеши произнести это вслух, все пошло по наклонной.
Потому что родственная душа может отличить, когда он врет и хочет чего-то, но боится признаться.
***
Пять магазинов и десять аттракционов спустя, Тсунаеши устало брякнулся на скамейку в своих нелепых фиолетовых бриджах и нелепой ядовито-зеленой майке, полностью испачкавшийся в отвратительно-разноцветном мороженом, которое, в конце концов, упало на асфальт. — Я говорил, что восемь шариков – это много, — чуть обиженно фыркнул шатен и попытался языком дотянуться до сливочного следа на своем подбородке. У него получилось. Розовый шарик был клубничным. Он хотел бы попробовать его еще, но с пола есть совсем уж неприемлемо для Вонгола Дечимо. — Зато было весело. Этой фразой Мукуро оправдывал все происходящее, поэтому, слыша ее уже сотый раз, Савада тяжко вздохнул. — Это неправильно. Сегодня же нет праздника, — все-таки, нашел, что ответить, он. Увы, в спорах победа всегда была за иллюзионистом. И сейчас тот уселся рядом, закинув руку на спинку скамейки, словно ненавязчиво обнимая чумазого подростка. — Тогда ты можешь считать это нашим первым официальным свиданием, — сказал он и поймал лицо соулмейта в руки, чтобы тот не дергался. Как оказалось, если избавляться от одной проблемы – вроде следов мороженного – с помощью Мукуро, то можно обзавестись второй. И тогда уже поможет лишь рука и ближайший туалет. А вслед еще долго будет доносится хохот иллюзиониста.
