Не забывайте, – что мир полон чудес. Дмитрий Блейк " Пыльца фей"
У каждого наступает такой момент, когда детство заканчивается. Одна дверь закрывается, но другая открывается. Сказка, в которой ты жил, прекращает быть реальной и ты покидаешь ее. Тебе больно и печально от того, что легкая часть жизни осталась позади, что теперь ты обязан выполнять обязанности, учиться, самостоятельно принимать решение. И это тебе не выбор между шоколадным и пломбированным мороженым, тут все серьезнее. Каждое твое решение имеет влияние на твое будущее, вплоть до выбора рубашки. Выберешь любимую — будет хорошее настроение, так что какая-нибудь плохая новость просто сделает тебя грустным, но не более, а если выберешь самую нелюбимую, единственную чистую рубашку в шкафу, в которой тебе не комфортно, то настроение будет подобающим и даже самая мелкая проблема сможет уничтожить тебя, и мокрого места не оставив. Это называется ответственность. Одна из самых противных вещей, с которыми тебе придется столкнуться. И, может, морально ты еще не дорос до принятия таких серьезных решений, но тебе все равно придется этим заниматься, ибо всем будет все равно, что и как твориться у тебя в душе и готов ли ты вообще к взрослой жизни или нет. Надо. Это единственное, что тебе будут говорить в ответ на твои жалобы и капризы. Так что тебе лучше взять себя в руки и, если не обзавестись внутренним стержнем, то хотя бы создать иллюзию, что он у тебя имеется. В один день ты и сам в это поверишь, и тогда жить станет гораздо легче.***
Вот и странным детям пришлось научиться имитировать наличие духовных сил и стойкости. Их имбрину забрали, ей угрожает опасность, но дети не знали, как помочь, ибо и самим себе помочь не могли, они все еще находились в такой же опасности, как и мисс Сапсан. Никто не поверил мистеру Беррону, они понимали, что как только тот получит желаемое — имбрину — то сразу же натравит на них пустоту. Единственное, что помогало им быть на мили-шажочка впереди — это вторая имбрина, мисс Зарянка, которая притаилась в гостиной, пока мисс Сапсан прощалась с детьми. Это была так же одна из причин, почему мисс Сапсан покорно согласилась на условия твари. Естественно, в эту чушь про «возьму то, что мне нужно и спокойно уйду» она не поверила, но, чтобы спасти Джейка, ей пришлось сделать вид, что она действительно настолько наивна. Она знала, что у детей будет шанс выжить, только если Джейка освободят и руководство над детьми на себя примет мисс Зарянка. Как бы больно Альме не было, но самопожертвование — единственное, что спасет ее дорогих странных детей. После ухода мистера Беррона дети были в панике. Им было страшно и они не знали, что делать. Джейкоб попытался взять ситуацию в свои руки. — Солнце уходит. Снаружи вы не увидите их тени. Мы должны остаться здесь — только здесь у нас есть шанс. — Я согласна, — поддержала парня мисс Зарянка. — Дети, где мисс Сапсан хранит свое оружие? Енох показал на кабинет имбрины и вместе с Джейком пошел за арбалетом. Остальные стали проверять, чтобы все окна и двери были закрыты, на случай, если к ним нагрянет пустота. Бронвин забаррикадировала диваном дверь; ребята вооружились всем, что у них было. Но тут подготовку к сражению прервал телефонный звонок. Звонок, который раздается в доме каждый день, минута в минуту. Звонок от человека, который поклялся защищать странных детей по всему миру. От человека, которого в реальном мире уже нет, но его молодая версия все еще существует 3 сентября 1940 года*. Человек, чей внук сейчас пытается спасти своих друзей. — Тебе стоит ответить на звонок, — взволнованно проговорила Эмма. Девушка знала, что Джейкоб еще не полностью уверен в себе и в своих силах, поэтому посчитала, что этот звонок должен придать ему сил и уверенности. Парень, ничего не подразумевая, отдал Эмме оружие, которое было у него в руках, и побежал к телефону. В трубке раздался голос мужчины с ярко выраженным польским акцентом. У парня в груди все сжалось. — Алло, это Эйб, кто говорит? — Эм, — парень замешкался, не зная что ответить. Он так хотел еще раз поговорить с дедом, что когда такая возможность представилась, он не мог подобрать слова. — Вы… Вы меня не знаете, я. Я Джейк… -Ааа, новенький! — радостно проговорил тот. — Добро пожаловать в семью, Джейк. Я должен идти, так что скажи мисс Сапсан, что я на воздушной базе и я в порядке. — Я хочу тебе сказать, — парень не мог сдержать слезы, слишком много всего накопилось в душе. -Что я скучаю. Если я разочаровал тебя, то мне жаль. Ты самый лучший дедушка в мире. Мужчина промолчал. Но в сердце что-то кольнуло, будто он и вправду был знаком с этим парнишкой. Джейкоб бросил трубку. Слова были лишние теперь, все, что нужно, он уже сказал. С плеч будто гора спала. Парень почувствовал себя освобожденным. Голос любимого человека придал ему силы и решимости. Теперь он не сомневался в своих решениях. Теперь он знал, что должен делать. Он взял арбалет, весящий на стене, и пошел помогать своим друзьям, своей семье. Все входы и выходы были блокированы. Дети сгрудились у стены, готовые к бою. Адреналин в крови зашкаливал. Мисс Зарянка начала диктовать правила, но, дойдя до садового инвентаря, который в основном и был в руках детей, вдруг ниоткуда явилась пустота и швырнула имбрину на улицу. Дети завизжали и еще крепче сжали свои лопатки и кирки. Джейк поспешил поднять с пола арбалет, который выпал из рук мисс Зарянки. Он наставил его прямо на пустоту, пожирающую имбрину. Остальные лихорадочно искали хоть кусочек тени, который показал бы местонахождение пустоты. Закончив с «едой», пустота пролезла через дыру в стене, которую сама же и создала, и направилась в сторону детей. Те могли лишь слышать ее, но не видеть, от чего становилось еще страшнее. И только Джейкоб видел мерзкие щупальца пустоты, которыми она хотела заглотать своих жертв. Парень не успел среагировать, вместо него это сделал Енох. Тот подбежал к столу, в надежде сделать хоть что-то, но пустота уже ждала там, и как только парень приблизился, она схватила его своими языками и подняла в воздух, предвкушая трапезу. Дети закричали, парень пытался высвободиться. Но пустота лишь начала трясти его из стороны в сторону. Джейкоб приказал ребятам бежать на чердак, а сам прицелился в монстра. Он никогда не стрелял до этого момента, плюс боялся задеть друга, поэтому долго мешкал. Нажав все-таки на курок, он попал пустоте в плечо. Особого вреда это ей не принесло, но зато она отпустила Еноха и на минуту потеряла равновесие. Мальчики воспользовались моментом и побежали за остальными. Они залезли уже через дерево, когда пустота догнала их. Джейкоб опять навел на нее прицел. От шока в ушах звенело, он не мог дать отчет своим действиям. В другой ситуации он просто взял бы ноги в руки понесся куда глаза глядят, но сейчас в нем что-то поменялось и тело само принимало решение. Головой он не понимал, что делает, а руками все получалось так, будто стрелять — это его обычное хобби, которым он занимается в свободное время. Три, два, один… Выстрел. Джейк попал уже ближе к сердцу, но все равно немного промахнулся. Пустота была еще жива. Тут над домом пролетел военный самолет и скинул бомбу. Она плавно, но целеустремленно полетела вниз, прямо на крышу дома. Эмма быстро освободила свои ноги от тяжелой обуви, Джейк обхватил ее обеими руками и они прыгнули. Девушка перенесла их на землю, чуть дальше дома. Бомба достигла цели. Произошел взрыв. Петля не перезапустилась. Пустота сгорела вместе с домом. Джейк с Эммой стояли под дождем и смотрели на то, как горит Дом странных детей. Парень понял, что больше никогда не сможет вновь увидеть своих родителей. Он понял, что официально стал странным ребенком, который ведет борьбу за собственную жизнь. Они пошли к берегу, где их ждали остальные. Ребята решили отправиться за своей имбриной на старом, затонувшем корабле.***
На эспланаде творился хаос. Люди кричали, твари пытались атаковать странных детей, усовершенствованные «солдатики» Еноха; скелеты утонувших на корабле, на котором дети прибыли, носились вокруг и неумело сражались. Джейкоб, Эмма, Енох, Оливия и еще несколько других ребят продолжали сражение в здании. Когда Енох склонился над окоченевшим телом Оливии, все сразу стало на свои места. Больше никаких вопрос, противоречий и раздумий. Юноша теперь точно знал, что и к кому именно он испытывал. Он пытался заставить Оливию очнуться, но у него ничего не получалось. Слезы бессилия подступали к горлу. Как много времени он потерял, из-за своей же тупости. Он бежал за одно, хотя «та самая» всегда была рядом. И только сейчас, имея возможность потерять ее, он понял, как же сильно любит эту странную рыжеволосую девушку. Он понял, что именно она является всем его миром. Парень осознал, что единственное, не позволившее сойти с ума за все эти долгие годы, это она. Находясь на волосок от смерти, Оливия все-таки добилась своего. Но кому нужна победа, когда нет возможности насладиться ею? Девушка чувствовала, как лед пробирается к ее сердцу, как ее внутренний огонек замерзает. Голос парня казался таким далеким, как за стеной. Очень хотелось спать. Усталость окутала все тело. Бороться сил уже не было. Даже слеза, которая так сильно хотела пробежать по щеке девушки, превратилась в маленький кусочек льда, так и не покинув глаз. Все вокруг потемнело и потеряло смысл… Енох продолжал трясти Оливию, но все безрезультатно. — Прости меня, Оливия, — дрожащим голосом прошептал он. — Я всегда относился к тебе как к должному, не понимал, как мне повезло… Я привык, что ты всегда рядом, и не осознавал, что… Парень не смог договорить. Да и смысла не было. Словами не выразить, что он чувствовал сейчас. И впервые, парень сделал самый верный шаг: он осторожно нагнулся и нежно поцеловал девушку. Оливия сквозь сон ощутила тепло на своих губах. В голове резко вихрем закружились мысли. Сердце учащено стало биться. Дыхание сбилось. По всему телу прошел жар, мгновенно растопивший лед. Девушка резко очнулась и посмотрела на поникшего друга. — Что ты не осознавал? — спросила она. Енох быстро поднял голову и взглянул на Оливию. В глазах заиграли радостные нотки. Девушка самодовольно улыбалась. Парень также ответил ей благодарной улыбкой. Он помог подруге подняться и крепко обнял. Они оба пытались сдержать слезы радости, но их прервали остальные дети, напомнив об обстоятельствах.***
Дети стояли на эспланаде. Все вокруг было покрыто снегом. Ребята начали поочередно прощаться с Джейком. Между ними стояла загробная тишина. Оливия напоследок обняла парня, а Енох протянул руку в знак перемирия. И хоть они недолюбливали друг друга, но долгое испытание все-таки сделало из них друзей. Как бы то ни было, они успели привязаться друг к другу. Отойдя от Джейка, Енох нежно взял Оливию за руку и они вместе вошли на палубу корабля. Портман удивленно посмотрел на них. При других обстоятельствах, он бы точно улыбнулся, но сейчас было совсем не до радости. Тут подошла очередь Эммы. Девушка робко подошла к нему. Она пыталась скрыть боль за фальшивой улыбкой. Парень попытался все объяснить Эмме, но та его спокойно перебила: — Ты любишь своего дедушку, ничего не нужно объяснять. — Нет, я обещал мисс Сапсан, что позабочусь о вас. Она ранена, и у вас больше нет петли… — Она поправиться, — вставила девушка. — А до тех пор, мы поживем в 40-м… Будем взрослеть день за днем как обычные люди, что даже неплохо… — Слушай… А как же чудовища? Кто сможет защитить вас в случае чего? — Нам не нужно, чтобы ты все время нас защищал, — девушка нежно посмотрела на парня. — Потому, что мы поверили в себя. Благодаря тебе, Джейк, — она сделала акцент на слове «тебе». Парень обессиленно обнял Эмму. Они прижимались друг к другу, не отпуская. Обоим было крайне сложно прощаться. Но девушка понимала, почему Джейк принял такое решение. У него появилась возможность вернуться домой, где его будет ждать живой дедушка, и жизнь снова станет обычной, только наполниться еще более новыми красками. Каждый из странных детей готов был отдать все, что угодно, ради такой возможности. Так что Эмма не осуждала Джейкоба. Девушка прощально одарила его взглядом и зашла на корабль. Джейк стоял снаружи и тупо озирался по сторонам. Он так хотел вновь увидеть дедушку, но когда ему представился такой случай, но не был счастлив. Он хотел обычной жизни, но понимал, что никогда не сможет наслаждаться ею. Через несколько дней ему станет невыносимо скучно и тоскливо, и сердце наполниться болью. Ему будет не хватать этих ребят, этого мира. Ему будет не хватать Эммы.***
Они стояли на капитанском мостике. Джейкоб, запыхавшись, пытался рассказать Эмме, как именно он нашел их. Он не смог бросить их, ее. Эмма смотрела на него и поражалась. Джейк продолжал рассказ, как вдруг она прервала его долгожданным поцелуем. Она знала, что он больше не бросит ее, а он знал, что она единственное, ради чего он готов жить.Корабль готовился к отплытию. Для детей это было не концом — а лишь началом их долгого, захватывающего, но опасного путешествия. *В книгах указано 3 сентября 1940 года , а в экранизации — 3 сентября 1943 года. Я использовала дату из книги, ибо считаю ее каноном.