My shelter

Парнишка отбивался изо всех сил, но мужчина был намного сильнее его. Морти не хотел сдаваться, но, кажется, выбора уже не было. Неужели в этот раз это действительно произойдёт... Сколько раз Смит был в шаге от изнасилования? Сначала этот мерзкий Мистер Желатин, потом Слизнещупалец с планеты слизней, затем инопланетянка по имени Шайрен, очаровательная улыбка которой таила за собой огромную пасть, полную торчащих во все стороны зубов. Пару раз к нему приставали существа на улице, но тогда Рик был рядом. Учёный всегда имел при себе испепеляющий бластер или какую-нибудь другую штуку, способную разнести на молекулы за секунду. А у Морти ничего этого не было. Да и силы почти уже закончились. «Он просто сбежал! Хотя чему я вообще удивляюсь? Он всегда был трусом». Морти остался совсем один, брошенный на произвол судьбы. У судьбы на этот раз было приятное лицо мужчины средних лет, искажённое похотливой ухмылкой. Большие руки мужчины скользили по худому белому телу младшего Смита, бесстыже лапая того под извечной канареечно-жёлтой футболкой. Мальчишка дрожал и думал о том, что его сейчас просто-напросто вывернет наизнанку от отвращения. — Ты такой хорошенький, — мягко сказал насильник, приставляя нож к тонкой шее. — Будь умницей. Иначе мне придётся перерезать тебе глотку. Холодный металл ножа вдавился в кожу, испаряя все надежды Морти на то, что происходящее может оказаться сном. Одно движение - и его жалкая жизнь вместе с надругательством закончится. После нескольких минут боли, хрипов и захлёбывания собственной кровью. Впрочем, вероятно, надругательство вместе с жизнью не закончилось бы, кто знает этого урода. В любом случае, Морти было бы всё равно. — Заткнись и пусти меня! — прошипел юноша, сильно дёрнувшись и заехав мучителю по колену. Его глаза уже заблестели, наполняясь слезами от бессилия. Мужчина, напавший на него, совсем не был похож на мучителя. Его культурный вид сбивал с толку. Светловолосый, опрятно одетый, с модной аккуратной бородкой. Мягкая улыбка и доверчивый взгляд обеспеченного гражданина, случайно заблудившегося в плохом районе. Такая внешность внушала доверие, а, когда выяснились его истинные намерения, было уже поздно. Судя по тому, как умело он действовал, такое происходит далеко не в первый раз. Кажется, он был каким-то бизнесменом или просто видным человеком. Возможно, юноша пару раз видел его по телевизору. У богатых свои причуды. Кто-то в поисках острых ощущений покупает бассейн с акулами. Кто-то нападает на прохожих в подворотнях. — Как печально, что твой спутник сбежал, не считаешь? — Блондин улыбнулся, расстегивая джинсы паренька, — Поступил, как самый последний трус. Зато оставил мне самое сладкое. Я мог бы тебя просто прирезать, но... Почему бы не взять от жизни всё? Несчастный Морти уже почти перестал сопротивляться. Его начало трясти. По щекам текли слёзы, он не мог сказать ни единого слова. Младший Смит зажмурился. Даже отвернуться он не мог, потому что к шее всё ещё прикасалось холодное лезвие ножа. Кричать нет смысла. В эту холодную подворотню поздним вечером никто не решится сунуться, и помощи неоткуда ждать. А зов на помощь может разозлить насильника и подстегнуть его к скорейшему завершению дела. — О. Надо же. В твою юную попку уже что-то вставляли? Или ты сам? Так даже интереснее, — Светловолосый мужчина провёл рукой между его ягодиц и облизнулся. Смит весь сжался от этого действия. — Прошу Вас, пожалуйста… — взмолился парень, но никто его не послушал. Да и надеяться на то, что послушают было, мягко говоря, очень глупо и бессмысленно. — Разве можно отказаться от такого? Ему оставалось только вытерпеть всё это. Морти снова зажмурился, пытаясь убедить себя, что находится под действием каких-нибудь Риковых препаратов, что всё это не по-настоящему. Но выдать изнасилование за наркотический приход было более, чем сложно. Слишком уж яркими были ощущения. Насильник, делая своё дело, бесстыдно трогал его, касался губами и языком кожи и шептал что-то пошлое и отвратительное. Глумливый голос извращенца доводил мальчишку до истерики, а запах дорогого мужского парфюма вызывал тошноту. Лучше бы он сделал всё молча и прекратил уже это поскорее... К счастью, это закончилось довольно быстро, потому что спустя несколько минут где-то неподалёку завыла полицейская сирена. Насильник, который уже успел кончить, разбрызгав эякулят по одежде Морти, поднялся с парнишки и застегнул штаны. — С тобой было приятно иметь дело, милый. Захочешь добавки - заходи ещё. Морти лежал неподвижно ещё какое-то время после того, как его мучитель ушёл. Тело ныло, его била крупная дрожь, и осознание произошедшего наваливалось на него постепенно, придавливая к холодному асфальту. Когда холод стал уже совсем невыносимым, подросток с трудом поднялся, натянул перепачканные чужим семенем штаны и, тихо хныча, поковылял в сторону дома. Идти было трудно. Он чувствовал невероятный стыд и отвращение к самому себе. Мысль о том, чтобы обратиться в полицию, казалась ему сейчас издевательски глупой. Над ним только посмеются. И младший Смит слишком слаб, чтобы противостоять кому-то, вроде того бизнесмена, у которого наверняка на такой случай есть нужные связи и деньги. Он постепенно ускорял шаг, а потом и вовсе побежал, обхватив себя за локти и прячась, увидев кого-нибудь из редких прохожих. Ему совсем не хотелось, чтоб кто-нибудь заметил его в таком виде. Растрепанный, заплаканный, грязный, в порванной футболке и запачканных джинсах. Домой он зашёл через чёрный ход. Быстро забежав к себе в комнату, он запер дверь изнутри - памятуя о том, что некоторые имеют привычку заходить без стука, он совсем недавно привинтил щеколду. Упав на кровать, младший Смит зарыдал, обхватив свои колени. Мерзкий. Слабый. Запятнанный. Наверное, ему никогда не было так стыдно за себя. «Рик…» — Мам! Мам! Морти опять ревёт! — Саммер, которая находилась в соседней комнате, услышала его. Иначе и быть не могло. Между ними была самая тонкая стена в доме. Старшая сестра стукнула в стену кулаком. Её всегда раздражал плач, хотя она ни разу не удосужилась узнать его причину. Вскоре в его комнату постучалась Бэт. Нет, только не она. Её юноша хотел видеть меньше всего. Между ними были неплохие отношения, но... Такого она знать не должна. — Морти, милый, что произошло? — У... ух-ходи, мам. Всё нормально, — Морти пытался скрыть свой плач, но выходило не очень хорошо. Голос всё ещё дрожал и срывался. — Морти! Открой дверь! Морти! — Мать продолжала стучаться, но парень уже никак не реагировал на шум. Он завернулся в одеяло с головой и плакал, поджав под себя ноги, стараясь стать как можно меньше, а лучше бы и вовсе исчезнуть. «Рик… Рик…» *** Санчез сразу же заподозрил что-то неладное, когда Джерри вернулся раньше времени и без Морти, оправдываясь тем, что парень решил досмотреть фильм до конца, в то время как старшему Смиту он попросту надоел. Наснимают всякого бреда, у любого взрослого от этих новомодных супергероев просто мозги кипят. Так же, по словам Джерри, они с Морти поругались. С одной стороны, звучало довольно правдиво, а с другой... Старший Смит ещё минут сорок назад заливал о том, что он должен больше времени проводить со своим сыном, которого он почти не видит из-за «идиотских и опасных» приключений Рика, а потом так легко смог просто уйти? Вдобавок Джерри как-то странно себя вёл. Или он всегда так себя ведёт? Этот вороватый взгляд и попытки бочком уползти из поля зрения Рика. Как, чёрт возьми, краб, застуканный за просмотром своей крабовой порнухи. Хмыкнув, Рик вытянул вперёд свои длинные ноги, пощёлкал по телеканалам и остановился на новой серии Яйцелюбов. Но сейчас даже любимое шоу почему-то не шло. Всё же ему было как-то неспокойно из-за странного поведения своего непутевого зятя. С его внуком могло что-то случиться. Джерри был тем ещё врунишкой и ссыкуном, а, значит, нельзя было принимать все его слова за чистую монету. Как бы Санчез не отрицал это, где-то в глубине души он беспокоился за Морти. И со временем беспокойство за него всё чаще давало о себе знать. Всё прояснилось, когда вернулся Морти. Мальчишка думал, что его не заметят, прохромал через чёрный ход, всхлипывая и держась за стену. И, видимо, дела обернулись именно так, как и предполагал Рик. В такие моменты учёный ненавидел свою извечную правоту и интуицию. — Мам! Мам! Морти опять ревёт! — крикнула Саммер из своей комнаты. У девушки был довольно громкий голос, а у Санчеза достаточно хороший слух, чтобы расслышать то, что она сказала. Несмотря на то, что Морти был очень неуверенным, обеспокоенным и часто впадал в истерику, плакал он всё же крайне редко. Его сложно было довести до слёз. Нужно было сказать мальчику что-то очень обидное. То, что сильно бы задело его. Или же должно произойти нечто из ряда вон выходящее и сильно пугающее. Морти плакал, когда Рик назвал его не более чем человеческим щитом. Морти плакал, умоляя вернуться домой, после того, как на том дурацком фэнтезийном приключении его чуть не оприходовал желатиновый король. «Вот срань», — подумал про себя учёный. Ему с каждой минутой было всё тревожнее. Бэт стучалась в дверь своего сына, но тот, похоже, никак не реагировал. В этом не было ничего удивительного. Если случилось что-то действительно плохое, последним человеком, которому ты захочешь что-то рассказать, будет твоя собственная мамаша. Санчез сначала хотел подождать, когда она уйдёт, но потом, после нескольких минут ожидания, понял, что это всё бесполезно. Миссис Смит не сможет просто оставить своего ребёнка в таком состоянии. Тем более, если это её травмированный сын. Мужчина поднялся и подошёл к своей дочери. Положив руку на её плечо, он сказал: — Бэт, я здесь. В-всё нормально. Я с ним поговорю. — Взглянув в её недоверчивое лицо, он твёрдо кивнул в ответ на невысказанный вопрос. — Можешь заниматься своими делами. Бэт отошла от двери без возражений. Миссис Смит прекрасно знала о том, что её сыну намного спокойнее рядом с её отцом. Материнский инстинкт материнским инстинктом, но Бэт была не дурой и понимала, что Морти был сильно привязан к своему деду, поэтому наверняка охотнее расскажет ему о произошедшем. Рик вытащил Портальную Пушку из внутреннего кармана своего лабораторного халата и открыл портал в комнату юноши. Быстро зайдя, он тут же закрыл портал, чтобы никто не мог больше их потревожить, ни передумавшая Бэт, ни, сатана его забери, придурок Джерри. Один шаг, и Рик уже стоит перед постелью младшего Смита. Паренёк лежал на своей кровати, свернувшись в маленький комок и укутавшись одеялом. Он то и дело всхлипывал или тихо подвывал. Похоже, дела обстоят намного хуже, чем предполагал Рик. Морщинистая рука с тонкими длинными пальцами мягко погладила тёплый комок. Санчез почувствовал, как Смит напрягается и подрагивает от его прикосновений. Что же произошло с тобой, Морти? Кто сотворил с тобой такое? Почувствовав, что зашедшим в комнату человеком оказалась явно не мать, Морти завозился, выпутываясь из своего теплого и душного комка. Его лицо было красным от слёз. Смит потёр глаза, смахнул с щёк солёные капли. Накрывшись одеялом по самые плечи, он положил голову на бедро деда. Рядом с ним было уже не так страшно. — М-меня изнасиловали, — тихо сказал парень, закрыв глаза. По его щекам снова потекли слёзы. Ему не хотелось вспоминать то, что произошло несколько минут назад, не хотелось говорить об этом. Но Рик должен знать. Может... Может, он что-то сделает. Что-то исправит. Сможет наказать виновников. Или хотя бы одного из них, — Это б-было ужасно. Г-Господи, Рик… Санчеза не удивило такое признание. Смит был симпатичным мальчишкой, и к нему вечно липла всякая шваль. Рик старался не оставлять его одного, а, если замечал, что кто-то тянет к его Морти свои грязные ручонки, мог эти самые ручонки и отстрелить. Злополучный педофил, представившийся мистером Желатином, получил разряд из бластера в свою наполненную дерьмом голову, как только представилась такая возможность. Парень об этом так и не узнал - как не узнал и о том, что Рик вообще был в курсе того, что произошло в грязном туалете средневековой таверны. Рука Рика осторожно погладила густые каштановые волосы мальчишки. Тот всё ещё вздрагивал и хныкал, а Санчез мрачнел по мере того, как в его голову приходили неприятные мысли. Опасные приключения не самым лучшим образом влияли на психическое здоровье Морти. Конечно, благодаря времяпрепровождению с Риком ему становилось немного легче, но потом происходило то, что перечёркивало собой всё, лишь усугубив положение. После встречи с Вендиго мальчишке ещё долго мерещились эти отвратительные кровожадные создания. А после того случая на средневековой планете, когда Смит собственными руками вырезал небольшую деревушку, ему пару месяцев снились кошмары, несмотря на то, что Рик ещё дважды повторял инъекцию изобретённого им успокоительного, а потом заставил мальчишку пропить курс того же препарата внутрь. Такие из ряда вон выходящие случаи были редки, но их последствия были ужасающими и накладывались друг на друга, словно кирпичи в растущей стене сумасшествия. — Н-на нас с Джерри напал какой-то м-мужик. Он... Сп-просил дорогу, попросил его... п-проводить, а потом начал угрожать ножом... Потребовал раздеваться... Джерри... п-просто уб-бежал. Он. Он оставил меня! Даже копов не вызвал. П-просто сбежал, — сквозь слёзы проговорил младший Смит. Его голос сильно дрожал, он заикался, но всё же смог объяснить то, что произошло. Он называл Джерри по имени, а не отцом, потому что не может считаться отцом человек, допустивший, чтобы с его ребёнком сделали такое. Морти скорее бы удавился, чем произнёс ещё раз слово "папа". Санчез сжал свободную руку в кулак. Он не говорил ни слова, но было заметно, как учёный разозлился. Да, Джерри Смит был тем ещё трусом и эгоистом. Для этого человека были важны лишь собственные благополучие и безопасность. А то, что происходило с окружающими, по большей части его не волновало. Даже если это были, чёрт возьми, его собственные дети. У старшего Смита не было ни намёка на родительский инстинкт, в нём не было ни заботы ни самопожертвования. По сути, он сам был ребёнком. Большим, избалованным, тупым и эгоистичным. Бэт, ох, Бэт, и угораздило же тебя выйти за это замуж. — Р-Рик... — Смит поднялся, выбрался из одеяльного кокона и, забравшись на колени родственника, обхватил его своими тощими ручонками, — Я не хочу, чтобы... чтобы этот у-урод жил в одном д-доме со мной! Рик, пожалуйста. Я не хочу его видеть! Он. Он ужасный... Ненавижу. Ненави-ижу! Морти тесно прижался к дедушке. Учёный положил подбородок на его плечо и выдохнул. Он продолжал молчать, понимая, что сейчас слова бессмысленны и любые утешения будут выглядеть фальшиво. К тому же, в том, что произошло, есть и его вина. Рик знал, что происходящее сильно влияет на Морти, что он — причина большей части его кошмаров и в то же время единственное убежище от происходящего. Он пытался это как-то исправить, больше быть со своим внуком наедине в спокойной обстановке, проводить время с ним просто и весело, дурачиться иногда, как обычный дедушка со своим внуком. Но, видимо, он старался недостаточно хорошо, поэтому и получилось то, что получилось. Несколько "звоночков" о том, что с его внуком совсем всё не в порядке, уже было и ранее, но Санчез не обратил на это внимания. Всё же у Морти были родители, которые знали его гораздо больше времени и могли наблюдать за тем, как он растёт и развивается. Но эти двое просто считали, что у их сына задержка в развитии, потому что когда-то давно так сказал школьный психолог, у которого, по правде говоря, не было ни намёка на психолого-педагогическое образование. Бэт была слишком занята на работе, а Джерри слишком туп, чтобы понять, что происходящее с ребёнком вовсе не похоже на обычную отсталость. У Морти была психическая травма, которую никто не собирался лечить. Запущенные физические раны гноятся и растут, расплавляя здоровые ткани. Примерно то же самое происходило и с душой мальчишки. Паренёк жался к родственнику всем своим дрожащим телом. Запах инопланетного алкоголя, знакомый запах, которым всегда разило от Рика, немного успокоил его. Смит перестал хныкать и просто всхлипывал иногда. Рик, этот старый алкоголик, близость с которым так не одобрял Джерри, был единственным убежищем Морти от всего происходящего с ним. От ругани в семье, от травли в школе, от чужого безразличия. Пусть порой по вине Рика парень был на волосок от смерти. А боль Санчеза, которую он постоянно пытался заглушить алкоголем, постепенно отступала, когда его внук был рядом. Они оба были друг другу нужны. Они просидели так какое-то время, совершенно потеряв счёт минутам - ровно столько, сколько потребовалось, чтобы нервная дрожь Морти сменилась чем-то, хоть отдалённо напоминающим спокойствие. Взглянув на джинсы внука, Санчез заметил на них характерные белесые пятна. Мысль пришла в голову моментально. К счастью, у учёного всегда были с собой чистые пробирки. Если всё получится, возможно Рик сможет вычислить того ублюдка, что посмел надругаться над его Морти. И как следует наказать его. Нужно лишь собрать материал. А ещё на время нейтрализовать мальчишку, потому что, скорее всего, ближайшие пару недель он не будет отходить от деда ни на шаг. Санчезу ничего не приходило на ум, кроме успокоительного, которое он самостоятельно разработал для Смита. Препарат действовал быстро, был абсолютно безопасен, появление каких-либо побочных эффектов сводилось практически к нулю. А главное - он работал. Учёный вытащил из кармана контейнер с жёлтыми капсулами и протянул их внуку. Парень сразу же узнал это лекарство. После того, как он совершил жестокое массовое убийство, дедушка выдал ему точно такие же и велел принимать их перед сном. Действовали они довольно неплохо, успокаивали почти сразу же, жаль, что от кошмаров не спасали. Морти не любил глотать пилюли, но после произошедшего был готов на что угодно, лишь бы отвлечься от этого. Дай ему Рик наркотики или пойло из собственной фляжки - мальчишка бы не раздумывая принял предложенное. Открыв контейнер, Смит вытащил одну капсулу и проглотил её. Эффект наступил буквально через пару минут. Паренька разморило, он стал вялым и сонным. Глаза слипались. Расфокусированным взглядом он смотрел на морщинистое лицо Рика, и то расплывалось перед его взглядом. Санчез выдохнул и, придерживая его за плечо, мягко поцеловал внука в щёку. Свободной рукой он незаметно от Морти достал из кармана своего халата чистую пробирку, её краем снял с испачканных джинсов парня белую густую каплю, а потом закупорил её пробкой и вернул в карман. Морти сполз с его колен и лёг на кровать, укрывшись одеялом. Лицо его стало почти безмятежным, только хмурая морщинка между бровей расправилась не сразу. Будто и не случилось ничего. Только это внешнее спокойствие было лишь обёрткой. Рик знал, что даже его чудодейственные капсулы не снимут тревогу и страх надолго. Но хоть немного они должны помочь. Санчез мягко погладил волосы мальчишки - тот только моргнул в ответ на это, - и вышел из комнаты. Отдыхай, Морти. Отдыхай, пока дедушка разбирается со всем этим дерьмом. Он покинул его комнату так же, как и в первый раз, через портал, оставив дверь закрытой. Так никто не войдёт к нему и не потревожит. Недалеко от двери младшего Смита стояла Бэт. Женщина была заметно взволнована. Она всё это время просто стояла там, перебирая самые худшие варианты развития событий. И, судя по выражению её лица при виде вышедшего из портала Рика, всё оказалось так же плохо, как и она предполагала. - Морти изнасиловал какой-то у-уёбок, а твой муж-ебанат просто свалил и оставил своего сына на растерзание извращенцу, - Санчез не стеснялся в выражениях. Он был мрачнее тучи. Не задерживаясь около своей дочери, он направился прямо в спальню супругов Смитов, - Этому ублюдку очень повезёт, если он останется жив. - Эм... пап... - Миссис Смит, всё ещё пребывая в состоянии шока, указала на соседнюю дверь, - Он здесь. Ну конечно! Самая тонкая стена в доме. Почему Рик сразу об этом не подумал? Дверь в комнату Саммер открылась с тихим скрипом. Санчез в два счёта вскрыл замок, не пользуясь порталом в этот раз - нечего на всяких говнюков энергию разбазаривать. Его зять, который всё это время стоял у стенки, разделяющей комнату его дочери с комнатой его сына, и, очевидно, пытался подслушать, шарахнулся в сторону. Он уже догадался, к чему всё идёт, поэтому пятился назад, словно загнанное в угол животное. Но бежать ему было некуда. Учёный машинально прощупывал свои карманы, но в них не было ни неонового бластера, ни той шикарной электрической штуки, которая сжигает дотла за секунду. Вообще ничего, чем можно было убить. - Б-благодари своего бога за то, ч-что я оставил свой ёб-банный бластер на столе, - Рик схватил Джерри за шиворот и хорошенько тряхнул его. Учёный бы с огромной радостью удушил бы его голыми руками, но это было бы слишком просто. Нельзя оказывать этому подонку такую милость. Он должен мучиться. Он должен так же страдать, как страдал бедный Морти. Хотя, нет... намного сильнее. - П-почему ты веришь ему? Он ведь просто ребёнок. Н-напридумывал всякого, вот и... - Старший Смит нервно улыбнулся тестю. Санчез даже ослабил хватку на мгновение, настолько он был изумлён этими словами. Как вообще можно было ляпнуть такое? Похоже, что его зять намного хуже, чем учёный думал о нём. - Посмотри на неё, - тихо произнёс Рик. - На что? - Воротник Старшего Смита в следующую секунду был схвачен так крепко, что тот начал задыхаться, - Кх... Рик... отпусти... - П-посмотри на рожу трусливой мрази, Джерри. - Санчез подтащил его к зеркалу и со всей силы врезал головой старшего Смита по стеклу, которое тут же с жалобным хрустом треснуло, - Видишь её? Видишь, сукин ты сын?! Швырнув скулящего гадёныша на пол, учёный отправился в гараж. С Джерри пока хватит, добавку он получит потом, да и Бэт наверняка имеет что сказать своему муженьку. В своей лаборатории Рик наскоро пошвырял в картонную коробку некоторые устройства со стеллажа и вернулся к Морти. Мальчишка всё так же лежал и пялился в одну точку. Из-за стены было слышно, как Бэт орёт на своего мужа, но пареньку было плевать. Оправдывающееся лепетание Джерри было таким жалким. Червяк, а не мужчина. - Ты - чудовище! Как ты мог бросить его там? - Кричала Бэт срывающимся голосом. - Бэт, милая, я могу всё объяснить... - Мямлил Джерри. - Выметайся из моего дома! Вали к своим родителям-извращенцам! Рик небрежно сгрёб в кучу на край письменного стола внука какие-то валяющиеся на нём книжки, тетрадки, канцелярские принадлежности и разложил на их месте принесённые запчасти. За несколько минут он собрал из них громоздкую машину и через скоростной кабель присоединил её к компьютеру собственной сборки, недавно подаренный внуку "для учёбы". Морти не знал о том, что дед установил на этот компьютер пару лишних программ. Одна из них, например, могла провести мгновенный поиск по заданным параметрам во всех медицинских базах данных мира. Чёрт его знает, для чего это, по мнению Рика, могло пригодиться тогда - но сейчас был тот самый чёрт-его-знает-момент. Наверняка, как любой взрослый ответственный человек, мудак-насильник следил за своим здоровьем и хоть раз по какому-либо поводу проходил обследование и сдавал анализы. А этого было вполне достаточно. Пипетка шустро втянула каплю генетического материала, и механизм загудел, работая. Внутри наспех собранной машины трудился бета-секвенсор, который считывал код ДНК быстрее любого подобного устройства в любой лаборатории планеты Земля, передавал найденную информацию в компьютер, а тот уже проводил поиск совпадений. Поиск мог занять долгое время, но Рику повезло. Спустя всего несколько минут на экране высветились данные носителя ДНК. Строки в текстовом поле гласили: Дэвид Дж. Симмонс, а рядом загрузилось фото мужчины со светлыми волосами и с бородкой. Замечательно. Даже сканы паспорта нашлись. Что там у нас ещё в досье? Множество фотографий, где респектабельный мужчина в костюме-тройке улыбается в камеру. Жмёт руки сильным мира сего - если, конечно, называть "миром" Соединённые Штаты. Приобнимает за плечи тощего паренька парой лет помладше Морти на вид. Знаменитый меценат, жертвующий тысячи долларов детским домам. Глава одной из многочисленных организаций, занимающихся помощью проблемным подросткам. Почётный донор спермы. Вот же ушлёпок. - Это он, - из-за спины послышался спокойный голос парнишки. Рик и не заметил, что его внук встал с кровати и подошёл со спины. И, судя по всему, препарат продолжал действовать. Движения Морти были заторможенными, а его голос совершенно не имел окраски, будто мальчишка говорил во сне. Морти обхватил руками Рика за плечи, повиснув на нём своим не таким уж значительным весом, и прижался своей мягкой тёплой щекой к его щеке, впалой и шершавой от пробивающейся щетины, - Спасибо, Рик. Санчез положил свою морщинистую ладонь на мягкую руку Морти и мягко её погладил. - Пока не за что. Но т-тебе не о чём беспокоиться, мелкий, - учёный потёрся о его щёку своей, - Всё будет просто зае... За-замечательно. Нужно лишь немного п-починить тебя. - И тебя тоже, - неожиданно произнёс подросток чуть более тёплым голосом, чем предыдущее наркотически-монотонное бормотание. Теперь они оба знали, что делать и как всё исправить, и можно позволить себе слегка успокоиться и отдохнуть, прежде чем заняться делами. Данные преступника были у Санчеза в кармане, а от рико-правосудия не могли спасти ни связи, ни смехотворные земные деньги. Лишь бы мелкий был в порядке. Но главное то, что Рик и Морти были друг у друга. И лишь благодаря этому они могли спастись. А остальное уже не важно. Пусть сейчас всё и выглядело ужасно - обоим в голову пришла мысль о том, что жизнь потихоньку налаживается.