Демоническая любовь

Инкубы и суккубы − демоны мужского и женского обличья, которые соблазняют людей противоположного пола, обычно ночью или во время сна. Этот миф берет свое начало во времена охоты на ведьм, когда многих женщин сжигали на кострах. Инкубы появляются перед женщинами в образе притягательного мужчины и после полового акта обычно принимают образ демона или колдуна. Подобные действия инкубов и суккубов доводят их жертв до безумия. В моем фанфике инкуб будет создан для того, чтобы соблазнять как женщин, так и мужчин.

Прекрасен лес в своей первозданности. Густые кроны высоких деревьев слегка колышутся под натиском набежавшей под вечер прохлады. Вокруг леса и сверх него блуждает тот самый озорной ветерок, который не отваживается спуститься в тенистую чащу, наверное, боится задержаться там надолго. Последние лучи солнца пригревают сверху зеленые шапки деревьев. А внутри леса всегда тихо; черные тени ложатся под ноги, и приятная прохлада будто трогает руками разгоряченные тела оборотней. Это скорее не тишина, а успокоительный шорох лесного населения. Воздух здесь пропитан тысячами разных запахов, они будто кружат и напоминают о себе приятными ароматами. Вот пронесся, едва послышавшись, запах лесной земляники, а вот — малины. Аромат влажной лесной земли после недавно закончившегося проливного дождя будто накатывается клубками и приятно щекочет ноздри спящих, свернувшихся в комок друг около друга оборотней. Вдруг резко промелькнул запах опасности, и сразу открылись несколько пар желтых глаз, будто и не спали вовсе.  — Кто здесь? — самый младший из стаи сразу подскочил на ноги, устремив взор в тень дерева, растущего неподалеку.  — Успокойся, малыш, — низкий голос отозвался совсем рядом. — Ложись спать, пока еще рано. Молодой оборотень улегся обратно, уютно прижавшись к телу взрослого, и сразу забылся в крепком сне. Их мужественный альфа, Дерек Хейл, совсем недавно похоронил свою мать и теперь сам стал главой стаи. Волк трепетно относился к своим сородичам, оберегая младших и обучая всему, что знает сам более старших. Мать приучила его заботиться о стае, и теперь Дерек, как никогда раньше, чувствовал всю ответственность за своих бет. Оборотень всячески оберегал вновь обращенных и помогал им свыкнуться с их участью, обучая навыкам волков и самозащите. Но никак не мог предположить уже достаточно взрослый оборотень, что к нему явится сам Дьявол во плоти. Случилось это в такую же теплую безоблачную ночь, какими были и почти все предыдущие. Стая мирно отдыхала на своем излюбленном месте в глухом лесу, куда не ступала нога человека. Оборотни хоронились подальше от двуногих охотников, существовавших наряду с ними уже много лет. Дерек волновался за свою небольшую стаю. Многие беты погибали, не достигнув даже возраста совершеннолетия. Он терял их практически каждый день. Нападение совершенно неизвестных ему стай, стрелы охотников известной семьи, различные трагические события — все это делало стаю все более уязвимой. Альфа не знал, что он может еще сделать, чтобы его стая стала самой сильной и могущественной. Он готов был пойти на все ради этого. Однажды ночью, когда круг белой холодной луны в очередной раз показался на черном небе, усеянном мириадами звезд, незаметными шагами к альфе приблизился человек. Дерек был крайне удивлен такому неожиданному появлению, так как люди, конечно же, безумно боялись оборотней, представляя их в невыгодном свете и приписывая каждой бете гибель их членов семей. И хотя все эти выдумки были абсолютной неправдой, никто даже не пытался понять, что вина в убийствах и погибели людей на оборотнях не лежит. Стая Дерека никогда не охотилась на живых существ; они жили своими правилами и устоями, не причиняя неудобств поселениям или деревушкам на окраине леса, соседствующим с ними. Странный человек во всем черном чересчур бесстрашно приближался к альфе. В его темных глазах была заметна уверенность, в походке чувствовалась смелость и сила. Черный плащ, развевающийся скорее от быстрой походки, нежели от незаметного порыва ветерка, навевал безумство мыслей. Дерек поднялся, но, заметив, что никто из его стаи больше не пошевелился, понял, что это вовсе не обычный человек. Оборотни будто были введены в насильственный сон или гипноз, заставляющий их не замечать подошедшего мужчину. Яркие черные глаза незнакомца сверкнули молнией, когда он резко взглянул на Дерека. Альфа приготовился к схватке, но понял, что это абсолютно неверный бессмысленный шаг. Что-то подсказывало ему, что человек в черном плаще совершенно не боится ни его, ни кого бы то ни было. Ему был неведом страх. Зато все те чувства, которые может испытать оборотень или обычный человек, сразу загорелись в теле Хейла. Он остался стоять недвижим, лишь пристально вглядываясь в подошедшего незнакомца.  — Доброй ночи, — приятный голос поразил воображение оборотня.  — Я не знаю вас. Вы пришли с миром? — внутренняя защитная реакция и забота о своих давали знать.  — Смотря с какой стороны посмотреть, Дерек. Кто-то знает меня лично, а кто-то из рассказов, передаваемых из уст в уста, из поколения в поколение, — зачарованным голосом произнес незнакомец.  — Как вас зовут? Мое имя вы произнесли четко, — поинтересовался волк.  — Это опять же странный вопрос, дающий слишком размытый на него ответ. Называй меня как хочешь. Сатана, Мефистофель, Воланд, Люцифер, Баал, Вельзевул. Какое тебе нравится? Я многолик. И у меня есть к тебе дело, — мужчина расправил плащ и присел на землю прямо рядом со спящим молодым бетой. Тот даже не пошевелился, что было слишком странно для чуткого обоняния волка.  — Что вы с ними сделали? — удивленно и со страхом в глазах оглянувшись на всю стаю, тихо произнес Дерек.  — Ничего. Абсолютно. Они просто спят. Не хочу, чтобы кто-то стал свидетелем нашего с тобой разговора. А теперь присядь, у меня мало времени, — незнакомец похлопал рукой по земле, отчего на ней образовались черные пятна.  — О чем вы хотите поговорить? — оборотень уселся рядом с Дьяволом. А именно так он его и назвал в своих мыслях.  — Ты хочешь сохранить стаю, я правильно понимаю? — Дьявол взглянул в глаза волка, чем заставил вздрогнуть оборотня.  — Да, я бы хотел этого. Постоянные нападки охотников и людей истребляют ее с каждым днем. Я боюсь, что скоро мы все исчезнем, голос альфы стал еще тише, появились нотки грусти.  — А мне нужен инкуб. Наверняка, ты не знаешь, кто это. Но для его создания нужна самая чистая и невинная душа. Я предлагаю тебе обмен: ты отдаешь мне одного бету из твоей стаи, имя которого я сам тебе назову, а я в обмен на него даю тебе самую сильную бессмертную стаю и дарую бессмертие тебе. Ты станешь известнейшим оборотнем во всем свете, твоя стая будет пользоваться уважением и привилегиями. К тебе будут приходить за советом другие альфы. Ты станешь бессмертным оборотнем. Дерек окончательно потерял рассудок, слушая все эти соблазнительные речи Дьявола-искусителя, и не мог поверить ему. Волк понимал, что связываться с миром бессмертных — это опасно. Но как же радовали и услаждали слух оборотня речи о том, что он станет известным и бессмертным. Его стая никогда не будет знать бед и несчастий, а особенно смертей. Хейл думал, его мысли роились в голове, будто перекрикивая одна другую. Но кого может назвать Дьявол? Чье имя станет платой за такой щедрый подарок Сатаны? Кого надо было отдать на растерзание? Наконец, волк не выдержал:  — Назови имя того, кто должен будет последовать за тобой, — взор был и несчастен, и вопрошаем.  — Я сделаю это лишь после того, как ты дашь свое согласие на сделку. Иначе я просто уйду, а твоя стая уже завтра же потерпит очередное поражение, — каков же был ужасен приговор Дьявола. Дереку не оставалось ничего делать, как согласиться на эту безумную авантюру, называемую сделкой.  — Хорошо, я согласен, — эти слова дались альфе с трудом. Он понимал, что будет корить себя всю бесконечную жизнь за то, что отдал свою бету на растерзание Дьяволу. Эта должна быть чистая душа, но кто именно ею станет. В стае было несколько молодых оборотней. Дерек боялся произнесения любого имени вслух. Наконец, Дьявол перестал его мучить и четко громко сказал:  — Стайлз Стилински. Он пойдет со мной. Его душа еще не испытала тягот убийства, он еще ни разу не поднял руку на врага и не позволил погибнуть ни единому существу. Он самый чистый из твоих бет, — рука Дьявола поднялась вверх.  — Постой, — кинулся ему навстречу Дерек, — только не Стайлз. Я прошу тебя. Он нужен мне. Я не смогу без него, он…  — Я знаю, ты любишь его, — ужасно ухмыльнувшись, произнес Сатана, — поэтому я и выбрал его. Он молод, чист и слишком тебе дорог. Мне очень поможет то, что его наивная бесхитростная душа хорошо поддастся моральному распаду и будет способствовать созданию в нем нужной мне силе, неподвластной смертному человеку. Из него выйдет отличный инкуб. А без хорошего обмена и суть сделки будет ничего не стоящей. Так что прощай, Дерек. Дьявол исчезал на глазах. Хейл повернулся в сторону мирно спящего юноши, волосы которого всегда торчали в разные стороны, а глаза безумно красиво блестели при луне. Стайлз словно испарялся на глазах следом за Дьяволом. Дерек даже не смог попрощаться со своим любимым молодым бетой. Дикий вой, раздавшийся из горла волка, разбудил остальных оборотней, заставив их вскочить со своих мест и уставиться на альфу. Дерек Хейл находился в агонии, он метался из стороны в сторону по поляне, окруженный светящимся огнем. Оборотни, наблюдавшие ужасающую глаз картину, не могли сдвинуться с места. Все беты, как один, оказались в том же огне, который творил с ними неведомые действия. Беты кричали и молили о пощаде. Вой и крики боли наполнили ночной лес, пугающе действуя на остальных живых существ. Когда все закончилось, Дерек первый пришел в себя. Он оглядел свое тело: руки и ноги целы, но сердце, казалось, бьется с неистовой силой. Силой бессмертия. Беты по очереди приходили в себя, открывая глаза, которые с этих пор светились синим цветом. Ведь за свое бессмертие они расплатились душой Стайлза. И неважно, что сделку заключил альфа, они все оказались виновны в смерти молодого беты. Еще долго Дереку предстояло объяснять своим оборотням о ночном госте, и о том, что теперь он навеки разлучен со своим любимым юношей. Ничто не могло залечить раны на сердце и на в душе, ничто не радовало Дерека, им овладели уныние и безнадежность. Он будто умер вместе со Стайлзом.