Летаргический сон: Жизнь После

18.07.2014 17:05 Прошло уже больше получаса, но никто так и не приехал. Андреев ходил по дому пребывая в томительном ожидании своих друзей. Из всех гостей самым пунктуальным оказался Бутусов. Может, потому что он приехал один и ни от кого не зависит, может от того, что он на такси, а со своими машинами всегда возникают какие-то проблемы. На самом деле, Леша уже привык к опозданиям, которые случались, хоть и редко. Такие задержки были всегда предвестниками бурного веселья или сюрприза.  — Вот что на этот раз у них пошло не так?! Не, ну вообще, я не удивлен, что они постоянно опаздывают — мы так на свадьбе чуть без свидетелей не остались! Но не до такой же степени! — посмеивается Леша, а сам из-за своего потока мыслей не замечает сначала, что в его руках звонит телефон. Когда он видит, что звонит Юра, то сразу успокаивается. С этим товарищем все всегда стабильно нормально, без приключений и смешков. Сейчас вот уточнит как лучше доехать, не поменялась ли дорога, или спросит привезти ли вина, и тут же приедет. — Юр, ну где вы-то есть? Мы заждались! Все остывает! Мы тут скоро начнем дачу перестраивать, потому что нам заняться уже нечем! — закипает от нетерпения Леша в трубку. — Леша! Немедленно говори, на чем приедет Женя! — послышалось ему в ответ практически благим матом от Каспаряна. — Юр, ты чего такой злой? — даже удивляется Леша. — Я сказал, мать вашу! На чем должен приехать Кулаков? — чуть ли не по слогам говорит тот снова свой вопрос. — На машине. Юр, а что случилось? — исправно отвечает тот, а у самого аж глаз уже задергался от такого ора. — На какой машине?! — Странный вопрос, Юр. На своей! Юр, а что случилось? Вы сегодня вдвоем решили меня довести своими шуточками? Одни в пробке стоят ржут! Другой орет, как будто я вступил невовремя! Почему на этот раз так орет Каспарян, как будто Кулакова в Ереване забыли, а у них гастроли. Андреев ничего не понимал, но продолжал спокойно отвечать ему. Потом случился какой-то грохот, треск. Внезапный сбой связи. Тишина. — Алло… Юр? Юр, ты меня слышишь вообще? — продолжает говорить Андреев. Понимает, что его уже никто не слышит. Несколько раз парень смотрит на телефон, но ему уже говорит оператор, что «Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа». — Леша, что случилось на этот раз? — усмехается Слава, предвкушая шуточки своих коллег. Наверняка, устроили какой-то общий сюрприз, как они это любят делать всегда на дни рождения. — Да не знаю. Юра какой-то странный, — пожимает плечами Леша и посмеивается, — Спросил на чем едет Женька. Орет почти благим матом. Я думаю, сейчас придут. Это для них обычная картина, я привык. Не акцентируя внимания больше опозданиях, Леша снова старается помогать Полине с последними приготовлениями. Заботится о жене в ее положении. А Полина шутит над ним и просит не бубнить, как старый дед, из-за опозданий, к тому же время еще совсем рано — впереди вся ночь на веселье, и никто не соберется домой. Отвлек Андреева от помощи снова звонок телефона. Парень уже закатил глаза, потому что эти бесконечные звонки начинают уже его доставать. Особенно в момент, когда ты помогаешь беременной жене накрывать стол на собственный день рождения. — Кто там тебе все время звонит? Я уже ревную, — шутит Полина с улыбкой. Целует его в щеку и интересуется. — Где ребята? У нас уже все давно готово! — Сейчас должны приехать все, — вздыхает он с счастливой улыбкой, потом посмеивается, доставая телефон из кармана джинсов, — Это наверное сейчас звонит Кулаков, надо его встречать хлебом с солью! Они смеются вдвоем. Леша оставляет жену на кухне и идет ответить на звонок в другую комнату, а то опять будут проблемы со связью. Сегодняшний день не перестает удивлять! На этот раз звонила Айя: — Айя? — удивляется Леша и хотел уже подшутить что-то пока в ответ была тишина, но услышал снова Юру, который был еще более странным: подавленным, взволнованным. Говорил Каспарян еще медленнее, чем обычно. Постоянно вздыхал с какой-то слышной дрожью в голосе, пытаясь сказать что-то важное, но ему не удавалось.  — Мы… Я…Стоим на трассе, — слышится Андрееву с длинными паузами между словами. — Юра, тебя очень плохо слышно, какие-то странные помехи. Подожди, я в другую комнату выйду. Похоже, плохая связь. — Леш, выслушай меня, пожалуйста. Здесь авария… Юля…и Женя погибли..., — еле сдерживает волнение Юра, вздыхая через каждое слово. — К-как?! — недоумевает Андреев и кажется ему не хватает воздуха. Он только говорил недавно с Женькой, все было хорошо, они были веселые и стояли в пробке. Сейчас услышанное просто не давало ему покоя, — Юр, это шутка? Ты что-то путаешь! Я звонил им полчаса назад!  — Они ехали по трассе и… — Юра не смог сдержаться, чтобы договорить. — Юра! Этого не может быть! Не может! — будто бы раздосадован Леша и пытается доказать обратно, но потихоньку приходит в себя и пытается понять ситуацию, стараясь сохранять спокойствие при сильном волнении, — Вы где сейчас? Это ошибка! Мы сейчас во всем разберемся! Я сейчас приеду! Такое не могло произойти с ними! — Я кину адрес, — слышится ему в ответ от Юры, который сразу отключается. По телу Андреева пробежала дрожь. Что-то стянуло его тугим поясом вокруг груди. Дыхание перехватило. Застрял ком, который ерзает туда-сюда по горлу, не давая ему даже сказать слова. Он стоял и испуганно смотрел на Славу, который ждал новостей. — Юля и Женька погибли, — наконец-то, чуть ли не задыхаясь, сообщил Леша. Он будто бы и сам не верил в то, что говорил. Андреев растерян, сам не понимает, что он говорит и что нужно делать в таких ситуациях. В глазах Бутусова ступор. Он стоит, уставившись на парня, голубые глаза которого тускнели и блекли с каждой секундой. Внутри что-то резко закололо в области сердца. Казалось, над ним шутят, но на душе было очень неспокойно. Леша тяжело выдыхает, чтобы суметь сказать еще фразу, но не может. Слава видит, как трясет его тело, а глаза начинают блестеть от слез, которые он старается сдерживать. — Леша, рано переживать! Это ошибка какая-то! Подожди, Юра сейчас приедет и во всем разберется! Кто-то что-то напутал! Это ошиблись номером, когда позвонили Юре, или это мошенники, — старается успокоить его Слава, которого самого будто обдали ледяной водой. Он потемнел, беспокойно теребил подбородок и не знал, куда деть себя, расхаживая по комнате. — Юра уже там… — нервничает он собираясь, — Я должен ехать туда. Побудь, пожалуйста, с Полиной. Не хочу волновать раньше времени. Вдруг, это действительно ошибка… Он собирается предупредить Полину о своем отъезде, но сталкивается с ней во дверях. — Ну что, где ребята? Все уже давно на столе. — интересуется она. Леша теребил нервно руки. Был взволнован и даже паниковал. Полину напрягало его состояние. Таким мужа она не видела давно, если вообще видела. — Леш, а что такое? — спросил она на полном серьезе. — Зай, все хорошо. Я должен уехать, — постарался улыбнуться он, а заодно и сгладить обстановку. — У ребят на дороге возникли проблемы, и я должен помочь. Слава смотрел на него, всячески давая понять, что сейчас он совершает ошибку, пытаясь утаить все от Полины. Женщины все чувствуют. Их не обмануть. — Полина, Леша тебе должен кое-что сказать. — исправляет ситуацию Бутусов, окидывая того взглядом. Она вопросительно посмотрела то на одного, то на другого. — Что? — спросила Полина снова, перевела взгляд на Лешу.  — Мне действительно нужно уехать. Позвонил Юра. Там произошла какая-то авария с Женькой и Юлей. Нужно подъехать, разобраться. Ты будешь с Славой, хорошо? Я обязательно позвоню, как мы разберемся. Нужно убедиться, что все в порядке. — старался объяснить Леша так, чтобы не разволновать жену. Однако, Полина чувствует недосказанность даже из его строк. И она не желала мириться с тем, что Леша едет решать проблемы их общих близких друзей. — Нет! Я еду с тобой. — говорит Полина и тут же хватает куртку, начиная собираться. — Какая авария? Почему ребята сами не позвонили? С ними все в порядке? — Там проблемы со связью. Скорее всего у ребят разбились телефоны. Полин, давай ты побудешь дома. Я обещаю, что там все нормально, и я скоро вернусь вместе с ребятами. —выкрутился он и взял ее за руки, пытаясь успокоить. — Я еду с тобой! — снова заявила она. С ней было очень трудно поспорить даже Славе. Он обнял ее, крепко прижав к себе. Ее тело тряслось от переживаний и неизведанности.

****

Они очень быстро приехали на место. Пока они доехали, солнце и тепло сменилось каким-то мелким противным дождем, который барабанил в стекла машины, а небо закрылось черными тучами. За длинной лентой парализованного движения на место было пробраться очень сложно. Пришлось оставить машину неподалеку. Люди, скорая, полиция… Леша закрывал глаза, и ему становилось плохо от увиденного. — Полин, побудь, пожалуйста, в машине. — сказал Леша, поцеловав ее. — Нет. Я пойду с тобой. Я должна знать, все ли с ними в порядке! Ты что, что-то скрываешь от меня? Ты за всю дорогу мне ничего не объяснил! Почему я не дозваниваюсь до Юры?! Что происходит! — кипятится она.  — Нет, ты посидишь в машине. — снова уговаривает он.  — Леша! — выкрикивает она с напором и поджимает губы от того, что злится. Полина открывает дверь и выходит из машины. Леша тяжело вздыхает и спешно идет за ней, не желая оставлять девушку одну. Она упрямая. И с беременностью стала еще более упрямой и несносной. Сейчас у него не было сил и времени спорить с ней, пытаться переубедить. Полина растерянно смотрела по сторонам, пытаясь увидеть Юлю и Женьку. Отсутствие родных людей ее пугало. По телу проходила дрожь, что девушка куталась в куртку и взяла крепче Лешу за руку. В сердце немного отлегло, когда они нашли Юру, который стоял и курил с опущенной вниз головой. Вокруг него было уже полно окурков, и казалось, что каждую затяжку он делал уже монотонно. Вокруг него не существовало никого. Айя будто бы специально ушла и села в машину, не желая ни с кем общаться. — Юр… — позвал его Леша. И только после этого он растерянно обернулся, пожал в ответ Лёше руку, которая была явно напряжена. Андреев смотрит на него с сожалением и пытается узнать хоть малейшую информацию о происходящем: — Ну, что? Как это случилось? Ты что-то выяснил? Где они? Юра как бы пытается показать взглядом, что, мол, отведи Полину, я не могу сказать. Девушка, видя это все, начинает злиться и нервничать, не дав сказать и слова. Все вокруг молчат, что-то утаивают.  — Юр, а что происходит? Вы какие-то сегодня однозначно странные все. Почему вы все молчите? Что случилось? Где Юля и Женя? Их увезли уже в больницу? Значит, нужно узнавать в какую. Ну, Юр, ну стоите тут с Лешей как мальчики маленькие, ей богу! — интересуется Полина. Сама уже готова сама тут навести порядок и во всем разобраться, раз они вот так стоят и просто бездействуют. — Полин, ты только не волнуйся… Тебе нельзя. — начал Юра неторопливо, глядя на нее. — Как не волнуйся? — усмехается она, а потом продолжает достаточно эмоционально, — У вас тут хрен пойми что происходит! Давай разбираться вместе. Я не знаю, кем ты здесь себя возомнил, но это и мои друзья тоже! Я имею право знать, что с моей подругой!  — Полин… — уже в который раз говорит ей Юра и пытается начать свою мысль, но та его будто бы и слушать не хочет. Полине кажется, что тот бессмысленно тянет резину, и если разбираться, то ей нужно делать это самой, чем стоять и слушать лирические отступления. Девушка самостоятельно оглядывает все вокруг, пытаясь понять куда идти и что делать. На дороге искореженная белая машина Женьки. В другой стороне крутится полиция, что-то там измеряя, отмеряя и расписывая, постоянно любопытных очевидцев и стараясь немного нормализовать движение, отправляя всех в объезд. Скорая что-то безутешно разводят руками друг перед другом, загружая свои носилки обратно. Один из врачей или каких-то экспертов направляется к Юре, Полине и Леше.  — Документы и вещи родственникам передайте. Они паре больше не понадобятся. —сообщил он, протягивая пакет с разбитыми телефонами, мужским бумажником, женской сумкой и документами. Полина помотала головой, считая что она сейчас слышит какой-то бред, и ей это все просто показалось. — Какие нам вещи в больницу привезти? Я не поняла, видимо. Вы скажите, что нужно — уточняет она. — Вы не поняли. Заберите вещи и передайте их родственникам. Они молодым людям больше не потребуются. Передайте родным наши соболезнования, — отвечают ей. — Какие соболезнования? Вы что несете! Они живы! Что привезти в больницу! — начала Полина паниковать. Вокруг нее все будто сгущается в туман. Все говорят какую-то несуразицу. — Полин, успокойся. — пытается вмешаться Юра. Леша обнимал ее за плечи, чтобы она держала себя в руках. Ни объятия мужа, ни просьбы Юры успокоиться не утешают девушку. — Здесь одна я такая дура? Будто одна я слышу эти слова! Вы же тоже это слышите! Вы слышите, как этот абсолютно мне не знакомый человек говорит про соболезнования, принося вещи Юли и Женьки! Вы почему ничего не делаете?! Вы все сошли с ума?! — эмоционально выдает Полина и нервно посмеивается. Юра только тяжело вздохнул, хотел как-то ее отдернуть, но не успел, потому что самого накрывала тошнота. На нее и странно смотрит этот эксперт в халате, но понимает, что у девушки шок, и она сейчас не в адекватном состоянии. Он снова обращается к Юре, выписав ему какую-то бумагу. — Завтра можете забирать тела и все организовывать, — поясняет он Каспаряну. — Да…но я не родственник, — говорит тот, кивая головой, — Они просто еще не приехали с отдыха. Его родители экстренно вылетят через час. — Мы соболезнуем, — сказал доктор. Юра снова печально кивает головой. Мужчина в халате прихлопнул его по плечу, стараясь поддержать и выразить сочувствие, и удаляется о них. К Юре снова подлетает Полина, которая пытается разобраться во всем. — Юра! Какого черта, ты молчишь! Где Юля и Женя? Что за цирк? — буквально требует рассказать обо всем она, чуть ли не тряся его за плечо, но ее слух прожигает фраза рядом, когда у того самого эксперта кто-то спрашивает: — Там машину надо эвакуировать, дорогу освобождать. Тела можно увозить? Эксперт кивнул и пошел работать дальше. У Полины от ужаса расширялись глаза, а внутри будто что-то оборвалось. По какому-то внутреннему щелчку она буквально рванула в толпу. — Полина! Туда нельзя! Полина! —помчались за ней Юра и Леша, стараясь ее остановить. Было поздно. Увидев всю картину, девушка остолбенела, а ее глаза наполнились слезами. Тела лежали на асфальте, прикрытые черной пленкой. Из-под нее торчала окровавленная рука, на которой четко виднелась знакомая до боли в сердце татуировка на запястье с музыкальными знаками и нотами, словно какая-то мелодия всего в одном такте. — Юля! Женя! Не-е-е-т! Не-е-е-т! — буквально закричала девушка в слезах, отчаянно отталкивая всех от себя и приземляясь на колени. Ее обвиняли, что она мешает работать. Ее пыталась скрутить полиция, но и от них она вырвалась. Она просто сидела на коленях, держала их окровавленные руки из-под черной пленки и отчаянно кричала вперемешку со слезами. Глядя на нее Каспарян с Андреевым остолбенели от ужаса как в замедленном кино. И это состояние будто бы отбило у них желание увести ее, потому что они сейчас прекрасно понимали ее состояние, как никто из находящихся здесь. — Полина, встань, пожалуйста. Все закончилось… Мы не сможем ничего сделать, Полин, — пытался ее все же отвести оттуда Леша. Но она все время отталкивала его от себя. На каждую его просьбу она отталкивала его от себя на шаг, плакала и просила не трогать ее. Леша ощущает себя просто бессильным и беспомощным сейчас рядом с ней. Юра все-таки ведет себя строже: подходит к девушке, хватает ее на руки, перекинув на плечо и выносит ее за пределы ограждений. Как только он поставил ее на землю, девушка сначала колотила его руками, чтобы он отпустил ее к ним, а потом крепко обнял Полину, так, что теперь она плакала на его плече. — Ну нет! Нет! Это неправда! Нет! — кричала она сквозь слезы. — Полин, мы не успели, …Полин. Я прошу тебя, успокойся. Их нет… Мне правда очень жаль, Полин. Их…нет. — старается он успокоить девушку, но сам еле сдерживает слезы. Полина подняла голову и смотрела на него обезумевшим взглядом, а потом и вовсе потеряла сознание. Юра успел удержать ее на руках. — Кто-нибудь позовите врача! Принесите девушке успокоительного! Моя жена беременна! — закричал Леша буквально в какой-то панике.