Летаргический сон: Жизнь После

21.02.2015 Полина снова нервничает ожидая следователя. Сценарий раз от раза повторяется: сначала было томительно ожидание у кабинета, потом ее все-таки вызовут и станут задавать одни и те же вопросы, а потом она уйдет немного выведенная из себя и со слезами на глазах. Сегодня была какая-то катавасия. Уже 2 часа ее никто не вызывал. Полина даже отменила работу — сорвались съемки. Это заставляло нервничать еще больше. Наконец-то к кабинету подходит мужчина, ранее не знакомый ей. — Вы-Полина Науменко? — спросил он, держа в руках папку с документами. — Я. — ответила она. А сама смотрит на него и не понимает, что ему нужно от нее. Мужчина открывает папку и просит подписать, указывая ей на документы. — Что это? Кто вы? — снова недоумевает Полина. — Документ о прекращении уголовного дела. Напишите, что претензий к следствию не имеете и поставьте подпись с расшифровкой. — отвечает тот занудно и очень ленно, прекрасно показывая, что его это все достало. — Я новый следователь, меня зовут Михаил. Полина тяжело вздохнула и закатила глаза. Ну вот, опять. Очередной сменившийся следователь. У них вечно какие-то причины на это: переехал, перевели в другой район, потому что повысили в должности, находится на длительном больничном, отказался от дела. И еще куча отговорок и оправданий, которые можно внушить молодой девушке. Полина слушает его и начинает раздражаться. — Дело об аварии с Кулаковым Е.В. закрыли вчера. Экспертиза на машину пришла. Он не справился с управлением. Ехал с большой скоростью. Обычная, ежедневная авария. Поверьте, есть дела гораздо серьезнее, которые как раз-таки требуют глубокого разбирательства, а мы занимаемся вашей ерундой! — продолжает Михаил. — Под ерундой у вас принято понимать гибель двоих людей, да? То есть два абсолютно нормальных человека, адекватных ехали в машине, а потом один из них решил поиграть со смертью и превысить скорость? — возмущается Полина. — Мы очень вам сочувствуем, но так случается. Поругались. Были раздражены. Утомились из-за жары. Неисправность машины на большой скорости. Да что угодно, Полина! — перечисляет тот все в таком же тоне и лишь бы она от него отстала, — К тому же, в его крови действительно присутствовал алкоголь! Он сам, если уж выясняться понятным языком вам, замесил эту аварию! — Это какой-то бред! Я не понимаю ничего… Я не понимаю, что могло случиться… Это все не так. Я уже объясняла следователю! Он не пил. Это может подтвердить мой муж — он его близкий друг! — не унималась девушка. Он перевернул лист и стал показывать ей какую-то схему. — Полина, посмотрите, это экспертиза тормозного пути. Скорость 130-140 км/ч. Посмотрите, как поздно затормозил ваш друг, если вообще нажал на тормоз. Вот заключение судмедэксперта. Второй участник — водитель фуры физически не мог ехать с такой скоростью по этой дороге! Существуют ограничения для разных видов автомобилей. — объяснял Михаил, указывая ей на каждый пункт. Полина закрыла на мгновение глаза и вздохнула, чтобы сдержать слезы. Внутри снова все тряслось от волнения. Но она пыталась сохранять себя и вникать во все, как нормальный человек. Правда, казалось, что во всей истории какой-то подвох… — Этот водитель что-то рассказывал? Он же должен помнить хоть что-то. — спросила она спокойно. — У него травма головы. Он сих пор не отойдет от шока и подробностей не помнит. Мы брали у него показания. Но, увы, ничего интересного. — отвечает тот, не желая поднимать этот вопрос. — Вы можете мне показать? — твердо настаивает Полина. — Нет, Полина, мы материалы следствия, протоколы допросов не показываем. Что вы спорите постоянно с судьбой? Я правда вам очень сочувствую, мне жаль вас. — говорит Михаил и держит перед ней документы, намекая ей наконец-то их подписать. У Полина долго не решается взять ручку. Внутри ее что-то отдергивает и говорит не делать это. Она думала, что за все это время здесь хоть как-то разберутся в том, что произошло и прояснится какая-то картинка. А от всего этого она еще больше впадала в какую-то неизвестность. — Если бы ваш друг выжил, его бы посадили. Так что, радуйтесь тому, что есть. Срок был бы не маленький. Надеюсь, нудную статью перечислять не нужно. — продолжает следователь. — Сесть за то, что погибла его любимая женщина? Сесть за то, что виноват водитель фуры? -усмехнулась она. В ответ ничего не последовало. Пожал плечами, развел руками. Снова теряется, чтобы подписать документы. Душа протестует. Ручка падает из руки, как только она берет ее. — Нет. Я не могу так. Пожалуйста, давайте не будем пока закрывать дело. — говорит Полина. — Вы думаете, что между тем, что вы тогда сказали, что кто-то вмешался, чтобы ребенка забрали в детдом и между этой аварией есть что-то общее? — будто усмехается над ней следователь. — Я не знаю! Я не понимаю, что происходит. Я не буду подписывать документы. У меня не укладывается все в голове! Давайте, я приду позже. Извините! — просит она. — Я не могу даже подписать документы, потому что меня смущают факты! Я не хочу соглашаться с этим, и у меня есть такое право! — Хорошо, Полина. Вы успокойтесь только. Хорошо. Если вы что-то узнаете новое, что может помочь прояснить картину, или вы обладаете навыками экстрасенса, то мы с радостью примем вашу информацию! Или же вы наконец-то просто смиритесь с судьбой ваших друзей и оставите их в покое. — говорит Михаил, который пошел ей на уступки, но при этом тяжело вздохнул. — Хорошо. Спасибо. До свидания. — отвечает она. — До свидания… — тяжело вздохнул он и закрыв папку пошел обратно в кабинет. Полина не помнила, как оказалась на улице. Девушка плелась вся в слезах по заснеженным тротуарам, стараясь побольше подышать свежим воздухом. Из раздумий ее вывел Леша, который стоял прямо перед ее носом. — Полин, я тебя везде ищу! Ты почему мне не позвонила! — говорит он обеспокоенно. — Прости, я задумалась. — откликается она, обнимая мужа при встрече. Леша целует ее и проводит к машине, чтобы уехать домой. Всю дорогу Полина молчала.И скорее всего даже дело было не в том, что она сейчас слишком разволнуется, а в голове было столько много мыслей, которые обрушили на нее за все время следствий, и они никак не складывались в единую цепочку. Не уходить в себя не давал еще и Димка, который тоже был в машине. Его Леша забрал из сада, потом они погуляли. Теперь мальчик что-то снова напевал новенькое, заразившись от Леши. Заговорить Полина решилась только дома после ужина, когда они сидели пили чай, а Димка убежал в комнату играть. К тому же с некоторых пор у них до поры до времени дома ноч.ует Юра. И, наверное, еще его присутствие подгоняло Полину заговорить, чтобы тот рассудил. — Они решили закрыть дело. А я запротестовала и не подписала бумаги. — говорит Полина абсолютно внезапно, когда висела тишина. — Почему? — первым спросил Леша, вздохнув. — Потому что их факты никак не складываются в единую картинку! — говорит она достаточно эмоционально, и рассказывает все по порядку. Все то, что ее смущает. — Полин, ну ты же не Шерлок Холмс! Ну сколько тебе лет? Ну куда ты собралась еще рыть? — первым комментирует все Юра. — А это справедливо, например, свалить на Женьку, что он был в состоянии опьянения?! По-твоему, все нормально, да? — как всегда протестует Полина. — Полин, мы ничего уже не проверим. Мы ни с кем из них не поговорим. — говорит Леша, стараясь ее остановить. А то надумает сейчас еще какие-нибудь лишние действия. — Понимаете, меня не покидает ощущение, что что-то произошло. То, чего мы не знаем… У меня вообще складывается ощущение, что я ничего не знаю! — говорит она. — Полин, я не хочу тебя огорчать, но мне кажется, ты преувеличиваешь. То, что они, конечно, сделали заключение про алкоголь, про скорость, это ерунда, я согласен. Но почему ты не веришь, что это была случайность? — отвечает Леша. Она смотрела на него округлившимися глазами, ожидая что вообще-то ее муж ее поддержит. У нее чуть ли не слезы на глазах, мол, спасибо, поддержал. — Полин, давай ты успокоишься. И давай уже перестанем брать и гадать, пожалуйста. Легче от этого не становится. И это бесполезно. — говорит Юра, стараясь ее успокоить и вообще оторвать от ненужных мыслей. — Да? Я ничего не знаю о них! Это парадокс какой-то! Я ничего не знаю о их жизни! Я о каждом из них ничего не знаю! Да я может о тебе ничего, Юр, не знаю! — усмехается Полина со слезами на глазах, — Юр, тебя ничего не напрягает? Очередное недоразумение, да? Я прекрасно знаю, как ты относился к ребятам, но я не понимаю, почему тебе все равно! Каспарян поперхнулся чаем и закашлял. Думал, что сейчас Полина будет говорить о том, что ему хотелось бы слышать меньше всего. Леша окинул девушку взглядом, чтобы уже успокоилась. Полина чувствует себя неудобно, хотя и до этого высказалась не соврав. — Юр, прости, я не хотела. — извиняется она. Тот кивает головой, мол, да ладно, нормально все. Девушка продолжает потом спокойно и воодушевленно толкать свои идеи, — Ребят, я тут подумала. Пожалуйста, не отговаривайте меня! Это сейчас очень сильно необходимо. Я успокоюсь после этого. Я тут нескольких гадалок нашла. Давайте к ним сходим. Пожалуйста! Пусть посмотрят на фото, погадают. Пусть скажут, что было в тот день. Пусть хоть вообще что-нибудь скажут! Я приму это и буду с этим жить дальше! — Полин, какие гадалки?! Ты с ума сошла? — отговаривает Леша, понимая, что это какой-то бред и разводилово. Как можно вообще в это верить? — Знаешь, когда тебя что-то тревожит, а ты не находишь ответ и не знаешь, где его искать, то начинаешь верить во все! — продолжает убеждать она. — Полин, ты же понимаешь, это может быть опасно. Дело не в деньгах, а дело в том, как это может на тебя потом повлиять… — морщится Юра, переживая за нее, просто умоляя не делать этого, не лезть хоть в эти силы. — Ну знаешь ли, если у тебя в жизни ничего не произошло, то у меня были моменты, Юр! Если тебе наплевать, то мне нет! — говорила она эмоционально, отстаивая свою точку зрения. — Полин, ты просто сложила моменты какие-то у себя в голове в сплошную череду несчастий. Прошло уже полгода! Что ты хочешь узнать? Я боюсь, гадалки и бабки экстрасенсы тебе не расскажут, как жили Юля и Женька. — говорит Леша, пытаясь открыть ей глаза. Юра кивает головой, соглашаясь с ним. — Хорошо, я одна пойду. Обойдусь и без вашей помощи! Только с ребенком посидите завтра! Мне ничего от вас не нужно! Я сама все узнаю! — психанула Полина. Опасаясь больше всего за жизнь Полины им пришлось пойти на эту авантюру вместе с ней. Уже поздним вечером, когда Димка был уложен, Полина снова штудировала в интернете всевозможные объявления о гадалках и экстрасенсах, а заодно пила очередную кружку чая. Как ее не пытались укладывать спать Леши и Юра, это было бесполезно. Она сидела и пристально смотрела в монитор. — Ложись отдыхать, юный следопыт. Утро вечера мудренее. — сказал Леша, целуя ее в шею, пытаясь в очередной раз уложить. — Ты очень устала. — Я еще немножечко посижу. — ответила она, слегка улыбнувшись. Он снова ее поцеловал и ушел спать. Попросила всех не мешать ей. Сама еще долго сидела, выписывала номера и адреса, отбирала фото с Женькой и Маяком, которое можно взять с собой. Сама снова вглядывалась в каждый кадр, пытаясь поймать что-то странное или что-то вспомнить. У самой шла очередная кружка на этот раз кофе. Но даже это ее не удержало. Даже Андреев потом сдался и уснул, не дождавшись ее. Юра, который полночи курил на балконе, проходя мимо ночью, обнаружил Полину спящую головой на столе. Его взгляд упал на фото, которое она выбрала и распечатала для завтрашнего дня. Каспарян тяжело вздохнул. Выключил компьютер, взял Полину на руки и решил перенести на постель. На выходе столкнулся с Лешей, который был обеспокоен что его жена еще не рядом с ним. Юра передал девушку ему на руки, чтобы тот заботливо отнес ее в спальню, раздел ее, снял забавную домашнюю мягкую обувь и накрыл одеялом. — Уже утро? Леш? Я проспала? А где Женька с Юлей? Где Димка? — проговорила она во сне с закрытыми глазами, пока Леша укладывает ее. — Спи, все хорошо. Сейчас ночь. Спи. — ответил он, поцеловал ее и прилег рядом, и они уснули в обнимку. Каспарян еще долго сидел на месте Полины, снова включив настольную лампу. Смотрел на фото. Что-то прокручивал свое в мыслях, что-то вспоминал, а потом уходил курить, чтобы прийти в себя и снова возвращался. В какой-то после очередного тяжелого вздоха, он выключил свет и сам улегся спать.

****

На следующий день втроем они отправились по первому адресу. Зайдя в квартиру, Полина учуяла запах жженых свечей. От настороженности, волнения, обстановки и запаха она грохнулась в обморок. Пришлось уйти. По второму адресу женщина долго смотрела на фото и потом сказала, что ничего не видит. Третья не открыла дверь, потому что решила, что это проверка и ее сейчас повяжет полиция. К четвертой пришлось долго ехать куда-то в область. Они подъехали и долго сидели в машине, не решаясь выйти, и смотрели на практически одинокий дом на улице. Его занавешенные окна создавали впечатление, что там никто не живет. Казалось, забраться дальше города было явным умопомрачением. — Полин, ты точно уверена, что нам нужно это сделать? Ты уверена в себе, что хочешь что-то знать? Иногда это бывает очень болезненно и неприятно, — спрашивает Юра, подозрительно оглядываясь вокруг и докуривая сигарету в открытое окно. — Да, пойдем. — твердо ответила Полина. Они втроем вышли из машины и пошли к дому. Им открыла женщина лет 60-ти и пропустила их во внутрь. Полина, оглядываясь по сторонам. Обстановка была тяжелой и очень сдавливающей мозг, что у всех заболела голова почти сразу. Вокруг закрытые зеркала, странные фигуры. Полина крепко цеплялась то за руку Леши, то Юры. Каспарян чувствует себя явно некомфортно и настороженно оглядывается по сторонам. Снова эта дурацкая атмосфера, дурацкий свет, запах свечей и темнота из-за плотных штор. Сегодня от этого уже тошнило. Женщина предлагает Полине сесть перед ней. Ее темные глаза съедают все вокруг и этих нежданных гостей. Больше всего ее напрягает, что девушка пришла к ней ни одна. Глядя на то, как осматривается по квартире Юра, а вслед за ним и Леша, которому от что-то поясняет шепотом, женщина нервничает еще больше. Девушка заметно волнуется. Леша решает сесть с ней рядом, чтобы ее поддержать. — Время идет. Зачем пришли? — спросила гадалка, перекладывая свои карты. — Мы…— начала нерешительно Полина. Но тут же глубоко вдохнула, достала дрожащими руками фото и быстро заговорила. — Полгода назад, наши друзья погибли в аварии. В их машину влетела фура. Все как-то так произошло… Меня не покидает чувство, что что-то не так. Пожалуйста, посмотрите на фото этой молодой пары. Они мои лучшие друзья. Я вроде знаю о них все, но в то же время ничего. Что случилось 18 июля 2014 года? Что с ними было перед этим? Может они ругались? Может у них до этого что-то произошло? Пожалуйста, помогите. Девушка протягивает фото женщине. Леша сжимает руку Полины, видя, что та напрягается. Женщина сначала смотрит на фото, чуть ли не под какой-то лупой, носит его над свечами. — Черноту вижу… Чернота из-за какого-то человека. Разлад. Аварию. Муть какая-то… — начинает говорить та. Все настолько напряжены, что кажется боятся дышать. Каспарян дергает скулами, думая про Айю. Потом женщина каким-то рывком отдает фото назад. Гадалка стала сворачивать свои атрибуты, собирать карты, задувать свечи. Тут кажется все пришли в себя. — Уходите! Я не буду с вами разговаривать. Фото заберите. Плохое фото! Уходите, немедленно! Я сегодня не гадаю! — засуетилась она нервничая. Полина, Леша и Юра удивленно смотрят на нее. Но кажется где-то уже трясутся у всех колени. — Почему? Что случилось? — спросил Леша, не понимая в чем дело. — Мы вам деньги заплатили. — Я сказала, я не буду! Уберите это фото! Достаточно? Сожгите эту фотографию! Немедленно! Убирайтесь вон отсюда! — продолжала та, чуть ли не выгоняя их из своего дома. — Давайте мы вам еще заплатим, и вы скажете нам все, что вы действительно чувствуете, глядя на эту фотографию. Наконец-то объясните нормально, что происходит! — настойчиво говорит Юра, видя, что Полина сейчас пребывает в растерянности. Он достает все деньги, что есть в кармане. — Сколько вам нужно заплатить? — Я сказала, убирайтесь отсюда! Вон из моего дома! — продолжает та. Выхватила из рук и деньги и фотографию и выкинула в камин. — Убирайтесь! — снова повторила она и открыла им дверь. Пришлось уйти. Были неприятные ощущения после такого визита. Полина даже какое-то время сидела со слезами на глазах, шмыгая носом. Полчаса они сидели в полной тишине в машине и просто пили чай, сопровождая все вздохами друг друга, не желая все это обсуждать. Домой вернулись в ступоре. Никто не понимал, что это было. Мужчины хотели уже сказать Полине, что та это все выдумала сама и чего добилась неизвестно. Но девушка, видимо, уже предвкушая эту нотацию, просто ушла в комнату, укрылась одеялом и не хотела сегодня это все обсуждать.