Трофей для победителя

      Том еще застал то время, когда закон и государство не были попраны и пользовались уважением. Застал работающие бесперебойно школы, больницы, застал неразрушенные улицы, помнил, что в то время не было и малой толики от той суммы голодных, нищих, злобных и больных людей, что появилась к настоящему времени — тогда никто не боялся достойно устраивать свою жизнь, ведь еще не было такого риска потерять ее в один момент… Но все это было в далеком, далеком прошлом. Теперь же вокруг творился полный беспредел, и Том так к нему привык, что уже с трудом мог представить, что может быть и по-другому. — Ты знаешь, куда мы едем? — спросил он, рассеянно выводя кончиком указательного пальца невидимые узоры на голой спине Билла. — Грабить и убивать? — предположил тот. — Нет, это мы будем делать по пути… А едем мы в Карантин. Знаешь, что это? — А кто о нем не слышал? — мальчишка скептически хмыкнул. — Что-то из разряда молочных рек и кисельных берегов… Это место вообще существует? Вроде взрослый мужик, а веришь в какую-то чушь…       Несмотря на то, что его священную веру в огромный развитый город, где никогда не было и не будет цереброидов, ненавязчиво подняли на смех, Том все равно был рад, что Билл поддерживает разговор. Раньше главарь банды едва мог вынести слишком любящих почесать языками женщин в своей постели — а теперь все изменилось ровно в противоположную сторону. Его трофей оказался на редкость молчаливым, и иногда из него было слова клещами не вытянуть. Но зато он потихоньку переставал краснеть, как девица на выданье, от каждого прикосновения, и уж тем более давно не разводил соплей…       Мужчина сел на кровати, поджав колени, и с наслаждением вслушался в шум мотора. Несмотря на то, что проезд из того города открыли достаточно давно, он до сих пор не насытился движением, и поэтому приказывал всем ехать как можно быстрее, делая привалы максимально короткими. Сейчас трейлер вел назначенный на сегодня водителем парень, пока Том предавался своим шалостям определенного толка… Кстати говоря о шалостях — кажется, он был вполне готов и ко второму заходу. Секс во время езды весьма ему понравился. — И вовсе не чушь, — фыркнул он, легким движением сбрасывая с Билла прикрывающее его одеяло. — Вот увидишь, когда мы туда доедем… Но до этого еще было далеко — а пока вместо великолепия Карантина Том всего лишь собирался еще раз показать ему, что такое крепкий мужской член… Когда-то он не особо любил целоваться, считая все, что не касалось самого соития, бессмысленной слюнявой возней — но благодаря одному смазливому малолетнему стриптизеру и в этом вопросе его мнение поменялось. — А как же?.. — Билл опасливо покосился на дверь, закрывающую кабину водителя. — Спохватился! — хохотнул Том, сжимая руку на его бедре. — Мои ребята участвовали со мной в оргиях, думаешь, хоть кого-то из них удивит трахающийся босс? Меньше разговоров, больше дела, лапуля… к тому же, твой язык сейчас понадобится совсем для других целей! Кажется, парнишка не сразу понял, что именно от него хотят. Но потом его лицо даже вытянулось от испуга. — Я… я не умею! Я никогда раньше этого не делал… — Ты много чего раньше не делал, — отрезал Том, заставив Билла немного поникнуть. — Ну, хорош, — добавил он чуть мягче, скидывая одеяло теперь уже с себя. — От этого не умирают! Я больше скажу — иногда от умения хорошо сосать может зависеть вся жизнь… Давай, вперед! Я не пьяный клиент в дешевом борделе, за неумение зубы выбивать не буду — только попытайся для начала!       И что с ним только стало? Он мог бы, не колеблясь, поставить Билла на колени и забить ему свой член в глотку силой вместо того, чтобы разводить демагогию — и, наверное, для среднестатистического бандита поступить так было бы вполне нормально… Но почему-то подобный вариант развития событий напрочь отбивал всякое желание заниматься сексом. Юноша, сидя напротив главаря, довольно долго смотрел на его половой орган такими глазами, будто видел впервые — и тот, решив сдвинуть процесс с мертвой точки, с тяжелым вздохом опустил руку на черный затылок, притягивая его голову к своему паху. Послушно прогибаясь под давлением, Билл в конце концов оказался в позе кошки на охоте — на четвереньках и с поднятым кверху задом. Это зрелище определенно пришлось Тому по душе. — Не стесняйся, — прохрипел он, заправляя за ухо трофею прядь упавших на лицо волос. — Поцелуй его… да, давай начнем с этого… Немного поколебавшись, Билл осторожно коснулся губами налитой кровью головки, отчего целая волна горячих мурашек пробежала по телу Тома, и он подумал, что только от этого уже готов кончить… Но, разумеется, закончить, не испытав самое интересное, было бы очень обидно. — А теперь лижи… лижи по всей длине… Полузакрыв глаза, мальчишка медленно и старательно вылизывал член, рисуя кончиком языка контур каждой выступающей венки, и, несмотря на подступающее удовольствие, Том все равно видел, что он скован и боится сделать лишнее движение — поэтому через некоторое время он сказал: — Так, хватит, прервись на минутку! С явным облегчением Билл оставил свое занятие и, зарывшись лицом в смятое постельное белье аккурат между разведенных ног босса, шумно сглотнул — должно быть, у него пересохло в горле. А Том, окинув еще раз взглядом молодое нагое тело, лежащее перед ним в не самой скромной позе, задумался — но мысль свою озвучил не сразу. — А ты знаешь, Билл, чего я всегда хотел, но никогда не мог осуществить? Приподнявшись на руках, Билл покачал головой. — Сейчас покажу, подвинься чуть ближе, еще… Да, вот так. И подними задницу повыше… Сразу два пальца без проблем вошли в еще растянутое с прошлого раза, влажное от семени и смазки отверстие. Для Билла это было неожиданно — сильно вздрогнув, он закусил нижнюю губу, непонимающе глядя на Тома — и тот ответил, не дожидаясь вопроса: — Я всегда мечтал побывать в двух дырках в одно и то же время… Давай, Билл, работай губками, мне нравится, как ты это делаешь…       Ему явно приходилось несладко. Терзаемый членом Тома спереди и его же пальцами сзади, он дрожал, как от лихорадки, по его вискам сбегали капельки пота, и главарь банды в это время еле сдерживался, чтобы не трахать его в рот с полной силой — для подобного вида утех было еще слишком рано. С каждой секундой пик становился все ближе — и когда, наконец, это случилось, Том, вытащив член изо рта Билла, от души кончил прямо ему на губы и подбородок… — Фу, — только и смог сказать последний, совершенно не радуясь такой щедрости, и поймал в ладонь упавшие капли спермы. — Согласен, — буркнул Том, которому стало немного совестно. — Видок у тебя, моя монашка, еще тот… Иди умойся! — свои слова он подкрепил ускорительным щипком за мягкое место. — Мухой! Взвизгнув, Билл спрыгнул с кровати и побежал в ванную, сверкая голыми пятками. Да и не только пятками… Проводив его взглядом, Том устало вытянулся на разворошенной постели. Что-то определенно шло не так, как раньше. Когда в последний раз он чувствовал себя так… легко? И дело было не только в двух полученных за сегодня оргазмах! Было и что-то еще… — Что ты там телишься? Как будто я тебя голым не видел! Я же слышу, что ты все, иди сюда! На цыпочках вернувшись в комнату, Билл осторожно присел на угол кровати, поджав ноги — и почти сразу же его бесцеремонно утащил к себе в объятия Том… — Странный ты человек — вроде одни кости, как в суповом наборе, а тискать можно бесконечно! — заявил он, целуя Билла в макушку. — Не знаю, как ты, а я зверски хочу жрать… Что скажешь? — И я тоже… зверски, — мальчишка едва заметно улыбался. — Лошадь бы целиком слопал… — Значит, сейчас лошадь и приготовим, и, наверное, надо бы позвать нашего водителя к столу, а то целый день за штурвалом, бедный… Только ты сначала оденься и приведи себя в порядок! Еще не хватало, чтобы он на тебя пялился…

***

      Когда у тебя нет за душой ничего, невольно начинаешь ценить простые вещи. Например, такие, как черно-белый телевизор и бутылка пива… Том облизнул губы, наслаждаясь горьковатым вкусом хмеля на них. На экране в окружении джазового оркестра пела женщина с завитыми белоснежными кудрями, лукавым взглядом и ярким, даже несмотря на монохромное изображение, макияжем — ее имя вертелось на языке, но вспомнить его не получалось. Когда она была знаменита — сто, двести лет назад? А может быть, еще вчера? Иногда весь мир виделся ему таким неустойчивым, и даже собственные воспоминания "до" порой казались просто ложью, красивой сказкой, вложенной кем-то в его голову… Главарь банды очень не любил, когда на него находило такое состояние. Живи, пока живется. Успей урвать свое, и убей, не раздумывая, прежде чем убьют тебя… Иначе в эпоху цереброидов выжить было нельзя. Но нет-нет, да и терзали душу глупые сентиментальные мысли, от которых хотелось отмахнуться, как от роя пищащих комаров. Недовольно поморщившись, Том встряхнул головой и потер лоб, пытаясь перенастроиться на другую волну. Его взгляд упал на небольшую выдвижную лестницу, ведущую к открытому люку в потолке трейлера, и он, с раздражением цокнув языком, встал с кровати и полез вверх по ступенькам. — Так, милый мой, что-то ты тут подзастрял! — заявил мужчина, высунув из люка голову. — Ночь на дворе, а он на холодном железе разлеживается… Простудишься ведь! — Еще немного, — даже не посмотрев в его сторону, ответил Билл. Подтянувшись на руках, Том вылез на крышу целиком и, сев рядом с мальчишкой, хмыкнул: — Неужели тебе настолько интересны звезды, что аж глаз оторвать не можешь? — Ну да, — совершенно не смутился Билл. — Они вызывают много всяких мыслей… Быть может, там, за звездами, куда никогда не летал человек, живут инопланетяне? Хотел бы я их увидеть… Кажется, впервые за то короткое время, что они пробыли рядом, Том увидел, что перед ним — ребенок. Пусть и занимавшийся совсем не детским трудом, пусть и вызывающий бешеные приливы желания — но все же ребенок… — Значит, в инопланетян ты веришь, а в Карантин — нет? — засмеялся он, потрепав Билла по голове. — Не надо смотреть так далеко, ищи то, до чего проще добраться… Хотя, и до Карантина путь неблизкий, но он хотя бы не в космосе! — А что там, в Карантине? Что будет там? Честно говоря, Том и сам хотел бы найти ответ на этот вопрос. А трофей, словно издеваясь над ним, ждал разъяснений с таким видом, будто хотел уличить его в незнании. — Понятия не имею, — наконец сдался главарь. — Понимаешь, Билл, Карантин — это как… пункт прибытия. Да, наверное, это что-то вроде конечной остановки, там уже не придется ни за что воевать — надо будет просто наслаждаться тем, что все тяготы остались позади… — И все?! — Билл разочарованно вздохнул. — Скукотища! А все говорят, что там рай как минимум… Как-то я ожидал большего от этого места, если оно действительно существует! К тому же, при жизни дойти до конечной остановки — это совсем не весело… — В твоем возрасте я рассуждал примерно так же, но… — Том развел руками, -… каждому человеку приходит пора осесть! Мне двадцать пять лет, я уже не пацан, и вечно вести разудалую жизнь я не собираюсь. Кто знает, что будет там, за воротами Карантина? Быть может, распущу своих парней и обзаведусь домом с белым заборчиком… И обязательно надо будет отдать тебя в школу, а то выдумал мне тут, понимаешь ли — задом крутить перед мужиками в семнадцать, прости господи, лет, пока другие за партой сидят… — И это мне говорит разбойник с большой дороги? — нахмурился Билл, явно задетый последними словами. — Именно с позиции разбойника я тебе и говорю — лучше уж в школу ходить, чем… ну, ты понимаешь. Я бы все отдал, будь у меня возможность учиться! А тебе, детка, повезет больше, чем мне в свое время… Юноша о чем-то задумался, сосредоточенно грызя ноготь — и, наконец, озвучил свою мысль: — Том… — Чего? — А разве хоть что-то изменилось? Я ведь… как крутил задом, как ты говоришь, так и теперь… Этот вопрос определенно был не из простых. — Ну, в принципе, так и есть… — Том почесал в затылке. — Но, с другой стороны, не все ли тебе равно? Ты не голодаешь, не отдаешься всем и каждому за медный грош, тебя не мутузят до синевы, ты не валяешься в канаве с разорванным на лоскутки очком — так что не забивай себе голову лишними мыслями! К тому же, в школе ты найдешь применение не только своему филею, но и мозгам… Так, все, хватит! Распизделись тут мы с тобой, быстро спускайся в трейлер, холодно ведь!