Разбитая посуда и починенные сердца

      Сэм уже сложил последнюю одежду и всякие безделушки в коробку и начал ее заклеивать, когда услышал звон, как от разбитого стекла, и громкое озлобленное «Сукинтысын!» из кухни. Он пулей выбежал из спальни, чтобы узнать, не пострадал ли Дин. Он остановился прямо в дверном проеме и увидел Дина, который уставился на пол, сжимая кулаки.       – Чувак! Что стряслось?       – Я разбил тарелку, – устало сказал Дин. Он выглядел подавленно. – Хотел разделить посуду, а она выскользнула, и… Я не могу так, Сэмми. Это чертовски хреново.       – Дин, я же не умираю. Всего лишь переезжаю. Я бы остался здесь, но не могу упустить возможность поселиться рядом с кампусом университета Коннектикута. Ты же знаешь, у них сложнейшая программа. Я не смогу ездить туда и обратно на поезде каждый день. И потом, ты ведь можешь навещать меня в любое время. Час на машине, может, два на поезде – и ты у моего порога. Да и кроме того, ты будешь занят в городе, и половину времени даже и не вспомнишь, что меня здесь нет.       Дин пробормотал что-то невнятное, и наконец, посмотрел на Сэма. В его глазах стояли слезы, грозившие скатиться вниз, и сердце Сэма сжалось от осознания, что его старшему брату больно из-за него. Тогда его осенило. Он взял одну из керамических тарелок из рассортированных и упакованных Дином и повертел ее в руках, будто проверяя на качество. Без предупреждения он со всей силы швырнул ее в кафельный пол, наблюдая, как она разлетается на сотни маленьких осколков.       Дин изумленно посмотрел на брата, а потом уголки его рта поползли вверх, складываясь в улыбку. Он схватил кружку и с размаху кинул ее на пол, потом взял в руки чашку и блюдце и разбил и их тоже. Сэм нашел еще тарелку и кружку и швырнул их к скопившемуся беспорядку на полу кухни. Они веселились и хохотали, как дети, подпрыгивая, когда разбивалась очередная посуда со стола. Дин рылся в тумбочке в поисках новой порции посуды для разбивания, когда в дверь отрывисто постучали. Он мгновенно пришел в себя и направился узнать, кто там.       Он открыл дверь и столкнулся лицом к лицу с офицером полиции, поднявшим кулак и готовым барабанить в дверь снова. Офицер был не намного ниже Дина, с волнистыми темно-каштановыми – почти черными – волосами, обрамлявшими его до безобразия привлекательное лицо и скулы. Он был одет в синюю униформу полиции Нью-Йорка, которая эффектно подчеркивала его фигуру и оттеняла прекрасные синие глаза. Офицер поджал свои пухлые губы и нахмурил лоб, авторитетно уставившись на Дина. Как если бы Дин был ребенком, пойманным с поличным с пачкой печенья, его бросило в жар и он начал заикаться.       – Ч... че… эм. Здравствуйте, офицер. Что…ух, чем могу служить? – он не знал, куда деть свои руки, попытался небрежно положить руку на бедро и непринужденно прислонился к дверной раме, но в итоге все равно чувствовал себя неловко под пронзительным взглядом синих глаз. Наконец, он просто встал, сложив руки перед собой, и смотрел куда угодно, только не в глаза офицера Сексуальные Штанишки.       – Мы получили три автономные жалобы от жильцов этого здания. Одна женщина была убеждена, что кого-то в ее доме убивают, – офицер оглядел комнату за Дином, будто пытаясь выяснить, есть ли тут чей-нибудь труп.       – Оу, – это все, на что хватило Дина. Во рту у него было, как в Сахаре.       Сэм вышел из кухни и встал рядом с Дином. Он протянул офицеру руку для рукопожатия.       – Чем мы можем вам помочь, офицер… Новак? – спросил Сэм, прочитав имя на бейджике униформы.       Офицер посмотрел на протянутую Сэмом руку, но не стал ее пожимать. Вместо этого он чуть наклонил голову и посмотрел Сэму в лицо, оценил рост, доходящий до дверной рамы, и его глаза с любопытством метались от него к Дину.       – Как я уже сказал вашему партнеру, – он коротко кивнул в сторону Дина, – мы получили две жалобы на шум и одно сообщение о домашнем насилии. Вы и ваш партнер в порядке? Никто из вас не пострадал? У вас или вашего партнера имеется оружие, о котором мне стоит знать? И наконец, кто-то из вас подвергался домашнему насилию?       Дин и Сэм посмотрели друг на друга и начали отчаянно качать головами, жестикулируя и перекрикивая друг друга.       – Мы не…       – Он не мой…       – О, вы подумали, что…       – Да, то есть НЕТ…       – Фу. Он же мой брат!       Офицер смотрел и слушал их шумные объяснения, и это его чрезвычайно позабавило. В душе он был очень рад, что эти двое не были партнерами. Тот, что пониже, был несомненно горяч с этими тщательно уложенными, светлыми короткими волосами, восхитительными веснушками на носу и шее, уходящими вниз под рубашку. И этими светло-зелеными глазами, идеально обрамленными длинными ресницами. Офицер прочистил горло и поднял руку, призывая к тишине, и братья тут же замолкли.       – Потрудитесь объяснить, что произошло, джентльмены. По закону я обязан рассмотреть каждую поступившую жалобу.       Дин продолжал пялиться, разинув рот, на этого неимоверно великолепного представителя закона, но так и не сдвинулся из дверного проема, даже когда Сэм сделал шаг назад, приглашая офицера в квартиру. Сэм фыркнул и ткнул Дина в плечо, привлекая его внимание.       – Чувак. Подвинься.       Дин мгновенно отвлекся от разворачивающегося в его голове порно-сценария с участием сексуального офицера. Он приподнял брови и одобрительно кивнул, разглядывая подтянутую, скрытую униформой задницу офицера, пока тот проходил мимо него в гостиную.       Сэм провел офицера на кухню, чтобы показать, что произошло. Дин волочился следом, все еще погруженный в восхищение прекрасной округлой задницей и бедрами, так красиво облаченными в синий. Черт… У меня определенно фетиш на полицейскую форму.       – …как видите, офицер Новак, мы с братом побили посуду. Я переезжаю, и… ну, Дин воспринял это не очень хорошо. Он до этого не жил один…       Дин оживился, услышав свое имя.       – Чувак! Необязательно рассказывать ему всю историю моей жизни!       – …и поэтому я пытался как-то его подбодрить. Он выронил тарелку, и она разбилась, и я разбил еще одну, и потом еще. А потом все как-то вышло из-под контроля, и получилось так, что мы побили всю посуду.       Офицер уже улыбался, явно позабавленный этими братьями.       О, боже, – подумал Дин. – Он так красив, а по словам Сэмми можно подумать, что я долбанная девчонка. Он встряхнул головой, прогоняя эту мысль, и уставился в пол, когда почувствовал, что его шея и лицо заливаются краской.       Офицер потянулся к Дину и положил руку на его плечо, в знак утешения. И он все еще улыбался.       – Я понимаю. У меня был похожий опыт, когда я уезжал из родительского дома в колледж. Это было нелегко. Брату еле удалось удержать меня от уничтожения моих учебников… признаться, я тогда изрядно «психанул», – офицер убрал руку с плеча Дина, чтобы сделать воздушные кавычки, и немедленно вернул ее обратно. – Пока паковал вещи, чуть не разорвал все книги. Мне удалось порвать несколько из них, и от этого я чувствовал себя чудесно. Действует, как лечебная терапия, – он снова улыбнулся, глядя Дину в глаза.       Сэм заметил их обмен взглядами и только покачал головой, улыбнувшись от осознания того, что его брат и офицер, кажется, совершенно без ума друг от друга. В конце концов, он не вынес их продолжительных гляделок и прочистил горло, привлекая внимание.       – Кхм.       Никто из них не посмотрел на него, и он кашлянул. Громко. Они оторвали друг от друга глаза, и офицер убрал свою руку. Сэм хихикнул.       – Послушайте, мне нужно убраться здесь и закончить собирать вещи. У вас есть какие-то обвинения, или мы свободны?       Дин выжидающе посмотрел на офицера.       – Думаю, это просто недоразумение, так что я не могу в чем-либо обвинять или задерживать вас, – сказал он с ноткой разочарования в голосе, но продолжил, уже напрямую обращаясь к Дину. – Будьте осторожны в будущем, производя какие-либо звуки, особенно учитывая, что соседи могут услышать. – И он подмигнул ему.       Он подмигнул мне! Мне, черт возьми, подмигнул офицер Сексуальные Штанишки! – Дин снова неистово покраснел.       Сэм закатил глаза. Не то, чтобы он был рад всему этому, но глубоко внутри он был счастлив, что что-то отвлекает его брата хоть на время от его скорого переезда.       – Итак, офицер Новак, вы оставите визитку моему брату? Знаете, на случай, если… ну, если у него будут вопросы или еще что-то. Его зовут Дин, кстати. Дин Винчестер. А я Сэм.       Офицер оперативно вытащил визитку из своего бумажника и протянул ее Дину. Их пальцы соприкоснулись в тот момент, когда Дин забирал карточку, и офицер вспыхнул от искры, пролетевшей между ними.       Сэм наблюдал за тем, как они залипли друг на друге в очередной раз, и запустил руку в свои длинные волосы. Ладно, а вот это уже стрёмно.       – Окей, офицер, спасибо вам огромное за визит, но мы в порядке, – Сэм взял его за руку и направил прямиком к двери, пока Дин читал имя на его бейдже.       Кастиэль Новак. Кастиэль. Мило.       – Спасибо еще раз, офицер Новак. Мы сейчас все уберем. Мой брат обязательно позвонит вам, если у него будут вопросы. Обещаю.       Сэм улыбнулся офицеру, когда тот помахал им, и закрыл дверь. Он обернулся на Дина, который все еще стоял в дверном проеме кухни и с мечтательным видом смотрел на визитку в своей руке. Сэм покачал головой и вздохнул.       – Чувак, просто возьми и позвони ему уже.       Дин улыбнулся, вытаскивая телефон из кармана, и исчез в своей спальне, разговор затих где-то в холле.       – Здравствуйте, офицер Новак, это Дин Винчестер. Вы только что были… да. Ладно, Кас. На самом деле у меня есть вопрос. Вы, эм… ты свободен в пятницу вечером…?