На третий раз не отпущу.

POV Одавакара Ничджо       Весёлой компанией мы добрались до набережной. Учитывая, что родители дали нам денег и отпустили праздновать до утра, планы были просто грандиозными. Мы участвовали во всех возможных конкурсах, будь то танцевальный баттл или конкурс рисунков на асфальте, ведь у нас в классе учились очень талантливые ребята. Все окружающие нас поздравляли и, чёрт возьми, это до безумия приятно, когда тебя поддерживают совсем не знакомые люди. Меня как всегда особенно не трогали, но я веселился не хуже остальных. Только Дью странно начал себя вести. Постоянно останавливался, вздыхал и мотал головой. — Эй, Рыж, что не так то? — не выдержал я. — Понимаешь, я постоянно чувствую Его запах, но он же сейчас должен быть заграницей, — пожаловался друг. — Не может быть!       Неожиданно он повернул голову в сторону двух альф, проезжавших мимо на велосипеде. Один из них начал втягивать носом воздух в себя, и его велосипед сошёл с первоначальной траектории, но они проехали мимо, а Дью как-то странно посматривал на удаляющихся велосипедистов. Я не знал, что мне делать и просто потащил его за руку, догонять наших одноклассников.       Я всегда негативно относился к алкоголю, поэтому, когда все начали выпивать, а друг испарился в неизвестном направлении, я пошёл ближе к воде. Всё равно все хотели вскоре прийти на берег и проводить закат. Последний закат нашей детской жизни. Я потрогал воду, она была тёплая. Тогда я решил снять обувь и зайти в неё. Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как кто-то подошёл ко мне, но вдруг почувствовал резкий запах шиповника(?). Я, который никогда не чувствовал чужих запахов, уловил этот сильный аромат. Я дёрнулся и уставился на молодого альфу, который, по-видимому, уже некоторое время наблюдал за мной. У меня невольно вырвалось: — Привет. Прости за нескромный вопрос, но ты пахнешь шиповником?       Глаза его расширились от удивления, но быстро на его лице не осталось от него ни следа, и он ответил: — Да, это мой запах. — Как это здорово. Я люблю шиповник, — зачем-то уточнил я.       По-видимому, заметив ленту выпускника, он поинтересовался: — Так ты сегодня вовсю празднуешь, да? — Вроде как. Только меня друг бросил. Не знаю где теперь его искать, и на звонки он не отвечает, а с другими мне не интересно. — Не хочешь составить мне компанию? — С удовольствием, — я взял свои кроссовки в руки и спросил. – И куда пойдём? — Пошли вдоль пляжа?       Пока мы гуляли, я рассказывал ему про планы на будущее, про свои увлечения музыкой, танцами, о своей собаке, которая живёт у дедушек, про то, как мы проводим выходные с Дью. Например, я рассказал ему, как мы разыграли нашего директора почти перед самым выпуском. Весь наш класс попросил своих друзей из других школ, тех, кто постарше и просто прохожих, выстроиться незаметно по пути нашего директора от его дома до школы. И вся эта толпа то и дело выскакивала из своих укрытий, просила у него автографы, разрешение сфотографироваться с ним, некоторые подбегали и дарили цветы и шоколадки, а у ворот школы его ждали мы с воздушными шариками и подарками лучшему учителю в нашей жизни. Ведь он многое прощал, но и давал не меньше полезных советов и наставлений. По большому счёту, только благодаря его поддержке весь наш выпуск поступил в престижные ВУЗы. На протяжении всего моего рассказа альфа улыбался, задавал какие-то вопросы и смеялся. Мне было так легко и свободно, как никогда и ни с кем раньше не было, что я даже сначала и не понял, как начавшийся дождь. Не далеко я заметил беседку и побежал к ней. — Эй, попробуй догнать меня! — Куда же ты спешишь? — Не хочу проболеть всё лето! Поэтому давай спрячемся в той беседке?       Он догнал меня уже у самой беседки и неожиданно обнял. Я совсем не был готов к такому повороту событий, но мне было так комфортно в его объятиях, что я его не оттолкнул, а наоборот начал греться в его руках. Я поднял голову, рассматривая его лицо и тут альфа поцеловал меня сначала в одну щеку, потом в другую, а потом легко накрыл мои губы своими. Это был мой первый поцелуй, до безумия нежный и сладкий. Из головы вылетели все мысли, и я потерял счёт времени.       …Вдруг у меня требовательно зазвонил телефон. Я нехотя прервал поцелуй и взял трубку. Звонил Дью. Я ничего не смог толком разобрать, так как он рыдал в голос. У меня только получилось понять, что он находится на остановке около магазина. Я знал, где это и мне срочно нужно было забрать оттуда Иэгена. — Прости, но что-то случилось с моим другом. Мне срочно нужно бежать, — я тяжело вздохнул, мне совсем не хотелось прощаться с альфой. — Мне очень нравится фенечка на твоей руке. Можно я её возьму? Мы же встретимся ещё? — Конечно. Я не хочу тебя отпускать, — он снял с запястья фенечку и отдал мне, а я — со своей шеи платок и отдал ему взамен.       Телефон опять настойчиво начал сигналить. Я сорвался с места и побежал под моросящим дождём в сторону жилых домов. — Давай завтра здесь же встретимся в два часа? Я обязательно приду, – крикнул я ему напоследок и очень обрадовался, когда увидел уверенный кивок мне в ответ.       Я ещё раз обернулся и увидел, что альфа машет мне рукой вслед. Улыбнувшись, я скрылся за поворотом и начал думать, что же могло такого случиться с вечно неунывающим Дью. Нашёл его я довольно быстро. На его лице не было никаких эмоций, и он уже вроде как успокоился, но не реагировал ни на мои слова, ни на действия. Тогда я позвонил его отцу, и через полчаса он приехал и забрал нас. По пути домой Иэген начал отстранённо отвечать на вопросы. Из его ответов я понял, что он на набережной встретил того самого, его истинного альфу, а тот не чувствовал его запах и принял его за другого омегу из нашего класса. Тогда Дью убежал и очнулся только на остановке и позвонил мне. Когда мистер Иэген остановил машину около моего дома, то он шепнул мне, что он теперь совсем не чувствует запаха своего сына. Я попрощался с ними и поднялся к себе домой. Дома я все рассказал папе омеге. И про Дью, и про альфу, и про то, что я почувствовал его запах. Папа внимательно всё выслушал, попросил не переживать и уверял, что всё будет хорошо. Вскоре я заснул, но среди ночи я проснулся от резкой боли в области шеи и ноющей боли внизу живота. На крики прибежали и папа, и отец. — Ну что, мой маленький. У тебя началась первая течка. Теперь ты точно можешь нам поверить, что ты омега, — констатировал отец и быстро ретировался из моей комнаты.       Папа всю ночь и последующие три дня провёл со мной. Он рассказал, как пользоваться всеми необходимыми средствами гигиены и как проще провести следующую течку. Чтобы меня отвлечь, он постоянно спрашивал, как ему лучше оформить сад — новый заказ, оставленный нашей семейной фирме. В конечном итоге, мы сошлись на том, что неплохо было бы соорудить альпийскую горку и отгородить отдельные композиции клумб заборчиками из низкорослых туй.       В последний день течки, шея ныла особенно сильно, и я попросил папу посмотреть, что же там такое. — Маленький мой, нам надо серьёзно поговорить, — вскрикнул папа. — Николас, немедленно иди сюда!       В комнату влетел отец и уставился на мою шею. — И когда это произошло, когда ты собрался нам сказать, что ты нашёл альфу, и тебя пометили? — взревел отец.       Я не мог понять, о чём они говорят. Тогда папа подвёл меня к зеркалу и указал на круглое пятно, которое находилось на месте, где раньше были четыре родинки. В ровном круге выделялись инициалы ДМ, оплетённые цветочным узором. — Пап, помнишь я рассказывал про альфу, что пахнет шиповником? Получается, это был мой истинный? Я больше ни с кем никогда не встречался и меня никто не метил. Вы же знаете, что я не пью, да и гуляю только с Дью. Можете у него узнать. — Мы тебе верим, солнышко. Но как зовут того альфу?       И тут я вспомнил, что я не только не знаю, как его зовут, но и его номера телефона, и ко всему прочему, скорее всего, он на меня очень обижен, так как я не пришёл на встречу, которую назначил, ведь у меня началась первая в моей жизни течка. Всё это я и рассказал родителям и заплакал. — Дорогой, теперь тебе будет ещё сложнее его найти, — прокомментировал отец. — Почему? — удивился я. — Теперь вместо одуванчика, после течки, ты пахнешь ирисом. — Не может быть. — Именно так. Если ты встретишь ещё раз этого альфу, то он будет чувствовать именно ирис, — подтвердил папочка.       Я не знал, что мне делать. В конце концов, повязал на руку фенечку, которую забрал у альфы и пошёл в ту беседку. Я приходил в эту беседку на протяжении почти что года, но больше ни разу его не видел. Достаточно часто чувствовал запах хризантем в беседке, а потом я начал подрабатывать в родительской фирме и перестал приходить туда. Фенечка же была положена в шкатулку, на память о том, что я упустил своё счастье. End of POV Одавакара Ничджо