Пошалим?

POV Сержио

Утро было свежим и ветреным. Ветер дул с моря, порывисто, то тише, то сильнее, но откладывать испытание дельтаплана не хотелось. Рядом с графиней хотелось быть тихой и незаметной мышкой, в надежде, что сытая кошка не позарится на наши костлявые тушки. Марк встретил дам на границе завода, прямо под новой вывеской, на которой было написано металлическими буквами «Предприятие Гатрурх». Велорикши, не сбавляя скорости, проехали завод насквозь и доставили важных гостей прямо на мыс, который возвышался над побережьем. Пока Альберто переодевался, я показывал воздушного змея (в нормальном исполнении, а не из носового платка), объясняя, что и у игрушки, и у дельтаплана одинаковый принцип полета, который заключается в поиске восходящих потоков воздуха и наборе высоты за счёт них. Меня слушали очень внимательно, но, похоже, до конца не поверили или не поняли. Исследованиями аэродинамики в этом мире никто серьезно не занимался. Старший муж Вероники подошел к дельтаплану, который стоял недалеко от обрыва, и с сомнением поднял его, явно пытаясь определить его вес. Затем с ещё большим сомнением покачал головой, посмотрев вниз с обрыва. Снова вернулся взглядом на воздушного змея, который «нырял» от переменчивого ветра. Выражение лица мужчины красноречиво свидетельствовало о том, что «идиота» он искренне жалеет. Но если кто-то возжелал самоубиться, то мешать не будет. Я тоже подошел к обрыву и с удовольствием отметил, что в море народу больше, чем в местном театре. Катера с дымящимися трубами и красавицы яхты, рыбачьи баркасы и просто небольшие суденышки: похоже, весь город дожидался бесплатного аттракциона невиданной храбрости. Во всем этом радовало одно — Альберто быстро поднимут на борт, когда он закончит свой полет. И это давало надежду, что все закончится благополучно. Альберто вышел из-за угла последнего корпуса, поправляя перчатки. Я невольно залюбовался его внешним видом. Такой красивый и элегантный. И эти длинные, стройные ноги, затянутые в кожу, ну, просто супермодель! Я рассчитывал, что он скажет приветственную речь или еще чего-нибудь, но он молча прошагал к дельтаплану и, пристегнувшись к корпусу, поднял его. А потом также молча, совершенно не глядя по сторонам, коротко разбежался и прыгнул с утеса. Дельтаплан нырнул вниз, и я забыл, как дышать. Не помню, когда так пугался в последний раз! Когда ноги Альберто мелькнули в воздухе, прежде чем пропасть из виду, я уже представил разбитую голову и кровь, которая растекается в море. Но я не успел даже добежать до обрыва, как алый дельтаплан поднялся выше линии обрыва, подхваченный потоком воздуха. — Ура-а-а!!! — заорал я, когда дельтаплан взмыл еще выше, в очередной раз подхваченный морским бризом. Ветер был порывистый. Альберто то подпрыгивал на очередном воздушном потоке, то мягко скользил над морской гладью. Люди внизу вначале удивленно рассматривали алую птичку в небе. Зрителям понадобилось несколько минут, чтобы осознать и принять ситуацию. А потом они стали кричать и размахивать шляпами от восторга. Внизу было такое ликование, как будто каждый выиграл по миллиону критов! Я тоже сорвал шляпу и стал кричать от восторга. Альберто летел легко и свободно, как чайка или алая птица любви и надежды. И это было так прекрасно, что я от восторга чуть не свалился со скалы. Хорошо, что Марк меня поймал за пиджак и оттащил подальше от обрыва. Мы с ним потом вместе смотрели, как Альберто улетал все дальше и дальше. И лишь когда мой друг отлетел на приличное расстояние, зрители вдруг вспомнили, зачем они здесь собрались. Катера стали раскочегаривать топки, яхты поднимать паруса, но погоня за улетающей наградой не успела еще толком развернуться, как Альберто заложил красивый вираж и полетел вначале направо, а потом, после очередного поворота, обратно в сторону обрыва. Альберто возвращался очень быстро, а я вдруг с ужасом подумал, что совершенно не представляю, как его остановить! Одно дело если бы он упал в воду, я к этому был готов и даже согнал толпу желающих выловить его из воды. И совсем другое дело, если он врежется в каменистый склон! Или в заводскую трубу! Какой кошмар! Но у Альберто были на это свои виды. Он набрал еще высоту и пролетел высоко над нашими головами. Мне аж легче дышать стало! После он выполнил еще один красивый вираж и стал облетать наши владения по большой дуге. Скорее всего, он хотел опять вернуться к морю, но когда пролетал над нами в очередной раз, его как будто в сеть поймали! Альберто только недовольно вскрикнул и завис, как муха в паутине. Я оглянулся, Беатрис правой рукой указывала на дельтаплан, а второй придерживала шляпку на голове. От пальцев Беатрис тянулся зеленовато-голубой лучик, который упирался в обездвиженного Альберто. — Полетали, и хватит! — Беатрис указала рукой, куда именно должен опуститься летчик, и недовольно скривилась. — Сколько можно здесь на сквозняке находиться? Я уже продрогла! Альберто после такого принудительного приземления пылал праведным гневом. Причем пылал в прямом смысле этого слова, у него над головой мелькали всполохи огня, как у огненного серафима! Его задержала только страховка, которой он был закреплен для полета, от немедленного выяснения отношений. Я бросился вперед в попытке принять первый удар на себя. Ну не бить же даму, в конце концов! Только вот Беатрис осталась совершенно равнодушна к ярости моего компаньона. Она нетерпеливо притоптывала ножкой в высоком ботинке и выглядела весьма раздраженной. — Вы уже доказали, что хотели? — Беатрис поправила перчатки и посмотрела на нас как на избалованных детей. — Все поняли, что летать на этом крыле можно без магии. А теперь займемся действительно важными вещами!

POV Альберто

Сержио так был поглощен делами, что пересекались мы только за ужином. Кратко пересказывали друг другу события и то, что предстоит сделать на следующий день. Некое разделение труда у нас уже наличествовало. Именно поэтому мне удалось тайком от моего супруга (все забываю, что любимый у меня теперь в качестве мужа) сделать ставку. В себе, в своем дельтаплане и хорошем прибрежном ветре я был уверен. Так что под предлогом закупки качественной бечевки поставил тысячу критов. Сержио меня прибьёт, если узнает об этом раньше времени. Кстати, никто из наших парней так и не рискнул принять участие в пари. Краем уха я слышал, что можно было поставить на то, разобьюсь я на смерть или только покалечусь. Рабочие дружно решили, что это неэтично по отношению к хозяину, и ставок не сделали. Зря. Впрочем, в другой раз будут умнее. Когда уже нам начнут доверять все безоговорочно? Что говорить о рабочих, если собственный муж не верил мне до конца? Лодок со спасателями нагнал немерено. Там, конечно, были не только профессионалы. Плюс все те зрители всегда могут оказать помощь. Но я был уверен, что она не понадобится. Хотя пусть будет и такая страховка. Форс-мажор тоже не стоит исключать. С дельтапланом я возился в сарае позади мастерской, где стоял пресс. Помещение было специфичным, и пользовались мы им нечасто. Именно по этой причине я успел еще одну авантюру провернуть. Наивный Сержио решил, что я столько времени возился с куском тряпки на распорках? Угу. Хорошо, что не пошел проверять. А то прибил бы меня или устроил очередную лекцию на тему того, что мы не можем все и сразу охватить. Согласен. Не можем. Но так хочется! А тут еще повод достойный. Я, когда услышал, что под обрывом будут различные плавсредства курсировать, сразу вспомнил, что в нашем мире существовал такой транспорт, как водный велосипед. И пусть он тихоходный и непрактичный. Но велосипед же! И кому, как не нам, его демонстрировать?! Так что втихаря слепил эту железную бандуру. Принцип же примитивен: два поплавка, сидушка, педали и колесо с лопастями. Тут инженером не нужно быть, чтобы соорудить такую конструкцию. Моя магия, как та сварка, помогла соединить листы металла. Потом я отловил Марэка с тремя парнями и велел устроить рекламную акцию водного велосипеда. — Будет сделано, господин, — кланялись мужчины, вытаскивая из мастерской тщательно замотанный в мешковину транспорт. — Если не потонем, то все сделаем, — почесывал затылок Марэк, слушая мои последние наставления. Вообще-то я пытался рассказать, что водный велосипед вещь тихоходная. Да и по волнам он не очень «скачет». Но парни пока не верили, что эта тяжеленная конструкция вообще поплывет без магии, а не пойдет сразу ко дну. Так что я махнул на них рукой и больше не отвлекался. У меня тут дела поважнее. Помощники уже доставили дельтаплан на обрыв, а я еще не переоделся. — Ты, главное, в туалет заранее сходи, — «подбадривал» меня Сержио, — а то перед зрителями неудобно будет. — И ты туда же? — рыкнул я. — Шучу, шучу, — чмокнул меня муж в щеку. Потом еще по попе шлепнул и заверил, что доктор уже прибыл, и я могу нырять с обрыва даже без дельтаплана. Местный эскулап обещал вылечить. Психовать и снова рычать на Сержио я не стал. Просто закрыл глаза и постарался обрести внутренне спокойствие. И как только уловил нужный настрой, решительно направился к дельтаплану. Кажется, от меня ожидали какую-то долгую, приветственную речь или пояснения. Я же решил, что лучше один раз увидеть, чем сто услышать. Только выровнял полотно, тут же изобразил небольшой разбег и, оттолкнувшись, нырнул в пропасть. Сердце ёкнуло и подпрыгнуло в груди. Еле сумел сконцентрироваться и удержать крыло. Почти сразу почувствовал резкий рывок вверх. Ветер не подвел и с радостью подхватил новую игрушку. Я уже успел пролететь над первыми лодками со спасателями, когда до зрителей, наконец, дошло, что падать никто не планирует, а наоборот, демонстрирует полет. Народ возликовал. А я вместе со всеми заорал что-то приветственное. Лечу! Лечу! Какой это все же кайф!

POV Сержио

После этого полета тетушка с подругой сразу взяли «с места в карьер». Еще звучали над морем восторженные крики, а я уже почувствовал, как кто-то пытается залезть мне в голову, чтобы командовать. У меня аж волосы на груди зашевелились от неприятных ощущений, и сразу злость накатила, так захотелось кому-нибудь в морду дать! Я с яростью оглянулся, на меня с холодным интересом смотрела графиня де Монтеськье. Она подняла свои идеальные брови и недовольно поджала губы. С одной стороны, хотелось подойти и узнать, что ей от меня надо, а с другой стороны, я боялся, что не удержусь и прихвачу ее за точеную шею, чтобы тряхнуть хорошенько. — Сопротивляешься? Это хорошо, только не надо так нервничать, ты своими огненными всполохами одежду подпалишь. — Графиня поправила перчатки и обратилась к ненаглядной тетушке, которая с интересом смотрела за мной, как за подопытной крысой. — И все же заниматься обучением таких взрослых особей это большая авантюра с нашей стороны. А кроме того, у них обоих так все замысловато в голове перекручено, что очень тяжело предположить их реакцию. Я всего лишь позвала мальчика, а он разозлился. Интересно, это особенность характера женщины или физиологическое давление мужских гормонов? Все же мужчины крайне агрессивные создания. — У нас в любом случае нет особого выбора, ты же знаешь, моя дорогая, вопрос надо решить как можно скорее. Я и так боюсь, чтобы не было поздно. — Маркиза де Лорри пожала плечиками. И над двумя подругами опять возник зеленоватый мостик, пока они обменивались едва уловимыми гримасками и вздохами. Если бы не этот самый «мостик» общих мыслей, то я бы и не понял, что подруги молча договариваются друг с дружкой о том, во что не собирались посвящать посторонних. Я почувствовал, как моих мыслей что-то осторожно коснулось. Я оглянулся, оказывается, на меня с немым вопросом смотрел Альберто, он явно волновался, что пропустил что-то важное. Я скосил глаза к переносице, качнул головой на тетку с подругой, а потом показал язык. Иришка сразу сообразила, что на меня пытались давить, но русские так просто не сдаются, и дамочкам обломились все их затеи. Она ехидно ухмыльнулась, поскольку знала мой упертый характер, на меня даже муж не давил, знал, что в ответ могло и сковородкой по голове прилететь. Со мной лучше по-хорошему договариваться. А уж годы, когда я поднимала вместе с мужем дело в качестве бухгалтера, вообще закалили мой характер до алмазной заточки. Сколько было пережито… и братки в девяностые, и наезды ненасытных проверяющих всех мастей и фасонов в двухтысячных, и даже попытку рейдерского захвата в последние пять лет. Много было разного, я все могла пережить и «пережЕвать и выплюнуть», и опять тянуть все, как и раньше, и даже кобелиные приключения мужа. Пусть теперь он со своей кралей выгребает все радости трудовых будней. Я хоть и отошла от дел, но за всем присматривала, интересно, как они там… — Вот видишь! — от воспоминаний меня отвлек голосок Вероники. — Их нельзя оставлять необученными! Странно, как еще дамы не разглядели все это безобразие! — тетушка тыкала пальчиком куда-то над нашими с Альберто головами. — Если в обществе об этом узнают, то это может закончиться застенками Попечительского совета вплоть до расчлененки! Ты же понимаешь — над переносом сознания в молодые тела наши маги так давно бьются, а тут вот пожалуйста! Да те маги, которые на грани, за ними начнут форменную охоту! А следом интриги и закулисные игры. Эти дурачки быстро пропадут с улицы, а потом сразу несколько обществ заявит, что именно они получили результат, как можно переносить сознание перегоревшего мага в юное тело! Ты представляешь, что начнется?! — Не кричите! — Альберто нервно оглянулся, но все вокруг делали вид, что ничего не слышат. — Мы под куполом тишины, — махнула рукой тетушка, — женские разговоры под куполом могут слышать только женщины. Для всех остальных мы просто молча открываем рот! — Но по губам-то прочесть можно… — засомневался Альберто. — Хм… — Беатрис недовольно скривилась, а потом вздохнула. — Ты права, моя дорогая Ники, у нас нет другого выхода. Забираем их с собой. Придется потратить наше с тобой время на их учебу, а потом приставить к делу. Лучше пусть они будут у нас под присмотром. Да, и, кстати, вот эту птичку, — графиня показала холеной ручкой на наш дельтаплан, — забираем с собой. Она как раз подойдет как легенда для внедрения и красиво впишется в историю. Надо еще несколько этих самых велосипедов с собой прихватить, но это все позже. Пора собираться и выезжать, времени у нас маловато, а вот работы непочатый край! — А нашего согласия вам разве не надо? — Альберто недовольно сложил руки на груди и приосанился. — Мы не вещь — захотели взяли, захотели в темный угол поставили. — А ваше согласие нам как-то до фонаря. — Графиня смерила нас высокомерным взглядом. — Мы вообще-то должны доложить в Попечительский Совет, что у нас тут два молодых тела мужского пола с явным женским началом и магией. Налицо перенос сознания женщины в чужую тушку. Через час вы увидите военные дирижабли над головой и суровую руку Попечительского Совета на ваших шеях. Они умеют держать крепко и цепко, не вырваться и не спрятаться. Сами все расскажете и на коленях в соплях и слезах будете молить о помощи и покровительстве. Хотите? — Ну-ну, моя дорогая… — Маркиза подошла и встала рядом с подругой, положив ей руку на локоть. — Не будем забывать, что они все же внутри женщины, а значит, существа разумные. Они сейчас подумают и сами согласятся с нами поехать. Сержио, Альберто… — Тетушка посмотрела на нас ласково, как в снайперский прицел. — Подумайте сами, ваша жена и младший брат под присмотром учатся в столичном институте, ваше дело в надежных руках Марка. Он хороший специалист и организатор. Да и вы не в тюрьме будете и после учебы сможете быть свободны в своих передвижениях. Хотите заниматься научной работой? Мы поможем разобраться с учебой, а решите и дальше изобретать, так опять-таки мы вам поможем со всей душой. Но подумайте сами, что вас здесь ждет? Унылые будни? Гроссбухи и мелочные разборки с поставщиками? Мы предлагаем вам приключения и путешествия! Да, может быть опасно, зато вам никогда не будет скучно! И потом вы умные и предприимчивые девушки с большим жизненным опытом за спиной. Неужели вам самим неинтересно заняться чем-нибудь эдаким? Мы с Альберто переглянулись и взялись за руки. Приключения! Как в книгах Жюля Верна! Ну как тут устоять? Я окинул взглядом фигуру любимого, затянутого в кожаный костюм, как рука в перчатку, и, не удержавшись, погладил любимый филей. — Эта задница просто создана для приключений! Ну как тут можно отказаться от такого соблазна? — Это просто невыносимо! — Альберто застонал и поерзал. — Тут наша судьба решается, а ты опять про мою задницу! Ну, ты можешь быть хоть немного серьезнее? — Не наговаривай на меня, в моей голове есть чудный план. Называется «на месте разберемся». Всегда работает. Главное, чтобы мы были вместе, а все остальное фигня! И не из такого выбирались!