Между ангелом и бесом

– Ставлю десять галлеонов, что Гриффиндор, – хихикнула я. – Поднимаю ставку до пятидесяти. Слизерин. Я прыснула и повернула голову к сидящему рядом Северусу. Он сложил руки на груди и пристально смотрел вперед. – Сев, ты с ума сошел... – тихо простонала я. – Это еще почему? – его бровь взметнулась вверх. – Потому что это невозможно! – А вот и нет. Посуди сама: я – злой декан Слизерина, бывший Пожиратель Смерти, насильник и убийца. Ты – затмишь собой даже самого Салазара, а у Волдеморта случился бы приступ острой депрессии, будь он знаком с тобой. Вывод? Слизерин. Я открыла было рот, чтобы возразить ему, но тут же захлопнула его. Да уж, крыть нечем. Он прав кругом. Впрочем, как и всегда. – И все-таки я настаиваю. Ты храбр, я смелая, и оба мы совершенно безрассудны. Шестьдесят галлеонов. Гриффиндор, – я тоже сложила руки на груди и отвернулась от него. – Семьдесят. Слизерин, – спокойно парировал он. Я мысленно подсчитала свои скудные сбережения и поджала губы. – Сто. Когтевран, – усмехнулись рядом. Мы с Северусом резко повернули головы в сторону Дамблдора. Старик улыбался и тайком ел лимонные дольки. – Ааальбус, – Сев закатил глаза. – Бросьте, Дамблдор. Какой еще Когтевран? – я даже обиделась. – Синенький, – хихикнул директор и, сунув в рот очередную лимонную дольку, подмигнул нам. Мы с Северусом мрачно переглянулись и воззрились туда, где между учительским и студенческими столами стояла кучка первогодок. Они испуганно жались друг к другу. – Снейп, Эйлин, – возвестила МакГонагалл враз потеплевшим голосом. Вперед вышла, гордо вскинув подбородок, хрупкая девочка. Длинные черные волосы обрамляли бледное лицо. Черные глаза возбужденно горели. Она прошла к табурету и села на него. МакГонагалл тут же опустила на ее голову Распределяющую Шляпу и чуть отошла. Оглянувшись на нас, она ободряюще улыбнулась. Северус опустил руки на колени и вытер о брюки вспотевшие ладони. Я мысленно усмехнулась. Волнуется... Впрочем, я тоже волновалась. Не каждый день твое чадо идет в школу. Тем более – в магическую. В зале было тихо. Студенты, вытянув головы и затаив дыхание, ждали, куда же распределят профессорскую дочку. За преподавательским столом тоже все замерли в ожидании. И тут... – КОГТЕВРАН! – О неееет... – Северус еле сдержался, чтобы не закрыть лицо руками. Я прыснула, а затем положила руку ему на плечо и ободряюще сжала. – Сев, да брось! Нормальный факультет... – Молчи, женщина, – отчаянно прошептал он. Его всегда бледные щеки покрылись румянцем: то ли от стыда, то ли от злости. Я хихикнула. Хагрид, сидящий рядом, передал мне поздравления от себя и своих соседей по столу, Флитвика и Спраут. С другой стороны нам протягивал лимонные дольки Дамблдор. – Ты уверена, что это моя дочь? – прошипел Сев. – Очень смешно, – я незаметно для всех показала ему язык. – Думаю, вы не раз обсуждали этот вопрос с Люциусом, пока ты "гостил" у него... – Моя дочь не могла попасть на Когтевран! – сдавая позиции, убеждал меня супруг. – Твоя дочь – вылитая Снейп. Так что заткнись или я тебе помогу, – угрожающе начала я. – Заткнитесь оба, – добродушно прервал нас Дамблдор и встал. – Иначе я решу, что три Снейпа для нашей школы – слишком много... На мгновение за преподавательским столом повисла тишина, а потом все, кто слышал слова директора, расхохотались. Приобняв мужа, я услышала, как он примирительно фыркнул: – Не забудь, Альбус, что через три месяца нас в Хогвартсе станет уже четверо... – зловеще прошептал Сев и, протянув руку, осторожно погладил мой живот.