Spoils of Civil War

      Тони должен был знать. Он действительно должен был. Но он не сделал этого и сейчас, он выкопал себе самую глубокую яму, которой не было никогда в его жизни. И это очень серьезно, принимая во внимание то, что он был невежественным хуем до пробуждения. Тони осторожно вытирает последствия своего обеда с губ тыльной стороной ладони, резко падает перед безупречно белым унитазом и, закрыв глаза, чувствует легкий тремор от наступающей тревоги. Блять, он должен был знать!  — Аааах, блять! — причитает Тони, прикрывая лицо руками, сидя в темноте своей ванной комнаты. Его живот продолжает крутить, и это грозит вызвать новый приступ тошноты, а он просто сидит здесь и удивляется тому, когда это его, казалось бы, идеальная жизнь превратилась в кусок дерьма. Прошло два месяца после подписания соглашения. Два месяца прошло с тех пор, как Стив — любовь всей его жизни, мужчина Тони, связавший их жизни священными узами брака, его Альфа — воткнул свой щит в грудь Тони, разрушая дуговой реактор вместе со своими обещаниями любви и верности. Хуже всего, что это было спустя пятнадцать недель после последней их близости. Он знает , что его сердце, как часовой механизм. По его расписанию предполагалось, что это должно было случиться одиннадцать недель назад. Тони думал, что течка задерживается из-за стресса от потери мужа, и поэтому он ждал еще четыре недели, безрезультатно. Тошнота, рвота, усталость и внезапные тяги заставили его бояться худшего, пока он не попросил Пятницу просканировать его. Разумеется, ему никогда не было так невероятно радостно и грустно одновременно. Никогда до того момента, пока Пятница не огласила причину его состояния. В тот день все его мысли были о ребенке. Он желал этого со Стивом три года назад, уже в их свадебную ночь. Они так старались создать семью. Стив шептал, какой Тони будет удивительной мамой для своих детей, пока трахал его — Тони кончал только от одной мысли о комочке радости с его волосами и голубыми глазами Стива. Тони выпускает легкий смешок, поглаживая свой пока еще плоский живот. Ответ на все их молитвы пришел в самый неподходящий момент в их жизни, это было благословение, он никогда бы не отказался от этого. Если вселенная считает его достойным, то почему он должен отказываться от такого подарка? Стив может идти нахуй, где бы он, черт возьми, ни был. Это компенсация Тони за все страдания, которые он испытал из-за Стива, и Старк хочет просто уберечь своего ребенка от всей этой боли.  — Мистер Старк? Ванная комната внезапно наполнилась светом, Тони моргнул, привыкая к нему, ловя обеспокоенный взгляд Вижна, который присел рядом на колено, держа в одной руке стакан воды, а в другой полотенце для лица.  — Вижн? Что ты здесь делаешь? — спрашивает Тони хриплым голосом. Вижн осторожно подносит стакан к губам Старка в ответ, морщинка на лбу выражает его беспокойство, когда Тони выпивает весь стакан залпом, даже не замечая этого. Молчание оглушительно, но успокаивающе. Вижн является одним из немногих, кто знает о его состоянии, и он не покидал его с самого начала всей этой каши из-за того, что Тони доверяет ему, ведь он будто ребенок, живущий с ним.  — Вы чувствуете себя лучше, мистер Старк? — Вижн поставил пустой стакан на мраморную тумбу позади него, присев обратно на уровень глаз Тони. Его голос мягкий и успокаивающий, и Тони спокоен, потому что Вижн не относится ни к Альфам, ни к Бетам, ни к Омегам. Это позволяет Старку иметь с ним намного больше контакта по сравнению с Роуди, который имеет запах Альфы.  — Лучше? — усмехнулся Тони, уголки его губ дернулись вверх. Он потянулся к полотенцу. — Мне не лучше, приятель.  — Сейчас нужно быть терпимым. Вы хотите, чтобы я помог вам вернуться в кровать? — Тони отдает полотенце, и Вижн бросает его в раковину. — Мистер Старк?  — Я не инвалид, Виж, а просто беременный. Я могу, черт возьми, сам дойти до кровати без помощи, — практически зарычал Тони, пыхтя, вставая на ноги. Вижн стоит рядом с ним на всякий случай, и Тони закатил бы глаза, если бы не тот факт, что его может вырвать содержимым уже пустого желудка.  — Черт возьми. Как один человек может выблевать так много? — он смотрит на свои часы. — Пять утра. Отлично. Просто супер.  — Я бы не сваливал это на вашего с Капитаном ребенка. Вы оба никогда не придерживались правильного режима сна, — сказал Вижн с доброй улыбкой, качая головой, прежде чем отвести беременную Омегу к его большой кровати.  — Ох, заткнись. — Тони скользнул под теплое одеяло и лег на ту сторону, которая оставалась пустой в течение нескольких месяцев, уткнулся носом в подушку, которая сохранила запах его бывшего мужа. Его желудок слегка ворчит, но Тони слишком плохо, чтобы думать о еде в данный момент, он пытается вернуть себе еще несколько часов сна.  — Мне приготовить завтрак к моменту вашего пробуждения, Мистер Старк? Тони смотрит одним глазом из-под одеяла на то, как Вижн тихо идет к выходу с мягкой понимающей улыбкой. Волна ностальгии одолевает его, когда Тони сильнее прижимает к себе подушку и чувствует тот же запах, который преследует его во время сна и бодрствования, и Старк должен бороться, чтобы не позволить слезе упасть, а огромный ком в горле мешает ему подбирать слова. Вижн терпеливо ждет у двери.  — Да, — отвечает Тони через некоторое время, прерывисто дыша. — Да. Будь добр, приготовь сытный завтрак для меня. Я чувствую, что, когда мое сердце перестанет разрываться, я буду достаточно голодным, чтобы съесть трех коней. Спасибо, сладкий.  — Отдохните, Мистер Старк. Ребенок также нуждается в отдыхе. — С этими словами Вижн выскользнул и тихо закрыл дверь, оставляя Тони одного, и тот не допускает и мысли о гуманоиде, которого он называет ребенком Роджерса. Так нельзя, ребёнок ни в чем не виноват. Тони не собирается скрывать, что Капитан Америка является его отцом. Черт, этот секрет был изначально обречен на провал. Еще до разлуки все знали, что Тони вышел замуж за Стива, он взял фамилию Старк-Роджерс в то время, как Стив оставил свою собственную. Пока Роджерс не приползет назад, Тони оставит ребенку двойную фамилию. Ребенок Старк-Роджерс. Это не лучший вариант.  — Как ты думаешь? Ребенок Старк-Роджерс трудно произнести, но зато звучит хорошо, верно? — Тони бормочет своему животу, нежно поглаживая, и от этого успокаивается. — Ребенок Роджерс это вчерашний день. Мы можем сделать лучше или не можем? Хммм? Его малыш еще слишком мал, чтобы двигаться, но Тони ждет, затаив дыхание, печально качает головой, когда не получает ответа. Все хорошо, он будет ждать его движений. На данный момент ребенок останется ребенком, и больше ничего. Тони вертит свою подушку, прежде чем устроиться на другой бок в попытке найти удобную позу для сна. Он чувствует, как устали глаза, но ничего не может с этим сделать. Его голова занята расчетами и уравнениями, но мысли вращаются вокруг телефона-раскладушки спрятанного в тайнике в ящике. Рядом с этим телефоном лежит его обручальное кольцо, которое он не носил, так как на следующий день Стив бросил его. Он вздыхает и прикрывает глаза левой рукой, борясь с желанием достать этот телефон. Тони знает, что не может продолжать делать это так долго. Не может сдерживать интерес и не беспокоиться за своего мужа. Стив когда-нибудь пожалеет, что выбрал Баки, а не Тони и их ребенка. Нет, подождите. Это несправедливо по отношению к Стиву. Они оба не знали, что он беременный, поэтому это был выбор между ним и Баки. И он проиграл этот бой, как и боялся. Тем не менее, есть одна вещь, которая приводит Тони в ужас — он мог потерять своего ребенка, если бы Стив ударил ниже груди. И он бы вытирал кровь, которая текла бы не столько из-за травмы, сколько из-за потери ребенка. Старк быстро потряс головой и повернулся в другую сторону, глотая ртом воздух. Нет смысла думать, что было бы. Он должен думать о том, что происходит сейчас. С этой минуты он в ответе не только за свою жизнь. Сидя на кровати, Тони пригладил волосы рукой и сильно зажмурился; память о светлых волосах, голубых глазах и широких плечах останется навсегда его кошмаром, и он подсознательно тянется к телефону. Старк вытаскивает маленький гаджет, который преследует его в течение нескольких месяцев, и раскрывает его, экран телефона загорается. Его большой палец нажимает на различные кнопки и возвращается назад на значок сообщения, горло сдавило, в его плане отправить только одно сообщение своему мужу. Его палец над кнопкой отправки, грудь сдавило до боли. Тони сразу нажимает на кнопку «назад» и выключает телефон, бросая его обратно в ящик-тайник. Он не мог этого сделать, не мог надеяться, что все проблемы решатся, отправь он Стиву сообщение.  — Пошли спать, малыш, — шепчет Тони, наконец засыпая, как он надеется, без сновидений. Он знает, что проснется, лишь слегка вздремнув, этого ему будет не хватать, чтобы не чувствовать усталость в течение дня. Но это лучше, чем признать поражение за то, что, по вашему мнению, является правильным, предполагает Тони. Он отправит это сообщение, когда будет готов, но не сможет сделать этого в одиночку. ----------------------------- В выдвижном ящике лежит черный телефон-раскладушка, в котором находится одно единственное сообщение от Тони, адресованное его бывшему мужу. «Стив, я беременный».