Spoils of Civil War

      Клинт выпучил глаза, ведь он никогда бы не подумал, что беременные могут выглядеть так забавно, тем более — Тони; а ведь жена Клинта родила ему третьего ребенка. Его лицо окрашено абсолютным недоверием, и Тони мог бы сейчас посмеяться над тем, насколько глупо он выглядит, если бы не тот факт, что их визит был далеко не дружеским. Наташа находилась с другой стороны, стараясь изо всех сил игнорировать Брюса, стоящего за креслом Тони, и пытаясь сконцентрироваться на Омеге. На ее лице не было ни намека ни на мысли, ни на эмоции, она всегда тщательно старается скрывать свои истинные чувства, и этот факт Тони находит довольно жутким. Она устала, межбровные складки отлично видны на ее великолепном лице, и Старк думает, что она никогда не выглядела так по-человечески. Черт, даже Бердмэн стал намного старше, после того, как он видел его в последний раз. Ее глаза скользнули вниз, на его живот, и Тони пришлось побороть желание прикрыть своего нерожденного сына руками, все еще с недоверием относясь к этим людям. — Романофф, Бартон, так ужасно видеть вас здесь, — Тони начинает, первым нарушая тишину после затянувшейся паузы, тупо уставившись на обоих. Омега глубоко вдыхает, стараясь успокоить свое сумасбродное сердце. — Что привело вас в эту часть Нью-Йорка? И самое главное, что ты здесь делаешь? — Приятель. — Клинт присвистывает и качает головой, шок и неверие по-прежнему не покидают его лица. — Я не сразу поверил, когда она рассказала мне о тебе. — Что, не можешь удержать язык за зубами, Романофф? — Тони отвечает довольно грубо, игнорируя колкость Клинта. Ему отчаянно хочется осушить пару стаканов бренди прямо сейчас, почувствовать, как приятное тепло растекается по телу. Тони вдруг ощущает головную боль и громко выдыхает, стараясь унять свои эмоции. — Спрошу снова: что вам здесь надо? — Эй, полегче, человек-жестянка, — отвечает Клинт, хмурясь и внимательно смотря на Тони. — Разве так встречают друзей? Мы не видели тебя несколько месяцев, и ты вот так вот приветствуешь нас? — Заткнись, куриные мозги. Вы, ребята, даже не были приглашены в мой дом. Вам повезло, что я не взорвал вас на месте и не отправил к праотцам, — Тони рычит, до побелевших костяшек сдавливая руками подлокотники стула, на котором сидит. — А вы не думали, что находитесь сейчас на прицеле? Ты ведь в курсе, что Росс по-прежнему пытается схватить меня за задницу. — Ты думаешь, мы настолько тупы, чтобы так легко попасться? — Клинт скрещивает руки на груди, Тони замечает, что Бета слегка пригибается, и его внутренняя Омега рычит от скрытой угрозы. — Нет, я думаю, ты достаточно туп, чтобы угрожать беременной Омеге. Неужели в школе тебе не объяснили, что нельзя обижать беременных Омег, Бартон? — Я даже не пытался… — Клинт, довольно, — твердость в голосе Наташи привлекает внимание обоих, и они поворачиваются, чтобы посмотреть на нее, а взгляд Наташи по-прежнему зациклен Тони. — Ваши аргументы закончились, даже не успев начаться. — Серьезно, ребята, вы вламываетесь в мой дом — нежеланные и нежелательные, и ожидаете, что я приму вас как друзей? Тони скрещивает руки на груди, ощущая, как гнев нарастает внутри. Лишь чистые гнев и ненависть заполняют его, напоминая о предательстве, когда он смотрит на них обоих. Хотя на Бартона он злится меньше, потому что он был тверд в своей позиции, будучи на стороне Стива. Но Наташа? О, нет. Нет, нет, нет, нет, нет. Ему, возможно, нужна была ее помощь в избавлении от Росса, когда он был в отчаянии тогда. Но сейчас все иначе. — Мы пришли сюда с новостями, Тони. — Спокойный голос Наташи вытаскивает его из собственных бушующих мыслей, и он поворачивается лицом к женщине, которая достает папку из ниоткуда. Она бережно кладет ее на журнальный столик, и Старк втайне радуется, что она не отдала ее лично в руки, потому что на данный момент Тони ищет любую вескую причину использовать свою перчатку. — Для таких случаев у меня есть Пеппер. Она обладает информацией о всех Мстителях, хотя даже не работает там, — Тони фыркает, потирая верхнюю часть своего живота, пытаясь успокоиться. — Я не могу справляться со стрессовыми ситуациями в моем нынешнем положении, вы знаете. Независимо от того, насколько я этого хочу. — Мне удалось договориться об изменениях в Соглашении, но оно все еще требует голосования. Однако Росс согласен на это, — Наташа сообщает ему, пока он тянется к папке. Его глаза встречаются с ее, и она смотрит на него, как будто и не ждала благодарности. Слава Богу, Тони думает. Если бы она ожидала большего, нежели просто поднятые брови, Тони бы попросил Вижина выкинуть их обоих наружу и тащить свои задницы обратно в одно из их многочисленных убежищ. — Росс? Это тот самый Генерал Росс? — спрашивает Брюс, и в его голосе слышится, что он запутался. Тони вытягивает шею к человеку и передает ему папку, Брюс тянется за ней. Он довольно резко вырывает ее, и Тони просто рад, что он не был в курсе всей этой путаницы. — Ага, единственный и неповторимый. Он занимается соглашениями в правительстве США, но мы все знаем, что есть еще одна вещь, — сказал Тони, качая головой с явным отвращением. Он ловит усмешку Клинта и вид нервно подергивающейся губы Наташи и думает о том, что они по крайней мере согласились с тем, что этот человек тот еще мудак. — Как вам удалось уговорить его на это? Я знаю, насколько упрямым может быть Росс, и он играет в манипуляции, как будто это его вторая натура, — Брюс говорит им, подняв свой взор и осматривая всех находящихся в этом помещении. Однако он задерживает взгляд дольше всего на одном лице, в то время как этого человека мучает куча вопросов, но Брюс знает, что его приоритет был изменен с момента прибытия сюда. — Ну, это был не совсем он, особенно после того, что мы устроили. Это была одна из многих уступок ООН, которые они готовы были дать нам, — отвечает она, не поворачивая голову, чтобы не встретиться с ним взглядом. — И именно поэтому Леголасу можно находиться на территории США? Они помиловали остальных? — Тони вставляет, игнорируя злобный взгляд Клинта. — Я думал, что уйдет намного больше времени на то, чтобы провернуть это. — ООН готова простить нам это на том основании, что будут подписаны новые соглашения после того, как по нему проголосуют. По крайней мере, остальные будут находиться на испытательном сроке до этих пор. Кто-то должен отвечать за тот бардак, который мы создаем, и при этом они уверены, что их армии могут предотвратить любую угрозу, ведь это не будет лишним — иметь безотказный план. — Кроме того, я на пенсии, — резко бросает Клинт в ответ Тони. — Правительство может поцеловать мою задницу, потому что я ничего не подпишу. — Ты идиот, ты знаешь это? — закатывает глаза Тони, прежде чем головная боль одолевает снова, и он вынужден зажать переносицу, гнев немного отступает, когда он чувствует на себе особенно тяжелый удар. — Так это или нет, но твой выход на пенсию не был самым худшим вариантом. Черт, ты был на пенсии пять минут, а потом снова встал на сторону Стива. Если ты сделал это один раз, то сделаешь это снова, и вы станете ждать, что соглашение будет принято. — Я уверен, что больше не вернусь, — Клинт настаивает. — Тогда подпиши уже наконец это чертово соглашение. Роуди направляется туда, где Тони и оба убийцы просто пожирают друг друга взглядом. Это первый раз, когда кто-нибудь, кто не был на стороне Тони, видел Роуди после падения, но Альфу это волнует в последнюю очередь, и он всегда будет яростно защищать Тони ото всех. Роуди встает перед Омегой, закрывая того своей спиной, и Клинт отводит свой взгляд в другую сторону, в то время как Наташа опускает его в пол, в знак покорности настолько откровенной, как будто это была победа над собой. — Что мне действительно интересно, так это разрешено ли Стиву и Баки ступить на американскую землю. — Роуди спрашивает, удивив Тони своим вопросом. Альфа отказывается встречаться с ним глазами, чувствуя, как температура в помещении опускается ниже нуля, а напряжение нарастает с обеих сторон. — Мы все знаем, кто является отцом этого ребенка, и я это говорю не для попытки разрушения этой так называемой семьи. Но, если Стиву будет разрешено находиться на территории США, я хотел бы знать, что он готов пройти сеансы лечения. — Что? Ты имеешь в виду, что Стив психически не здоров для роли отца? — Спрашивает Клинт резким и грубым тоном. — Я не говорил этого, говнюк, но после всего, что произошло за это время, весь этот бардак никогда не должен повториться снова. — Роуди поворачивается, свирепым взглядом прожигая Клинта, и плечи Беты еле заметно движутся вверх от напряжения, руки сжаты в кулаки. — Ваш парень имеет нездоровое пристрастие к своему плюшевому мишке, и мы все это знаем. Но вот что действительно важно для меня во всем этом, так это уверенность в том, что ваш дружок больше не устроит травлю на Тони. Тони опускает взгляд и чувствует, что все присутствующие в этой комнате сделали то же самое, сосредоточив свое внимание на его круглом животе, где нерожденный сын яростно двигает ногами, когда все внимание направлено на него. Омега резко вдыхает, его рука ложится на то место, где его сын талантливо пинается своими маленькими ножками. Краем глаза он видит, как Роуди улыбается ему с теплотой, понимая сразу, что происходит. Когда он поднял взгляд, чтобы увидеть еще раз своих нежелательных гостей, заметил встречный взгляд, осматривающий его с ног до головы. — Сейчас он разговаривает с Сэмом, — Наташа отвечает спокойно. — Он консультант для фронтовиков, специализируется на случаях ПТСР. Стив оказался таким же человеком, как и любой другой солдат. — У нее появилась горькая улыбка на лице, а взгляд все еще направлен на живот Тони. — Пока он не получит зеленый свет от Сэма, он останется в Ваканде. — Она замолкает, и Тони видит в ней нерешительность впервые с тех пор, как они вошли в его дом. — Ему сейчас тоже тяжело, Тони. Я просто хочу, чтобы ты знал. Тони ощущает в ее словах некую недосказанность, но знает, что она под этим подразумевает. Беременный Омега закрывает глаза и делает глубокий вдох, пытаясь игнорировать ощущение усталости, а после говорит: — Росс каким-то образом сумел взломать компьютер Пеппер и позвонил мне.