Spoils of Civil War

— Здравствуй, Тони. Стив заходит в комнату с нерешительной улыбкой на губах, его глаза смотрят на Омегу с любовью и тоской. А Тони… Словно… Словно время остановилось, и не было никого в комнате в данный момент. Кроме них двоих. Голубые глаза встречаются карими, и воздух вдруг оказывается полон напряжения — либо агрессивного, либо сексуального. Они никого не замечают, кроме друг друга, слыша, как бешено бьются их сердца. Как Альфа и Омега будто застыли во времени, будто они тонут друг в друге, и, черт, это именно тот момент, когда Тони почувствовал себя таким счастливым… Неважно, с какой неохотой ему пришлось признать это. Сердце Тони бьется, как сумасшедшее, а их сын внезапно решает проснуться, начинает пинаться и копошиться внутри. Эмоции Тони сходят с ума, бегая по кончикам пальцев рук и ног в течение нескольких секунд, а его ум становится таким же пустым, как чистый лист. И единственное, что Омега может делать, это просто стоять и наблюдать за тем, как Стив приближается к нему еще на пару метров, чтобы просто почувствовать, каково вернуться к жизни после смерти в течение такого долгого времени. Впервые за несколько месяцев тело Тони чувствует себя таким живым, и на мгновение он едва не поддается искушению побежать в объятия Стива, чтобы поцеловать Альфу — так же, как он делал это раньше. Тони почти произносит «Я люблю тебя». Остальные молчат и стоят далеко от них двоих, даже Роуди делает шаг назад, когда Стив заходит, излучая чувство собственничества. Но ни Альфа, ни Омега не реагируют ни на что. Тони пытается… Черт побери, он пытается отвлечься, сосредоточиться на чем-то другом. Это бесполезно, он понимает это и удивляется тому, насколько безразличным ко всему он себя чувствует. Тони наблюдает, как глаза его Альфы медленно изучают его тело с головы до ног, и он чувствует себя немного неловко. Потому что при всей своей браваде Тони является самым небезопасным Омегой на всей планете, и не поможет даже тот факт, что его муж выглядит на двадцать лет моложе его самого. Тем не менее, он берет под контроль свои нервы и демонстративно наклоняет подбородок, глотая слова, дабы не сболтнуть ничего лишнего. И как только Омега больше не в центре внимания этих прекрасных глаз, Тони позволяет себе лучше рассмотреть мужа. Альфа до сих пор выглядит таким, каким он запомнился, все те же крепкие мышцы и гладкая кожа без единого намека на шрамы. Серая рубашка плотно сидит на нем, обтягивая широкую рельефную грудь, и Тони проглатывает стон, желая покрыть ее поцелуями полностью. Темные джинсы плотно облегают его длинные ноги, и Тони немного завидно, что из них двоих только Стив смог сохранить свою идеальную фигуру. Глаза Омеги переместились обратно к лицу Стива, и вдруг Тони видит истощение на нем. Это не от долгого перелета, он знает это наверняка, потому что он видел этот вид истощения каждый день в зеркале. Стив устал так же, как и он, и Тони по-настоящему удивлен, увидев это на лице красавчика Стива. Он задается вопросом, не по его ли вине Стив выглядит таким усталым, а затем понимает, что не против дополнительных морщинок, потому что это напоминание о том, какое сильное влияние Тони имеет на своего Альфу. Злопамятный ублюдок внутри него ликует, чем, честно говоря, он не особо гордится. Когда глаза Альфы движутся обратно вверх от чрева Тони, Омеге остается только сильнее сжать челюсть в старании сдержать стену слез, которая уже полностью застилает глаза. — Я скучал по тебе, — шепчет Стив, достаточно низким голосом, чтобы услышать слова смог только Тони, и его сердце сжимается от эмоций к этому человеку. Лицо Альфы демонстрирует неподдельные эмоции, и Тони вдруг понимает, что эти слова раскрывают лишь часть человека, стоящего перед ним. Омега не отвечает, несмотря на то, насколько больно было сдерживать слова, грозящие вырваться. Он все еще боится доверять этому человеку, страшно отдать себя только для секса в долгосрочную перспективу. Так что вместо этого он закрывает глаза на минуту, собираясь с мыслями, и твердо возвращает свою пустую маску, которая была сломана под взглядом мужа во плоти. А Стив… Ну, Стив может ответить на это только печальной улыбкой. Тони глубоко вздыхает, затем кладет руку на свой живот, чтобы потереть ею место, куда его сын так отчаянно бьет ногами, покачивая головой в знак неверия во все происходящее. Он думал, что будет сердиться за предательство, обиду и все остальное негативное дерьмо, которое он каждый раз изливал Синтии; однако прямо в этот момент Тони может ощущать только страх быть на втором месте для Стива снова. Это не совсем то, чего он ожидал, и, честно говоря, удивлен своим откровением. — Стив. — Тони машинально произносит имя своего мужа, не замечая этого. Оно тяжелым грузом срывается с его языка, и Омега снова привыкает к нему, любя и ненавидя одновременно. Он натягивает на свое лицо улыбку и спрашивает: — Как прошел полет обратно в цивилизацию? Уже соскучился по огромным деревьям? Джунглям Ваканды невозможно победить красоту неспящего Нью-Йорка, знаешь ли. — Полет был… Терпимым. — Стив отвечает, и Тони натягивает фальшивую улыбку от минутной запинки Стива при выборе правильного слова. Стив посылает свою застенчивую улыбку в сторону Омеги, нервно почесывает затылок и запускает пальцы в светлые волосы: — Джунгли Ваканды красивые, это правда… Но нет ничего прекраснее, чем ты. Сердце Тони разрывается в клочья, когда он смотрит на Стива, а тот опускает взгляд в пол, будто боится, зная, какая будет реакция со стороны Тони на его слова. Альфа тихо выдыхает, но его плечи все еще напряжены, кулаки сжимаются и разжимаются обратно. И по большей части Тони не чувствует ничего, кроме теплоты от приема Стива; он запоминает его слова, пряча их подальше в файлах в голове. Нет ни обидных слов, чтобы сказать, ничего мерзкого, что можно было бы плюнуть в лицо Альфе. Он просто позволяет словам помыкать над ним, купается в них, чего, очевидно, Стив и добивался. Он не признается в этом прямо сейчас, но Тони невероятно счастлив от того, что Стив до сих пор считает его своим домом, местом, куда Альфа всегда может вернуться, и Тони остается только надеяться, что он сможет сказать то, что Стив говорил ему в свое время. Они затягивают тишину в зале, изучая друг друга, прежде чем кто-то — Наташа, Тони догадывается — откашливается, разрезая напряжение. Тони переводит свой взгляд, встречаясь с ней, но Омега знает, что Стив не отвел свои глаза и вместо этого продолжает пристально изучать его. И Омега доволен этим. Пусть Стив насытится им, пускай все произойдет так, чтобы они смогли вернуться к своей привычной жизни. — Мы дадим вам минутку, — рыжая Альфа говорит с легкой и теплой улыбкой на губах. Тони с удивлением обнаруживает, что она стоит в дверях, держась одной рукой за ручку, и вся комната абсолютно пуста, даже Роуди, который стоял у него за спиной, каким-то образом прошел мимо и вышел за дверь без его ведома. — Пусть Пятница вызовет нас, если что, — она делает паузу и посылает многозначительный взгляд на Стива: «ВЫ нужны нам». Затем тишина. Тони наблюдает, как за ней закрывается дверь. — Тони. Стив произносит его имя так, что волоски на задней части шеи Омеги встают дыбом, а дикий ритм сердца доходит даже до внешней оболочки ушей. Карие глаза огибают комнату, замечая Стива, медленно пробирающегося к нему маленькими шажками. Тони смотрит на Стива, затаив дыхание и левой рукой поглаживая живот. Но потом глаза Стива устремляются туда, где рука трется о выпирающий живот, и он останавливается всего в паре метров, сосредотачивая взгляд на нем. Тони хватает секунды, чтобы понять, что Стив смотрит на его левую руку, где больше нет обручального кольца, и он неосознанно сжимает ее в кулак, отводя взгляд. — Мое кольцо надежно сокрыто в секретном ящике, — бездумно объясняет Омега и до сих пор не может посмотреть в глаза Стива. — Ох. Тони сглатывает комок слов, которые застряли в горле, затем громко прокашливается, собираясь с силами, чтобы повернуться лицом к Альфе. От тишины в ответ со стороны Стива становится неловко, и, когда он ловит взгляд несчастных голубых глаз, ощущает желание сразу успокоить своего мужа витиеватыми словами. Но это никогда не работало, даже когда они были в хороших отношениях, и Тони сомневается, что это сработает сейчас. Вместо этого он сужает оставшееся расстояние между ними и хватает левую руку Стива, на безымянном пальце которой по-прежнему надето обручальное кольцо, и словно электрический ток проходит по всему телу от точки соприкосновения кончиками пальцев. Тони чувствует мозоли на руках Стива, холодное прикосновение к золотому кольцу успокаивает его, хотя и не должно. Он поворачивает голову и вновь утопает в этих лазурных глазах, а их губы разделяет лишь пара сантиметров. Тони не хочет отталкивать Стива, но и не чувствует желания поцеловать его. Неподходящее время для этого и, честно говоря, он не уверен, что готов справиться с такой отрицательной реакцией, как только его мозг вернется в онлайн. Вместо этого Омега осторожно кладет руку Стива прямо на живот, на то место, под которым отдыхает их сын, и Тони смотрит на Альфу, когда у того по щекам текут слезы. Он протягивает свободную руку, чтобы вытереть их, затем выдыхает и закрывает глаза, чувствуя теплый отпечаток руки Стива на своем животе, как если бы она обладала абсолютным правом собственности. — Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, — Стив шепчет, отчего Тони закрывает глаза плотнее и, наконец, позволяет всему идти своим ходом, не оставляя позади ничего. Он понимает, что уже довольно. Омега упирается лбом в плечо Стива и вдыхает мускус Альфы, чувствуя, как под закрытыми веками слезы собираются океаном на знакомый запах, который он так долго жаждал почувствовать вновь. У них есть темы для разговоров, есть над чем работать, когда дело дойдет до их брака, но об этом они подумают завтра. Так думает Тони. Все наладится, ведь в этот раз они будут работать над этим вместе. Они начнут все с нуля и построят крепкий фундамент на любви и доверии, не оставляя никаких щелей позади. Тони знает, что все раны заживут, и это заставляет его рыдать от облегчения.