Школа Андертейл

POV Санса И что мне сейчас делать? А? Истерить? Биться головой об стену? Умереть в адском кругу вместе с Сатаной по имени Папайрус? Последнее — глупая идея, каюсь. И вообще, несу я полный бред. А что я несу? БРЕД! И носит меня бред, и я несу его, и мы носимся! Так взад-вперед и по кругу. АДСКОМУ КРУГУ! Гейскому адскому кругу ада… (ой, что-то меня понесло). Боженька, спаси мою душу! Не дай мне упасть в пучину вазелина! Все, я сошел с ума, я сошел с ума… какая досада. Хотя нет, не досада. Счастье! Потому что теперь можно со спокойной душой и чистой совестью пойти домой! Хотя у меня еще один урок — физкультура. И на мое счастье (я же не ошибся!), у нас должен быть сегодня футбол. Кстати, о физкультуре. У нас новый учитель, перевелся к нам совсем недавно и сегодня его первый урок. Как только он появился, класс тут же обступил его (девушки в основном), так что мне пришлось попотеть, чтобы пробиться сквозь толпу. Молодой мужчина возвышался над облепившими его девчонками — светловолосый (натуральный цвет!) и голубоглазый. Со всех сторон то и дело раздавались восторженные стоны. Но его взгляд явственно говорил — мы для него дети. И иначе он к нам относиться не будет. Он выстроил нас в шеренгу, и я оказался в середине. Фух…, а сколько было переживаний в свое время, что я мелкого роста. — Меня зовут Юрий Монстрович. И никак иначе! — Его зовут «Никак Иначе», — прошептал рядом стоящий парень, и я улыбнулся — как же все-таки задевает, когда девушки-ровесницы больше интересуются взрослыми мужчинами. Урок начался с небольшой разминки, после чего наш класс пробежал несколько кругов, и мальчишкам (то есть нам) разрешили сыграть в футбол. Тут я обо всех своих бедах и позабыл. До конца урока. Я вернулся домой и решил сразу пойти в ванную (после футбола на улице сильно вспотел, но в школьной душевой мыться было лень), однако в последний момент передумал. Мне почему-то стало очень интересно, чем там занят Папайрус. Я подошел к его двери и приложился ухом. Гениально! И что, спрашивается, я ожидал услышать? Чья-то рука похлопала меня по плечу, и позади обнаружился брата собственной персоной и в одних трусах. У меня слегка помутился рассудок. Такой сексуальный и красивый… — Что пытался узнать? — улыбнулся он мне. — Н-н-ничего, — а что это я заикаюсь-то? Так хочется прикоснуться… Я даже непроизвольно потянулся к его торсу рукой, но вовремя ее отдернул и прижался к двери. — А ты что, в школу в костюме ходишь? Боишься учителей? — поинтересовался Папайрус, и я залился краской ярости. Да как он смеет так говорить?! Что он обо мне знает?! — Слушай, у меня идея, — услышал я его голос. — Давай, собирайся, одевайся потеплее и жди меня внизу через пятнадцать минут. — Но я только из школы, мне бы в ванную… Он меня совершенно не слушал, оттащил от входа в свою комнату и скрылся за дверью. Я что, сам с собой разговариваю? Так, не время думать об этом! Я взял вещи из своей комнаты, побежал в ванную, принял душ, после чего переоделся в чистое и бегом спустился вниз. Накинул куртку и стал ждать Папайруса. Он почти тут же спустился, облаченный в черные обтягивающие джинсы, синий свитер и перчатки, после чего оглядел меня и взял свою черную куртку. Странно, что не плащ. На улице все еще падал снег, и мы прошли за дом, где была вертолетная площадка, потом отошли чуть дальше… И тут до меня дошло. Что я тут делаю?! На улице. С ним наедине. Может, он хочет похитить меня и улететь в Гималаи? И там изнасиловать, а потом продать в рабство семье евреев? (П. Беты: чутка занесло :D) Или еще что-нибудь похуже… Но прежде чем мои мысли свернули в совсем уж кошмарное русло, в меня полетел первый запущенный братом снежок. Он попал мне в куртку, и я слегка оторопел. Так он всего-то хотел поиграть в снежки?! Охо-хо… не на того напал! Я, конечно, не ребенок, но зима — время особых игр. Ответил Папайрусу тем же, но промазал — вот черт! А в меня уже летели следующие комки снега, и я бросился в сторону, пытаясь увернуться. Один все-таки попал мне в бедро, я схватил горсть снега, скомкал и запустил в него. Попал! Ур-р-р-а-а-а!!! Я принялся исполнять танец победителя, совершенно не осознавая, что творю, но тут мне прилетело снежком прямо по макушке (спасибо шапке, смягчила удар), и я почувствовал, как по лицу текут капли тающего снега. Красота. Вот гад брюнетистый! После этого веселья я уже начал думать, что брат хочет дружить со мной, но не тут-то было… Мы играли в снежки, пока я не устал и не попытался смыться домой, но Папайрус поймал меня за капюшон куртки и как следует потаскал по земле. Я тут же наглотался снега и возненавидел его еще сильнее. Наконец, он оставил меня в покое, я откашлялся, мы временно заключили мир и принялись лепить снеговика. Пока я мастерил ему голову, Папайрус сгонял домой за морковкой. Хороший выдался вечер. Но Папайруса я все равно ненавижу! Ненавижу… Как он веселился, когда я вытаскивал из-за шиворота набившийся снег! И ведь все из-за него! Как только я переоделся в чистую и сухую одежду, Настя напоила меня крепким чаем. Почему-то я надеялся, что он захочет поцеловать меня во время этой прогулки, но он даже не попытался. Не хотелось об этом думать, но, кажется, я действительно расстроился… Следующие два дня было очень тихо. Единственный друг, с кем я более менее общаюсь, так это Азри. Но он заболел и не приходит в школу. Так и прошли выходные

★

Да что ж это за фигня такая происходит последние два дня?! Азри болеет, а Папайрус не обращает на меня внимания! С каких это баранов Папайрус перестал со мной разговаривать и отсел подальше за столом? Он же обещал меня изнасиловать! Нет, ну не то, чтобы я этого хочу… Или хочу? Да, кстати, сегодня суббота, вечером надо наконец порыться в тестах на ориентацию. Я заранее составил таблицу, куда буду вписывать номера тестов и полученные результаты. После четырнадцатого теста я сдался. Ну чего еще можно было ожидать после того, как я честно ответил на вопросы «целовались ли вы с человеком вашего пола?», «любовались ли вы когда-либо мужским телом?», «мечтали ли заняться сексом с мужчиной?» (хотел сказать «нет», но вовремя вспомнил про сон с братом в главной роли). Единственный вопрос, на который я ответил отрицательно, это «занимались ли вы сексом с мужчиной». Как говорится, вот вам и результат… Но больше всего я бесился из-за того, что Папайрус перестал на меня смотреть. Понимаю, глупо о нем думать, ведь он сломал мою технику, сделал мне дырку в ухе, поцеловал меня в губы, развлекал… Какой-то странный образ у меня получается. Так, попытаемся мыслить последовательно. Он извращенец и маньяк, у него садистские наклонности…