Алая Роза Конохи

Благодаря Технике Перемещения, Мито оказалась на поле битвы уже через минуту. Она понимала, что ее появление могут заметить, все-таки, чакру Узумаки достаточно легко отличить от других. Понизив уровень чакры до минимально низкого, принцесса начала обследовать ситуацию. Врагов было десять человек, все они были отлично подготовлены, судя по используемым техникам и высокой скорости. А, приглядевшись к их глазам, Мито поняла, что это члены клана Учиха. Девушка знала, что Учихи и Сенджу являются давними соперниками, и при любом удобном случае они пытались уничтожить друг друга. И этот удобный случай наступил. Мито видела, что Хаширама уже очень устал — по тому, как тяжело он приземлился на землю, по тому, как он с присвистом дышал и опирался на колено, выпрямляясь. Но в нем не было ни капли сомнения или страха — он был готов сражаться до конца. — Хаширама! — крикнула Мито, хотя она понимала, что ни в коем случае нельзя отвлекать его. Просто не смогла выдержать, когда, сделав шаг вперед, он вдруг покачнулся. Парень резко обернулся и шокировано посмотрел на любимую: — Мито? — Да, это я! — Беги, Мито, беги! — Я не уйду! Я хочу помочь тебе! — Они слишком сильны, ты не справишься! — Справлюсь! И в этот раз враг увидел Мито. Он понял, что Мито дорога Хашираме, и чтобы сломить его, решил убить ее. Несколько наемников напали на Сенджу, чтобы отвлечь его, а остальные побежали на девушку. Последние силы покидали Хашираму. Он упал на колени и случайно посмотрел в сторону Мито и замер от ужаса: враги приближались к принцессе. — МИТО! БЕГИ! — заорал Сенджу, но уже было поздно: Учихи были уже в тридцати метрах от своей жертвы. Те, кто остался сражаться против наследника, схватили его за руки и заставили смотреть на любимую. — Смотри, Сенджу, как сейчас будут убивать твою красавицу. Не дергайся! Ты не сможешь ей помочь! Хаширама сам понимал это. Сейчас он мог лишь молиться за нее. Сердце Мито обливалось кровью при виде истерзанного возлюбленного и вся ее сущность наполнилась решимостью отомстить за него. Она просто не могла позволить Хашираме умереть здесь и сейчас. Только не так и только не на ее глазах. — Я делаю это ради тебя, Хаширама. Прости меня, если сможешь. Девушка приняла решение использовать самую страшную и сильную технику клана Узумаки: Технику Серебряного Дракона. — Техника Призыва: Серебряный Дракон! — Что это? — побелевшими губами пробормотал один из Учих, останавливаясь и потерянно осматриваясь по сторонам. Земля тряслась, отчего мелкие камушки танцевали и прыгали на ней, словно бы в страхе от приближения чего-то колоссального. Тело принцессы клана Узумаки стремительно наливалось серебристым светом, исходя им, как готовая полыхнуть взрывная печать. От чакры, вихрями кружащейся вокруг нее, было тяжело дышать, воздух становился горячим. И внезапно в голову Хаширамы пришел его давний разговор с отцом об этой технике: « — Отец, скажи, а что это за техника Серебряного Дракона? — Эта техника известна как самая сильная и страшная техника клана Узумаки. Только чистокровный представитель клана может использовать эту технику. Потому что там нужна особая чакра и кровь. — Кровь? — Да. Именно поэтому техника является запретной, ведь для ее полноценного использования нужна кровь. Она питается ею. — А каков итог использования техники? — Смерть пользователя. Она дает невероятную силу, но взамен забирает жизнь…» Сенджу понял, что тратить драгоценное время на уговоры бесполезно — единственный шанс прервать ее технику заключался в том, чтобы добраться до Мито прежде, чем та закончит. Иначе ничего нельзя будет исправить. Сжав зубы и направив всю оставшуюся чакру в скорость, Хаширама рванулся с места, оставив позади ничего не понимающего противника, только вошедшего во вкус их боя. — МИТО! — Хаширама ворвался в шар света, выбрасывая вперед руки, на ходу удлинявшиеся и превращавшиеся в ветки дерева. Но он не успевал — и осознавал это. Взрывной волной всех отбросило назад. Сенджу выругался, безотрывно глядя на развертывающийся вихрь серебристой чакры. Завивающаяся спираль постепенно принимала определенные формы и все больше становилась похожа на гигантского дракона. Сердце Хаширамы на мгновение остановилось, когда на серебристое, словно из порванных вен, брызнули бордовые полосы. Сенджу понимал, что это значит. Техника такого высокой уровня требовала не только чакры. Ей нужна была кровь. Он еще раз выкрикнул ее имя, но его голос пропал в жутком грохоте. Все, что он мог сделать сейчас — это ждать, когда все кончится. И молиться за любимую. Свет ослеплял его, и он не мог видеть того, что происходило внутри серебристого кокона из чакры, а тот, кто смог бы, было сейчас слишком далеко. Шар разорвался, и свет тут же исчез. Посреди поля битвы стояла гигантский серебряный дракон с кровавыми разводами на чешуе. Его черные глаза внимательно наблюдали за обалдевшего противника, а в глотке уже нагревался шар огня. Сенджу упал на одно колено, тяжело дыша и мысленно спрашивая возлюбленную, почему она сделала это. Почему зашла так далеко. Он должен сделать хоть что-то, иначе никогда себе не простит. Он твердил это, с непреклонным упорством гоня прочь понимание того, что ничего сделать не сможет. Враги, используя Шаринган, попытались взять под контроль зверя, но им это не удалось: дракон поставил мысленный блок, а затем взлетел, плюнув в противников мощным потоком огня. Но те увернулись. Хаширама выругался снова. В отличие от остальных, он понимал, что поддерживать эту технику долго Мито не в состоянии. И чем дольше она пребывает в такой форме, тем больше сил и чакры ей приходится тратить. Тем меньше вероятность, что она сможет пережить последствия своего поступка. Врагов было много и они были по сравнению с Драконом совсем небольшими, но для зверя это не было проблемой. И наконец, Дракон начал загонять свою добычу в ловушку, заставляя его встать так, как ему было нужно. Сердце Хаширамы обливалось кровью всякий раз, когда противник Мито, словно почувствовав что-то, вдруг отпрыгивал в другую сторону. Но так или иначе все было кончено. Никто из видевших эту технику не выживал — никто из тех, против кого она была направлена. Еще один взмах, и враг наконец оказался ровно перед Драконом — на том точно выверенном расстоянии, которое было нужно ему для последнего удара. Хаширама не мог отвести глаз от появившейся на голове Дракона женской фигурки. Принцесса была бледна, как смерть. От того бордовые узоры на ее лице казались алыми и походили на кровавые разводы. Сенджу не слышал, как она сказала название техники, мог только прочесть по губам и понять по складываемым печатям. Это была ловушка — Обратная Печать Серебряного Дракона. Самая опасная, абсолютно неотразимая техника клана Узумаки. — Какого…? — Глаза врагов округлились от внезапного понимания того, что произошло. Вокруг него, кровавыми потоками пламени струясь по земле, вспыхнули линии огромной пентаграммы, представляющей собой цветок лотоса. На лепестках начали стремительно проступать символы, и никто не мог их расшифровать. Его ноги приросли к земле, а вся чакра, которой он попытался помочь себе, мощным потоком схлынула вниз, впитываясь в пентаграмму и растворяясь в ней. В страхе он поднял голову наверх, устремляя взгляд на замершего в воздухе серебристого дракона. Зверь расправил огромные крылья и широко раскрыл пасть. Из нутра поднимался огромный шар чакры, смешанный с кровью Узумаки. Враги не успели даже крикнуть, когда Дракон выстрелил в него слепящим разрушительным светом. Он даже не успел осознать, что умер, потому что всего за долю секунды его тело разорвалось на тысячу кусочков. Потом стало темно. Мгновенно. А посреди образовавшейся после разрушительной техники воронки больше не было огромного дракона. Когда дым развеялся, подбежавшие жители деревни увидели только Хашираму, баюкающего на руках безжизненное женское тело. — Почему? — бормотал он, вытирая кровь с ее лица. — Почему ты… почему так рисковала? — Потому что я люблю тебя. И я не могла позволить тебе умереть на моих глазах. — Она улыбается и смотрит на него сонными черными глазами. Его рука лежит на ее груди, окруженная ореолом исцеляющей чакры. — С тобой все будет хорошо, Мито. Потерпи еще немного. — Я знаю. Со мной все будет хорошо. Он не верит своим ушам. Ее жизнь висит на волоске, странно, как его любимая вообще еще дышит и разговаривает — знаменитая выносливость клана Узумаки, по другому никак. И при этом Мито говорит это так спокойно — совсем не для того, чтобы убедить его. Она правда верит в это. — Откуда ты знаешь? — Хаширама не может не спросить, потому что непонимание убивает его и застилает все глазами душной темнотой отчаяния. — Потому что ты рядом. — Принцесса кладет ладонь поверх его дрожащей руки. — Потому что ты — моя жизнь, моя любовь. Ты со мной, а значит, ты не позволишь мне умереть, я уверена в этом. Он не знает, что ей ответить, и просто молчит, шокированный всем случившимся до глубины души. Девушка закрывает глаза, потому что чувствует, что вот — вот потеряет сознание, но наследник ощущает, как бьется ее сердце под его ладонью — спокойно, уверенно. И это спокойствие передается и ему, заставляя его забыть об усталости и потраченной чакре. — Конечно, не позволю, Мито, — говорит он, сводя брови в последнем необходимом усилии. — Ведь я с тобой.