Вы совсем не знаете меня! Истинного меня!

      — Это всё случилось двенадцать лет назад. То был обычный день. Тебе, Наруто, тогда только год был, а старшая сестра и брат были пока тогда генинами... — начал свой рассказ Минато, поудобнее усаживаясь на стуле. Вся эта история сама по себе весьма неприятна...

***

      Солнышко ярко светило в небе, птички пели песни. На улицах становилось шумно, а просторные улочки уже не казались такими пустыми. В этот день дул весьма прохладный ветерок, но из-за жары, что дарило солнце, эта прохлада почти не ощущалась. Цветение Сакуры в это время — самое прекрасное, что можно только увидеть. Лепестки медленно спадали с деревьев, вихрем кружась в воздухе, а аромат, витающий в деревне, слегка кружил голову. Весна, что может быть чудесней!       Минато работал тогда весь день, ведь дел навалилось не мало, да и только недавно в деревне Облака случилось несчастье, своего рода проблема — пропала джинчурики двуххвостой. Все главы пяти деревень буквально были подняты на уши, учитывая, что не так давно из деревни Скалы пропал ещё один джинчурики. Кушина не могла помочь, так как ухаживала за детьми, Нара был в Песке на переговорах, что тоже неудобно, А Хирузен милостиво вызвался поехать в Водоворот — у них тоже приключилась беда: кто-то украл важные свитки. Кроме того, сейчас там боролись за место, как главы деревни. По идее, следующим главой, если так подумать, должна быть Кушина, но так как она отказалась, то дальнейшими претендентами выступает Менма, который только будет скоро сдавать экзамен на чуунина, и Наруто, которому только год. Весьма унылая ситуация, следует заметить, да ещё и проблема с девятихвостым — силы Кушины не вечны, как бы упряма та ни была.       Покончив с работой, Намикадзе устало вздохнул, потянулся, а после, выключив свет в кабинете, покинул здание резиденции. Он не спеша шёл по улице, чуть ли не клюя носом в землю и изредка зевая — сказывались бессонные ночи. Вся эта напряжённая ситуация с Деревней Облака, джинчурики — всё это выматывало. А ещё и за кланами надо было присматривать, да и нападений мелких воров в последнее время участилось, приходилось подключать мелкие отряды, даже генинов, так как поделать больше нечего. Вся деревня буквально стояла на ушах, отчего и всплывало много работы. Лишь сегодня Минато смог наконец покончить с тем множеством бумаг, что были ещё два дня назад в его кабинете. Он даже протолкнуться не мог, а про то, какой шок его с утра тогда застал на работе, и говорить не стоит.       Дойдя до дома, Минато произнёс привычное "Я дома!", что вошло в привычку у всей семьи, а после, не услышав ответа, он мигом ворвался на кухню, застыв на месте.       Это уже случалось и прежде, но в такие моменты Кушина всегда была рядом с Минато, потому он мог сразу ей помочь, но в этот раз... Никто не знал, почему именно тогда это должно было случиться, но.. что должно случиться, того не миновать.       Девятихвостый был слишком силён даже для Кровавой Хабанеро, тем более, что во время родов печати ослабевают. Ещё после рождения старшего сына, Менмы, печать немного ослабела, а после второго ребёнка, Акии, со временем у Кушины начались приступы. Редкие моменты, когда она была словно не собой, а кем-то другим. И это явно был девятихвостый, желающий обрести свободу и волю действий. Обычно приступы были раза три максимум в полгода, повезёт — вообще не будет. Но когда родился Наруто, эти приступы участились, а пытаться предвидеть их бесполезно. И когда Кушиной овладевал демон, Минато всегда удавалось удерживать хвостатого, сдерживать печать, но сам он не раз был покалечен в такие моменты. К тому же, если разозлить Кушину, то она потеряет контроль над лисом, то есть гнев, злость, обида и прочие похожие чувства и спровоцируют приступ.       И вот Минато застал Кушину, медленно потягивающую руки к колыбельке, где лежал Наруто. Он не плакал, не кричал, не протягивал ручки, увидев маму. Нет, он просто спал, даже не зная, что происходит. Минато не успел тогда, просто не успел. Кушина успела коснутся малыша, а это было достаточно для хвостатого, чтобы тот мог покалечить младенца. От боли Наруто закричал, заплакал, размахивая руками, но ногами он не мог и пошевелить. Минато тут же запечатал демона, через силу приложив руку к печати на животе жены, отчего та успокоилась. Она ничего не вспомнит, а проснётся через пару часов. Тем лучше, но вот Наруто... Что же с ним успел сделать демон? Минато быстро уложил на диван Кушину, а после подошёл к колыбельке, пытаясь успокоить сына, но тут же заметил, что он не дёргает ногами, как обычно. Мигом взяв сына на руки, Намикадзе развернулся, уже собираясь в больницу, но его нагло остановили, преградив путь.       — Почему ты её остановил? — безразлично спросил Менма, выходя из-за угла. Он встал в проходе, смотря на отца, а тот нахмурился.       Предполагалось и такое, но... Глаза старшего сына словно пылали огнём. Сейчас это было видно как никогда раньше. За ним и раньше замечали подобное, Минато и Кушина, но никому ничего не говорили, словно сами не верили в правду. Вероятность того, что часть чакры девятихвостого передалась старшему сыну, была весьма велика. И если всё так, как они и думали, то сейчас именно Менма стал причиной всей сложившейся ситуации.       — Менма, что ты задумал? Ты хотел убить собственного брата? И воспользовался матерью? — если бы он мог, Минато непременно врезал бы старшему, для профилактики и наказания, но, увы, у него на руках был младший.       — Да, но ничего не вышло. Что же, тогда я пошёл, — он просто пожал плечами и ушёл. Послышался замок входной двери, а после кто-то сбежал вниз.       — Пап! Что происходит? Брат меня связал, а с... — Акия посмотрела на отца, а после и заметила мать. Она видела её лишь раз во время приступа, потому объяснять ничего не пришлось.       — Присмотри за матерью, — только и произнёс Хокаге, тут же выбегая из дома. Медлить было нельзя, а ребёнок уже почти не кричал.

***

      — Сожалею, Минато, но он не сможет ходить, очаг разрушен, а это непременно повлияет на работу сердца, — сняв с лица маску, печально взглянув на Намикадзе, произнесла Тсунаде.       Хокаге сжал руки в кулаки, не веря, что такое могло случиться. Он просто не хотел в это верить. Чертыхнувшись, он ударил рукой по скамейке, опустив голову. Сенджу покачала головой, хотя сама она хотела помочь, да вот только не существует возможности помочь маленькому Наруто. Никак.

***

      — Что касается хвостатых, то есть организация, появившаяся примерно десять лет назад, по крайней мере официально. Тсудзурао, так они себя назвали. Заявили, что схватят всех джинчурики, а после создадут новый мир при помощи хвостатых. О них только и известно, что ходит группами по три или два человека, одеты в красный плащ с неким знаком в виде глаза, а также в их числе сейчас шестеро джинчурики, — объяснил Минато, сложив руки замком и положив на них голову. Он не хотел смотреть сыну в глаза, виня себя за то, что не успел тогда. — В итоге осталось три джинчурики...       — Мама, Рин и кто ещё? — решив поговорить на тему прошлого потом, Наруто сначала приступил, по его мнению, к более важной части разговора.       — Гаара из Песка... Стоп, откуда ты про Рин знаешь?! — тут же воскликнул Намикадзе, глянув на сына — а вот тут он прокололся.       — Знаю, потому что тогда Югито, девушка из Тсудзурао, сказала и про Рин, трёхвостый вроде, — почесав затылок, произнёс Узумаки. Может, неудачно, но вроде выкрутился.       — Да, всё верно... Но зачем она с тобой говорила? И главное — когда? — второй прокол. Минато внимательно смотрел на Наруто, который цыкнул тихо, даже почти не заметно. План у него примерный на ответ был, но несколько сомнительный.       — Она меня про маму спросила, мол, не я ли сын Хокаге и так далее, — так же реакция "дурочка", и отец, казалось, успокоился, отбросив подозрения. Но это пока что. — Впрочем, я понял. Что теперь делать будете?       — Планируется обеспечить безопасность джинчурики, даже генинов подключат, а потом только ждать, — ответил Минато совершенно честно. — А что касается прошлого. Ты на нас злишься, да? — склонив голову, спросил Хокаге, горько усмехнувшись. Такая реакция будет самой ожидаемой.       Наруто встал с места, подошёл к окну, приложив на поверхность стекла руку. Дождь. Пока отец рассказывал ему о прошлом, за окном успел пойти дождь, что теперь каплями стекал по окну, а завтра наверняка будет немало луж. Злиться, да?       — Знаешь, нет, я не злюсь, но вы поступили не правильно, ничего не рассказав, — Минато тут же поднял голову, удивлённо посмотрев на сына. Мужчина прикрыл лицо рукой, а Наруто прошёл мимо него, направляясь в комнату. Уже было слишком поздно. — Спокойной ночи.       Не сумев повернуться, Наруто ушёл в свою комнату. Там он глухо упал на кровать, сжав кулак. Нет, он и правда не злился, но было обидно, что так много времени они молчали. Даже он, другой Наруто, всё понял бы, ведь он даже умнее, чем нынешний Узумаки. Но так же волновала и другая ситуация. Встав с постели, Наруто закрыл дверь на замок, а после сложил печати, и рядом появился из дымки Курама, но с более тёмной шерстью. Обычно дома он это не делал, но так говорить куда удобнее.       — Почему ты так поступал? — спросил Узумаки тихо, разводя руками.       Китсуне помахал хвостом, слегка поджал уши, словно бы он считал себя виноватым, но это ведь было далеко не так.       — Послушай, Наруто, я за себя могу и не ручаться, ведь мы отличаемся от ваших хвостатых. Мы и люди, и звери, а наша звериная часть бывает куда сильнее нас, а провоцировать зверя — себе дороже.       Узумаки замолчал, смотря прямо в глаза демону. Он и правда был на вид безобидным, но, тем не менее, это лишь внешне. Теперь он, казалось, понял, почему они не желали ничего о себе рассказывать.       — Пусть так.       Наруто фыркнул, после чего развеял технику и глухо упал на кровать, медленно погружаясь в желанный сон.