Вы совсем не знаете меня! Истинного меня!

      Вечер выдался тёплым, на удивление безветренным, даже Луна была почти полной. Ни шелеста листвы, травы — лишь уханье совы и вой волка где-то вдали.       Наруто приземлился на дерево, тут же посмотрев в правую сторону, где подле него, разве что на ветку ниже, приземлился Учиха. На них ни царапины, на лице и признака страха или неуверенности — лишь негодования. Они оба были всё ещё озадачены всем тем, что услышали от Мадары, и оба они были сыты сполна всей кашей, что сами и заварили.       Кажется, потому санин и исчез, больше никак не показывая себя, не давая никаких признаков жизни. Может, он покинул страну Огня, Молнии, Ветра — кто его знает, куда он решил податься. О нём просто ни слуху, ни духу. И ведь именно из-за него они сейчас тут, в окружении врагов и тех, кто когда-то был их друзьями. Это просто сбивало с толку, но навыки АНБУ помогали им хоть как-то оставаться относительно хладнокровными, безразличными. Они побывали уже не в одной битв, прошли Четвёртую войну шиноби, бились против десятихвостого, Кагуи, Мадары — кто бы мог подумать, что есть что-то, что может их сбить с толку?       Показав напарнику знак, Наруто с помощью шуншина пробрался в кусты. Их цель тут же обернулась на звук, неспешно подходя к зелени и по пути доставая кунай.       Раз, и из кустов выпрыгнул зайчик.       Два, и Саске спрыгнул с дерева, наваливаясь на врага. Он хотел использовать технику, но Наруто, что из зайца снова превратился в себя, сделал подножку, мгновенно создавая расенган и уничтожая землю под ногами врага.       Три, и Учиха забирает противника в гендзюцу, после чего мужчина проваливается в забытье.       — Быстрее, — прошептал Учиха, кивнув другу.       Узумаки не стоило повторять одно и то же несколько раз. Он спустился . созданную им же яму, приподнял майку, что была на враге, тут же увидев рисунок на животе. Он не был замысловатым, весьма простой, отчего представитель клана, специализирующегося на подобном, невольно усмехнулся. Ещё явно и неопытный шиноби ставил эту печать, потому как рисунок был немного искажён и чуть ли не размыт. Сложив нужные знаки руками, Наруто быстро коснулся печати, отчего чакра медленно перетекла сначала в руку, а после стала постепенно растворяться, приближаясь к плечу. Пару минут, и дело было сделано.       — Остался Ива, — почёсывая устало затылок и разминая затёкшие кости, протянул Учиха.       Его голос звучал уставше, подобно его виду. Взлохмаченные волосы сильно бросались в глаза, круги под глазами были чуть ли не темнее глаз.       — Что самое сложное, — согласно кивнул Узумаки, выпрыгивая из ямы.       Он оглянулся, осмотрев мужчину. Чёрные волосы, строгие черты лица и, кажется, карие глаза, одет он был в униформу с повязкой деревни Облака. Хок Михару — так звали джинчурики Чоумея, семихвостого.       Ещё некоторое время назад, около двух дней, они приняли решение о немедленном розыске хвостатых. Они блуждали по лесам вокруг Конохи, изредка почти что покидая пределы владений деревни, ища джинчурики. Удивительно, но это было проще, чем они думали, тем более, что все они были вовсе неосторожно отосланы в гущу событий главой Тсудзурао. Либо того хотел их глава — как знать. Во всяком случае, это сыграло шиноби лишь на руку.       Кроме того, как оказалось, Тсудзурао были глупы и в другом: они забрали большую часть чакры хвостатых себе, оставляя джинчурикам одну треть, если не меньше, хотя и того достаточно, чтобы противостоять сильным врагам.       Югито была первой целью, победить её оказалось проще простого, тем более, что она в какой-то момент перестала сопротивляться, резко вздрогнув, но это стало ошибкой Нии — её отрубили и распечатали хвостатого.       Утаката был вторым и относительно лёгким соперником. Он сражался достойно, и Саске даже успел активировать три томое, когда до этого использовал обычно два. Находясь под одним гендзюцу, запудривающим мозги, джинчурики были лёгкой целью для глаза клана Учиха, и это было очень удачно, что целых два Учихи, самых сильных из ныне живущих в своём клане, были на стороне Конохагуре. И Утаката был обезврежен, когда Наруто резко высвободил много ки, в основном негативной, за что спасибо нужно сказать Кураме. Джинчурики тогда резко остановился, задышал часто, почти падая на колени, а Учиха, поместив врага в гендзюцу, выиграл время для напарника. И противник был побеждён.       Третьим соперником, весьма сложным, был Кисаме. И дело был даже не в том, что он был джинчурики, нет, он оставался мечником Тумана, не давал приблизиться к себе и на десять метров. Это было большой проблемой, и обоим было трудно сражаться, не имея и шанса приблизиться к противнику, но они всё же не слабаки, потому Наруто поспешно использовал чакру Курамы, сбивая с толку врага, а Саске активировал мангекё шаринган, используя аматерасу и предоставляя напарнику шанс увести противника в нокаут. И это им удалось, так что и джинчурики Сон Гоку был побеждён.       Четвёртым был Хан, что в этом мире являлся джинчурики восьмихвостого. Кого-кого, а его победить было несложно, потому как он почти не сопротивлялся. Он, как показалось Наруто и Саске, даже не хотел драться, из чего они непременно сделали вывод, что не все джинчурики, находящиеся под властью Тсудзурао, выступает в роли членов организации по своей воле.       В итоге, спустя достаточно короткую битву, Узумаки смог изъять чакру Гьюки из Хана.       Забирать всю чакру хвостатых у Гаары Наруто не решился, но частичку — без проблем. И с джинчурики Песка всё было просто, и тот мог никогда об этом никому не сказать в силу их дружбы, так что и миссия была самой лёгкой из всех.       И вот, последняя цель — Кинику Ива. Это должно быть сложной задачей, потому как они до сих пор и отголоски чары пятихвостого не засекли.       — И куда? — лениво поинтересовалась Учиха.       Наруто пожал плечами, нахмурившись.       Он отправил всех хвостатых, чья чакры была у него, на поиски последнего джинчурики, но никто ещё так и не сообщил о Иве за последние двадцать четыре часа. Этот мужчина со шрамами словно сквозь землю провалился. Это немного настораживало, не бесило, как могло быть раньше, просто было неясно, почему он скрывается, когда должен уже атаковать, или почему этот джинчурики не пытался даже помочь Югито.       — Пошли, есть одна догадка, — тихо проговорил, почти прошептал Узумаки, маня напарника за собой.       Учиха кивнул, зашагал за другом. Тот вёл его куда-то, ни проронив ни слова на всём пути. Наруто был необычайно тих в последнее время, и Саске даже понимал почему.       Вскоре двое АНБУ вышли на поле. Чистое поле, никаких растений, лишь трава, а вокруг лес.       — И что мы тут забыли? — непонимающе спросил Учиха, оглядываясь.       Наруто промолчал, лишь поднял руку, указывая в сторону горы.       Ранее тут её не было, она есть лишь в этом мире. Огромная гора, которая была почти высотой до облаков, громадная, никогда никем не виданная, одна в своём роде. Был случай, когда Узумаки и Учиха туда забрели, сбежав однажды из деревни, и это было весело скакать и пытаться подняться по ней. В какой-то определённый момент даже чакра перестала слушаться шиноби, отчего они почти упали, но вовремя зацепились за уступы, использовали клонов. Это было действительно незабываемо.       — Он там, — всё же решил развеять тайну Узумаки, кивнув в дополнение в сторону горы.       — С чего ты взял?       Учиха скептически поднял правую бровь, недовольно смотря на джинчурики девятихвостого, который ещё недавно и не знал, где скрывается их враг.       — Хвостатые обыскивают леса, но Кинику из деревни камня. Его клан, как мне утверждает Мататаби, специализируется на том, чтобы возводить горы, разрушать их подчистую, создавать туннели — это их стихия, горы, — разъяснял, изредка размахивая руками, Наруто. — Эта гора, — он развернулся на девяносто градусов, встав полубоком к Учихе, указывая на громадное создание природы, — единственная в округе, откуда всё видно как на ладони. Если Ивы нет в лесах, значит, он будет там, где ему будет легче сражаться.       Учиха поспешно кивнул, понимая, почему такая догадка пробралась в голову джинчурики Курамы. Впрочем, если Наруто прав, и Кинику спец по техникам Камня, то им придётся непросто, сразись они с последней целью на горе. Но кто они такие, чтобы так просто сдаться? Кто они такие, чтобы забить на всё гвоздь, когда они почти завершили своё задание? Они — Учиха и Узумаки, потомки Индры и Асуры, что смогли раз и навсегда прекратить череду проклятия, смогли подружиться и пройти Четвёртую войну шиноби.       — Пошли, — в привычной ему манере, улыбнувшись во все тридцать два зуба, произнёс Узумаки, тут же используя шуншин и появляясь поодаль от напарника, дразня его и поднимая дух угрюмому Учихе.       И это подействовало.       Саске возмутился неподобающему ситуации поведению Наруто, но он также последовал за Узумаки, пытаясь его догнать.       Они стали приближаться очень быстро к горе, и им не составило труда взобраться на неё. Исследовав эту громадину вдоль и поперёк, они прекрасно знали, что тут есть тройка другая пещер, каждую из которых напарники хотели посетить. Одна, расположенная близко к земле, была пуста, со второй и третьей — то же самое. Четвёртая — там уже было хоть что-то: скалы, которые ни Узумаки, ни Учиха не помнили. Пятая — там был виден след от костра. Была ещё одна, самая последняя, но расположенная весьма высоко, куда взобраться было сложнее, чем можно себе представить. Чакра слушаться не хотела, потому Наруто решил вспомнить технику Бога Грома, перемещаясь с помощью кунаев, при этом заранее он поставил печать не только на своё оружие, но и напарника. И так, передвигаясь рывками, они смогли всё же добраться до той самой пещеры. Запрыгнув на выступ, оба АНБУ тут же встали в боевую стойку, наблюдая за тем, как Ива, медленно поднимаясь, кинул последнее бревно в костёр.       — Я ждал вас, — он стоял спиной к двум АНБУ Конохи.       Пару минут молчания были ужасной тратой времени, кровь застывала в жилах, потому что все они были уже на пределе. Вся та война, что началась недавно, заставляла израсходовать свои силы, нервы, губила многие жизни. И сейчас последний джинчурики Тсудзурао стоит перед ними спиной, но ни Саске, ни тем более Наруто не решались вонзить ему нож. И этого делать было просто незачем.       — Ждал, говоришь? — рука Узумаки твёрдо сжимала рукоять куная, взгляд и всё его внимание были прикованы к джинчурики.       Ива, потерев устало шею, кивнул, разворачиваясь. Всё то же лицо, полное шрамов, глаза, выражающие почти ничего, кроме боли, едва мелькающей во взгляде джинчурики.       — Я знаю про своих, — он тут же посмотрел куда-то за спину тех, кто пришёл к нему. — Вы... — он замялся, кажется, думая над ответом, — спасибо вам.       Он слегка качнул головой, тут же обескуражив обоих АНБУ. Никто из двоих парней не понимал, почему их враг легко поклонился, говоря им благодарность за то, что они не только побили его товарищей, но и извлекли чакру хвостатых.       — Мы были под влиянием Тсудзурао много лет, а они просто мыли нам мозги. Я был самый первый и вступил в организацию по своей воле, потому мог сохранять свои мысли такими, какими они есть, и никто ни о чём не подозревал. Другим уже стали заменять воспоминания, чувства, мысли — они все давно не принадлежали себе, являясь куклами в руках главы. Так что спасибо вам, что смогли им помочь, изъятие чакры хвостатых — единственный вариант для них. Больше не являясь джинчурики, они стали обычными шиноби, а печать на памяти действовала, только питаясь чакрой хвостатых.       Он замолчал так же резко, как и начал. Лишь пару раз его голос подводил, дыхание сбивалось, но он рассказал им причину. И теперь АНБУ, опустившие оружия и выпрямившиеся, хмуро смотрели куда-то себе под ноги. Наруто, сжавший руки в кулаки и до боли стиснувший рукоять, цыкнул. Его настроение буквально ощущалось: он был зол на Тсудзурао так, как не злился даже на Акацки. Это выбешивало, выводило его из себя, а их последняя цель после того, как они с Саске заберут чакру последнего джинчурики, и вовсе не укладывалась в голове. Он не хотел верить, что происходящее — это вообще реальность.       — Мы можем забрать часть чакры пятихвостого? — чувствуя, что друг немного не в себе, поинтересовался Учиха. Краем глаза он наблюдал за напарником, что стал вмиг мрачнее тучи.       Кинику кивнул, выставляя кулак вперёд.       Хмуро и медленно ступая к Иве, Наруто убрал кунай. Казалось, что прошла вечность, прежде чем Узумаки подошёл к джинчурики. Стукнул кулаком о кулак уже бывшего противника, поднимая уверенный взгляд на темноволосого мужчину. Еле уловимый кивок и благодарность, обращённая к Кинику молчаливо, говорили куда больше слов.       Ещё один кивок служил Учихе сигналу, по которому оба шиноби покинули пещеру на горе, спрыгивая с выступа и весьма удачно приземляясь на землю, при этом каждый из АНБУ не забыли создать себе с помощью клонов удачное место для приземления — небольшие батуты-матрасы.       — И где искать того старца? — поинтересовался Учиха, отряхиваясь от пыли, которая осела на его одежду во время пребывания в пещерах.       — В Узушиогакуре. Если быть точнее, то неподалёку есть один заброшенный храм, там ранее кто-то, кажется, тренировался, так и поле для битвы, считай, тоже будет, — прикрыв правый глаз и разведя в стороны руки, произнёс Узумаки.       — Ты уверен? — хмуро спросил Саске, не понимая, с чего такая точность.       В ответ Наруто лишь глянул на гору, легко кивнув, и этот знак был больше выражен в ещё одной благодарности, обращённой тому, кто решил остаться наверху, пока всё не уляжется.       Саске пожал в привычной ему манере плечами, хмыкнув.       Они доберутся до деревни Водоворота не ранее, чем через два дня. Им не просто надо, им требуется устроить привал, чтобы отдохнуть. Три дня без сна, на протяжении которых Саске и Наруто то выслеживали, то охотились за джинчурики, сказывались на обоих АНБУ. Но они всё равно двинулись в путь, решив на полпути после всё же отдохнуть на какой-нибудь полянке или среди деревьев, устроившись по старой привычке на дереве.

***

      Хмыкнув, Учиха, осматривал местность Узушиокагуре. Много членов клана Узумаки, чего прежде Саске и видеть не приходилось, поражали воображение. Ему даже собственный клан казался мельче и куда более скромным, нежели эта деревня, пусть она и была во много раз меньше Конохи или любой другой скрытой деревни. Отогакуре, разве что, может быть, будет поменьше, но кто знает.       — Нам туда, — тихо прошептал Наруто, тут же используя шуншин и перемещаясь на деревья, что были далеко слева.       Учиха озадаченно посмотрел на товарища, но спрашивать не стал. Он впервые говорил столь тихо, поглядывая в сторону деревни, что это невольно заставляло Учиху начинать волноваться о состоянии друга. Мало ли, может, он не выспался, и это может сказаться на битве, что им предстоит.       Пусть черноволосый и застыл на месте не некоторое время, он всё равно успел догнать напарника в считанные секунды.       Их путь пролегал через лес. Они всё время передвигались по деревьям, и на пути им никто не встречался, даже когда они стали приближаться к назначенному месту. Это заставляло напрячься, ведь в таком случае враг мог их поджидать — специально не поставил никого на постах, никто не защищал бывший храм шиноби.       — А кто стоит ниже старика? — вдруг спросил Саске, отталкиваясь о ветку.       — Никто, он главный, но его никто не видел, лишь слышали голос, — Узумаки по пути фыркнул, покачав недовольно головой. — Только к чему инкогнито — непонятно.       — Ива рассказал? — выдал свою догадку красноглазый, услышав положительный ответ. — Вы, джинчурики, сложный народ, оказывается, — усмехнулся Учиха, услышав тут же лёгкий смешок со стороны напарника.       — Это удобно, что такого? — непринуждённо произнёс Наруто, пожав плечами и улыбнувшись.       И больше они не говорили, приземлившись на землю Храма шиноби лишь спустя полчаса. Поляна, где лежало множество разрушенных манекенов, слабый, но постепенно нарастающий ветер, виднелся полуразрушенный храм, осколки стекол лежали на траве, блистали на солнце, что было ещё в зените. Некоторые деревья были без листвы, мёртвые, но всё ещё ещё цеплялись за землю корнями, некоторые были повалены, навсегда погибшие. Место выглядело отчасти заброшенным, отчасти чистым — тут явно кто-то был, потому как просто так свитки, видимо, уже ненужные, не валялись бы у стен здания. Осторожно подходя к самому храму, Наруто заметил их, аккуратно подбирая с земли и читая, не слушая недовольных и тихих возгласов Учихи. Тот был абсолютно недоволен действиями Узумаки, но вскоре, когда его напарник брал уже четвёртый пергамент, устало вздохнул, и сам выискивал эти неясные свитки.       — Старые и прекрасно всем известные техники, — недовольно бурчал Узумаки, откинув очередной свиток.       За два дня, что они шли к этому месту, Наруто успел всё обговорить с хвостатыми, ничего толкового не узнав от них. Оказалось, что и им в некоторым смысле прочистили память. В итоге оставшись почти ни с чем, лишь заручившись стопроцентной помощью хвостатых, Узумаки мог быть уверенным, что он непременно сможет использовать не только режим отшельника, но и мудреца, что наверняка понадобится.       — Ты говорил, что он тут должен быть, разве нет? — устало выдохнул Учиха, выкинув последний свиток, что лежал с его стороны у здания, и посмотрел на напарника, что так и продолжал читать бесполезные пергаменты.       Узумаки кивнул, пристав с земли.       — А он тут! Просто вы слишком слабы для него, парни! — надменный насмехающийся голос прозвучал позади.       Всего секунда, и неизвестный атаковал обоих, но и Саске вовремя отскочил, тем более, что большая сила атаки, коей являлся удар молний, была направлена на Наруто, вовремя использовавшего технику Бога Грома. Он переместился врагу за спину, в одной мгновение преодолевая всё то расстояние, что их разделяло, а это девять или десять метров. Уловив это лёгкое и быстрое движение позади, враг тут же обернулся. Удар ногой в лицо был заблокирован, а Наруто мог теперь даже не удивляться, видя лицо брата.       — А я уж думал, когда ты покажешься, — оскалившись, обронил Наруто, тут же пригибаясь и уходя от удара свободной руки Менмы.       Черноволосый не стал ожидать, когда удобная позиция Узумаки позволит ему сделать подножку. Менма отпрыгнул, сложил печати, выдыхая изо рта поток сильного ветра, смешанный с молниями. Перемещение с прыжком, и Наруто тут же создал расенган ветра, кидая его словно сюрикен в Менму. Тот удивился, замялся всего на пару секунд, но и того хватило, чтобы он сбил свою концентрацию, остановил действие своей техники. И чтобы блондин мог снова переместиться за спину брата. Менма успел увернуться от расенгана, как брат коснулся его спины. Думая, что Узумаки хотел его ударить, он развернулся, атакуя Наруто, но он тут же исчез в дымке. Теневой клон, излюбленная техника младшего.       — А ты не зря время тратил, — так же оскалившись, произнёс Менма, глядя на Наруто, стоящего в паре метров от противника.       Узумаки краем глаза посмотрел на своего напарника, подмечая, что его битва тоже в самом разгаре — тот сражался с сестрой блондина, ловко уворачиваясь от всех её ударов, но не атакуя.       — Как и ты. Где старик? — голос Наруто звучал для брата непонятно странно. Холодно, жёстко.       — Неуважение, знаешь ли, его так называть, — усмехнулся Менма. Блондин никогда не любил манеры.       — В данном случае — это ещё честь, — взгляд Узумаки стал нахмуренным, взгляд более жёстким. — Лучше скажи, иначе...       Он не стал договаривать, да и черноволосый Намикадзе его резко прервал, засмеявшись. Словно это была самая смешная и глупая шутка, которую только доводилось слышать Менме. Он резко выдохнул, улыбаясь, смахнул невидимую слезинку.       — Иначе? Что? Покалечишь? Калека на такое способен? — он всё ещё смеялся, улыбался, не принимал брата всерьёз, ведь что мог сделать ему тот, кто должен был умереть?       Наруто покачал головой, выдыхая удручённо. Его брат не изменится, он никогда не признает, что слишком помешан на мести. И причина так и осталась неизвестной для Наруто, да и ему было неинтересно её знать. Кроме того, часть чакры девятихвостого была слишком сильна для Менмы, а сам брат Узумаки слаб душой.       — Подчиниться чакре девятихвостого... Не находишь, что слишком жалок? — резко задал вопрос блондин, тут же увернувшись от молнии.       Следующей атаки не последовало.       — Это сила, Наруто! — воскликнул Менма, привлекая к себе внимание двух других шиноби, сражающихся неподалёку.       — Сила, которая захватила твою душу, дурень! — тут же парировал Наруто, фыркая.       — Нет! Ничего подобного! Я владею силой хвостатого, видишь? — Менма развёл руки в стороны, его тело вмиг охватила тёмно-оранжевая чакра, почти тёмная.       Ки, что выпускал этот напыщенный индюк, была мерзкая, отчего Наруто почти что выворачивало наизнанку. Слишком мерзко, не страшно. А зрачки потемнели, стали вертикальными, как у хищника, жадно жаждущего добычу.       Атака пришлась по нему неожиданно в живот. Наруто не успел углядеть движения брата, потому быстро полетел к дереву, давно свалившемуся и лежащему без дела на поле. Второй удар пришелся ещё раз в живот, третий был направлен в голову, но, почти вовремя увернувшись, Узумаки получил пару царапин на скуле и почти выбитую челюсть от пятого удара, а ещё кровь стекала с подбородка. Решив, что уже церемониться не следует, о чём говорили четыре хвоста, образовавшиеся за спиной противника, Наруто переместился в сторону с помощью шуншина.       — Курама!       В подсознании воскликнул Наруто, призывая своего верного друга помочь ему. Секунда, и удар Менмы, молния, соединённая с чакрой хвостатого, прошлась мимо. Действуя быстро, сравниваясь, возможно, по скорости даже с отцом, Наруто атаковал расен-сюрикеном брата, застав того врасплох. Черноволосый отлетел немного, но лишь чакра Китцуне спасала его от разрушения чакро-каналов и множественных повреждений. Встав и вытерев кровь, текущую изо рта, Менма часто задышал, округлив глаза.       — Как? — всего лишь прошептал Менма.       Вид Наруто изменился, одежда стала почти огненной, полоски на щеках увеличились в разы, глаза поменяли цвет с голубого на красный, зрачки стали при этом вертикальными.       Узумаки не ответил, налетев на брата и ударив того в живот.       — Значит, ты у нас такой сла-а-абенький, что аж АНБУ будут наблюдать за тобой так же, как и за джинчурики? Что, силёнок нет совсем? — говоря приторно-сладко и качая головой, словно он осуждает маленького годовалого ребёнка, Менма стоял в кабинете Хокаге.       Узумаки никак ему не ответил. Минато, сидевший до того за столом, резко вскочил, готовый не только предотвратить ссору братьев, но и устроить обоим лекцию. Но Наруто лишь рукой показал отцу, что всё в порядке, взгляд же блондина был направлен исключительно на черноволосого Намикадзе.       Хокаге позвал своего младшего сына для разговора, но Менма, у которого было срочное дело, ворвался во время их разговора, кажется, даже позабыв, что у него было какое-то дело к отцу.       — А ты что? Помогать деревне не намерен? Боишься покалечиться? — в подобной усмешке поинтересовался Узумаки, с удовольствием наблюдая, как искажается насмешливое выражение лица Менмы.       Наруто знал, что брат не любит насмешек. Он знал, что Менма безумно хочет его убить.       — Не твоё дело, щенок, — оскалился черноволосый, вплотную подходя к брату и уже замахиваясь на него, как его остановила рука отца.       — Всё! Довольно! — он ощутимо и легко толкнул старшего сына. Менма зашипел от злости, цыкнул. Наруто никак не реагировал. — Наруто, свободен, а ты что хотел — говори быстро, у меня дел и без того полно...       Последние слова, произнесённые отцом, Наруто почти не слышал, быстро покинув кабинет Хокаге. Лишний раз видеться — та ещё проблема. Желания нет, чтобы с ним драться, но как назло их постоянно сводит судьба, словно бы говоря, что им следует сразиться.       — И кто теперь тут щенок? Думал, что я слабак? Увы, ты ошибался по-крупному, брат, — последнее слово, что Узумаки прошептал с нескрываемым ядом, разозлили Менму пуще прежнего.       Пятый хвост появился быстро, а скорость парня возросла, но уже не ставила Наруто в тупик.       Увернувшись и призывая клонов, блондин пытался атаковать брата, как и Менма. Они оба то делали друг друг подсечки, били в лицо, живот, руки и ноги, блокировали удары, отпрыгивали и снова молниеносно сближались, атакуя с новой силой. Они использовали преимущественно тайдзюцу, но и о техниках не забывали: Наруто образовывал чакру ветра в руках, иногда атакуя ножами из ветра, а Менма бил молниями, отчего Наруто старался пропускать по возможности удары брата. Уже не раз разряд проходился по телу джинчурики, отчего тот почти что выл от ужасной боли, что в разы превосходила удары даже Эя. Подпитанная чакрой Китцуне, молния била случайно и почти неконтролируемо, о чём свидетельствовал немного растерянный взгляд Менмы.       Обоим было далеко не до того, что творилось в округе.       Удар сзади пришёлся неожиданно для обоих парней: земля разверзлась, почти что образовался крупный разлом, отчего обоим родственникам пришлось отпрыгивать, избегая возможного падения в небольшое ущелье. Ухмыльнувшись, Наруто не позволил Менме углядеть причину разлома, быстро переместившись с помощью техники отца к брату и со всей дури атаковав того в живот, выбивая воздух из лёгких. Не будь за спиной Намикадзе пяти хвостов, у него были бы сломаны и рёбра, и органы могли бы быть вперемешку от удара.       Пока парень откашливался и пытался подняться, Наруто благодарно кивнул своей сестре, на что та только улыбнулась.       — Сможешь нам помочь? — неуверенно поинтересовался Узумаки, подходя к сестре.       Та нахмурилась, поджала губы. Она была не уверена, как и её брат. Вся эта идея... Это всё казалось ей слишком бредовым и странным.       — С ним всё будет в порядке? — осторожно спросила Акия, сжимая кулаки у груди.       Наруто кивнул, глянув на Саске.       — Однажды нам придётся изъять из него чакру хвостатого, но когда это будет — вопрос времени, — отвечал уже Учиха, оставаясь позади Узумаки.       Вокруг шелестела листва, а позади слышался шум из деревни. Они специально ушли так далеко, чтобы никто не мог их подслушать. Многие не рисковали лишний раз покидать пределы деревни, когда кругом война.       Хорошо, — сглотнув и медленно кивнув, озвучила своё решение золотоволосая девушка, сильнее сжав кулаки.

***

      — Я буду предельно осторожна, не волнуйтесь. Я обязательно помогу вам, но и вы поможете Менме, — уверенно говорила девушка, хмурясь.       Узумаки и Саске неуверенно переглянулись. Учиха качал головой, а сам Наруто хотел согласиться на предложение девушки: её помощь будет кстати, но не во всех ситуациях и битвах.       — Если придётся сразиться со стариком, то ты не лезешь на рожон, если его кто будет защищать и будет пытаться нам помешать — прикроешь, договорились? — устало проговорил Наруто.       Он был сильно вымотан, чтобы задумываться кардинально над ситуацией.       Девушка кивнула, мельком улыбаясь — это была её маленькая победа, она могла им помочь и отплатить за то, что они помогут Менме, в чём она была уверена. Они помогли не одному джинчурики, и один из них сейчас находился в деревне Листа, за его состоянием наблюдали медики, другие пришли в норму, но ничего не помнят. Они никого из них не убили.       — Сдашься? — спросил Узумаки, смотря на почти безуспешно пытающегося встать брата.       — Не надейся, — сквозь кашель улыбнулся парень.       Наруто тут же обернулся, не успев отразить удар его клона. Цыкнув и повалившись на землю от сильного удара в паре метров, Узумаки и сам закашлялся. Удар пришёл в грудь, также выбив воздух. Как он мог не углядеть клона? Он не понимал. Впрочем, и силёнок у его брата прибавилось достаточно, чтобы противостоять ему, Наруто, в режиме объединения с Курамой. Похвально, конечно, но и стоит учитывать тот факт, что Китцуне был несколько сильнее девятихвостого со светлой шерстью.       — И за что ты так хочешь меня убить? — вставая и глядя на усмехнувшегося, уже поднявшегося с земли брата, поинтересовался Наруто, сузив глаза.       Его этот вопрос терзал давно. Очень давно.       — Почему? А я скажу, уже не имеет смысла скрывать! — он медленно поднял правую руку, указывая пальцем на Наруто и оскаливаясь, словно хищный зверь. Медленно, но верно шестой хвост стал появляться из-за спины Менмы, что уже начинало пугать Узумаки. Его брат почти терял голову от этой силы, и его выдержке можно только позавидовать — разум почти покинул Намикадзе. — До твоего рождения я был единственным наследником клана Узумаки, а также мог стать Хокаге. Но знаешь что случилось? Стоило тебе появиться на свет, как родители решили, что именно ты унаследуешь всё.       Блондин не знал что сказать. Причина была глупой донельзя. Наруто просто не мог понять своего брата.       Более того, если бы ему об этом сказали, то он незамедлительно отказался бы от такого. Да, ранее он грезил лишь о том, что станет Хокаге, займёт почтенный пост главы Конохи, но с возрастом эта мечта стала прозрачной и не столь желанной. Привычные путешествия и посещения давно разрушенной деревни клана Узумаки куда больше интересовать парня, чем становления Хокаге.       — И это вся причина? — скептически подняв бровь, поинтересовался Наруто.       — Не совсем, — он усмехнулся, гордо подняв голову, оскалился, словно лис, а шесть хвостов сформировались полностью. — В возрасте восьми лет познакомился с Рикудо. Он сказал, что, убив тебя, я смогу пробудить риннеган. Избавиться от мелкого надоедливого брата, которому достаётся всё внимание, получить глаза, которые способны на всё — вот она сила!       Менма тут же оказался перед Узумаки, нанося ему сильный и молниеносный удар, смешанный с чакрой девятихвостого и молнией. Наруто даже не смог уследить за братом, подозревая, что тут вполне себе могла быть замешана техника их отца — Хирайшин.       Узумаки, отлетевший из-за сильного удара на около десятка метров, не успел и встать, как рядом с ним, прямо возле головы, на землю пришёлся удар кулака, от которого исходили разряды. Еле успев чутка откатиться от этой атаки, Наруто мысленно поблагодарил вовремя успевшего это разглядеть Кураму, а после ударил ногой в бёдра Намикадзе. Пусть несильно, но точно ощутимо — парень поморщился, зашипел, а после попытался нанести ещё один удар брату. Увы, Узумаки, использовав технику Бога Грома, вмиг оказался за спиной оппонента, собираясь нанести тому удар сюрикеном ветра, но Менма успел это углядеть, уходя от удара и блокируя использование техники так, что та ушла в землю рядом, создавая хороших размеров воронку.       — Знаешь, до сих пор не пойму: почему ты обладаешь похожей чакрой? — шипя, словно выдавливая из себя яд, проговорил Намикадзе, до боли сжимая перехваченное запястье брата.       Узумаки поморщился, цыкнув. А после, улыбнувшись, оскалился, прошептав лишь одно слово:       — Попался.       Намикадзе на этот раз не успел уследить за движениями Наруто, он не мог и предугадать никаких действий блондина, как Узумаки вмиг повалил противника на землю, блокируя ему возможность встать.       — Саске! — воскликнул блондин, удерживая с силой руки брата.       Друг прибыл сразу, заставляя Намикадзе мигом взглянуть лишь на секунду в глаза Учихи.       Он проиграл.       Менма отключился сразу, как и любой их противник до этого. Покров энергии стал растворяться быстро, словно его и не было. Пара секунд, и из тела брата была изъята та часть чакры Китцуне, что перетекла в него, когда он родился.       — С ним всё будет в порядке? — взволновано спросила Аки, подходя к Наруто и Саске, удерживая руки на груди.       Она бегло осматривала брата, смотря на него взволнованно.       — Да, не беспокойся. Больше он не обладает чакрой девятихвостого, а значит, что и разум его будет чист. Правда, что с его мозгами будет ещё вопрос, конечно, — Узумаки встал с противника, отряхиваясь и невольно морщась, почти скручиваясь пополам.       Удар пришёлся слишком сильно, особенно тот, что нанёс ему клон Менмы. Пусть то и была копия оригинала, но атака была чересчур сильной, а ведь сам Узумаки старался и техники-то толком не использовать на брате.       — Зато узнали что-то новое: Рикудо умудрился ему вдобавок мозги запудрить, — также вставая вслед за напарником, произносит Учиха. — Спасибо за помощь, — кивнул он, не смотря даже на Намикадзе.       — Я вам ещё помогу. Рикудо... Я ему с самого начала не доверяла, это всё брат. И это не обсуждается!       Она топнула ногой, сжала руки в кулаки и уверенно посмотрела на двух друзей, которые, переглянувшись, пожали плечами. Ей казалось, что они могли говорить, не произнося и слова.       — Ты очень похожа на маму, — усмехнулся блондин, тут же уворачиваясь от кулака сестры.       Наруто тут же засмеялся и снова увернулся от удара.       Он знал, что Аки не любит, когда её сравнивают с матерью. Это просто... Это было потому, что она хотела быть похожей на отца, а не мать, но характером она всё же пошла в Кушину и прекрасно это понимала, пусть и не любила, когда брат над ней так издевался.       В один момент девушка резко остановилась, понурив голову и с силой сжав кулаки.       — Прости, это всё моя вина, Наруто, — с печалью в голосе проговорила золотоволосая, схватившись за плечи и не смея поднимать взгляда. Наруто покачал головой, хотел сказать сестре, что это не её вина, но она не дала ему и слова вставить. — Не спорь, это так. Я с самого начала не доверяла Рикудо, даже сомневалась в верности действий брата. Я должна.. должна была сказать родителям о том, что происходит, и что замыслил Менма. Но не сказала! Боялась, я виновата, прости, пожалуйста, — она всхлипнула, давая волю эмоциям взять верх.       Узумаки покачал отрицательно головой, подошёл к сестре, кладя на её голову руку. Несмотря на разницу в их возрасте, блондин всё равно был выше девушки на голову. Потрепав золотистые волосы, парень улыбнулся.       — Не стоит, тем более, что извиняться тебе надо не передо мной, — он лукаво наклонил голову, мелко усмехнувшись.       Она ничего не сказала и не сделала, лишь подняла на него свои голубые глаза. Внешность от отца, что сказать. Капельки слёз виднелись на щеке, но глаза не были красными.       — Ты... Что?! — воскликнула девушка, отходя на шаг назад.       Она была слишком шокирована словами Наруто... Или не Наруто? Кто он? Её младший брат или нет?       — Хэй, спокойно, я тоже Узумаки Наруто, но немного не из ваших краёв, — он чуть наклонился, маша руками и улыбаясь с лёгкой нервозностью.       Учиха позади фыркнул, недовольно качая головой.       — Мы просто пришли из другого мира, как бы парадоксально это не звучало, — ответил вслед за другом Саске.       Девушка глядела то на одного парня, то на другого.       Она согласилась им помочь, даже настояла на том, чтобы побывать во время их возможной битвы с Рикудо, но такое... Она не ожидала услышать ответом на свой вопрос, как они собираются с ним сражаться, что они оба далеко не те, за кого их принимали.       Акия была точно в шоке.       — Но это не в-возможно! — воскликнула девушка дрогнувшим от волнения голосом.       — Как видишь, — хмыкнул Учиха, разведя руки в стороны.       — Тогда что случилось с моим братом?! — всё также кричала девушка, пока её не заткнул укоризненный взгляд Учихи и Наруто.       Оба попросили её говорить тише в несколько раз, дабы никто не услышал их. Иначе могли бы быть у них проблемы похуже Рикудо. Хотя, это спорный вопрос.       — Он умер. От сердечного приступа, — дождавшись, когда Акия успокоится, сообщил парень, сжав одну руку в кулак. — Можно сказать, что Менма достиг своей цели в некотором смысле.       Акия зажала рот рукой, зажмурила глаза, но не заплакала. Она не хотела и не могла в такое поверить.       — Знаю, но ты тоже он, — она улыбнулась, встряхнувшись.       Наруто также улыбнулся, согласно кивая. Такая Акия ему нравилась в разы больше.       — Так где этот старик? — прерывая обоих родственников, поинтересовался Учиха, предварительно кашлянув в кулак.       — Тут недалеко есть ещё одно поле, там тренировались высшие по рангу шиноби этого храма, — Акия кивнула на разрушенное здание позади, а после указала в сторону леса, куда-то на юг. — Кстати, — девушка медленно опустила руку и оглядела младшего брата, — что с тобой? Твоя чакра... Она как у девятихвостого, но немного другая.       Акия даже чуть склонила голову, рассматривая брата.       — Это... — Узумаки засмеялся и почесал затылок, — сложно объяснить.       Он нервно засмеялся, пообещав после, когда будет время, всё разложить на полочки. Они говорили ей, что из другого мира и знают и умеют многое, но не уточнили, что Узумаки джинчурики, а Учиха и вовсе владеет риненганом. Повернувшись к напарнику, Наруто тут же принял свой обычный вид, разрывая связь с Курамой. Блондин предложил немного отдохнуть и понаблюдать за Менмой заодно.       Прошло около десяти минут, вполне хвативших троим, чтобы набраться достаточного количества сил, чтобы сразиться, если это действительно понадобится.       Кивнув друг другу, все трое, мгновенно став серьёзными, помчались дальше.       Лишь Аки ненадолго осталась, сказав брату, что скоро вернётся.       Их путь был близок: около трёх километров остались позади, а широкая поляна с такими же разрушенными препятствиями и манекенами предстала перед двумя АНБУ и девушкой. А в центре, где были небольшие пеньки, на траве восседал, казалось бы, медитируя, Рикудо Сэннин, тот, кого они знали как доброго старика.       — Это и правда он, — лукаво произнёс Учиха, а Наруто вторил его словам, кивнув.       Оба не хотели до конца верить в это, но правда предстала перед ними в полной красе.       Акия сморщилась при виде давнего знакомого. Он обещал её брату силу, а тот, поддавшись сомнительному предложению, принял сторону тьмы. Но хуже было всего то, что она не остановила Менму, когда это было ещё возможно, не вбила ему в голову, что это плохое решение. Да, она младшая сестра, но именно из-за этого, боясь, что старший брат её не послушает, она глупо следовала за ним.       Как же она ошибалась.       — Может, пора вам прекратить прятаться, детишки? — старческий голос прозвучал громом среди ясного неба.       Парней словно током ударило.       Рикудо медленно повернул в их сторону голову, улыбнулся краешком губ. Подняв с земли палку, которую до сего момента не было видно из-за травы, старик Хагоромо поднялся с земли, опираясь на свою трость. Всё та же трость, знакомая обоим АНБУ. Всё то же лицо.       Но не чакра.       Оба шиноби прекрасно чувствовали то отличие, что рушило всё и в то же время соединяло воедино. Этот старик не был тем, кто помог им в прошлом, но он непременно был причастен к их перемещению в этот мир. Но зачем? На этот вопрос ответа не смог дать даже Мадара, что сейчас помогал в Конохе.       Чакра этого старика была мерзкой донельзя. Оба АНБУ буквально видели те потоки энергии, что окружали Хогорому: чёрные, мрачные, почти что вязкие и мутные. Их было возможно назвать лишь тьмой.       Кивнув друг другу в очередной раз, Саске и Наруто спустились на поляну, каждый хватаясь за кунай. Акию они попросили сидеть тихо и не высовываться. Слишком было опасно.       Впрочем, поможет ли обычное оружие в бою против старика, которому много тысячелетий, от которого веет ужасом и мраком?       — Зачем ты всё это устроил? — не церемонясь, даже позабыв о каких-либо манерах, спросил Узумаки.       Его голос стал жёстким и почти холодным, как было положено по службе АНБУ, но нотки волнения проскакивали.       — Зачем? — словно оно и ясно, спросил Хагоромо. — За тем, что я смог отправить своих сыновей в ваш мир, который является опорой остальных вселенных.       — О чём ты? — непонимающе спросил Учиха, а на его слова Наруто заторможено кивнул.       Хагоромо усмехнулся.       — Вы столь глупы и наивны, — он закрыл глаза, опустил голову, почти смеясь. — Ваш мир и этот — они не единственные. Существует множество других вселенных, ветвей событий! О, их бесчисленное множество! — он возвёл руки к небу, а после, взмахнув руками, стукнул тростью о землю. Множество шаров засветилось в воздухе, появлялись линии, соединяющие их. И лишь один шар был, можно сказать, центром всего, и таких было всего несколько. — Лишь немногие миры могут объединять другие. Я хочу уничтожить все миры, оставив лишь этот. Увы, ваш мир ближайший к нашему, но вот беда — там было два источника, похожих на моих сыновей, потому Индра и Асура не могли пройти барьер миров. Пришлось постараться, чтобы возродить вашего врага и уговорить его содействовать мне.       Ещё один стук о землю, и голограммы рассеялись в воздухе.       Двое шиноби нахмурились, обдумывая сказанное стариком.       Ссылаясь на слова Рикудо, можно было точно сказать, что они, Саске и Наруто, были и будут главной проблемой старика.       Кроме того. На что ему было уничтожать все миры?       Этот вопрос, поспешно заданный Узумаки, остался без ответа.       Рикудо тут же атаковал АНБУ, окружив парней чёрными шарами, которые после превратились вмиг в копья. Успев увернуться от опасной и неожиданной атаки, двое шиноби разделились. Их противник тот, кто победил Кагую, кто дал начало ниншу — опасный враг, чья чакра ужасала даже их. Не думая о том, что это может быть опасно, но и зная, что этого не избежать, Саске активировал мангекё шаринган в одном глазу, в другом — риннеган. А Наруто, приняв вид Мудреца Шести Путей, ринулся на Рикудо, останавливая все шары, направленные в него и Учиху, бегущего с другой стороны, своими. Атака успешно отбита, оба шиноби приблизились вплотную к Рикудо, намереваясь дотронуться до него.       Неудача.       Их обоих откинуло в стороны резкой атакой, являющей собой вихрь воздуха. Оба АНБУ упали на землю с такой силой, что земля под ними покрылась трещинами, опустилась, образовывая неглубокую впадину.       Их план был с самой встречи с Мадарой непрост: запечатать Хагоромо при помощи техники, которая была известна лишь главе клана Узумаки. Запретный свиток, передаваемый из рук предыдущего Узукаге в руки нового, достался Наруто и Саске с большим трудом. Им повезло лишь на том, что Хабоку является дедом блондина. К тому же, ситуация была до того критична, что Узукаге не решился возражать внуку и просто отдал им свиток. И сейчас оба АНБУ знали свою цель: они должны дотронуться до Рикудо, сделать так, чтобы он и пошевелиться не мог хотя бы пару секунд, а после дело за Наруто. Лишь он мог закончить процесс запечатывания, от Саске лишь требовалось вложить каплю своей чакры в печать.       Пытаясь привстать, оба АНБУ не заметили, как в них полетели шары Поиска Истины. Наруто не успел сделать из своих шаров защиту, лишь увернулся, повредив руку. Саске досталось больше: задето плечо и правая нога.       — Черт! — воскликнул Узумаки. — Курама, Исобу, Китцуне! — позвал хвостатых Наруто, чуть привстав и зажмурив один глаз.       Три зверя явились в дымке, которая, развеявшись, открыла скрытое от глаз - хвостатые, что были ростом выше даже деревьев.       Хагоромо не испугался, лишь использовал один из шаров, преобразив его в посох, а после направил оружие на хвостатых. На конце посоха тут же стал появляться, увеличиваясь в размерах, шар. Бомба хвостатых, как поняли все участники битвы, и бомба была явно не из простых: искрилась, росла как на дрожжах, была странного чёрного цвета, почти прозрачного на вид. Быстро среагировав, Наруто создал защиту из шаров Поиска Истины для себя, сестры и Учихи, а хвостатым велел ударить в ответ.       Секунда первая, и Наруто, собравшись с силами, перемещает себя, сестру и Саске вместе с защитой чуть поодаль.       Секунда двенадцатая, и слышится взрыв, в воздух тут же взлетела земля, трава, даже деревья взлетели выше верхушек ёлок, что росли в округе. Хвостатые были целы, Наруто знал это точно. Они быстро вернулись к нему.       Секунда тридцатая, и наступила тишина, ставшая вмиг гнетущей. Наруто велел Акии убираться, причём немедленно. Девушка, кивнув, решила последовать указанию брата — она поняла, что всё стало слишком серьёзно.       Минута, и земля раскололась, а Намикадзе оказалась у края, не удержала равновесия и упала, успев при падении ухватиться за выступы ниже края обрыва. Выдохнув, девушка подняла голову в надежде, что сможет что-то увидеть, но там, наверху, была лишь сплошная дымка из пыли, грязи и травы.       Минута и сорок секунд, и дымка рассеялась. Рикудо, сжав посох, тут же направил его на противников. Шары Поиска Истины тут же взлетели в воздух позади него, приблизились к АНБУ.       Минута и сорок пять секунд, и оба шиноби ринулись в разные друг от друга стороны, а Наруто, гоняя по полю со всей максимальной скоростью, пытался привлечь внимание противника на себя. И у него это получилось, лишь направив пять шаров на Рикудо, когда Саске в это время скрылся, напрочь исчезая с поля зрения. Лишь Наруто мог уловить его отголоски чакры, больше концентрируясь на противнике. За Акию Узумаки не волновался — Учиха ей поможет.       Третья минута, и Наруто, немного устав, сбросил скорость, создал теневых клонов, что тут же набросились на Хагоромо. Пока он отвлекся на кучу копий, Наруто поспешил отыскать друга по чакре. Тот был рядом, тут же, не теряя времени, ринулся на Рикудо.       Учиха приблизился к Рикудо первым, за ним и Наруто, а Акия, используя технику, что позволяла задержать на короткое время противника, мельком улыбнулась. Она смогла хоть чем-то им помочь — оба шиноби смогли дотронуться до противника.       Учиха первый опустил руку, просто прикрыв глаза. А Наруто, как только тело их врага стало покрываться камнем, выдохнул и сам одёрнул руку. Все трое переглянулись, улыбнулись уголком губ и кивнули друг другу.

***

      — В это всё... трудно поверить, — глядя на раненых через окно в резиденции, на разрушенное место, именуемое Конохой, Минато хмурил брови.       — О, согласен, сам в это изначально не верил, — с долей смешинки в голосе проговорил Хабоку, разводя руки в стороны и согласно кивая.       Учиха и Наруто переглянулись, закатывая глаза.       — Во всяком случае, верите или нет, но теперь мы часть этого мира, — хмуро оповестил всех Узумаки.       Джирая никак не отреагировал, попивая воду. Саннин сидел в углу комнаты, на диване, рядом с ним сидела хмурая Цунаде, которая резко схватила бутылку саке, ею же и принесённую, и выпила пару глотков залпом. Кушина была невесела, необычайно подавленная и хмурая, а её отец вёл себя, как обычно. Минато продолжал стоять к гостям спиной, сложив руки замком.       — А что случилось с нашим сыном? — дрожащим голосом спросила Узумаки, не решаясь посмотреть на того, кого принимала за её Наруто.       Учиха глянул на друга, вмиг помрачневшего.       — Умер от сердечного приступа.       Он ответил коротко и холодно, как положено АНБУ. Он не мог сказать это как-то иначе, потому что знал, что Кушине будет ещё больнее, скажи он "простите" или "мне жаль". Краем глаза посмотрев на отца, Узумаки заметил, как его руки, сложенные за спиной, сильнее сжали рукава.       — Боже, — прошептала красноволосая женщина, нагнувшись к коленям и закрыв лицо руками. Она заплакала, даже не так, зарыдала.       Цунаде стала её утешать, поглаживая по спине — они сидели рядом друг с другом. Что-то нашёптывая Узумаки, Сенджу пыталась её успокоить.       — И вы не можете вернуться обратно? — голос Хокаге дрогнул, он слегка повернул в их сторону голову, всё равно смотря куда-то, но не на АНБУ.       Двое шиноби ответили коротко — "Нет".       — Здесь эта техника уничтожена, на создание подобной уйдёт не один десяток лет, потому это дело бесполезное, — разъяснил Учиха.       — Если позволишь, от... — Наруто повёл плечом, прервавшись. — Если позволите, Хокаге-сама, мы бы хотели остаться на службе АНБУ.       Он понимал, что в данной ситуации ему вряд ли будет правильно называть Минато отцом.       Они с Саске рассказали им всё. Буквально всё. Говорили о своём мире, о том, что приключилось в этом, лишь после родители Наруто смогли понять причины, по которым он стал вести себя иначе, лечение в Узушиогакуре помогло — они всё поняли.       Война была закончена, враг побеждён, но возможности вернуться у них уже не было, а объяснить, как они победили столь сильного и древнего врага, они не смогли бы. Потому они раскрыли все карты полностью.       Более того, Менма очнулся, буквально забыв все прошедшие года, даже не помнил о том, как согласился на сделку с Хагоромо и как пытался убить своего брата. Его память была стёрта подчистую из-за того, что он использовал силу, которую он не мог контролировать, и вот она плата.       Акия была в порядке, помогала старшему брату в лечении и мельком рассказывала его жизнь, обходя стороной моменты, связанные с Рикудо.       Коноха пережила войну, как и все остальные деревни, а Каге решили заключить перемирие и вместе впредь защищать все страны, дабы больше такой ситуации не произошло.       — Можешь и дальше звать меня отцом, — выдохнув и с долей грусти говорил Хокаге. — Пусть ты и из другого мира, ты всё равно наш сын. И раз вы хотите, то пожалуйста, я буду только рад таким АНБУ.       Лишь раз развернувшись к гостям, Минато всё равно продолжал говорить, стоя к ним спиной.       Наруто кивнул, благодаря Минато. Внезапно Кушина обняла его со спины, повторяя слова Минато. Наруто, обняв её в ответ, всё же попросил её присесть и отдохнуть — она была морально истощена, и Узумаки это прекрасно понимал.       — Ну вот, все счастливы, не так ли? — ухмыльнулся Саске.       — Почти, — с улыбкой проговорил Узумаки.       — А что ещё осталось? — задал вопрос Хабоку, не понимая, как и другие, к чему вёл Наруто.       Наруто лишь заговорчески улыбнулся, поворачиваясь к отцу. У него была к Минато одна просьба, особо важная.

***

      — Вот теперь, — блондин отряхнул руки и довольно глядел на Исобу, что скрылся в воде, благодарно виляя хвостом, — всё! — он воскликнул громко, кивнув себе и Кураме, что устроился рядом и провожал хвостатого взглядом.       — Может, тогда немного попутешествуем? — с ухмылкой произнёс Учиха, посмотрев на Наруто.       Узумаки кивнул.       Теперь война закончена точно. Все хвостатые вернулись в места их обитания, и о них должны навсегда забыть. Разве что Курама, не принадлежащий этому миру, останется с Наруто.       — В страну Облака? — предложил Наруто.       — Не, давай... — Учиха задумался, вспоминая места, которые ему хотелось посетить в этом мир. — Страну Звука. Может, там будет наш знакомый Змей, — кровожадно улыбнулся Саске, потирая руки и направляясь в чащу леса.       Наруто засмеялся, соглашаясь с товарищем.       — Чур я не при делах! — поднял руки Наруто, следуя за Учихой.