Метаморфоз

      Молнией метнувшись в туалет, Вика тут же захлопнула за собой дверь и дрожащими пальцами закрыла ее на замок. Она подошла к умывальнику и оперлась руками о гранитную поверхность. Сердце отбивало в груди бешеный ритм, разгоняя по венам адреналин вперемешку с эндорфином и окситоцином. Эти заумные слова она запомнила еще со школьных уроков биологии: эндорфин — гормон радости и удовольствия, окситоцин — гормон привязанности. Привязанности? Неужели она уже успела привязаться к блондину? Да нет, глупость.       Она взглянула на себя в зеркало: блестели глаза, румянец на щеках, на губах играла глупая счастливая улыбка. Налицо все признаки долгожданной разрядки. И как ей в таком виде теперь предстать перед партнерами? Они ведь далеко не глупые люди, наверняка предположили, чем она с Женей занималась под столом. Черт! Она убьет Нестеренко. Она непременно четвертует его за эти глупые выходки. Что теперь по его милости она будет говорить незнакомым людям? Что они просто играли? Вика недовольно фыркнула, и ее прекрасное настроение тут же улетучилось. Как же Женя подставил ее перед инвесторами. Она убьет его прямо в кабинете, на том же стуле, где он сидит. И ей будет плевать на недоумевающих партнеров.       Когда дрожь в ногах прекратилась, Вика вышла из туалета и твердым шагом направилась обратно в сторону конференц-зала, намереваясь немедленно прибить блондина. Она успела вернуть себе строгий деловой вид, но когда зашла в помещение, она увидела только сидящих партнеров. Жени нигде не было. — Как Вы себя чувствуете? — взволнованно спросил мужчина, вскакивая с места. — Ваш помощник сказал, что Вас часто мучают приступы мигрени. Может нам стоит перенести встречу? — Нет, что Вы, я уже чувствую себя гораздо лучше, — Вика широко улыбнулась, чтобы развеять все сомнения собравшихся о том, что ей требуется помощь. Мысленно она зааплодировала смекалке Нестеренко. Может все и не так плохо сложилось, как ей показалось на первый взгляд. — А где сам Евгений? — Он извинился и сказал, что ненадолго отлучится Вам за лекарством, — вместо мужчины, спокойно ответила женщина. — Обещал вернуться как можно быстрее.       «Сбежал, значит», — промелькнуло в голове Стрижевской. Она коварно улыбнулась: ничего, долго прятаться он не сможет. Ей нужно лишь поймать его, когда он меньше всего будет этого ожидать, и прижать к стенке. В этот раз ему не удастся отвертеться от наказания. — Думаю, мы можем продолжить, — деловито произнесла брюнетка и, обогнув стол, села напротив будущих партнеров. Она сложила перед собой руки и серьезно посмотрела на сидящих. — У вас весьма смелые идеи, которые мне очень импонируют. Есть несколько нюансов, которые вызывают у меня долю сомнения, но о них мы поговорим позже, когда я дослушаю все ваши предложения.       Совещание продлилось три часа, в конце которого Вика подписала весьма прибыльный контракт. Женя так и не появился. О том, где находился блондин, не знала даже Оксана. Вика спустилась вниз к бухгалтерам, и они в один голос заявили, что Нестеренко убежал сдавать какие-то документы. Брюнетка даже не стала пытаться найти парня в его же кабинете. Злая, она вернулась к себе в кабинет и принялась шагами мерить маленькую комнатку, мысленно представляя, как она четвертует блондина, стоит ему только объявиться. Она чувствовала, как начинает заводиться: мало того, что Женя поставил ее в нелепое глупое положение, так еще и исчез, избежав наказания.       Просидев в кабинете еще час, Вика не выдержала. Решив, что непременно оштрафует Нестеренко за отсутствие, если он волшебным способом вдруг не окажется на своем рабочем месте, Стрижевская вновь спустилась на третий этаж и уверенным шагом направилась в сторону кабинета блондина. Вика дернула ручку, думая, что она закрыта, но дверь отворилась, и она беспрепятственно вошла внутрь.       Далее все пошло словно в замедленной съемке. Вика зашла в кабинет и увидела развалившегося на кресле блондина. С закрытыми глазами он сидел, закинув ноги на стол, и не замечал стоявшую на пороге начальницу. Вика беззвучно скинула с ног туфли и на цыпочках подошла к дивану. Взяв одну из маленьких бордовых подушек, Стрижевская прицелилась и швырнула ее точно в голову отдыхающему блондину. Он дернулся от испуга и с грохотом рухнул на пол, перевернув стул. Вика не смогла сдержать довольной ухмылки, смотря, как парень, кряхтя, пытается скинуть с себя стул и упавшие с комода папки с документами. — Какого черта?! — со злостью воскликнул блондин, со стоном поднимаясь на ноги. — Ксюша, что за… — Женя осекся, заметив, что перед ним стояла вовсе не Ксюша, а Виктория Сергеевна. Злобно прищурившись и сложив руки на груди, она яростным взглядом прожигала замявшегося блондина. — Вика… Эм, чем обязан? — он отступил на шаг назад, в панике выискивая пути отступления. — Ты издеваешься, Нестеренко? — яростно прошипела брюнетка, медленно подходя к загнанному в угол парню. Она видела, что убежать он не мог: слева и сзади мешали стены, справа путь преграждал стол, а впереди на него наступала брюнетка. Стрижевская победно улыбнулась: она наслаждалась тем, что чувствовала себя хищником, которому наконец-то удалось загнать желанную добычу в угол. — Ты думал, что после того, что сотворил, это легко сойдет тебе с рук? — Но ты же не была против, так ведь? — Женя хитро улыбнулся и, заигрывая, подмигнул брюнетке. — Ты стонала от удовольствия и не просила меня прекратить, — Нестеренко выждал момент, когда Вика на него бросилась, и легко перемахнул через стол, оставляя брюнетку ни с чем. Он весело засмеялся, глядя в лицо рассерженной начальницы. — Так что, дорогая Виктория Сергеевна, Вы еще должны поблагодарить меня, — он довольно улыбнулся, специально провоцируя женщину.       Вика со злостью кинула в блондина первой попавшейся под руку вещью, но он с легкостью увернулся и засмеялся еще громче. Затем махнув рукой и заговорщицки подмигнув, Женя выскочил из кабинета. Вика бросилась за ним следом.       Стрижевская не обращала внимания на удивленные взгляды коллег: сейчас единственным желанием брюнетки было поймать смеющегося блондина и чем-нибудь тяжелым стереть довольную ухмылку с его лица. Без каблуков она бегала гораздо быстрее, но все равно не успевала за Женей, который лихо перепрыгивал сразу через три ступени, значительно опережая начальницу.       Так они добежали до десятого этажа. Хоть Вика и начинала немного запыхаться, но занятия в тренажерном зале три раза в неделю и бег на беговой дорожке давали о себе знать: она практически не чувствовала усталости. Блондин прошмыгнул в первую же открытую дверь, и Вика заскочила туда следом. Это был тот самый небольшой кабинет с панорамными окнами, в котором она любила проводить заседания. Не успела женщина сделать и двух шагов, как оказалась грубо прижата к входной двери, тем самым закрывая ее. — Ты такая сексуальная, когда злишься, — соблазнительно прошептал блондин на ухо Стрижевской. Он крепко держал руки брюнетки за запястья и корпусом прижимал Вику к поверхности двери, не давая ей и шанса вырваться. — Ради этого стоило совершить маленькую шалость.       Вика хотела было возмутиться, но Женя тут же заткнул ее страстным грубым поцелуем. Через мгновение женщина расслабилась, и, почувствовав это, блондин сразу отпустил руки Стрижевской, притягивая женщину за талию еще ближе к себе. Вика пальцами зарылась в короткие волосы блондина, вызвав у него тихий стон удовольствия. Поцелуй из грубого превратился в нежный, чувственный. — Подожди, — отстранившись, хрипло произнес Женя, почувствовав чужие горячие руки у себя под толстовкой. Он мягко сжал ладони брюнетки и положил их себе на плечи. — Остановись, пожалуйста. Давай не здесь. — Пару часов назад тебя не остановили пять незнакомых человек, — ехидно ответила Стрижевская, лукаво смотря снизу вверх на серьезного парня. — Что же мешает тебе сейчас? — Кое-какие обстоятельства, — уклончиво произнес Нестеренко, отступая на несколько шагов назад. — И что же это за обстоятельства такие? — раздраженно спросила Вика, чувствуя, как начинает злиться. В который раз парень трусливо отступал, оставляя Стрижевскую ни с чем. На этот раз она не хотела так легко это спускать с рук Нестеренко: либо он решится и наберется смелости, либо она умывает руки и больше его ближе, чем на метр к себе не подпускает. — Ты ведешь себя как слюнявый подросток! Тебе самому не тошно от этого? — Вика, все не так просто, как тебе... — И что тут сложного?! — брюнетка со злостью ткнула блондина в грудь. — То, что ты редкостный трус?! — Я не трус! — вспылил Женя, яростно жестикулируя. — Я просто не хочу, чтобы все произошло... Произошло вот так! — Знаешь, мне надоели твои глупые отмазки, Нестеренко! — срываясь на крик, произнесла брюнетка. — Мне надоел весь этот цирк! То ты проходу не даешь, то быстро отстраняешься! Впредь, не смей ко мне приближаться ближе, чем на метр, тебе понятно?! — Вика... — Я сказала, — четко выделяя каждое слово, яростно произнесла Стрижевская. — Не подходи ко мне! С этого момента все наши встречи будут иметь только деловой характер. Я и так слишком много времени тебе уделила, о чем сейчас очень сожалею. — Вика, я всего лишь... — Молчать! — грубо перебила женщина, грозя растерянному парню пальцем. — Я тебя предупредила. Будешь противиться: мигом вылетишь из фирмы! Надеюсь, ты все понял, — и, не дожидаясь, когда Женя что-то ответит, она пулей вылетела из кабинета.       Прошло чуть больше недели с последней их ссоры. Вика сидела за своим рабочим местом и раздраженно барабанила пальцами по столешнице. Она чувствовала себя виноватой перед Женей, и ей это совершенно не нравилось. Да, возможно, она и перегнула палку, но это же он виноват! Только он!       Вика тяжело вздохнула: как она ни пыталась убедить себя в обратном, брюнетка понимала, что в том, что они поругались, большая часть вины лежала на ней. Женя пытался ей что-то объяснить, а она даже не стала его слушать. Он несколько раз порывался с ней спокойно поговорить, а она отнекивалась и старалась как можно быстрее скрыться от блондина. После нескольких тщетных попыток поговорить, Женя, видимо, решил, что это бесполезно, и перестал искать с ней встречи.       В дверь тихо постучали, оторвав Стрижевскую от грустных размышлений. — Войдите, — с надеждой произнесла брюнетка, радостно замерев на месте. Может, это все-таки Женя.       Но в кабинет вошла Оксана, и Стрижевская почувствовала жгучее разочарование. Она угрюмо уткнулась в документацию, разложенную на столе, и махнула девушке рукой, призывая говорить. — Виктория Сергеевна, я вам принесла смету предстоящего банкета. Не могли бы с ней ознакомиться? — Какого банкета? — удивленно переспросила брюнетка, подняв глаза на секретаря. — В эту пятницу у фирмы годовщина, — ровным тоном ответила девушка, не удивившись тому, что начальница забыла дату основания собственной фирмы. — Корпоратив будет сразу после окончания рабочего дня. — Как я могла забыть, — растерянно произнесла брюнетка, беглым взглядом окидывая список, данный Оксаной. — Все уже в курсе? — Да, Виктория Сергеевна. — Спасибо, — улыбнувшись уголком рта, ответила Стрижевская. Она подписала документ и отдала его секретарю. — Что бы я без тебя делала? — Пропали бы, — усмехнувшись, нескромно ответила девушка и, цокая каблуками, вышла из кабинета.       Рабочая неделя пролетела со скоростью света. Вика и не заметила, как наступил вечер пятницы. Признаться, она впервые с нетерпением ждала этого праздника и вовсе не потому, что это была годовщина ее фирмы. Стрижевская полторы недели не видела и не разговаривала с блондином, и успела за это время сильно по нему соскучиться. Она думала, что легко сможет прожить и без общества Нестеренко, но блондин ни на секунду не выходил у нее из головы. Она влюбилась. Стрижевская Виктория Сергеевна влюбилась в молодого парнишку, своего подчиненного. Больше она не могла этого отрицать.       Вика взглянула на себя в зеркало: дорогое темно-синее платье футляр прекрасно подчеркивало фигуру, черные туфли на высоком каблуке делали ноги зрительно еще стройнее, незамысловатая прическа не портила, а только украшала. Стрижевская улыбнулась: в таком виде она точно не оставит блондина равнодушным. Наведя последний блеск, Вика вышла из кабинета.       Празднование проходило на первом этаже в огромном зале, который предназначался специально для таких мероприятий. Помещение условно было поделено на две зоны: танцевальная часть рядом со сценой и зона отдыха, где можно было спокойно посидеть и что-нибудь перекусить с длинного фуршетного стола.       Вика сразу заметила Женю: он стоял у стенки и о чем-то беседовал с двумя девушками из дизайнерского отдела. Стрижевская поймала его взгляд и лукаво улыбнулась: сегодня ему точно от нее не отвертеться. Уверенным шагом направившись в самый центр так называемого танцпола, Вика соблазнительно подмигнула блондину и принялась танцевать рядом с коллегой из финансового отдела. Она знала, что мужчина давно положил на нее глаз, поэтому без зазрения совести воспользовалась удачно сложившейся ситуацией, рассчитывая этим разжечь в Нестеренко ревность.       Когда поставили мелодию для медленного танца, Вика рассчитывала получить в партнеры блондина. Женя даже направился в ее сторону, отчего Стрижевская почувствовала, что наконец-то победила, но неожиданно парня перехватила Ксения, и блондин не смог ей отказать. В этот момент Вика всей душой возненавидела шатенку и искренне пожалела, что не уволила ее, когда она так не вовремя пришла в кабинет блондина. Еще она злилась на Женю, который не послал Шорохову куда подальше, а стал с ней танцевать. Решив, что ей непременно необходимо выпить, она развернулась на каблуках и, кинув полный злости и обиды взгляд на Нестеренко, пошла в сторону стола с напитками.       Вика наполнила себе уже второй бокал красным вином, когда со стороны сцены послышался шум. Толпа о чем-то горячо спорила, и брюнетка с любопытством повернулась лицом к сцене. Она с изумлением заметила, как на сцену под требовательные крики запихивают Женю. Он смущенно отнекивался и пытался успокоить собравшихся, но они в один голос о чем-то просили его, что, в конце концов, блондин сдался и побежденно улыбнулся. Толпа отозвалась радостными криками, и Вика не смогла не отметить, как Нестеренко был красив, когда стеснялся. Он подошел к микрофону и широко улыбнулся: — Я стою здесь только потому, что сегодня годовщина прекрасной фирмы. В другой раз вам фиг удастся затащить меня на сцену! — он засмеялся и взглянул на Стрижевскую. — Я далеко не мастер речей, поэтому вам придется немного потерпеть. Я безмерно горжусь тем, что работаю здесь. Виктория Сергеевна, Вам удалось создать великолепную фирму, нанять замечательный коллектив и воплотить в жизнь множество прекрасных проектов. Желаю вам всем дальнейшего процветания и как можно больше успешных идей!       Толпа тут же зааплодировала. Женя смущенно кивнул и взял протягиваемую ему гитару. Придвинув стул в центр сцены, он сел и сыграл пару аккордов для разминки. Вика с удивлением смотрела на сосредоточенного парня и не могла поверить своим глазам: Женя еще и на гитаре играл. Боже, неужели он умеет делать все на свете? Она отставила бокал, так и не притронувшись к нему, и подошла ближе, чтобы лучше слышать блондина. Он откашлялся и начал играть: несколько песен группы Сплин, Би-2, Кино, ДДТ, Алиса. Люди подхватывали и подпевали с юности знакомые песни, а Вика просто любовалась блондином в свете софитов. Она заворожено наблюдала за длинными пальцами парня, которые ловко перебирали струны гитары, и не сразу обратила внимание на то, что услышала свое имя.

Виктория, о, Виктория Интересно знать продолжение этой истории Нет ничего, что бы не было в силах Виктории Выше, выше на руках Дальше, дальше на облаках Несётся Рядом кружит верный пёс В волосах венок из звёзд Смеётся Лучик света в мутной воде Снова я стремлюсь к тебе Виктория, о, Виктория...

      Вика не замечала на себе любопытных заинтересованных взглядов. Все, что она могла сейчас делать — это не отрываясь смотреть в смеющиеся добрые голубые глаза. Женя подмигнул ей, доиграл мелодию и повернулся к хлопающей толпе. Когда он хотел было встать, его тут же стали просить сыграть еще что-нибудь. Он улыбнулся, заверяя, что согласен сыграть последнюю песню, только если потом его отпустят. Люди согласно закивали, и Женя послушно сел на место, вновь беря в руки гитару. Когда зазвучали первые ноты, толпа радостно засвистела.

Её глаза на звёзды не похожи В них бьётся мотыльком живой огонь Ещё один обычный вечер прожит А с ней он каждый раз другой. Её упрёки - вестники прохлады Как скошенная в августе трава И пусть в её словах ни капли правды Она божественно права. Где-то ангелы кричат: "Прости - прощай" Плавится душа как свеча Разлилась по сердцу печаль Я навеки твой, ты - ничья.

      Женя неотрывно смотрел на Вику, но женщина и без этого знала, что поет он специально для нее. Вся злость на блондина куда-то исчезла, и на ее место пришли нежность и влюбленность.