Незримая истина

Спустившись к озеру, Северус замедлил шаг и остановился. На пологом бережку, вытянув ноги, сидел Гарри. Опираясь на одну руку и поглаживая другой рукой живот, он задумчиво глядел на озеро. – Гарри? Юноша обернулся через плечо. – Спасибо, что пришел. Посидишь рядом со мной? Северус огляделся по сторонам и присел, но сначала убедился, что вокруг нет никого, кроме них. Гарри повернулся к нему и рассмеялся. – Можно спросить, что здесь смешного? – Ты сам – сидишь как положено, держишь осанку. Тут никого нет, расслабься. Задумавшись на мгновение, Северус позволил себе слегка опустить плечи и чуть-чуть ссутулиться: – Так лучше? – Ага. – Гарри, я хочу извиниться за Драко, – вздохнул Северус. – Он как раз был у меня, и я устроил ему головомойку. Он не имел права рассказывать тебе все это. – Но он рассказал, Северус. Он выложил мне все как есть, и что он об этом думает. Я и правда не знал всего. Северус, он раскрыл мне глаза и оставил тут размышлять обо всем. Пожалуйста, прости меня. Северус резко развернулся и взглянул на Гарри: – Что-что? – Я прошу прощения, я не понимал, что творю, пока Драко не ткнул меня в это носом. – И чего ты такого делал? – Играл с твоими чувствами и эмоциями, требовал держаться от меня подальше, даже угрожал покинуть Хогвартс. А на днях, когда я пытался привлечь твое внимание, чтобы пообщаться, до меня дошло, что ты выполнял все мои требования. И что мне тебя не хватает. – Если кто и должен извиняться, то это я, Гарри. Я не хотел поступать так, как поступил тем утром, и с тех пор ненавижу себя за это. Тогда, в моем кабинете, когда я обо всем узнал, я не смог тебе внятно ответить, потому что был слишком потрясен и не мог уложить все это у себя в голове. Я не горжусь тем, на что шел, пока не кончилась война, и не буду сожалеть о нашей ночи, но мне стыдно, потому что у меня ощущение, будто я тобой воспользовался. Гарри, ты сможешь простить меня? Я могу только надеяться, что Драко не… – Слова Драко заставили меня взглянуть иначе. Я ничего не знал о твоих чувствах, о причинах твоего поведения. Единственное, на что я злюсь, Северус, это то, что ты не оставил мне выбора. Первые семнадцать лет жизни все кому не лень всё решали за меня, и когда Волдеморт умер, моей первой мыслью было: «Я свободен!», и теперь волен поступать по-своему. Так что позволь мне теперь делать свой собственный выбор и свои собственные ошибки. – Прости. Гарри обернулся и взглянул на Северуса: – Ты не мог бы мне помочь подняться? Встав на ноги, Северус переключился на него. Подав руки, поднял и поддерживал его, пока Гарри не обрел равновесие. – Северус, мы оба натворили дел, о которых сейчас сожалеем и терзаемся угрызениями совести. – О чем ты жалеешь, Гарри? – О том, что не говорил тебе о Калебе. Что отталкивал тебя и не давал возможности объясниться. Северус, мы сможем все забыть и жить дальше? Стать чем-то большим? – Я не буду тебя торопить. Что ты имеешь в виду под «чем-то большим?» – Я имею в виду нас. Проводить время вместе, узнавать друг друга мало-помалу, стать семьей, ведь нас теперь трое. – Гарри, большего мне и не надо. У меня всего два сокровища, и оба они тут, передо мной. Гарри с улыбкой приблизился к Северусу, обвил руками его шею, привлекая к себе, и положил голову ему на плечо. – Спасибо, Северус. – Нет, это тебе спасибо, Гарри. Я никогда не думал, что получу шанс прожить такой жизнью, не думал, что заслужу его. – Конечно, ты заслужил, и даже больше. Северус расцепил объятия Гарри и взял его ладонь в свою: – Пойдем в замок, в тепло. Они вместе направились обратно. На подходе к замку Гарри высвободил руку, отчего Северус остановился и взглянул на него: – Что-то не так? – О твоем отцовстве в курсе только узкий круг людей. Если о нас все узнают, у тебя будут неприятности? Этого я бы точно не хотел. – Гарри, нам можно быть вместе при соблюдении двух условий: во-первых, ты должен быть совершеннолетним, и, во-вторых, я не должен тебя обучать. Тебе уже есть восемнадцать, я не преподаю у тебя и не принимаю итоговые экзамены, так что все в порядке. – Хорошо, – обрадовался Гарри и вновь взял Северуса за руку, чем заслужил легкую улыбку. Они вдвоем вошли в замок, не обращая внимания на тех, кто стоял и смотрел, как Северус Снейп и Гарри Поттер идут, взявшись за руки.

***

В кабинете директора они застали Драко, ходившего из угла в угол. При виде их, улыбки на лице Гарри, их сцепленных рук он остановился. – Хвала Мерлину! Гарри, прости меня за мои слова! – Не стоит извиняться. Если бы не ты, то я бы так ничего и не понял и не выяснил бы все с Северусом. – Вы теперь вместе? – Да, но мы пока не торопимся, – ответил Северус, а Гарри согласно кивнул. – Ну, наконец-то! – Драко быстро обнял их обоих и откланялся. – Что-нибудь выпьешь? – Да, пожалуйста, – улыбнулся Гарри и присел, – Северус, а есть какая-нибудь еда? – Я могу что-нибудь раздобыть, – усмехнулся Северус. – Мипси! Перед ним тут же появился домашний эльф: – Да, директор, сэр. Что Мипси может для вас сделать, сэр? – Гарри хочет есть. Что бы ты хотел, Гарри? – Мипси, можно мне сэндвич с бананом… да, и острого чилийского соуса, пожалуйста. Мипси с недоумением повернулась к своему хозяину. На его лице читалось отвращение к выбору Гарри, но он все же кивнул: – Мипси, все, что Гарри пожелает. Эльфийка согласно качнула головой и исчезла. Спустя минуту появилась вновь, принеся все, что попросили, поклонилась им обоим и дизаппарировала опять. Северус начал просматривать бумаги, безуспешно пытаясь не обращать внимания на то, как Гарри щедро поливает чилийским соусом банан на хлебе и откусывает кусок. – Знаешь, Северус, если тебе так противно смотреть на мою еду, зачем ты смотришь? – Гарри, это как крушение поезда. Хочешь отвернуться, чтобы не видеть ужасное зрелище, но сделать это труднее, чем кажется. Закончив есть, Гарри встал: – Спасибо, Северус. Я лучше пойду в класс. – Ты свободен после уроков? Поговорим о нас? – спросил Северус, вставая и провожая Гарри до двери. – Я приду после ужина. После уроков я хотел пойти в Хогсмид, у меня там кое-какие дела. – Составить тебе компанию? – Не в этот раз, – Гарри ласково приложил ладонь к щеке Северуса. – Я бы с радостью пригласил тебя, Северус, но то, за чем я собираюсь, тебе нельзя. – Все нормально? – Да, конечно, – Гарри пристально посмотрел в глаза Северуса, затем придвинулся поближе и поцеловал его в щеку. – Увидимся позже. – Я рад за тебя, мой мальчик, – раздался голос, едва за Гарри закрылась дверь. Обернувшись, Северус посмотрел на проснувшегося Альбуса, глядевшего на него со своего портрета. – Я тоже, Альбус. Впервые в жизни.

***

Когда Гарри шел на урок, к нему присоединились Гермиона, Невилл, Рон и Драко. – Драко сказал, что вы с Северусом теперь вместе. Это правда? – поинтересовалась Гермиона. – Конечно. Правда, мы решили не спешить, узнать друг друга поближе, но мы вместе… благодаря Драко, – добавил Гарри, улыбнувшись ему. – Ты помог мне сблизиться с той, кого я люблю. Справедливо отплатить тебе тем же, – отозвался тот. – Не хочешь пойти со мной в Хогсмид после занятий? У меня там кое-какие дела. – Само собой. А ты уверен, что сможешь долгое время обойтись без еды? – ухмыльнулся Драко. – Да. Я перекусил у Северуса бутербродом с бананом и соусом чили. Все до одного тут же поморщились. – Представляю выражение лица моего крестного, когда он смотрел, как ты ешь.

***

После того, как все закончили ужинать (ну, или почти все – Гарри продолжал поглощать пищу), Северус направился к столам факультетов и остановился рядом с Гарри: – Ты не составишь мне компанию? – Я еще не наелся. – Я вижу. Если что, в моих комнатах есть чем подкрепиться. – И шоколадом? – Если хочешь. Гарри сделал себе сэндвич, взял в другую руку кекс, и, попрощавшись с друзьями, последовал за Северусом к выходу из зала.

***

– Ммм, в этом кексе чего-то не хватает, – пробормотал Гарри, надкусив выпечку по дороге в комнаты Северуса. – Острого соуса? – О-о-о, точно! – Ты сейчас поливаешь чили все, что под руку попадется? – Пожалуй. До беременности за мной такого не водилось. Гарри сел на диванчик и огляделся. Нынешние покои Северуса были почти такие же, как в подземельях. Когда Северус приблизился, Гарри чуть подвинулся, но тот опустился в кресло. – Знаешь, никто не заставляет тебя сидеть там, – проворчал Гарри. – Я не знаю, удобно ли тебе будет, чего ты хочешь, как ты хочешь, и когда. – Разве мы устроили эту встречу не для того, чтобы поговорить? Или я буду говорить о своих желаниях, а ты – слушать? – Да. – Но я тоже хочу знать, чего хочешь ты. – После того, как ты расскажешь, чего хочешь, буду говорить я. – А как мне узнать, говоришь ли ты правду или только то, что я, по-твоему, хочу услышать? – Гарри, после семи лет общения ты, безусловно, знаешь меня лучше, чем кто-либо. Я говорю то, что думаю и ничего не скрываю. – Хорошо, – согласился Гарри. – Северус, я хочу быть счастливым. Хочу, если можно, после выпуска остаться в Хогвартсе, потому что выбрал профессию целителя, и Поппи согласилась меня обучать. Если не выйдет, тогда я поселюсь на Гриммаулд-плейс, но все же надеюсь на успех, потому что хочу остаться с тобой. – Со мной? – Да. Там на озере я говорил серьезно и ты, не сомневаюсь, тоже. Калеб появится не раньше февраля, так что после его рождения я проведу в школе еще четыре месяца. Значит, у нас в запасе целых семь месяцев, Северус. Я хочу быть с тобой. Я мечтаю, чтобы ты, я и Калеб стали семьей. – Ты слишком многого хочешь. – Учитывая, на что я раньше тратил свою жизнь, я имею на это право. – Не спорю. Гарри, ты заслуживаешь всего этого, но я не понимаю, почему ты хочешь провести свою жизнь со мной. – Может, потому что я люблю тебя, Северус. – Как? Ты вообще видел меня? – Да, и остался доволен. То, что видишь ты в зеркале, и то, что вижу я – две абсолютно разные вещи. – Это как? – Что ты видишь, когда смотришь на свое отражение, Северус? – Сварливого мерзкого ублюдка, у которого что в голове, то и на языке, и который чихать хотел, если кого-то это оскорбит или обрадует. – А я вижу привлекательного гордого мужчину, который не боится говорить откровенно, – возразил Гарри. – Скажи, а что ты видишь в зеркале, когда выходишь из душа? – Тело, которое срочно нужно чем-нибудь прикрыть. И отвратительную метку на левой руке, которую нельзя никому показывать. Гарри поднялся, подошел к Северусу и сел к нему на колени. – А я вижу стройное сексуальное тело, внушительный член и метку, которая показывает, чем пожертвовал ее носитель во время войны. Метку, которая показывает, как ты изо дня в день рисковал своей жизнью. – Гарри, диванчик там. – Я знаю. Но мне и здесь хорошо. Ох!.. – неожиданно вскрикнул Гарри. – Твой сын пинается. Не хочешь потрогать? Северус приложил ладонь к его животу. Заметив его легкую улыбку, Гарри придвинулся чуть ближе и поймал его губы своими. Потом, чтобы отдышаться, отстранился. – Прости, Северус. Я сказал все, что хотел, и накинулся на тебя, не спросив. Гарри слез с коленей Северуса, но только за тем, чтобы его тут же притянули обратно. – Гарри, я хочу быть с тобой. Мне и в голову не приходило, что такое возможно. Если ты чувствуешь, что готов, ты можешь переехать в мои комнаты в любое время. – Мне бы хотелось жить здесь, когда Калеб появится на свет. – Хорошо, если ты и вправду хочешь, то тебе не нужно возвращаться на Гриммаулд-плейс, – заверил Северус. – Я лучше сделаю еще одну комнату для нашего сына. Гарри мягко улыбнулся, и поцеловал его: – Спасибо, Северус.